Субботу Хиёри с Сейджуро провели на озере Бива, в соседней префектуре, так как погодка выдалась отличная для такого мероприятия. В основном, просто валялись на лайнере и время от времени плавали. Возвращаясь воскресным утром в Токио, девушка чувствовала себя отдохнувшей и полной сил, и радостной, если так можно сказать. Даже на свой 6 этаж поднялась пешком, хотя почти никогда так не делала. Она была искренне благодарна брату за эти выходные. Завтра она тоже не пойдёт на роботу, а проведает школу. Конечно, это всё будет зря, если Макото снова не придёт, но тогда она спросит ребят, где он живёт и заявится к нему. Пока, конечно, не понятно, что говорить, однако есть надежда, что на месте найдутся нужные слова.

С такими мыслями девушка отважилась сегодня даже заняться готовкой и сделать жареный рис с овощами. Не было гарантий, что квартира не сгорит, и Хиёри останется невредимой, но, тем не менее, попробовать хотелось. Во всяком случае, только что она сожгла яйцо, которое планировалось на перекус. Пришлось открыть окно, чтобы хоть немного выветрился запах гари. Ну уж очень девушка сомневалась в своих способностях. В голове представилась картинка, как она готовит своему возлюбленному завтраки. Да, хоть ненависть к готовке была просто невероятной, Акаши переступила бы через себя ради благого дела.

Не успела она нарезать овощи, как прозвучал звонок в дверь. Странно, никого сегодня не ожидалось. Да и вообще гостей здесь практически никогда не было.

Вытерев руки, девушка подошла к двери и заглянула в глазок и сразу впала в ступор от увиденного. В дверь позвонили ещё раз. Хиёри дрожащими руками открыла дверь. На пороге стоял красноволосый мужчина, по одному взгляду на которого можно было сказать, что нехило его жизнь помотала. Это был Акаши Мифунэ, её родной отец.

Сначала они просто стояли и молча смотрели друг на друга. По спине у девушки пробежал холодок. Она не была уверена, что впускать его было хорошей идеей. Уже долгое время они не виделись, однако Хиёри могла поспорить, что с ним что-то не так. Раньше взгляд у него был холодным и отрешённым, когда он смотрел на свою собственную дочь. Но сейчас в этих глазах горел недобрый огонь, ненависть или ещё что. Не спрашивая разрешения и оттолкнув девушку, мужчина прошел в гостиную и уселся на кресло. Немного отойдя от шока, дочь последовала за ним и первая заговорила:

- Что ты здесь забыл?

- Пришёл проведать свою любимую дочь, - он со скрипом произнёс слово «любимую». Но, может, просто показалось.

- Да ладно? А где ты раньше был? Может быть, я не хочу видеть своего «любимого» отца, - ядовито выплюнула Хиёри, гневно смотря прямо ему в глаза.

Он неожиданно поднялся и вплотную подошел к дочери. Поднес руку к лицу Хиёри, провел ею по щеке. Вместо того, чтобы отодвинуться от него, девушка стояла и завороженно наблюдала за этими сверхстранными действиями. Отец никогда в жизни её не обнимал, даже по голове не гладил. Что за странный прилив нежности? Внезапно рука двинулась к тонкой шее, и другая тут же поднялась и обхватила её.

- Может, спросишь у матушки? Я помогу тебе с ней встретиться. Просто знать, что где-то существует её копия уже отвратно… – он внезапно крепче сжал шею и его дочь начала задыхаться.

Инстинкт сработал и Хиёри наконец-то поняла, что надо вырываться.

– Не трепыхайся, дорогая, тебе же так лучше будет. Ты должна уйти с этого мира… - воздуха уже начало не хватать, но удар в пах позволил освободиться.

Она стремглав помчалась на кухню, но это чудовище оклемалось почти мгновенно, поэтому закрыться не успела. Сердце учащенно стучало, дыхание было прерывистым. Схватив первый попавшийся под руку нож, набросилась на него, но это была лишь жалкая попытка, мужчина сразу же выбил его из-под рук, и резко опрокинул её на пол, придавив своим весом, и, не давая попытки подняться, опять сложил руки вокруг шеи.

- Папа… Не надо… Прошу, - прохрипела Хиёри. Однако, она знала, что этот монстр её не отпустит. Во взгляде читалась жажда убийства. Но за что? За что он хотел её убить? Просто потому, что она похожа на мать? Кажется, он видел в ней только лицо той женщины. И почему ненавидел её? Ладно Хиёри, но отцу-то за что ненавидеть? И это тот же самый человек, которому было на всё плевать?

