Меня, как собачку, вели на цепи по темному коридору. Я был грязен, от холодного жесткого лежака ныла поясница, и я по-прежнему не мог использовать прану. Впереди открылась дверь другой камеры.

— Эй! Поаккуратней с дамой! — услышал я недовольный, но хорошо знакомый голос.

Дверь закрылась, и мы встретились глазами с Инси. Волшебницу, как и меня, заковали в кандалы.

— Привет, — буркнула девушка, коротко кивнув.

— Не разговаривать! — дернул ее цепь парень в белом жилете. Чертов Оруженосец, попробовал бы ты так обращаться с нашей малышкой в другое время, от тебя бы и мокрого места не осталось.

— Идем, Хол, — отрывисто велел парню мой сопровождающий и уверенно зашагал дальше.

Проходя мимо Инси, я не удержался и шепнул ей:

— Не кисни. Все будет хорошо.

Паладин с силой дернул цепь. За пару слов поддержки мне едва не вырвали руки. Глянув на широкую спину тюремщика, сделал зарубку на будущее — прикончить, как выберусь отсюда. Молодого Оруженосца с дурацкой тоненькой косичкой, посмевшего дерзить Инси тоже урою, за компанию.

Еще двое инквизиторов, сжимая цепи-поводки, ждали у винтовой лестницы. Я молча кивнул их «собачкам» — Джеку и Гольву.

Стрелок выглядел спокойным и держал голову гордо, а вот помятый наемник казался озлобленным. Ну еще бы, его отряд — профессионалы. Они не бросятся спасать товарища, пока не закроют контракт. А еще они умереть готовы за заказчика — те, кто бегут от переделок в их нелегкой профессии быстро оказываются абсолютно невостребованными.

Воздержусь от банальщины в духе «на нас давили мрачные стены» или «от затхлого воздуха подземелья и ощущения безысходности было трудно дышать»… Нет, конечно, сложившаяся ситуация не добавляла радости, но и впадать в уныние мы не собирались. Та же Инси, судя по оскалу, и вовсе готова была зубами грызть своего «поводыря». Но, к счастью, понимала, что сейчас это бесполезно.

Можно долго рассуждать, что именно двигало моими собратьям по несчастью — вера в оставшихся на воле товарищей или нечто другое. Скажу только за себя. Это точно не та «волшебная» чуйка, которая помогала мне уклоняться от атак врагов, видеть идеальные моменты для контрвыпадов или подсказывала правильный путь в разных ситуациях. Я просто знал, что отчаянием горю не поможешь, и нужно быть предельно собранным — не то рискую пропустить «тот самый единственный шанс» на спасение. Когда прибудет Лисанна с отрядом, нужно быть готовым помочь им спасти нас, а не болтаться бесполезным грузом.

Лестница привела в небольшую, заваленную всяким хламом комнатку с двумя, смотрящими друг на друга дверьми. Двинулись к левой. Миновав ее, оказались в небольшом коридоре, оканчивающимся опять же дверью.

Спустя несколько секунд тяжелые створки отворились, и я едва ли не оргазм испытал, вдохнув полной грудью свежий воздух, ударивший в лицо. Мир вокруг сразу наполнился звуками: было слышно отдаленный шум толпы и разговоры стоящих у порога инквизиторов.

Насколько я понял, нас вывели через черный ход. Вчера за ним следили несколько наших наемников. Пусть явиться сюда могли лишь «бездарные» солдаты гарнизона, оставлять незащищенным тыл недопустимо. Частенько количество давит качество, да и под ногами могли бы мешаться во время нашей битвы с инквизиторами. Но это все тонкости оставшегося в прошлом плана, и к текущим нашим делам они не имеют ровным счетом никакого отношения.

Шестеро инквизиторов-Оруженосцев присоединились к нашим «поводырям», по трое растянувших с обеих сторон процессии. Мы направились туда, откуда доносился гул. Вспомнив план города, предположил, что казнь состоится перед ратушей. Прав ли я, пока не знаю — обзор загораживают ветвистые деревья, украшавшие земли Собора и, что забавно, гарнизона.

Пройдя по мощеной дорожке и миновав калитку, мы оказались на территории гарнизона. Под гневные взгляды немногочисленных солдат прошли через пустой плац и, обогнув несколько деревьев, вышли к главным воротам. Отсюда я, наконец-то, смог увидеть часовую башню, убедившись в правильности своих выводов.

