— Твою мать, Алекс, сраный ты лондонский жулик! — Фредринн ударил стаканом виски по столу и пролил пару капель на свои брюки. — Флеш-рояль, опять? Ты что, силой мысли расклад под себя подстраиваешь?

— Немного удачи тому, кто работает на неё. — ухмыльнулся Алекс, играя с фишкой. — Забавно получается, что у человека с фамилией Бакс их практически не осталось. Сдавайся, дурак.

— Повезло тебе что зарплата у меня завтра, рано или поздно я тебя ограблю. — парень с черными волосами поправил свой пиджак и галстук, встал из-за стола, — Встречаемся завтра?

— Я подумаю, если меня отпустят. — блондин помахал рукой, случайно заметил Маркуса. — О, мой молодой друг из Нью-Йорка! Что, Рэйчел отпустила тебя на прогулку? Шучу-шучу, не обижайся.

— Хватит дурить бедолаг на деньги. Фредринн всё-таки наш партнер, точнее, компания его родителей. — Маркус кивнул в ответ черноволосому и подсел рядом с Алексом. — Это же не удача, а уловки, верно?

— Самая чистая удача. Она благоволит тем, кто жаждет её и готов пожертвовать всем ради неё.

“Удача. Её не существует. То, как о ней говорит большинство - фальш, всё равно что атеист во время падения самолета начнет молиться. Никто не знает что это за явление, удача. Многие на неё надеются там, где знают что их надежды не оправдаются. В понимании Алекса удача не была чем-то абстрактным, он чувствовал, видел её, шел на риски там, где другой бы испугался и сошел со своей линии прямо перед финишем.”

“Ну а мне никогда не везло, мне кажется. Я не знаю что такое удача. Каждый свой успех, провал, всё я списывал на собственные умения и наоборот, недостатки. Каждый провал на задании, каждая упущенная возможность кого-то спасти.”

“Может сейчас… Мне наконец-то повезло? Удача улыбнулась мне, одарила меня своим взором? Не знаю, не уверен.”

— Больной урод! — Нильренна метнула хлыст, окутала им копье Захаира, не дав тому двинуться с места. — Из-за тебя мне даже стало жалко этого мальчишку! Вместо того чтобы просто принести его кровь в жертву, ты начал потрошить его!

— А участь стать пустой оболочкой из-за вампиров по твоему лучше, а? — Захаир отпустил копье, превратил свой мизинец в кучку песка.

— Ну уж нет, такая великому добыча должна служить великому делу! И этим делом будет мое возвышение! — херршер умножал и увеличивал количество песка до тех пор, пока перед ним не образовалась гора. — Матра. — песчинки собрались вместе в тысячу шипов, нацеленных на вампира.

“Я не созидатель. Я разрушитель. За всю свою короткую жизнь я не привнес в этот мир ничего, кроме боли. Жалею ли я об этом? Нет, ни капли. Это было необходимо тогда. В мире, где всё определяет сила - ты должен причинять боль. Иначе и быть не может. Либо ты, либо тебя.”

“Сильвана… Да уж, сейчас я понимаю что это необычное имя, ха-ха. Наверное поэтому она не любила когда я называл её так. Мы часто тренировались вместе, с ней я быстро понял что у меня нет навыков ближнего боя… Да чёрт побери, в одном ряду с такой, как она, я чувствовал себя полным ничтожеством. Именно поэтому я начал оттачивать навыки стрельбы, старался быть на дистанции с противником, одна пуля и я победил. Ирония, в самый важный момент моей… “жизни”, у меня нет оружия. Я помню, Мэй как-то сказала, что-то вроде, “пока ты жив - ты можешь победить”. Это меня не приободряло, особенно после очередной кучи синяков и ушибов на ногах, спине, да и вообще везде куда она могла ударить меня тренировочным мечом.”

“И всё равно, будучи слабее, выжил в тот день именно я. Люди говорят про судьбу, ничего не происходит просто так. Ну, если моя судьба заключается в том, что я теряю самых дорогих людей, а потом бездарно проигрываю какому-то ублюдку, то это явно не то, чего я ожидал от конца своего пути.”

“Меня никто не придет спасать. Им нужно самим спастись. Вряд ли кто-то вообще заметит мою пропажу. К этому моменту я либо выберусь сам, либо… не знаю. Она сказала что мои грехи сожжены. Что это значит?.”

“А может… к чёрту это всё? Зачем я столько думаю? Просто дождусь пока они перебьют друг друга, меня съедят, я пройду цикл перерождения, если он конечно есть, а там уже и не будет никакого Маркуса. Будет, ха-ха-ха, боюсь представить что…”

— Кха, ах ты-ж, мразь… — простонала Нильренна, схватившись за рану на животе. — Тебе не дадут спокойно уйти если я умру, Захаир! Мои сёстры найдут тебя везде, он самолично пошлет тебя на суд…

— Не думай что ты одна кто всё предусмотрела, кровопийца. — мужчина взял Маркуса за волосы, встал позади него, прикрывшись его телом. — Давай, гуманист, атакуй! Вдруг именно ты закончишь его страдания преждевременно?!