Чувствуя, как в легких остается всё меньше и меньше воздуха, девушка понимала, что это конец. Руками пыталась царапать, но всё без толку. А ведь жизнь была не такой уж и плохой. Единственное, о чем сожалела, так это о том, что так и не поговорила с Ханамией. По-видимому, им действительно не судьба быть вместе. Очень хотелось попросить в него прощения. И увидеть его лицо в последний раз.

«Умоляю, помогите, кто-нибудь!» - отчаянно кричала в своей голове Хиёри, пока её сознание ещё не угасло.

***

Утро у Ханамии Макото началось неплохо. Однако парень никак не мог отделаться от плохого предчувствия. Но отказываться от своей затеи не собирался. Пошлёт на все стороны – что ж, так и будет.

Зная, где живет девушка, он отправился в путь. Туда можно было дойти и пешком, и по дороге как раз подумать, что он ей будет говорить. Хотя, как бы не планировал, всё получится совершенно иначе. Так что по ходу будет разбираться. Сначала Ханамия хотел написать сообщение и предупредить, что придет, но, а вдруг она убежит ещё до встречи? А в школе её точно не сыскать. Так что устроить сюрприз будет в самый раз.

Поднявшись на лифте, парень подошел к нужной квартире. Он здесь бывал не раз. Но сегодня было как-то тревожно.

И ведь не зря.

Поднявши палец к звонку, парень вдруг обнаружил, что дверь не заперта. Вряд ли она забыла запереть. Хоть в доме и стоят камеры наблюдения, это не сильно поможет в случае чего. В руках у него не было какого-то оружия, но это не остановило Ханамию, слишком сильно тот волновался о девушке. Отперев входную дверь, он вошел в помещение. Со стороны кухни доносились какие-то сдавленные звуки. Не думая наперед, парень кинулся в ту сторону. Там, на кухне, какой-то мужик прижал Хиёри к полу и пытался придушить. В голове как будто бы что-то щёлкнуло. Не мешкая ни секунды, Макото резко схватил мужчину за шею и оттянул от жертвы.

Хиёри сразу начала откашливаться и пытаться подняться. Она не верила своим глазам. Он пришел именно тогда, когда она в нём так сильно нуждалась. Если это не судьба, то что тогда? Но времени на раздумья не было.

Мужик оказался крепким, поэтому вырвался с захвата Ханамии и началась драка. Сейчас баскетболист больше всего жалел, что не согласился на тренировки Сето. Но в данный момент ему нужно было спасти девушку, и эта мысль вытеснила все остальные. Он пытался защититься от ударов, но, казалось, от каждого следующего содрогались все органы. Краем глаза видя, что его любимая уже поднялась, Макото закричал, чтобы вооружилась. Видно, что шоковое состояние могло накрыть её в любую минуту.

А ведь он мог проиграть. Воспользовавшись секундным замешательством Ханамии, мужчина со всей силы навалился на него и потащил к открытому окну. Пытаясь упереться ногами, как только мог, парень вдруг почувствовал ветер и пустоту за своей спиной. Сердце почти в прямом смысле упало в пятки. И схватиться не было за что. Он прикрыл голову сзади руками. Но в последний момент Макото увидел, как Хиёри сзади огрела нападавшего сковородой и тот начал терять равновесие. Значит, она справится. Он верил, что его девочка всё сможет. Теперь он может и умереть спокойно, без сожалений.

- Прощай, дурашка, - последнее, что проговорил парень с улыбкой перед приземлением, несмотря на то, что та самая дурашка никак не могла его услышать.

***

Как только Ханамия крикнул, что она должна вооружиться, мысли сразу забегали: что же взять в руку?! С ножом у нее могло и не получиться. Наконец-то Хиёри обратила внимание на огромную сковородку, которую вытащила для жарки риса. Вот только боковым зрением девушка увидела, как парня потащили к окну. Она побежала на помощь. Но не успела…

- Не-е-е-е-т! – прокричала с силой и ударила отца по затылку. У того подогнулись колени, и он начал опускаться, но не отключился. Поэтому пришлось ударить ещё два раза. Красная жидкость начала стекать по шее, мужчине лежал в отключке. Перед глазами стояла красная пелена, и она бы наносила удары, пока от головы не останется кровавое месиво. Но последние остатки здравого разума заставили отступить и побежать к окну.

