На следующее утро часть класса, состоявшая из групп Хираты и Кушиды, поспешила обменяться полученной накануне информацией. Ике и его друзья ненавидели Хирату из-за его популярности среди девушек. Тем не менее, они лениво болтали и наслаждались своим положением как раз благодаря девушкам, буквально облепившим Хирату.

Как я поняла из их разговора, похоже, что им не удалось добыть нужные классу сведения. Они просто записывали имена людей, с которыми общались и время от времени делали заметки в своих телефонах.

А я была одна, как и всегда. Можно было бы поговорить с Кушидой, но в общей беседе с остальными учениками я все ещё чувствовала себя некомфортно. Поэтому я просто попросила ее ввести меня в курс дела позже.

Между тем, моя соседка по парте, отвергшая приглашение Кушиды, готовилась к занятиям с безразличным выражением лица.

Только человека, фактически вовлеченного в это дело, все еще не было в школе.

— Ха... а мы действительно можем доказать, что это была вина класса С?

— Если мы сможем найти свидетеля, то это вполне возможно. Давай сделаем все, что в наших силах, Ике-кун!

— Прежде чем начнем «делать все возможное», мы должны понять, существуют ли вообще свидетель? Судо лишь сказал, что он смутно почувствовал чье-то присутствие, верно? Разве это не может быть ложь? В конце концов, он жестокий и часто провоцирует людей.

— Если мы будем продолжать сомневаться в нем, то ничего не сможем сделать. Ты не согласен?

— Да, это так, но... если Судо виновен, зачисление всех наших баллов отменят, не так ли? Мы снова начнем с нуля и вернемся к нашей трудной жизни без каких-либо карманных денег. Наша цель — продолжать жить в свое удовольствие, останется лишь мечтой.

— Тогда мы можем снова начать набирать баллы. С начала года прошло всего три месяца.

Девчонки в классе покраснели, слушая благородную речь Хираты. Герой нашего класса, как всегда, без колебаний дал великолепный совет. Каруизава светилась от гордости за своего парня.

— Я думаю, что наши очки бесценны. Это повлияет на нашу мотивацию, так? И потому мы должны сделать все, чтобы сохранить их. Даже если мы говорим только о 87 очках.

— Я понимаю, что ты чувствуешь. Тем не менее, думаю, опасно быть настолько непреклонным в сохранении очков и упускать из виду реальность. Самое главное для нас — беречь наших близких товарищей.

Ике с подозрением взглянул на Хирату.

— Даже если Судо виноват?

Это естественно — чувствовать себя ужасно, если наказание понесет невиновный, но другое дело, если оно было заслуженным.

Однако, Хирата уверенно кивнул. Похоже, самопожертвование для него в порядке вещей. Из-за непоколебимой нравственности Хираты, Ике опустил глаза, испытывая что-то вроде благоговейного трепета.

— То, что говорит Хирата-кун, совершенно верно, но я все равно хочу получить свои очки. Каждый месяц ученики класса А получают около 100,000 баллов. Я действительно им завидую. Есть люди, которые постоянно закупаются стильной одеждой и аксессуарами. По сравнению с ними, разве мы не выглядим жалко?

Каруизава сидела на столе, болтая ногами. Наши одноклассники казались огорченными, когда она указала на большую разницу между классами.

— Почему я не оказалась в А классе с самого начала? Если бы я училась в там, то сейчас бы наслаждалась жизнью.

— Хотел бы и я быть в классе А. Тогда я веселился бы с друзьями сутки напролет.

Я поняла, что люди, которые встретились ради спасения Судо, практически сдались.

Никто кроме меня этого не заметил. Хорикита, сидевшая рядом со мной, не могла сдержать смех из-за бредовых разговоров Ике и Каруизавы. Похоже, она хотела сказать, что они не смогли бы учиться в классе А, даже если бы попытались.

Хорикита тут же достала библиотечную книгу и начала читать, стараясь не отвлекаться на шум. Я посмотрела на обложку: это были «Бесы» Достоевского. Хороший выбор.

— Было бы здорово, если бы существовал трюк, с помощью которого возможно добраться до класса A в одно мгновение. А то копить очки класса так трудно...

Разница между нашим классом и классом А составляет тысячу баллов. Излишне говорить, что это очень много.

— К счастью для тебя, Ике, есть способ стать классом А в одно мгновение. — голос, донесшийся от входа в класс, принадлежал Чабашире-сенсей, которая пришла за пять минут до начала занятий.

— Сенсей... что вы сказали? — Ике чуть не свалился со стула.

— Я говорю, что есть способ подняться до класса А, даже без накопления очков.

Даже Хорикита оторвалась от книги, пытаясь понять, не лжет ли она.

— Вы шутите... Саэ-тян-сенсей, не смейтесь над нами.

Обычный Ике проглотил бы наживку, но на этот раз он воспринял это все как шутку.

— Я говорю серьезно. В школе есть такие особые методы.

Не похоже, что сенсей шутит.