“Страшно умирать. Не хочу закончить так.”

“Я хочу жить.”

“Я хочу жить!”

“Дайки, слышишь меня?! Почему ты мне не помогаешь? Почему я в цепях, а не он? Где эта божественная сила?! Где она? Она не захотела работать? Она отказалась от меня? Всё потому что я в аду? Почему?”

“Если боги отказались от меня, то и я откажусь от них!”

“Это нечестно! Я не заслужил такой участи, не заслужил!”

Неизвестно откуда взялось шуршание, но в песочной смеси что-то зашевелилось. Небольшой скорпион вынырнул из кучи, посмотрел на Маркуса. Его жало, черное и маленькое, как и само насекомое не внушало особого ужаса. Скрипач посмотрел вперед, на отчаявшуюся Нильренну, которая не знала что ей делать, сокрушалась над своим решением. Скорпион, прокопавшись вперед, заполз на ногу парню, начал бегать кругами вокруг колена пока не забрался на его бок и спрятался у него за спиной.

“Маленький и отважный, видимо понял что я не смогу сопротивляться. Без разницы. Один скорпион не сделает хуже, чем этот псих.”

“А ведь мы с ним… похожи."

"Кошмар, я начал сравнивать себя с насекомым.”

“Но он осмелился пойти на того, кто легко убьет его одним лишь касанием.”

“Чем я хуже?”

“Всё в твоих руках. Рви и кромсай, до тех пор пока не иссякнут.”

“Боль невыносима… Хочется кричать. Не получается. Тело не слушается. Уже поздно строить из себя непобедимого. Я проиграл.”

“Мэй, Сильвана, ты говорила что мой главный страх это потерять себя.”

“А что если я никогда не был собой и уже не стану?”

“Под этой маской скрыто лицо потерянного ребенка. Не думаю, что мне когда-нибудь удастся распутать этот клубок.”

“Ты слышишь меня? Знаю, что слышишь. Мне уже нечего терять. Меня ничто не держит. Ни люди, ни вещи, ничего. Я пожертвовал последним, что у меня действительно было.”

“Самим собой.”

Цепи зазвенели, порвались, разлетевшись во все стороны, зверь вырвался из них. Нильренна громко ахнула и закрыла рот руками. Захаир схватился за шею в попытках содрать цепи. Маркус тянул что есть сил на себя, стараясь или задушить, или вовсе оторвать голову херршеру. Мужчина повернулся, замахнулся кулаком по голове парня, промахнулся. Скрипач прыгнул, ударил Захаира в грудь ногами, остатки обледеневших цепей рассыпались, а демон сдвинулся с места на примерно четыре метра, едва не врезавшись своим телом в Нильренну. Вампирша в панике слилась с уже разлитой кровью, став жидкой субстанцией утекла куда подальше.

— Фу, мерзость. — Маркус попробовал кровь с разодранной шеи Захаира, подавился. — Как ты собирался меня есть?

— Этот лёд… горит еще сильнее! — херршер содрал прорастающий отросток льда с затылка, обжег пальцы, бросил его на пол. — Ты просто нечто, человек!

Захаир махнул рукой, прошептал заклинание и собрал песок вокруг себя в один большой вихрь. Один из потоков принял форму, похожую на гигантскую руку. Управляя ей, херршер ударил по земле, вызвал разрушительную волну. Маркус отскочил назад, уклоняясь от переменно летящих в него шипов, добрался вплотную до Захаира. Оттолкнувшись от земли, парень прыгнул достаточно высоко, чтобы достать до геоманта. Он схватил его за ноги и швырнул на землю, с грохотом тело херршера пробило пол, а волна от его приземления и атаки до этого вкупе проломила потолок и оставила трещины в стенах.

— Поганый смертный… — Захаир покашлял кровью, моментально вскочил на ноги. — Seid! Harenae morte! — коснувшись обеими ладонями земли, подчиненный воле херршера песок тут же парализовал ноги Маркуса, впившись словно иглы в его икры и стопы. — Никакой пощады! — мужчина призвал копье и метко бросил его в живот парня.

Не имевший выбраться Скрипач вместе с пробитым торсом улетел в стену, спиной врезавшись и в без того потрепанные камни, оставив после себя глубокую вмятину и клубы пыли. Захаир собрал горстку песка, закрыл собственные раны и прихрамывая, тихо пошел на сближение, держа в руке на готове очередное копье. В глубине слышались трески пока не появился человеческий силуэт. Маркус держал в ладони скорпиона, который спокойно пополз дальше по его руке до шеи, а затем ниже, в его открытый позвоночник. Живот, где пару десятков секунд назад была рана, кровоточащая как водопад, исчезла практически бесследно, оставив только рубец с холодным покровом.

