Вообще-то я был поражён тем, какими хорошо продуманными были её планы, но у меня так сильно болела голова и зубы, что мне было сложно думать о чём-либо вообще. Кровать была такой гигантской, что как бы она не крутилась во сне, я был в полной безопасности на своей стороне. После того как мы провели целую вторую охотничью экспедицию в одной палатке с ней, я уже привык к жестоким привычкам сна Лорелеи. Однажды она даже вонзила свои ядовитые клыки мне в руку и я чуть не умер. Поначалу я подумал, что это Рей, потому что она привыкла иногда кусать меня во сне. Но к тому моменту как я осознал, что произошло, у меня словно вся рука была в огне, и если бы я протянул на несколько секунд дольше с удалением отравленной крови, то, вероятно, мне пришлось бы ампутировать руку.

Она всегда казалась такой счастливой или возбуждённой в течение дня, но когда она засыпала, то становилась совершенно другой. Одной из основных проблем телепата или эмпата в том, что ты не можешь отключить свои способности, когда ты без сознания. Я целых 7 лет смотрел кошмарные сны Рей. И я знал, что в глубине души, всё что она чувствует - это гнев. Поначалу она была лишь грустной и напуганной, но за последние несколько лет она мечтала только он мести. Не смотря на то, какой любящей и заботливой она была по отношению ко мне, под этой поверхностью пылало яростный ад, подпитываемый чистой ненавистью. Я не знаю, когда это произойдёт, но когда-нибудь она больше не сможет держать голову над этой кипящей поверхностью.

Этир был гораздо проще. Он был просто счастлив и удовлетворён. С тех пор, как он встретил нас, вся его жизнь приобрела смысл, и помимо его периодических фантазий о том, как его пытает Рей, его внутренняя психика была вполне нормальной.

У Лорелеи было множество снов, где она жестоко убивает своих родителей, меня, Эйлин и некоторых других, с кем она была близка. Она плакала и кричала на себя, чтобы остановить это, но ничего не могла поделать. Гигантский змееподобный монстр, похожий на ламию, которая сбивала меня хвостом, а затем погружала свои клыки мне в шею. Её когти разрывали мою плоть и вырывали мои органы, которые она тут же и пожирала прямо передо мной. Всё это время, в реальном мире, крохотная белая мышка пищала и плакала у меня на плече. Если бы я был в сознании, то смог бы утешить её и направить поток её снов в другое русло.

Всё было не так уж и плохо. И на самом деле было гораздо более приятно, чем всё это прозвучало. За множество жизней я кое-чему научился. У меня была невероятно высокая переносимость боли. Однако головная боль была другой. Я не мог её выключить. Но был ещё и другой аспект, о котором я начал волноваться. Мой резерв маны был нестабилен с того самого момента, как у меня начали расти те проклятые рога. Я терял контроль над своей магией.

Использовать ману было легко. Проблема была в том, что я начал неосознанно создавать заклинания. Это была основная причина, по которой я был так рад, что Лорелея наконец-то попросилась работать со мной. Я вынужден был уйти, прежде чем случилось что-то ужасное, а она давала мне идеальный повод. Нужно было сделать ещё кое-что, но я знал, что у меня осталось не больше недели.

Самой важной вещью были печати крови. Необходимо было лишь капли моей крови, чтобы наложить простое заклинание. И она даже не обязательно должна быть свежей. Нацедив достаточно крови на пару сотен единиц оружия в большой кувшин, я высушил её до состояния порошка. Затем я использовал заклинание на этом порошке и всё, что Эйлин оставалось сделать - это поместить при сборке внутрь рукоятки каждого оружия небольшой флакон с порошком, чтобы их наверняка не могли использовать не те люди. если же она сделает больше оружия, к тому моменту как я вернусь, то с этим я ничего особо не мог поделать.

Как Лорелея и предполагала, Лашель была рада отдать мне трущобы. После этого нам пришлось найти несколько последних тёмных гномов архитекторов в городе. Большинство из них были либо пьяны, либо бродяжничали, обитая в заброшенных домах. Вполне очевидно, что в городе, который не расширялся буквально сотни лет, у них была самая ужасная работа, так как с её помощью почти невозможно заработать деньги. Они знают техники построения древних зданий, передаваемые в их семьях из поколения в поколение, но те, кто не разорился полностью, работали простыми разнорабочими или лакеями. Все они тут же воспользовались возможностью, которую мы им предлагали и согласились работать на нас практически задаром.

Строители были в схожем положении, но их хотя бы иногда нанимали для ремонта повреждённых зданий, вроде дворца тёмных гномов. Однако, считая каменщиков, архитекторов и всех остальных, вовлечённых в процесс, Лорелея умудрилась заплатить всего пару золотых. Это было включая людей нанятых для огораживания дубового леса, где жило племя белок. Они были на удивление непредубеждёнными относительно этой идеи, так как это давало им чувство безопасности, хотя они с лёгкостью могли убежать от чего угодно, что не могло миновать простую изгородь. Я отправился с Лорелеей, чтобы помочь убедить их вождя, но по больше части мне лишь пришлось охранять её по пути туда и обратно. Так как я не мог говорить на их языке, всё переводила она.

Очевидно, они были даже рады присматривать за страусами. Очевидно, что им было скучно и больше нечем заняться. Для нас это было удачей, потому что яйца и мясо наконец-то начнут стабильно поступать в город. Диета племени белок в основном состояла из ягод, желудей и прочих орехов. Они были травоядными и совершенно не заинтересованными в страусах как в источнике пищи.

Прежде чем мы ушли, Лорелея убедила тридцать семь белок из племени пойти с нами в город. Некоторые из них были всего лишь детьми, но в основном они были подростками. Они пошли на обзорную экскурсию, но я-то знал, что она задумала. Взрослые были слишком закостенелые в своём пути, и их культура была очень миролюбивой. Однако, Лорелея могла продать всё, что угодно, даже цель в жизни. То, что она была одного с ними возраста явно было подспорьем, но она, вероятно, даже смогла бы убедить самого вождя начать войну против эльфов дерева, если бы она этого действительно захотела.