— Не думаю, что она нам врет, чтобы вызвать неразбериху…

Бывали случаи, когда Чабашира-сенсей недоговаривала информацию, но обычно она не лгала.

Улыбка Ике постепенно сошла на нет.

— Сенсей, что это за «особые методы», о которых вы говорите? — вежливо поинтересовался Ике, стараясь не раздражать ее.

Все ученики в классе также притихли и теперь смотрели на Чабаширу-сенсей. И даже те, кто не заинтересован в А классе, подумали, что было бы неплохо узнать поподробнее об этом.

— В первый день обучения я сказала, что нет ничего, что вы не могли бы купить за ваши баллы. Иными словами, если вы используете свои личные баллы, то сможете перевестись в другой класс.

Наши классные очки и личные баллы связаны. Если не будет классных очков, то не сможем ежемесячно получать личные. Но тут нет строгой корреляции. Поскольку студенты имеют возможность переводить баллы друг другу, теоретически, мы можем получать баллы даже если у нас нет очков класса.

— С-серьезно?! Сколько баллов нам нужно, чтобы это сделать?

— Двадцать миллионов. И вам лучше начинать копить. Тогда вы сумеете добраться до нужного класса.

Услышав абсолютно недостижимое число, Ике полностью свалился со стула.

— Если речь о двадцати миллионах… это же просто невозможно!

В классе нарастал гул недовольства. Надежда всех была разбита в пух и прах.

— При обычных обстоятельствах это невозможно. Но поскольку это верный способ добраться до класса А, вполне естественно, что цена высока. Даже если вы уменьшите число на одну цифру, будет сто студентов из А класса, выпускающихся каждый год. В таком случае в этом не было бы никакого смысла.

Даже если мы будем каждый месяц набирать 100,000 очков, все равно будет не так-то просто набрать нужное количество.

— Мне просто любопытно, но... был ли когда-нибудь класс, который успешно выкупил себе пропуск?

Очевидный вопрос. Средняя школа Кодо Икусей существует уже около десяти лет. Сотни тысяч студентов с трудом прошли через эту школу. Если бы кто-то достиг подобного, об этом наверняка стало бы известно.

— К сожалению, такого никогда не было. Причина ясна как день. Если вы будете экономить в течение трех лет, сохраняя изначальное значение, в итоге вы получите около 3,6 миллиона очков за три года. Как класс А, вы можете получить до 4 миллионов очков. То есть это недостижимая при обычных обстоятельствах цель.

— Это просто невозможно…

— Очень близко к невозможному. Но то вовсе не означает, что такое в принципе неосуществимо. Это большая разница, Ике.

Тем не менее, около половины класса уже потеряли всякий интерес. Для класса D, который хотел получить 100, может быть, 200 баллов, достигнуть 20 миллионов оставалось лишь несбыточной мечтой. Это за пределами нашего воображения.

— Могу я задать вопрос?

Как всегда, наблюдательная Хорикита, подняла руку. Похоже, она решила, что было бы полезно узнать больше деталей.

— С момента основания этой школы, каково самое большое количество баллов, накопленное студентом? Я хотела бы знать просто для справки.

— Очень хороший вопрос, Хорикита. Около трех лет назад был один ученик класса B, уже готовящийся к выпуску. Он накопил приблизительно двенадцать миллионов баллов.

— Д-двенадцать миллионов?! И вдобавок ко всему студент В класса?!

— Но, прежде чем он смог достичь 20 миллионов, этого ученика вынудили покинуть школу. Его исключили за осуществление крупномасштабной мошеннической схемы.

— Мошенничество?

— Он разводил первогодок на баллы одного за другим. Вероятно, делал это чтобы набрать 20 миллионов очков, дающих пропуск в класс А. Однако школа не могла игнорировать его действия. И хотя его цель изначально не была дурной, школа должна была наказать его за нарушение правил.

Это была не просто байка, а история, лишний раз подтверждающая невозможность затеи.

— Таким образом, даже если прибегнуть к теневым методам, двенадцать миллионов в значительной степени окажется пределом.

— Откажитесь от этого метода и ради дальнейшего продвижения сотрудничайте друг с другом.

Хорикита начала себя чувствовать идиоткой и, жалея, что подняла руку, продолжила чтение.

В этом мире предложения, кажущиеся на первый взгляд слишком хорошими, в итоге оказываются обманчивыми.

— А, точно. Никто из вас не получал очков от клубной деятельности? — неожиданно что-то вспомнив, Чабашира-сенсей сменила тему.

— Что вы имеете в виду?

— Есть случаи, когда баллы начисляются отдельным лицам за участие в клубной деятельности и за их вклад в развитие клуба. Например, если человек в клубе каллиграфии выигрывает приз в конкурсе, школа будет присуждать ему баллы, соответствующие премии.

Одноклассники снова начали вникать в новую информацию.

— М-мы можем получить баллы за участие в клубной деятельности?!

— Именно. Возможно, другие классы уже об этом знают.

— Эй, что это значит?! Почему вы не сообщили нам этого раньше?!