— Ты по-прежнему веришь в то, что тебе повезло найти и заточить меня? — спросил Маркус, слегка скорчившись от боли, дав ледяному хвосту прорости из своей спины. Острое, блестящее как лёд, легкое, рассеянно оранжевое как пламя. — Я поменяю нас местами.

— Не забывай в чьих владениях ты находишься, полукровка! — Захаир рассмеялся и стукнул копьем по полу, призвав тем самым за своей спиной человекообразную форму из песка, пока что двигающуюся сама по себе.

Херршер сделал шаг назад, призванный им элементаль принял своего хозяина внутрь, места, где у песочного человека должны были быть глаза, загорелись. Маркус провел пальцами по предплечьям, поцарапал их. Ледяной защитный покров тут же закрыл новые раны, но не растаял. Захаир пошел на сближение первым, смело бросился в атаку, размахивая тяжелыми, громоздкими руками. Скрипач отпрыгнул назад, жалом проткнул руку в районе запястья, от чего та деформировалась, не потеряв свою главную функцию - быть оружием ближнего боя. Не успел парень приземлится как из-под земли вылетел здоровенный шип, реакция не подвела, Маркус уклонился. Он кружил вокруг Захаира, используя преимущество в скорости и своей подвижности, изредка жаля его песочные конечности, так или иначе травмируя их и заставляя терять форму. Шипы продолжали появляться на тех местах, где по предположению херршера, парень мог остановиться хоть на мгновение. Скрипачу приходилось прыгать запредельно быстро и часто на опережение, защита Захаира не давала видимых возможностей сблизиться с ним. Он старался менять ритм и постоянно менять скорость в надежде запутать и без того нерасторопного элементаля. Их стало слишком много, рассыпались они медленно, из-за чего во время очередного отступления Маркус заполз на самую вершину шипа, с трудом удержал равновесие. Херршер тут же повернулся, попытался ударить по самому Скорпиону, но промахнулся, хотя заставил человека пошатнуться. Прицелившись, Маркус запустил себя подобно пуле прямо в голову песочного миньона. Своим телом он уничтожил её, а в шее виднелась уже голова самого Захаира. Будучи в воздухе и за спиной элементаля, он вонзил ледяной осколок из своей руки в херршера, фактически повиснув на нем. Маркус немного раскачался пока это позволяла прочность льда и обхватив шею Захаира рукой, потянул его за собой вниз. Лёд наконец-то треснул и сломался, оставив парня в висячем положении держаться за шею мужчины. Оба упали на пол, мягче приземлился херршер, но он больше не мог так резво обращаться со своим человеческим телом и обликом. Маркус лежал неподвижно на земле, кончик его жала во время неудачного приземления проткнул и без того почти не функционирующую спину. Корчась от боли, он перевернулся на бок, сплюнул кровь. Он не слышал шагов Захаира, а значит и он тоже еще не поднялся на ноги.

“Ещё чуть-чуть… Я покажу ему, что такое боль! Заставлю почувствовать... Не могу встать… Ноги не слушаются.”

Скорпион, всё это время сидевший в его спине, выбрался из неё. Насекомое побежало по телу Маркуса, остановилось уже на земле, в луже его крови, перед его глазами. Гордо задрав свое жало и черный хитин, оно легло рядом с его ладонью и замерло.

“Ползти. Должен доползти до него. Любой ценой. Я убью!”

— О, покровитель камня, одари своего слугу… — прошептал Захаир, сжал свой крест-координату в руке. — Негоже великому воину и покорителю проиграть так скоро! Позволь мне сразиться еще раз!

Зловещая, багровая аура окутала тело раненого херршера, залечила его травмы. Мужчина кое-как встал, выгнул спину, открыл рот. Черная рука вылезла, держась за его голову, за ней и вторая. Две конечности порвали рот Захаира, а в скором времени и всего его тело, избавившись от старой оболочки, сдерживавшей её. Человекоподобная сущность с шестью глазами на лице, четырьмя руками, чернее тьмы. Оно выпрямилось, встало на ноги быстрее Маркуса. Скрипач увидел как противник начал сближаться с ним, но у него самого не было сил подняться.

“Выбора нет, надо защищаться…”

Спящий на полу скорпион тут же проснулся как только почувствовал движение вокруг. Насекомое побежало в сторону парня, заползло по его руке обратно в его спину. Маркус почувствовал знакомую, короткую колющую боль и смог встать на колени. Сил по-прежнему не хватало, поэтому он согнулся и положил руки на пол, в позе как насекомое, его хвост и жало смотрели на приближающегося Захаира.