Было плохо видно, но там точно лежало его тело. Отказываясь верить в происходящее, дрожащими руками девушка смогла набрать три номера: скорую, полицию и брата. После чего на ватных ногах помчалась к лифту, оставив мужчину в незапертой квартире. Слава Богу, подъёмник был на её этаже. Выбежав с подъезда, девушка направилась туда, где лежал её спаситель. Дальше всё было, как в тумане. Вокруг тела, которое застыло в неестественной позе, растекалась тонкими струями кровь, глаза были закрыты. Упавши на колени перед ним, попробовала нащупать пульс на шее. Сначала ничего, но потом, кажется, она почувствовала, как еле-еле что-то запульсировало под её рукой. Он жив, не умер, не оставил её.

- Продержись ещё чуть-чуть...умоляю…не покидай меня…пожалуйста…не умирай…- прерывисто шептала несчастная девушка. Трогать его больше не намеревалась, боясь повредить что-то. Казалось, время шло неумолимо долго, пока наконец не послышались звуки сирены.

***

Хиёри точно не помнила, как оказалась в больнице, вроде бы поехала на скорой, а полиции сообщила, что в её доме преступник. Всё это время её лицо было искажено страхом, болью, отчаянием и безысходностью. Но потом оно просто стало безэмоциональным. Шоковое состояние не отпускало.

Ханамию повезли в операционную, а девушка осталась ждать в коридоре, несмотря на уговоры врачей, что её тоже стоило бы осмотреть и можно пойти отдохнуть, всё равно операция будет идти долго. Но ведь он может и умереть за это время, пока она будет валяться где-то на койке… Нет. Лучше уж сидеть здесь в мучительном ожидании. Перед глазами до сих был его образ, распростершегося на земле. Акаши-старшая не знала, сколько уже прошло времени, но с операционной почти никто не входил и не выходил.

Сидя в прострации, девушка вздрогнула от неожиданности, когда кто-то положил руку на её плечо. Подняв невидящий взгляд, Хиёри долго моргала, пока наконец поняла, что перед ней стоит Акаши Сейджуро.

- Ты…ты приехал, Сей-чан, - с трудом проговорила девушка.

- Да, я здесь, с тобой, - красноволосый парень опустился на лавочку и прижал её к себе, начал поглаживать по голове. Выглядела она очень плохо. Лицо полностью бледное, глаза потеряли свой блеск, как будто перед ним сидел живой мертвец. Как только поступил звонок от нее, парень сразу же помчался в Токио на самолёте, толком не поняв, что произошло, но не сложно было догадаться, что случилось что-то страшное.

В доме орудовала полиция. Там ему сообщили, что девушка с пострадавшим в больнице. Молодой человек мог лишь догадываться, что тем пострадавшим был Ханамия Макото, потом в больнице он это уточнил. Понимая, что сестру сейчас особо ничем не утешить, он просто решил быть с ней.

Спустя некоторое время, она начала отходить от шока, тело стало дрожать и Хиёри отстранилась от него.

- Это я виновата… Это я во всём виновата, Сей! Если бы мы с ним не начали общаться, он никогда бы не пришел ко мне домой и не попал бы в такую ситуацию… - девушка схватилась за свои волосы, закусывая губу от переполнявших её эмоций. Акаши обхватил её лицо руками и развернул к себе.

- Не смей себя в этом винить, слышишь?! Ты не знала, что так будет, и никто не знал, что так получиться.

- Нет! Это изначально была игра с плохим окончанием. Я знала, что ничего хорошего не выйдет. К тому же, ты не понимаешь… Я не смогла его спасти, хотя у меня была возможность. Почему я такая безнадёжная? Я не успела буквально на пару секунд!

Хиёри поднялась со скамьи и тут же рухнула на пол.

- Мне так жаль, так жаль…Прости меня, Макото, прости, если сможешь.

Впервые в жизни глаза начало неистово щипать и слёзы потоком хлынули с её глаз. Прижавшись к полу девушка начала рыдать. Звуки её рыданий были такими же, как у глухого ребёнка, который никогда не слышал, как плачут другие. При виде этой картины у Сейджуро сжалось сердце. Страшно то, что сейчас он ничем не мог помочь своей горюющей сестре.