— Я забыла об этом. Однако клубы существуют не только для получения баллов. И узнай вы об этом факте раньше, вам бы это мало помогло, — Чабашира-сенсей произнесла это без тени стыда.

— Нет, нет, нет, это определенно могло бы помочь! Если бы нам сказали это раньше, я бы…

— Ты говоришь, что вступил бы в клуб? Думаешь, ты смог бы чего-либо достигнуть, вступив в клуб и участвуя в соревнованиях с такой слабой волей и мотивацией?

— Это… может это и правда, но… Такое могло случиться!

Я понимаю, что пытается сказать Чабашира-сенсей Ике. Во-первых, если бы кто-то присоединился к клубу только ради заработка очков, они, вероятно, не смогли бы достойных результатов. Кроме того, вступление в клуб и половинчатые усилия будут только мешать остальным серьезно настроенным участникам.

С другой стороны, кто-то может присоединиться ради зарабатывания очков, а затем обнаружить, что у него есть талант к этой деятельности. Все, что я могу сказать — наш классный руководитель лишь притворялась.

— Если подумать, это было довольно очевидно.

— Что ты имеешь в виду, Хирата-кун?

— Во время занятий по плаванию, наш инструктор Хигашима-сенсей сказал, что занявший первое место получит 5 000 очков. Даже это даёт понять, что клубная деятельность приносит баллы.

— Я не помню, — сказал Ике, пожимая плечами и почесывая затылок.

— Если мы получим баллы, то я, наверное, займусь каллиграфией или другим видом искусства.

Кажется, Ике смотрит только на положительную сторону момента. На самом же деле, очевидно, что тут замешано что-то еще.

Если кто-то не участвовал всерьез и расслабился, может быть и такое, что его деятельность в клубе негативно оценят; выбирая легкий путь, ты лишь навлечешь на себя неприятности.

Тем не менее, хорошо, что мы узнали обо всем.

— Хорикита, разве это не доказывает, что таких людей как Судо стоит спасать?

— Ты говоришь, что мы должны его спасти, потому что он играет в баскетбол?

— Ты слышала на днях, что он был единственным первогодкой, которого взяли в основной состав?

Хорикита слегка кивнула, будто мысленно возвращалась к этому моменту.

— Если он говорил правду...

Похоже, она все еще сомневается.

— Лучше иметь много очков. Верно? Наверняка за баллы можно купить ещё что-то.

— Не думаю, что ты из тех людей, которые станут тратить свои деньги на других.

— Я просто говорю, что выгодно иметь много баллов. Ты ведь это понимаешь?

Хорошо когда в запасе много очков, как классных, так и личных. Во всяком случае, лишним это точно не будет.

Кроме того, нам слишком мало известно о том, как еще можно получить баллы на данном этапе обучения. Если наши шансы получить баллы будут расти до тех пор, пока Судо остается в классе, то это, определенно, благотворно подействует на общие усилия.

Хорикита погрузилась в молчание. Возможно, сейчас она обдумывает другие варианты приумножения очков класса.

— Я не собираюсь говорить, что помогу, но мне необходимо признать существование Судо.

Хорикита была резка, но она осознавала и понимала свои собственные интересы. Факты нужно принять как факты. Не думаю, что нужно говорить что-то ещё, поэтому я закончила разговор.

Некоторое время я смотрела на Хорикиту, размышляя над этим, и молчала.

В классе какое-то время царило волнение, но все быстро вернулись к привычному ритму. После занятий мы возобновили поиски свидетеля.

Я тащилась в хвосте компании Ике и Кушиды и восхищалась их навыками общения. Было ясно как день, что я, которая даже двух слов связать не может, не годился для таких задач. Как они могут так запросто болтать с незнакомцами? Монстры.

В ходе расследования они собирали не только имена, но и выспрашивали контактные данные. Присутствие Кушиды, вероятно, побудило их сообщить ей свои адреса. Это тоже невероятный талант…

Несмотря на то, что Кушида и компания заходили в классы второгодок и опросили всех старшеклассников, не было найдено никаких зацепок.

По мере того, как шло время, число учеников, оставшихся после занятий в здании школы, быстро уменьшалось. Мы решили на этом закончить.

Сегодня тоже ничего не нашли…

Чтобы пересмотреть нашу стратегию, все отправились в караоке. Вскоре после этого, пришел Судо и присоединился к дискуссии.

— Что сегодня происходило? Есть какой-то прогресс?

— К сожалению, дело пока никак не продвигается. Судо-кун, там действительно был свидетель?

Я понимаю сомнения Ике. Даже после школьных занятий нам сообщали ту же информацию, что и раньше. Так что никаких признаков существования свидетеля не было.

— Ха? Я никогда не говорил, что свидетель действительно есть. Я лишь упомянул, что он мог быть.

— Это… так и есть?

— Конечно, Судо-кун не говорил: «Я видел». Он сказал, что думал, что там кто-то есть.

— Может это просто галлюцинация? Должно быть, ты принимаешь какие-то сильные наркотики.

Не, это слишком маловероятно… Судо взял Ике в захват.

— Эй! Я сдаюсь, сдаюсь!