Но любоваться местным зародышем «Биг-Бена» не стал, переведя изумленный взгляд ниже. Тротуары по обе стороны от мощеной дороги, начиная от самых ворот гарнизона, были заполнены людьми. И если ближе к нам их скопление казалось относительно редким, то в конце улицы, там, где дорога упиралась в ратушу, собрался реальный митинг. Люди окружили просторный деревянный эшафот, возвышающийся над фонтаном метрах в пятнадцати от здания Магистрата. Места в первых рядах занимали солдаты. Чуть ли не все вооруженные силы округа оказались стянуты в Куинз, чтобы следить за порядком на предстоящем празднике крови и справедливости.

— Вас уже ждут, — съязвил поводырь Инси.

Стоило нам ступить за забор гарнизона, народ, точно по команде, принялся гудеть и улюлюкать. Ей-богу, если б нас не сопровождали инквизиторы, полетели бы тухлые помидоры да прочий мусор.

— Убийцы! — кричали горожане.

— Предатели!

— Гулифилы! Что б вас черти драли в Преисподней!

— Демонские подстилки!

Про «подстилки» мне особенно понравилось. Я даже обернулся в ту сторону, откуда донесся крик. Решив, что за услышанное обязан симпатичной даме в черном платье и чепце, одними губами послал женщине воздушный поцелуй и усмехнулся. Она скривилась, будто вступила в коровью лепешку, и поспешно отвернулась.

Толпа гомонила все громче и громче, сопровождая наше шествие  подбадривающими возгласами. Когда мы поднимались по деревянной лестнице на эшафот, от неистового стенания у меня даже уши заложило.

— Залазь, — велел мне инквизитор, кивком головы указывая на странную кадушку с толстыми деревянными бортами. К заднему борту этого необычного предмета крепился двухметровый брус с несколькими крючками, расположенными друг над другом ближе к верхней части. Всего на эшафоте располагалось четыре таких сооружений. Под каждого приговоренного.

— Не-а, — заартачился я, решив потянуть время.

Паладин хищно оскалился и под одобрительный гул толпы дважды врезал мне по почкам. Больно, черт его дери. В своем воображаемом блокнотике в графе «обязательно убить» выделил кружочком этого урода.

Три раза он дернул цепью, снова чуть не вырвав мне руки, но высокий борт «кадушки» я так и не переступил. Инси с ребятами, кстати, тоже решили следовать моему примеру и выкобенивались, получая удары на потеху толпе.

В итоге «поводырям» просто пришлось нас поднять на руках и поставить в кадушки. Получив пару раз по лицу «для профилактики» я на несколько мгновений поплыл. Этого времени Паладину хватило, чтобы, подняв вверх мои руки, зацепить цепь кандалов за один из крюков. Для пущей надежности каждого из нашей четверки еще и опоясали дополнительными цепями, за талию притянув к столбам.

Опустив взгляд, подметил, что на дне «кадушки» разлита какая-то жидкость, запахом отдаленно напоминающая бензин. Если я все правильно понял, нас собираются сжечь. Но вместо костра — это чудо-средство, уже намочившее мне подошву сапог. Интересно, как оно работает? Хотя не желал бы на собственной шкуре узнать.

Увидел, что Инси медленно повернула голову сначала вправо, потом влево. Наши глаза встретились. Пусть девушка и сохраняла решительное выражение лица, во взгляде волшебницы зарождалась тревога.

«Они придут»— одними губами прошелестел я.

— Эй! Черненький колдовать пытается! — заорал молодой парень в оранжевом пончо, стоящий ближе других к эшафоту, как раз за спинами кордона из солдат.

— Не бойтесь! — усмехнулся «мой» Паладин, врезав мне по морде.

Вот же сука! Знает, что прана заблокирована цепями, и ничего сделать я не могу, но все равно бьет меня, развлекаясь и радуя зрителей. Обведу-ка я еще разок его в своем воображаемом блокнотике.

Внезапно гневное улюлюканье сменилось ликованием. Люди поворачивали головы в сторону гарнизона и Собора. По центральной дороге в сопровождении пяти Паладинов медленно шел седобородой мужчина в белой рясе, расшитой золотыми узорами. Его голову  венчал высоченный клобук.