- Боже, пусть он выживет, можешь забрать мою жизнь в обмен на его, но прошу, спаси его, умоляю! – слышалось сквозь плач. Он боялся представить, что было бы, если бы с его любимым человеком такое случилось. Никогда не будучи верующим, парень тоже стал в голове произносить что-то вроде молитв. Не хочется даже думать, что будет, если Ханамия Макото оставит этот мир.

«Живи, парень, ты должен, иначе сильно пожалеешь об этом», - произнёс в голове юноша. Остается только держать кулачки и успокаивать сестру.

Столько лет она мечтала научиться плакать. Но когда её в конце концов прорвало, легче не становилось. Ревела до тех пор, пока всё не выплакала. Остались только судорожные всхлипы. Сегодняшний день вымотал её до последней капли. Прислонившись к плечу Сей-чана, она тут же провалилась в сон. А когда снова пришла в себя, операция ещё длилась. Только теперь Хиёри заметила на соседней кушетке сидящую темноволосую женщину, которая выглядела жутко подавленной. Наверное, родственница. Женщина заметила взгляд девушки и подняла свои глаза. Но та быстро опустила взгляд, стыдясь встречаться глазами, чувствовала себя виноватой.

В тот момент, когда от ожидания хотелось проломить потолок, лампочка над дверьми сменила надпись, на «Операция завершена». Удары сердца начали набирать обороты и девушка помчалась к двери, как и женщина, сидящая напротив. Из дверей появился уставший врач и сообщил заветные слова:

- Его жизни ничто не угрожает.

Не передать словами, какую радость и облегчение испытали эти двое. Хотя нет, трое, потому что младший Акаши тоже был весь на нервах.

- Однако, спешу сообщить, что не знаю, чего ожидать после того, как он очнётся, - продолжил доктор. – Быть может, он вас не узнает, и, скорее всего, его движения будут весьма ограничены.

В животе всё скрутилось в тугой узел.

Только подумать, что он забудет её.

Но ничего, главное, что он жив. Важно, чтобы для него это не оказалось слишком болезненным.

- А…когда его можно будет увидеть? - спросила женщина, которая всё это время стояла рядом.

- Сейчас он пока будет в реанимации. Вам сообщат, когда можно будет навестить.

- Спасибо вам большое за проделанный труд, - одновременно произнесли обе представительницы женского пола. Но друг с другом так и не заговорили.

Потом подошел Акаши, и сказал, что пока можно поехать к нему домой и отдохнуть. В Токио у него тоже был дом. Всё равно сидеть здесь было бессмысленно, так что Хиёри приняла предложение. Закончив свои дела в больнице, брат с сестрой отправились в поместье.

По дороге парень задумался, сколько мороки предстоит с судебными разбирательствами. Впрочем, скорее всего даже его отец, Акаши Масаоми, что-то будет предпринимать по поводу этого дела, потому что из-за того, что сделал дядя, может пострадать репутация их семьи. И это единственное, что заставит его вмешаться. Он сжал кулаки, оставляя следы от ногтей на ладонях. Обе личности негодовали, но тут уж остается только смириться.

***

Хиёри не хотела ложиться спать, но все испытания, которые выпали на её долю, сморили девушку полностью. Из-за этого проспала вплоть до утра. Сейджуро оставался с ней в комнате, поскольку её сон был очень беспокойным: девушка часто вскрикивала и плакала, при этом не просыпаясь. Он просто прижимал её к себе и говорил, что всё хорошо. В такие моменты он чувствовал себя старшим братом, а не младшим. Но ему нравилось заботиться о ней, хотелось видеть только улыбку на её светлом лице, слушать потоки сарказма, а не раскаяния.

Уже проснувшись, девушка сразу стребовала позвонить в больницу, и оттуда сообщили, что уже можно прийти и проведать. Быстренько побежала в ванную, чтобы немножко привести себя в порядок и не выглядеть, как зомби. Чувствовала себя хуже, чем после сильного похмелья. Особенно сильно болела шея, на которой образовались огромные синяки в виде пальцев, но вроде ничего там не свернулось и не сломалось, так что грех вообще на что-либо жаловаться.

Акаши предложил поехать с ней, но девушка отказала – ей не хотелось его снова напрягать в случае очередной истерики. Он для неё так много делал и ещё, наверное, сделает, поэтому она уже точно знала, что не расплатится за всё в этой жизни. Пока подъезжала к ненавистному зданию, пальцы судорожно сжимали ткань штанов, а ноги выстукивали свой ритм. Ведь Хиёри прекрасно знала, что как бы Ханамия её не воспринял, это в любом случае будет сильный стресс.