Пока эти двое дурачились, Кушида и Ямаучи все ещё ломали голову над этой ситуацией. После десятиминутного обсуждения Кушида заговорила, придумав что-то новое.

— Я думаю, будет лучше направить наши усилия в другое русло. Например, давайте поищем людей, которые могли бы стать свидетелями инцидента.

— Искать потенциальных свидетелей… разве это не бесполезно?

— Ты собираешься искать людей, которые находились поблизости в тот день?

— Да, что думаешь?

Идея неплохая. Может найтись несколько человек, которые входили в здание в тот день, и это довольно легко заметить. Другими словами, если кто-то скажет, что видел человека, заходящего в спец-корпус, то мы станем на шаг ближе в поисках очевидца.

— Звучит неплохо. Давайте сделаем это немедленно.

Уже почти пятница. На выходных будет трудно добиться каких-либо результатов. Иначе говоря, времени, которое мы потратим на поиски свидетеля, осталось мало.

Раздался стук в дверь. Кто-то пришел к нам в караоке.

Маленькая группа людей, регулярно общающаяся между собой уже собралась здесь, так что это мог быть лишь один человек.

— Есть какой-то прогресс? — спросила Хорикита снисходительным тоном, хотя должно быть, она уже знала ответ на собственный вопрос.

— Нет… пока нет.

— Я говорю это только потому, что это ты, но у меня есть кое-что…

— О-о, Хорикита!

Конечно, Судо обрадовался ее появлению. Он поставил игру на паузу и поднял голову.

— Ты решила помочь? Я рад, что ты присоединилась.

— Я не собираюсь помогать. В конце концов, свидетеля все еще нет, так?

Кушида удрученно кивнула.

— Если ты тут не для помощи, то почему пришла?

— Мне было интересно, какой у вас план.

— Я счастлив, даже если ты пришла только чтобы выслушать нашу идею. Мне бы не помешал совет.

Затем Кушида рассказала ей о задумке, который мы только что обсуждали. Выражение лица Хорикиты оставалось напряжённым на протяжении всего объяснения.

— План неплохой. Если есть в запасе достаточное количество времени, ваши труды могут принести результат.

Безусловно, вся проблема во времени. Вряд ли мы успеем сделать что-то за те несколько дней, что у нас остались.

— Теперь, когда я проверила ситуацию, могу вас оставить.

В конце концов, Хорикита решила уйти даже не присев.

— А что ты об этом думаешь?

Ранее, когда она стояла в дверях, ей явно было что сказать. Она не настолько дружелюбна, чтоб просто так заявиться к нам.

— ...Я дам тебе один совет, чтобы помочь вашим слабым усилиям. В конце концов, сложнее всего увидеть то, что находится прямо перед тобой. Если действительно есть кто-то, кто был свидетелем инцидента, то этот человек, скорее всего, рядом.

Информация, которую нам дала Хорикита, была гораздо важнее, чем я предполагала. Она говорила так, будто уже нашла свидетеля, в существовании которого мы даже не были уверены.

— Что ты имеешь в виду, Хорикита? Хочешь сказать, у тебя уже есть кто-то на примете?

Удивление и сомнение были для Судо превыше радости. Оно и понятно. Все, включая меня, были в недоумении, пока она не ответила.

— Сакура-сан, — имя которое произнесла Хорикита никто не ожидал услышать.

— Сакура-сан из нашего класса?..

Ямаучи и Судо переглянулись. Они, кажется, даже не знали кто такая Сакура. Честно говоря, на короткое время мне тоже пришлось покопаться в памяти.

— Свидетелем является эта девушка.

— Почему ты так решила?

— Когда Хирата-сан спрашивал класс о свидетеле, она была единственной, кто опустил взгляд. Многие внимательно слушали Хирату-сана, и только она выглядела безразличной. Она бы так не поступила, если бы действительно не была связана с этим инцидентом.

— Я вообще ничего не заметил.

Наблюдательность Хорикиты не может не впечатлять.

— Так, ты говоришь, что есть высокая вероятность того, что эта Сакура или Кокура или как-там-ее, может быть свидетелем? — уточнил Судо.

Остроумное замечание. Дурак такого не сказал бы.

— Нет, Сакура-сан определенно свидетель. Ее действия это подтверждают. Хотя она может и не признавать этого, она — именно тот человек, который вам нужен.

Хорикита вела себя как обычно. Все мы оказались тронуты тем, на что она готова ради класса.

— Ты действительно делаешь это ради меня! — Судо выглядел особенно растроганным.

— Не пойми меня неправильно. Я просто не хотела тратить время и позориться перед другими классами. Вот и все.

— Умм, еще ты спасала наши баллы, верно?

— Можете толковать это как вам угодно, но я просто говорю, что вы ошибаетесь.

— Не ври, ты просто цундере, Хорикита, — Ике игриво хлопнул ее по плечу, но его рука была тут же была перехвачена.

— Ауч!

— Не трогай меня. Если еще раз так сделаешь, я буду презирать тебя до самого выпуска.