Я сразу понял, кто же такой важный идет к нам — служитель церкви и Настоятель местного Собора. Джон говорил, такие шишки обязательно наделены даром, но использовать в бою его не могут из-за церковных запретов.

Однако я быстро потерял интерес к религиозному главе Куинза, сосредоточив все внимание на одном из сопровождающих его Паладинов. Крепкий мужчина, издали похожий на каноничного викинга, в охапку нес еще одну кадушку. Заметно меньше тех, что уже стояли на эшафоте. Казнить в такой можно разве что ребенка. Ну или меч, ведь именно рукоять и часть саи моей катаны выглядывали из кадушки.

Увиденное выбило меня из колеи. Я дернулся, за что тут же получил от своего стража.

Черт подери, они что, реально будут сжигать мой меч? Совсем оборзели, что ли? Эй, Лисанна, Джек, где вы там?! Поторапливайтесь, живее!

— Что, чернокнижник, — тихо хмыкнул мой «поводырь», буравя меня взглядом. — Все-таки струхнул? Чего напрягся-то?

Я не ответил, медленно выдохнул и заставил себя успокоиться.

Спустя пару минут Настоятель поднялся на эшафот. Похожий на викинга Паладин поставил перед ним кадушку с мечом, а сам присоединился к замершим позади товарищам.

Обведя взглядом собравшихся, церковник вскинул руки и хорошо поставленным голосом обратился к пастве:

— Братья и Сестры, сегодня мы собрались здесь, чтобы пламенем очищающего огня смыть грехи с душ этих заблудших овечек, — мужик, не поворачивая головы, сделал плавный пас рукой в нашу сторону. — Поддавшись сладострастному зову темных сил, они отринули истинную благость Создателя, предав Отца нашего и ступив на путь, протоптанный мерзейшими демонами! Но Отец наш милостив! Он привел заблудшие души в руки Великой Инквизиции и Церкови Своей! Всепрощающие пламя поможет заблудшим душам сойти с пути тьмы, и даст возможность искупить свои грехи. Коли готовы они будут принять нашу великую услугу, то станут Святыми Камнями и послужат правому делу в будущем! А коли нет, так отправятся прямиком в Преисподнюю, ублажать развратные тела демонов и в муках безумных проведут Вечность!

Горожане оказались очень благодарными слушателями — развесив уши, с открытыми ртами впитывали мозгопромывающий словесный поток. Как ни крути, но в вопросах веры этот мир очень похож на наш образца четырехсотлетней давности. Так же рьяно церковники оправдывают себя: «мы сжигаем ведьму не просто так, а ради общего блага! И ради блага этой самой ведьмы тоже! Чуть ли не в первую очередь ради нее! Правда-правда!» А люди и верят…

Ну да черт с ними, это их проблемы. Мои же заключаются в том, что из нас собираются сделать Святые Камни. Интересно, это оборот речи такой? Или местная казнь проходит настолько извращенно, что мы реально в булыжники превратимся? Еще старик сказал, что может и не получится…

— Но сперва, Братья и Сестры, — прервал мои размышления Настоятель, —  как заведено, прежде чем очищать хозяина, очисти его слуг, — он указал на ступу с мечом. — Проклятый предмет преобразится в Святой Камень! Он больше не будет нести зло, а послужит добру! Начнем!

Церковник поднял ладонь над ступой, и с его длани медленно полился теплый свет. Через секунду после того, как свет проник внутрь деревянного сосуда, внутри вспыхнуло золотистое пламя. Игривые всполохи ласкали ножны и рукоять меча. Молчавший до этого народ снова взорвался в экстазе:

— Так их!

— Долой демонские шмотки!

— Ура!

Но я не обращал внимания на крики безумцев. Я чувствовал, как сжимается мое сердце. Тяжесть в груди нарастала, от невыносимой тоски по всему телу растекалась боль. Я не мог просто так стоять и смотреть, как уничтожают мой меч.

Беспомощность и отчаяние сменила ярость!