Спросив, в какой палате его можно найти, девушка надела халат и начала подниматься по ступенькам. Подойдя к двери палаты, остановилась. Их разделяет всего лишь дверь, но как же страшно её открыть…

Так бы и стояла в нерешительности. Но тут дверь распахнулась и оттуда вышла женщина, которую Хиёри видела вчера. Можно было предположить, что это его мать, черты лица были очень похожими.

- Ох, это вы, проходите, - неловко заговорила та. Теперь уже некуда было деваться. И если бы эта женщина знала, что именно Хиёри виновата в бедах, так же легко пропустила бы её или выбросила бы из окна?

Но мешкать дальше смысла не было, поэтому девушка ступила за порог палаты. Зрелище, которое открылось ее взору, заставило ей снова заплакать. Всё внутри сжалось от сожаления и боли. Казалось, теперь она только и могла, что реветь. Ханамия неподвижно лежал и смотрел в потолок. Всё его тело было перебинтовано, лицо, пожалуй, единственное, где не было бинтов. Девушка сначала нерешительно застыла, однако потом подошла вплотную к нему и присела на стул возле его кровати. Парень перевел взгляд с потолка на неё и слабо улыбнулся.

- Значит…ты в порядке…слава Богу… - едва слышно проговорил молодой человек, что вызвало новый поток слёз у сидящей девушки. - Ну чего ты расхныкалась, ты же не плачешь…

- Благодаря тебе научилась, - буркнула в ответ, вытирая потоки и пытаясь улыбнуться. Радость от того, что он её не забыл, была невероятной.

- Вот так уже лучше, а то сама на себя не похожа, дурашка, - он попытался насмешливо выгнуть бровь, но это не совсем получилось, что вызвало уже полноценный смех со стороны девушки. Как же она была счастлива видеть его живым.

- Сам дурак, я не просила тебя спасать…

- И что бы ты без меня делала? Это то, что называют судьбой, Хиёри, не больше, и не меньше. Лично я рад, что появился там.

- А почему ты пришел вообще? – это правда было любопытно. Но она догадывалась о причине его прихода.

- Я пришел вернуть тебя. Не хотелось отпускать. Пускай ты и просила меня отступить, я с этим не был согласен, – девушка уставилась на него.

- Не поверишь, но я собиралась сделать примерно то же.

- Ты…тоже хотела быть вместе со мной?.. – Ханамия не мог поверить. Неужели это правда? Может быть, он просто умер или находиться в коме.

- Да… И что значит хотела? Я и сейчас хочу! - девушка приблизилась к его лицу и подарила легкий поцелуй. – Я тоже тебя люблю, Макото, слишком сильно люблю. Я заставила тебя страдать, потому что не могла пересилить свой страх любить. Но в итоге ты всё равно пострадал. Похоже, что бы я не сделала, всё равно не смогла бы тебя уберечь. Поэтому скрывать свои чувства сейчас нет никакого смысла. Я готова сказать, что люблю тебя столько раз, сколько попросишь. Я тебя не оставлю больше.

Её глаза и правда были наполнены любовью, нежностью и пылкостью одновременно. Но в лице Ханамии отразилась грусть. Он ведь только об этом и мечтал. Однако получив желанное, ощущал только грустные эмоции. Нужно ей об этом сказать.

- Послушай…я ценю твои чувства. Они стоили такой цены.

- Я б озвучила их и без такой цены! – возмущенно возразила девушка.

- Дело не в этом. Теперь я не думаю, что буду нужен тебе. Знаешь, я ничего не чувствую, кроме шеи и головы. Абсолютно ни-че-го. И врачи говорят, что, скорее всего, и не почувствую. Разве что спустя много лет лечения и реабилитации какие-то части тела, кроме ног, могут заработать. Но я всё равно на всю оставшуюся жизнь буду инвалидом. Это не то будущее, которое я хотел бы, чтобы у тебя было, – Ханамия ожидал увидеть на её лице разочарование, сожаление, но не тот гневный взгляд, которым его одарила любимая.