— Я... я не собирался тебя трогать... а даже если и собирался... ой, ой!

Она прижала его к земле, схватив за голову. Жаль, но он это заслужил.

Хотя такие защитные приемы не свойственны нормальным девушкам. Поскольку я знала, что ее старший брат занимается айкидо и каратэ, должно быть она тоже практиковалась в чем-то подобном.

— М-моя рука-а-а!

— Ике-кун, — Хорикита говорила с Ике, лежащим на полу, скрючившись от боли.

Разве это не перебор?

— Мне стоит поправиться. Я буду презирать тебя даже после выпуска.

— У-у! Так жестоко! — Ике был окончательно повержен ее словами.

Сакура, значит… Из всех учащихся свидетелем оказался человек из класса D. Трудно сказать, хорошо это или нет.

— Разве это не замечательно, Судо? Если это ученик D класса, то у нас точно будут свидетельские показания!

— Да. Я рад, что есть свидетель. Но что за человек эта Сакура? Ты знаешь ее?

— Серьезно? Она сидит рядом с тобой! — удивленно воскликнул Ямаучи.

— Не, ошибаешься. Она по диагонали перед тобой слева, так?

— Вы оба ошибаетесь… она по диагонали перед Судо-куном справа, — Кушида поправила их, надув губки.

— По диагонали, спереди справа… Я не помню. Я знаю, что там кто-то есть.

По-моему, это очевидно. Если бы место по диагонали впереди справа пустовало, такое выглядело бы как минимум странно.

Упомянутая девушка — Сакура, конечно, не выделяется. Проблематично, что мы ничего о ней не знаем.

— Возможно, я знаю ее, но не помню точно, где мог слышать имя.

— Расскажи нам, как она выглядит?

— Ну, а если я скажу, что у нее самая большая грудь в классе, это поможет? Прям совсем большая, понимаешь?

Явно оживившийся Ике описал одну из основных физических характеристик Сакуры. Лично я не смогла бы понять о ком идёт речь, основываясь только на такой информации

— О, это та простая девушка в очках?

Как ты это понял?.. Я отодвинулась от него.

— Плохо запоминать людей таким способом, Ике-кун. Это выглядит жалко! — воскликнула Кушида.

— Н-нет, все не так, Кушида-тян! Я не пытался никого оскорбить. Это как запомнить высокого человека по его росту, понимаешь? Потому что так гораздо проще! Единственная разница лишь в том, что я запоминаю других людей по другим характеристикам!..

Ике попытался сгладить ситуацию, чтоб Кушида не разуверилась в нем окончательно, но уже слишком поздно.

— Черт возьми! Все совсем не так! Мне не нравятся простушки вроде нее! Не поймите меня неправильно!

Нет, я не думаю, что здесь есть какие-то недопонимания. А пока Ике рыдал, остальные принялись обсуждать Сакуру.

— Тогда следующий шаг — выяснить, как много нам известно о Сакуре-сан. Кто-нибудь хоть что-то знает?

— Хммм, не уверен. Мы должны спросить ее напрямую.

— Мы не можем пойти к ней в комнату прямо сейчас? У нас не так много времени.

Предложение Ямаучи кажется безопасным, но это так же зависит от ее личности и характера. Сакура — необычайно застенчивая девушка. Если бы люди, которых она не очень хорошо знала, внезапно появились на ее пороге, легко представить, как сильно бы она смутилась.

— Тогда, может нам следует позвонить ей?

Кстати говоря, я уже успела позабыть, что у Кушиды есть контакты каждого в классе.

— Не могу связаться. Я попробую еще раз позже, но боюсь, это сложный вопрос.

— Что ты имеешь в виду?

— Она дала мне свои контакты, но я думаю, что она будет раздражена, если я попытаюсь связаться с ней, тем более что она не очень хорошо меня знает. Кроме того, я не думаю, что она сейчас в комнате, поэтому не берет трубку.

Также вероятно, она просто притворяется, что ушла.

— Выходит, она вроде Хорикиты? — ляпнул Ике.

Как тебе только взбрело в голову спрашивать такое прямо при ней самой?

Впрочем, похоже, Хориките все равно. И действительно, кажется, ее совершенно не волновала болтовня Ике.

— Пока.

— А, Хорикита-сан!

С таким видом, словно ее застали врасплох, Хорикита быстро встала и направилась к двери.

— Что-за цундере.

Судо выглядел счастливым, улыбаясь до ушей и почесывая нос указательным пальцем.

Она уж точно была ни Цун, ни Дере. Вообще ничего из перечисленного.

Поскольку мы ничего не могли поделать с отсутствием Хорикиты, разговор продолжался и без нее.

— Я думаю, что Сакура-сан просто застенчивый человек. Вот такое у меня впечатление.

Странно говорить о характере человека, если тебе ни разу не довелось с ним разговаривать.

— Во всяком случае, она простушка. То, чем она обладает, совершенно для нее бесполезно, — говоря так, Ямаучи указал себе на грудь.