— Прекрати! Хватит! Потуши его! — глядя в спину старика-Настоятеля заорал я. Надсмотрщик усмехнулся и вмазал мне по печени. Гневно повернув голову, я плюнул ему прямо в лицо. Опешивший инквизитор изумленно пялился на меня, а я снова смотрел, как огонь лижет ножны. Мой меч — действительно волшебный артефакт, хотя и пламя волшебное, но клинок не поддается ему! Он сопротивляется! Я отчетливо вижу, что и сая и рукоять пока еще абсолютно целы.

— Старик, мать твою! Прекрати! — заорал я. — Урод! Чтобы ты сдох, пень церковный!

Настоятель медленно обернулся, и уставился на меня разъяренным взглядом.

— Брат Паладин, — обратился он к чернобородого инквизитору из своей свиты — Вам не кажется, что кто-то слишком неблагодарно себя ведет.

— Простите нас, Настоятель, — кивнул чернобородый. — Видимо кому-то не терпится начать очищение.

— Вы правы, Брат Паладин, — кивнул церковник, подходя ко мне. Мой «поводырь» последние несколько секунд стоял как вкопанный, опасливо поглядывая на чернобородого. Видимо, когда на меня обратили внимания старик и Паладин, Младший Паладин больше не имел права заниматься моим воспитанием.

— Зачем вы уничтожаете мой меч? — прорычал я, глядя в глаза застывшему в полуметре от меня Настоятелю. Он ничего не ответил, лишь медленно поднял руку над моей «кадушкой».

Я приготовился к тому, что через несколько мгновений пламя начнет облизывать подошву моих сапог.

А потом течение времени ускорилось  настолько, что произошедшие события стоит разбирать по кадрам. Сперва затихла толпа, с вожделением ожидая начала основного действа (все-таки смотреть, как сжигают преступников интереснее, чем пялиться на горящий меч). В образовавшейся тишине отчетливо прозвучал металлический грохот, рыки, гулкие звуки ударов, выстрелы, а затем я увидел стремящуюся в сторону эшафота темную точку. Через полмгновенья, она врезалась в шею Настоятеля, и тот, дернувшись, стал заваливаться вправо.

Тут должна была начаться возня и бойня, но произошедшее дальше оказалось, пожалуй, самым невероятным. Катана, точно космический шаттл, рванула вверх, на долю секунды зависнув в воздухе метрах в десяти над своей горящей кадушкой. Затем ножны, оголив лезвие, слетели с меча и, устремившись ко мне, нырнули в кольцо портупеи. Сам же меч заискрил молниями и взорвался! На головы изумленных горожан и прибывших нам на помощь бойцов Лисанны посыпался дождь из сверкающих огней.

В небе на месте взрыва появилось грозовое облако, мгновенно увеличивающееся в размерах и постепенно обретающее форму. И чем отчетливее проступали очертания, тем больше я впадал в ступор.

— Бан-кай, — голосом Хитсугаи Тоширо резюмировал мой мозг, пока глаза разглядывали огромного дракона, в которого в итоге и превратился меч.

Вот только в отличие от Херинмару мой дракон был черным, а по его длинному телу пробегали змейки-молнии. А еще отчего-то он был почти прозрачным, как привидение.

Дернув рогатой головой, ящер обернулся, уставившись на меня жемчужинами черных глаз. Он взмахнул крыльями и, разинув пасть, оглушительно заревел:

— ГР-Р-Р-А-А-А-А!!! — перед его мордой начала скапливаться прана, превращаясь в белоснежный сверкающий клубок молний.

Дракон звучно захлопнул пасть, и здоровенная шаровая молния тут же врезалась в эшафот прямо перед моей «кадушкой», разбившись на сотни маленьких змеек.

Будто танцуя на кислотной вечеринке, инквизиторы и Настоятель тряслись в конвульсиях. Почувствовав, что столб за спиной вдруг исчез, я едва не упал. Все-таки устояв на ногах, перешагнул через упавшую цепь и вылез из «кадушки» — пояс освободил, но на запястьях остались кандалы, блокирующие прану.

Молнии моего дракона на меня не действовали, как и на других приговоренных. Поэтому я без опаски сунул руку в карман дергающемуся «поводырю» и, достав ключ, за несколько секунд  освободил руки. Посмотрел на ненавистного мне Младшего Паладина. На душе стало теплее от вида его страданий — из «блокнотика» можно вычеркнуть.