- Да что ты о себе возомнил?! За меня решать будешь? Я тоже никакого будущего для себя не видела. Но как только в жизни появился ты, я призадумалась, что можно умереть и не в двадцать, а пожить подольше. Но в этом есть смысл, только если в этой жизни будешь ты. Я буду за тобой ухаживать. А ты можешь ругать меня, если буду сильно жалеть тебя. Но чтобы не расслаблялся, буду немного вбивать тебе в твою тупую башку здравого смысла, раз только она и осталась чувствительна.

- Это тебе сейчас так кажется, но я не уверен, что ты долго протянешь. Я вообще ничем не смогу тебя удовлетворить. И тратить свою жизнь на меня нет смысла. Пойми, сколько ты потеряешь.

- По-видимому, башкой ты тоже тронулся не слабо. Оно и понятно, такой удар. Но не думай, что твоё нынешнее состояние поможет снять с себя ответственность за свои слова. Я тебе ещё всё припомню. Не смей меня оскорблять, считая полной слабачкой. Если ты думаешь, что я хочу быть с тобой из чувства вины, то глубоко заблуждаешься. Чтобы я таких разговоров больше не слышала, понял? – рассерженная девушка снова поцеловала его, только на этот раз со всей силой, вложила душу, так сказать, в этот поцелуй.

Зашла медсестра и сказала, что время приёма окончено. Поэтому Хиёри вынуждена была покинуть палату, сделав жест «я тебя запомнил». Парень лишь слабо улыбнулся. Какой была упертой, такой и осталась. Как её переубедить – уму не постижимо. Похоже, только со временем поймёт, во что вляпалась. Только бы не слишком поздно. И, несмотря на свои убеждения, на подсознательном уровне Ханамия был чертовски рад всему, что сказала эта юная особа.

Вопреки тому, что Акаши наговорила своему парню, если теперь его так можно называть, девушка сама на сто процентов не была уверена, что справится. Но как раз-таки перед ним нельзя было показывать и капли неуверенности. Она вышла из палаты и увидела, что та женщина всё ещё стояла в коридоре и разговаривала с доктором. Если это всё же его мать, нужно бы сказать ей всё, как есть, и попросить прощения.

Тактично подождав, пока та закончит разговор, Хиёри подбежала к ней.

- Извините, что так прямо спрашиваю, но кем вы приходитесь Ханамие Макото? – спросила в лоб девушка.

- Я его мать, а вы…кем будете? – всё так же неловко проговорила женщина.

- Я…его девушка. Мы могли бы где-то поговорить?

- Ох, конечно.

Эти двое вышли на улицу и присели на скамью рядом с больницей, где почти никого не было.

Хиёри не очень связно, но рассказала, почему это всё случилось с её сыном. А потом опустилась на колени и начала извиняться.

- Поднимись, не стоит, я не достойна твоих извинений, – Ханамия-сан быстро подняла девушку с колен. – Из меня вышла плохая мать. Это мне надо просить прощения у него за всё, но простить меня всё равно невозможно.

- Может и простит, я вижу, что он вам не безразличен, просто попробуйте донести ваши чувства ему - проговорила Хиёри, приобнимая сгорбленную женщину за плечи. Даже если Макото было за что её ненавидеть, девушка видела, что та искренне раскаивается.

А вот её отец хотел её убить. Тут уж ничего не поможет наладить отношения. До сих пор жалела, что не убила его. Но тогда было бы больше проблем.

Попрощавшись с Ханамией-сан, Акаши Хиёри поехала в полицейское отделение, так как её попросили приехать и дать показания. Повезло, что дома стояли камеры наблюдения, так что картина произошедшего была предельно ясна. Следователь по делу рассказал то, что удалось выяснить со слов Акаши Мифунэ. Оказалось, что перед смертью мать Хиёри украла некоторые важные документы и отослала своему другу, чтобы тот мог воспользоваться ими в своих целях. Но не так легко было нанести вред столь могущественной компании, какой была на тот момент компания её отца. И пару лет ничего не было подозрительного. Но это потому, что тот самый друг не знал, что женщина умерла. Как только новость достигла и его ушей, он немедленно начал мстить, и, похоже, что испытывал тот мужчина к матери Хиёри далеко не просто дружеские чувства. Акаши Мифунэ же не сразу смог найти того, кто помог ему обанкротиться. Однако, всё же, через время он обнаружил этого человека и убил его.

В Китае он уже месяц находился в розыске. Но почему Акаши напал на свою же дочь – это уже вполне могла быть психологическая проблема. Поэтому не ясно, куда он отправится дальше, в тюрьму или психушку. Это всё огорчило девушку. Психушка для этого чудовища будет даже не наказанием.