— Да, да! Хотя ее сиськи очень большие, а это мило само по себе! — Ике, кажется, уже забыл о сожалении, которое чувствовал еще несколько секунд назад, и снова начал увлекаться.

Однако у Кушиды по лицу поплыла натянутая улыбка. Заметив это, Ике снова пожалел о своих словах. Это прекрасный пример живого существа, постоянно допускающего одни и те же ошибки.

— Кстати, я не знаю, разговаривает ли она вообще с кем-нибудь. Как насчет тебя, Ямаучи? Подожди, подожди секунду... Ямаучи, ты сказал, что признался ей раньше, верно? Вы смогли поговорить с ней?

Ах да, он действительно сказал, что признался.

— Ах, а-а. Ну, если и было что-то подобное, я уже не помню, — Ямаучи сделал вид, что забыл.

— Так ты врал…

— Ба! Нет, что ты, я не соврал! Просто недоразумение. Это была не Сакура, а девочка из соседнего класса. Которая не такая уродливая и мрачная, как Сакура. Ох, простите, дайте мне секунду, — Ямаучи уклонился от ответа и достал телефон.

— Во-первых, я постараюсь завтра поговорить с ней сама. Она может забеспокоиться, если увидит большое количество людей.

— Звучит хорошо.

Если Кушида не сможет достучаться до нее, вероятно, это не удастся никому из нас.

— Так жарко…

Эта школа не меняет форму по сезону, и поэтому мы должны носить пиджаки в течение всего года. Причина проста — каждое здание оборудовано системами отопления и охлаждения. Единственный недостаток такого подхода состоит в том, что становится жарко, когда мы ходим из общежития в школу и обратно.

Утром моя спина вспотела за те несколько минут, что я добиралась из общежития в школу. Добравшись до места, я укрылась в прохладном здании.

Для студентов, что тренируются с утра, это должно быть настоящий ад. В классе парни и девчонки столпились вокруг кондиционера. Они напоминали мне мотыльков, летящих на свет лампочки. Это плохая аналогия?

— Аянокоджи-тян, доброе утро! — окликнул меня Хирата.

Как всегда, у него было ободряющее выражение лица. Кроме того, я могла даже различить слабый запах цветов. Вкусно пахнет...

— Кушида-сан рассказала мне о вчерашнем. Вы нашли свидетеля. Это Сакура-сан.

Хирата посмотрел на место Сакуры, все еще пустовавшее.

— Ты собираешься с ней говорить? — спросила я.

— Я? Нет... я только поприветствую ее. Собирался поговорить с ней как-нибудь, потому что она всегда одна в классе, но не могу быть настойчивым и приглашать ее. Особенно если учесть, что я парень. Кроме того, если я попрошу Каруизаву-сан поговорить с ней, это также доставит проблем.

Да, трудно представить беседу между чересчур напористой Каруизавой и Сакурой.

— Думаю, надо дождаться информации от Кушиды-сан.

— Звучит замечательно, но почему ты говоришь это мне? Было бы лучше, если бы ты говорил об этом с Ике или Ямаучи.

У него не было никакой серьезной причины говорить мне это все. Я ведь не была частью этой команды.

— Никакой особой причины. Наверное, это потому, что ты связана с Хорикитой-сан. Она не разговаривает ни с кем кроме тебя, так что я подумал, что ты передашь это дальше.

— Понятно.

Это моя единственная область применения? Это достаточно обидно... Хотя Хирата приятно улыбнулся и обида почему-то сразу же прошла.

Помещение было переполнено. Как только классный час закончился, Кушида направилась к Сакуре, которая явно намеревалась по-тихому уйти. Кушида, казалось, странным образом нервничала. Ике, Ямаучи и даже Судо выказывали интерес к тому, что произойдет и сосредоточили все свое внимание на девушках.

— Сакура-сан?

— Ч-что?

Сутулая девушка в очках робко посмотрела на Кушиду. По-видимому, не ожидала, что ее кто-то позовет и от этого смутилась.

— Я хотела бы кое-что у тебя спросить, Сакура-сан. Найдется минутка? Это насчет Судо.

— П-прости. У меня… у меня есть планы, так что…

Очевидно, Сакуре было некомфортно. Она отвела взгляд. Наверное, она не очень хороша в общении с другими. Или не хотела говорить на эту тему.

— Пожалуйста, не могла бы ты найти время? Это важно, потому я хотела бы поговорить с тобой. Когда Судо-куна спровоцировали на драку, ты могла находиться где-то рядом?

— Я… я не знаю, и уже говорила это Хориките-сан. Я действительно ничего не знаю.

Ее слова выглядели неубедительными. Тем не менее, она старательно все отрицала. Кушида четко могла видеть, насколько неприятен был разговор для Сакуры, так что она вряд ли захочет давить на нее еще сильнее.

Поначалу казалось, что Кушида слегка сдавала позиции, но ее беспокойство быстро растаяло в вежливой улыбке. Она не могла позволить себе сдаться так просто, потому что Сакура могла повлиять на судьбу Судо.

— Так… не будет проблем, если я уйду?.. — шепотом спросила Сакура.