А затем молнии исчезли, и трясущиеся тушки с гулом попадали на деревянный пол эшафота. Не произнеся ни слова, дракон, превратившись в черное облако, устремился ко мне. На подлете обернулся мечом и спрятался в ножны.

Осторожно взяв рукоять, я потянул катану. Снова не вынуть. Жаль.

***

Путешествие через канализацию надолго останется в памяти Лисанны. Вонь и визжащие крысы, разбегающиеся из-под ног мало кому доставят удовольствие. Но так было нужно. Ее лицо, как и лица Генри, Джона и Хельга знали в городе, поэтому идти по улице было опасно. Да и толпу гулей в Куинз солдаты точно не пустили бы.

Но пусть от штанов и камзола девушки до сих пор несет, теперь все это в прошлом. По сигналу Рикона, как и большинство их немногочисленных наемников, свободно перемещавшегося по городу, Лисанна с отрядом вырвались из своего убежища на краю городской площади, мгновенно устроив хаос.

Однако в тот же миг случилось невиданное — в небе появился дракон, спас Илью и обернулся его мечом.

Дракон…

Если раньше Лисанну и гложили крупицы сомнений, сейчас они развеялись сполна. Да, о демонах она знала лишь из легенд и старых сказок. Но, как раз, фольклор и рассказывает, как она раньше думала, «сказочную» историю мира. До Старших Рас были Древние Расы. Кроме одной, они оказались полностью сметены пришлыми, позже названными Старшими. Что случилось с Древними дальше, неизвестно. Но в легендах временами встречались случаи, когда представитель какой-нибудь исчезнувшей Древней Расы подчинялся Старшей.

Дракон обернулся мечом и покорно вернулся за пояс Илье. Это ли не подчинение? Драконы — Древняя Раса. И кому они могут подчиняться?

Только Старшей.

— Госпожа, нельзя медлить! — Генри коснулся плеча девушки. Лисанна встрепенулась и мгновенно взяла себя в руки. Ну и что, что дракона увидела? Она — командир отряда и от ее решений зависят жизни разумных существ!

— Старейшина Горх, устройте здесь хаос! Остальные, прорываемся к эшафоту! Хельг, Джон, приоритет — помощь нашим! — скомандовала Госпожа Милье. — Рикон, Грин, Брей, на вас их чародей, — сквозь зубы процедила девушка, вспомнив, сколько проблем вчера доставил этот инквизитор. Все-таки чародеи редки среди одаренных и избавляться от них нужно в первую очередь. Даже раньше, чем от целителей.

— Есть! — одновременно прорычал десяток глоток.

Загремели выстрелы. Взмахом руки Хельг запустил в сторону эшафота волну режущего ветра. Расталкивая перепуганных горожан, расстреливая и разрубая подвернувшихся солдат, отряд прорывался к цели.

Сама Лисанна не владела даром, но боевому ремеслу у Генри обучалась с раннего детства, хоть родители и были против таких увлечений. Вместе с дворецким и примкнувшими гулями, девушка могла уничтожить гарнизон Куинза еще давно. Но против инквизиторов их способности множились на ноль. Как говорит Генри: «Биться с одаренными сложно. Либо, наплевав на жертвы, брать совсем уж подавляющим большинством, либо искать в союзники других одаренных». Лисанне повезло, что сам собой случился второй вариант. Неожиданная помощь от той, кому девушка немножко помогла много лет назад, оказалась сродни Подарку Небес. А нанятый ею отряд наемников, во многом состоящий из одаренных, позволит сразиться с инквизиторами. И победить!

Девушка понимала, как же им повезло, что все одаренные враги собрались в одном месте и получили грозовой удар от дракона. Любители устраивать пышные казни с огромной сцены поплатились за это увлечение. Пусть даже кто-то и остался жив после такого удара молнии.

Хм, это ж какой она теперь бонус должна Илье? «Надеюсь, он не откажется от награды?»— мелькнуло в голове девушки.

Горожане в панике разбегались во все стороны, натыкаясь друг на друга и падая. Над площадью разносились истошные стоны и детский плач. В такие моменты особенно сложно сохранить веру в свою правоту. Сейчас Госпоже Милье остается надеяться лишь на то, что гарнизон проявит благоразумие и приоритетной целью поставит эвакуацию гражданских. Чем собственно сейчас они и занимаются.