— Какой позор, даже для человека! — ухмыльнулся херршер, харкнул кровью. — В прочем, насекомого ждет достойная его участь!

“Не могу проиграть здесь… Я не стану добычей для этого мусора. Я охотник!”

Маркус открыл рот, вдохнул воздух полный пыли и прочих частиц, отполз на метр назад. Прыгнул внезапно, хорошенько оттолкнувшись от земли, прямо на Захаира. Жало атаковало раньше чем парень мог бы вцепиться в херршера. Промахнулся, мужчина плавно уклонился в сторону, схватил Скрипача за хвост и надломил жало, тут же выбросил горящий осколок. Парень грубо приземлился, за мгновенье развернулся на месте лицом к противнику и прыгнул вновь. Сближаясь по такой же траектории, он резко остановился, коснулся земли, молниеносно ужалил херршера в ногу. Захаир запнулся, чуть наклонился и замахнулся кулаком в голову Маркуса, но попал костяшками в хвост, обжег и без того черную кожу до корочки. Скрипач тут же вильнул в сторону, стоя на левой руке и ноге вертикально ужалил мужчину в спину, но последний вовремя среагировал, ногой с разворота попал в центр груди Маркуса. Сила удара была выше ожидаемого, он не успел ретироваться и был отправлен в полет. Человек замедлил себя с помощью жала, воткнутого в пол. Он остановился рядом со стеной, тяжело дыша, медленно полз в сторону. Держа одну руку за спиной, Захаир призвал в неё копье и неожиданно метнул его со смертоносной точностью в Маркуса. Скрипач прыгнул вперед, метательный снаряд влетел в стену. Сегмент стены оказался достаточно целым и парень, каждый раз цепляясь все выше, забрался на потолок, страхуясь с помощью жала. Ползая змейкой, в разные стороны, он запутывал как херршера, так и себя. Захаир пытался сбить насекомое потоками песочных бурь, но не мог попасть. Поднятая пыль играла на руку человеку, благодаря чему тот остановился прямо над демоном и полетел вниз прямо ему на голову. Не хватило пары сантиметров и голова мужчины превратилась бы в кашку. Маркус, не потерявший ритм, прежде чем херршер успел новым копьем прибить его к земле и умертвить ползучее насекомое, первым проткнул жалом ему грудь, попал в сердце. Он поднял Захаира, потряс и ударил его о землю. Снова. И еще раз. С уголков рта мужчины потекла кровь, сам он тихо хрипел.

— Ты слаб, человек. Ты не ровень нам. — сказал Захаир, схватившись рукой за плечо Скрипача.

— Ошибаешься. — Маркус завел руку за спину, по ней сразу же пробежал скорпион. — Я хуже.

Человек взял херршера за подбородок, крепко, до такой степени, что у него захрустели кости. Держа скорпиона в ладони, Маркус дал ему забежать в рот Захаира. Мужчина подавился, не смог откашлять насекомое, начал хаотично махать руками и задыхаться. Судя по постоянным подергиваниям и судорогам, скорпион вел себя довольно агрессивно, настоящим жалом протыкая глотку херршера, продвигаясь ниже.

— Зачем видеть и чувствовать свои страдания? — спросил Маркус, наступил на голову Захаира. — Пусть будет что-то одно, верно? — два точных укола и с прерывистым криком херршер лишился зрения.

— Лорд... придет за тобой. — на последнем издыхании сказал Захаир, его губы почти не шевелились. — Тебе конец.

Парень посмотрел вниз на мужчину, ударил его по голове ногой, тот не издал ни единого звука. Впервые за долгое время вздохнув с облегчением, Маркус наблюдал за тем как его хвост тает и капает. Вскоре он почувствовал как что-то пробежало по его ноге, наверх. Он взял своего верного союзника в ладонь и погладил его.

— Ты свободен. — сказал Маркус скорпиону в своей руке, заботливо опустил его обратно на землю.

Насекомое посмотрело на человека, покрасовалось своим жалом и побежало в сторону ближайшей песочной горки, где и скрылось окончательно. Стоя в центре стынущего хаоса, он осмотрелся вокруг, снял маску, вытер уже высохшие слезы. Скрипач не знал куда ему идти, но точно знал что надо как можно быстрее уходить - кровь вокруг него начала куда-то течь. Он рванул с места, однако кровавый хлыст уцепившийся за его лодыжку думал иначе. Маркус свалился, перевернулся на бок, попытался отрубить хлыст ледяным осколком, не вышло.

— Сука, опять ты!

— Пойдем со мной, человек~ — мелодично ответила ему лужа крови, покрывая его тело словно одеяло.

— Я уже не че-… Отпусти, гадина! — Маркус продолжал отчаянно бить и резать затвердевшую кровь, крепко держащую его в своих объятиях. — Ты будешь следующей!