Однако, тут кое-что странное. Она явно не была плоха в общении с людьми. Скорее всего, просто что-то скрывала. Это можно понять, всмотревшись в ее поведение. Сакура скрывала свою сильную сторону, так же избегая зрительного контакта. Даже если им некомфортно встречаться с кем-то глазами, люди обычно смотрят в сторону тех, с кем говорят. Сакура же вовсе не смотрела на Кушиду.

— Можешь уделить лишних несколько минут сейчас? — надавила Кушида.

— З-зачем? Я ничего не знаю…

Если Кушида провалилась, мы не сможем извлечь больше никакой выгоды из этой беседы. Конечно, чем дольше тянулась неловкость, тем больше внимания они к себе привлекали. Со стороны все выглядело как полный просчет со стороны Кушиды. Поскольку они уже знакомы и обменялись контактами, она ожидала, что беседа пройдет более гладко. Потому даже не думала, что в данной ситуации ее могут отвергнуть. И это объясняло, почему сейчас все разваливается.

Хорикита внимательно следила за ситуацией. C каким-то самодовольным выражением она взглянула на меня. Это было так, словно она говорила мне: «Твоя наблюдательность просто невероятна».

— Я действительно плоха в общении. Прости… — в итоге пробормотала Сакура.

Она говорила неестественно напряженно, и казалось, не хотела, чтобы Кушида подходила ближе. Уже пообщавшись с Сакурой ранее, она описывала ее им как застенчивую, но нормальную девушку. Вот только судя по ее поведению, она явно не подходила под критерии нормы. Кушида почувствовала это сейчас, потому не могла скрыть своего замешательства. Обычно другие люди без труда открываются ей, но здесь все закончилось полным провалом. Хорикита также понимала, что произошло. Она следила за беседой и пришла к неутешительному заключению:

— Какая жалость. Кушида не смогла убедить ее.

И она права. Если Кушида не смогла уговорить Сакуру, то вряд ли это будет под силу кому-либо другому из нашего класса. Кушида хорошо справлялась с созданием неформальной атмосферы, в которой даже асоциальные люди могли бы общаться естественно. Однако у каждого есть то, что называют личным пространством. Другими словами, запретная зона.

Сакура собрала свою сумку и встала, соблюдая очевидную дистанцию между собой и Кушидой.

— П-пока.

По-видимому, девушка сбегала, потому что не могла искусно завершить беседу. Она схватила со своего стола фотоаппарат и начала уходить прочь. И в этот момент врезалась в плечо Хондо. Сосредоточившись на переписке с другом, тот не обратил внимания куда идет.

— Ах! — громко щелкнув, фотоаппарат Сакуры грохнулся на пол.

Хондо продолжал идти, все еще сосредоточившись на своем телефоне. Проходя мимо, он просто извинился со словами «Моя вина!»

Сакура, забеспокоившись, бросилась подбирать свою камеру.

— Не получается. Экран не зажигается…

Сакура прикрыла рукой рот, полностью шокированная. Похоже, камера сломалась от удара. Она нажимала кнопку включения снова и снова, пытаясь вынимать батарейки и вставляя их обратно, но индикатор не загорался.

— П-прости. Мне очень жаль. Это потому, что я подошла очень внезапно… — начала Кушида.

— Нет, дело не в этом. Я просто была неосторожна, вот и все… в любом случае, до свидания!

Кушида не сумела остановить подавленную Сакуру, она могла лишь с сожалением смотреть ей вслед.

— Почему такая мрачная девушка мой свидетель? Отстой! Она не станет мне помогать, вот и все, — Судо раздражённо вздохнул и скрестил ноги, откинувшись на спинку стула.

— Я уверен, что нам есть чему поучиться. Кроме того, мы не спросили Сакуру-сан напрямую, что она видела. Может она просто не может сказать это сама?

— Я знаю, если она захочет что-то рассказать, то сделает это. Она ведет себя сдержанно, как взрослая.

— Так даже лучше, Судо-кун. То есть, было бы лучше, если бы она была нашим свидетелем.

— Что ты имеешь в виду?

— Она не станет давать показания от твоего имени. Школа определит тебя как инициатора драки. И хотя класс D пострадает от твоих действий, мы будем в порядке. Мы владеем доказательством того, что они лгут о насилии. Трудно представить, что школа оштрафует нас за вовлеченность в этот инцидент больше чем на 100 или 200 очков. Таким образом, мы потеряем только 87 баллов, а вот тебя самого просто исключат. Но даже так, мы возьмем на себя большую часть вины, в отличие от ребят из класса С, — Хорикита безжалостно высказывала мысли вслух, как будто все это время держала их глубоко в себе.

— Не шути так! Я невиновен! Невиновен! Я бил их, но это была самооборона.

— Не думаю, что в данном случае самооборона поможет.

Упс, я случайно сказала это вслух.

— Аянокоджи-тян, мне кажется что всеобщее стремление спасти Судо затухает.

Я оглядела весь класс.