— Убейте! Пленников! — донесший с эшафота голос удивил Лисанну. Повернув голову, она увидела, как приподнявшись на локтях, Настоятель пытается раздавать приказы. Хм, быстро он пришел в себя после удара молнией. Еще кто-то выжил?

Пошатываясь на ноги встал инквизитор с черной бородой. Госпожа Милье грязно выругалась себе под нос. В любое другое время Генри сделал бы ей замечание, но сейчас дворецкий тактично промолчал.

Ну еще бы, ведь поднявшийся на ноги мужчина — один из двух Паладинов местного Собора! Второго сегодня Лисанна не видела. Что, несомненно, вызывало у девушки ряд вопросов. Если он мертв, значит Инси его вчера одолела? Тогда почему ребята оказались за решеткой? Вымотались в бою и лежали без чувств, пока не вернулись остальные инквизиторы?

Лисанна отчаянно мотнула головой, гоня прочь назойливые мысли. Справа прорвался какой-то полоумный солдат, замахиваясь от плеча саблей, но его клинок нарвался на клинок девушки. Крутанув кистью, она обезоружила противника, а бежавший рядом гуль Дрох мощным ударом кулака вырубил солдата. Лисанна оценила сей рыцарский поступок — это она просила гулей не убивать тех, кто не способен сражаться. Одаренные не в счет. Сильных врагов нельзя оставлять в живых, даже если те лежат без сознания.

— Хельг! Поспеши! — крикнула девушка, снова взглянув на эшафот. Происходящее ей не понравилось. Илья подобрал себе саблю и обыскивал какого-то Оруженосца рядом с привязанной Инси. Он явно искал ключи, когда Паладин выпустил в беззащитную волшебницу луч света. Вскочив на ноги, демон принял атаку на клинок. Даже издали Лисанна видела, как тяжело Илье блокировать этот выпад — он скалился, возможно рычал, вцепившись в рукоять своего оружия двумя руками.

***

Меня окружали трупы. Ни один Оруженосец не пережил молнии моего дракона. Да и часть Младших Паладинов тоже. Другие их собратья слабо дышали, пока наемники Лисанны не устроили точечный огненный дождь, после которого, сомневаюсь, что кто-то из Младших вообще остался жив. Зато Настоятель и чернобородый Паладин в строю и решили подгадить. Черти! А ведь я только ключ от кандалов Инси нашел.

До скрежета сжав зубы, я надавил на клинок. Внезапно световой луч исчез, и я, продолжая двигаться по инерции, чуть не упал носом вперед. Немного потерял равновесие, чем тут же воспользовался мой противник, приставным шагом уйдя в бок и снова атаковав. На сей раз с ладони инквизитора слетало бессчетное количество световых игл.

Сам не ожидал от себя такой реакции! Враг сменил силу на скорость, а я умудрялся отбивать все летящие в меня иглы. Паладин хмурился. Он явно старался изо всех сил, но последствия атаки моего Банки (решил дать дракону имя от слова Бан-кай), изрядно потрепали чернобородого.

Однако даже с такой форой я не могу с ним справиться! Пока просто держусь, но…

— Фиу… — просвистел ветер, и слева от Паладина на эшафот приземлился Хельг, держа за шкварники Джона и Рикона. Пока стрелок с мечником приходили в себя, маг ударил режущим ветром в бок инквизитору.

— Освободи меня, Илья! Скорей! — услышал я голос волшебницы.

Спорить не стал, ее сила нам очень нужна.

И уже через две минуты с Паладином было покончено, а Джон с Риконом освобождали Джека и Гольва.

Инси подошла ко мне и, взяв за рукав, заглянула в глаза:

— Вернемся в Собор, — тихо произнесла она. — Закончим начатое, — замолчала на секунду и, не дождавшись моего ответа, быстро проговорила: — В городе сейчас нет тех, кто сможет нас остановить. Вчера в хранилище почему-то оказался Старший Паладин, а может, кто и круче. Но сегодня его не было на эшафоте. Видимо, отбив атаку, решил, что свою работу сделал и оставил Куинз. Пойдем? Прошу тебя! Иначе все зря. Иначе в округ придут войска из столицы провинции, и…

— Пойдем, — накрыв ее руку своей ладонью, улыбнулся я. Уговаривать меня не нужно — моя чуйка подсказывает, что необходимо делать.