Этими новостями вечером, приехавши к брату, Хиёри и поделилась. Однако, тот уже был осведомлен. И не только он. За ужином присутствовал сам Акаши Масаоми и сообщил, что сможет без огласки добиться того, чтобы его собственного брата закрыли в тюрьме. Воистину страшный человек. Но сейчас он как никто другой смог бы помочь. Также было решено, что с этого момента девушка будет жить пока здесь, поскольку дядя решил взять над ней опеку. Сейджуро не совсем понимал действий своего отца. Неужели спустя столько лет в нем проснулась совесть?

Хиёри сначала была против, но после того, как господин Масаоми заверил, что поможет с лечением Ханамии, девушка вынуждена была согласиться. Потому что сколько она б не работала в Маджи Бургере или ещё в каком-то подобном месте, ей не накопить тех денег, которые ему понадобятся и на следующие операции, и вообще на уход за ним. Сейчас дядя поставил условия, что в приоритете у неё будет учеба и поступление в университет. Ей это все не нравилось, однако, чтобы в дальнейшем ни от кого не зависеть, нужно иметь хорошую работу и без высшего образования у Хиёри это вряд ли получиться. Что ж, это ничего. Она всё сможет и сделает. Сейчас Ханамия жив и это главное. А со всем остальным можно справиться. Хиёри будет ступать в своё будущее с широко расправленными плечами и высоко поднятой головой.

*Спустя пару месяцев*

- Эй, Акира, никуда не годиться, сколько ещё можно так лажать, твою за ногу! Иди побегай вокруг школы до окончания тренировки!

- Ладно, ладно, понял! - первогодка Кирисаки Дайичи тяжело вздохнул и пошел отбывать наказание. Но ему и правда не хватало выносливости, поэтому бегать и так было нужно. Тренер хоть и казался жестоким, но был умен и всё подмечал. Быть может, у их команды ещё даже будет шанс хорошо показать себя на Зимнем Кубке. Говорили, что раньше школа Кирисаки пользовалась уловками и калечила своих оппонентов. Однако, то ли из-за того, что сам тренер теперь почувствовал на себе, какого это – быть калекой, то ли из-за прекрасной Акаши-сан, которая была ясным лучиком света в их мужской баскетбольной обители, но теперь их школа играла честно.

- Ты слишком строг с ними, тебе не кажется, Макото? – заявила Хиёри, стукнув журналом его по голове.

- Строг? Да я же вообще мягонько, чем ты смотришь?

- Ну да, ну да, если кто-то опять убежит с клуба, тебя ждёт ещё то наказание, – недобрая ухмылка озарила лицо менеджера.

- Мне вот кажется, что без твоего согласия я даже приказы раздавать не способен, - нахмурился Ханамия.

- Ну ты же беспомощный доходяга, конечно, ты не можешь, - хихикнула девушка.

- М-м-м, чёрный юмор, понимаю.

- А что? Жалеть тебя нельзя, значит, прикалываться можно!

- Я тебе ещё не надоел? Не хочешь избавиться от такой обузы? – тренер поднял голову вверх, вызывающе заглядывая девушке в глаза.

- Не дождешься, дурачок, - Хиёри улыбнулась и чмокнула его в лоб. Парни, смотря на эти нежности, только пофукали. Завидуют просто. Да, похоже, ему не удастся от неё избавиться так легко.

Когда с тренировкой было покончено, влюблённая парочка покинула здание школы. Они уже направлялись к машине, но у ворот их ждал какой-то высокий широкоплечий парень. Казалось, что девушка его где-то видела, но не могла вспомнить. Зато её спутник, похоже, был очень хорошо осведомлен насчёт личности этого человека. Лицо Ханамии сразу нахмурилось.

- Позлорадствовать пришёл? – насмешливо обратился он к молодому человеку.

- Да нет, просто поговорить. Могу я у вас его украсть? – обратился тот парень к Хиёри.

- Можете, но ненадолго, и вернитесь с ним обратно сюда же, пожалуйста.

- Хорошо, можете не беспокоиться, - заверил он её.

Если бы коляску не забыли зарядить, то Ханамия не чувствовал бы себя таким униженным и беспомощным, когда пришедший человек увез его от Хиёри. Но и ладно, поговорить, так поговорить, куда теперь денешься?