— Похоже, так и есть. Возможно, они думают «будь, что будет». И что теперь уже ничего не поделать.

Даже если Сакура, ключевой свидетель, отказала Судо в помощи, тогда мы не сможем добиться никакого прогресса.

— Не могу представить, что мы сумеем найти идеальный выход для Судо. Давайте просто откажемся от него, — малодушно пробормотал Ике.

— Какого черта, парни? Разве не вы сказали, что поможете мне? — едва не плакал Судо.

— Ну, это просто… понимаешь?

Судо с мольбой в глазах обратился к оставшимся одноклассникам.

— Даже твои друзья не желают помочь тебе. Какая жалость, — пробормотала Хорикита.

Другие ученики не пытались отрицать слов Ике и Хорикиты.

— Почему я должен терпеть подобное? Вы куча бесполезных придурков!

— Какую занимательную вещь ты говоришь. Разве ты не заметил, что каждый от тебя отворачивается?

— Что ты под этим подразумеваешь?

Наш класс часто очень взвинчен, но сегодня все хуже, чем обычно. Однако, поскольку Судо говорил с Хорикитой, он старался изо всех сил сдерживать себя. Тем не менее, атака пришла на него с неожиданной стороны.

— Не думаешь ли ты, что было бы лучше, если бы тебя отчислили? Твое поведение далеко не прекрасно. Нет, фактически, я мог бы сказать, что твоя жизнь убога, Красные Волосы-кун.

Голос исходил от парня, вглядывающегося в собственное отражение в зеркале и поправляющего волосы. Это был Коенджи Рокуске, который даже на фоне остальных странных личностей очень сильно выделялся.

— Какого черта? Еще раз посмеешь так сказать, и я порву тебя!

— Для меня было бы непродуктивно отчитывать тебя, так что неважно, сколько раз я это сделаю. Какой смысл читать нотации слабоумному, не так ли?

Говоря это, Коенджи даже не взглянул на Судо. Как будто это был монолог.

Тут же раздался грохот. Стол взлетел в воздух и раскололся от сильного удара ногой. Все тут же затихли. Судо, молчаливый и напряженный, подошел к Коенджи.

— Ладно, хватит. Вы двое, успокойтесь! — сказал Хирата.

Он был единственным парнем, который мог что-то предпринять в этой ужасной ситуации. Мое сердце заколотилось в груди.

— Судо-кун, ты доставляешь тут больше всех проблем. Но, Коенджи-кун, ты тоже неправ.

— Фу. Не думаю, что делал что-либо неправильное, с тех пор как родился. Должно быть ты ошибся.

— Давай же! Я разобью твое лицо, — огрызнулся Судо.

— Прекратите!

Хирата схватил руку Судо, пытаясь его остановить, но тот не выказывал признаков колебания. Он выглядел так, будто хотел выместить все свое раздражение и злость, избив Коенджи.

— Прекратите уже! Я не хочу видеть, как мои друзья дерутся…

— Согласен с Кушидой. Не знаю насчет Коенджи, но я тоже твой товарищ, Судо-кун.

Хирата был настолько крут. Уместней было бы ему сменить имя на «Герой». Это звучало бы просто потрясающе.

— Я пытаюсь отсановить это! Судо-кун, ты должен действовать более зрело. Если будешь причиной других неприятностей, то мнение школы о тебе будет только ухудшаться.

— Тц…

Судо свирепо посмотрел на Коенджи и покинул класс, громко хлопнув дверью. Потом в коридоре послышался громкий голос:

— Коенджи-кун, я не намерен заставлять тебя помогать. Но ты не прав, обвиняя его.

— К сожалению, я никогда не ошибаюсь. Ни разу за всю свою жизнь. О, похоже мне пора на свидание! Ну, позвольте откланяться.

Наблюдая за их причудливым общением, я поняла одну важную вещь, что нашему классу очень сильно недостает единства.

— Судо-кун так и не вырос, да?

— Не могла ли ты быть добрее, Хорикита-сан?

— Я не проявляю милосердие к людям, даже не пытающимся работать над собой.

— Ну, вообще-то ты не проявляешь милосердия даже к тем, кто пытается.

— Что?

— Ох!

В меня вонзился такой острый взгляд, что я даже отпрянула. Но все равно попыталась слабо возразить.

— В мире бытует выражение: великие таланты поздно взрослеют. Возможно, Судо мог бы стать профессиональным игроком в НБА, верно? Думаю, есть вероятность того, что он сделает огромный вклад в общество. Сила юности бесконечна.

Я произнесла эту броскую фразу, звучавшую настолько же банально, как и телевизионная реклама.

— Не стану отрицать, что это может случиться через десять лет, но сейчас я рассматриваю лишь тех, кто поможет мне достичь класса А. Если он не поможет нам в этом прямо сейчас, то для меня он бесполезен.

— Наверное, это так.

Ну, во мнении Хорикиты наблюдалась последовательность, что было очень хорошо. Но меня больше беспокоили Ике и другие. Их настроение менялось постоянно, из-за чего я не могу нормально расслабиться.

— Чтож... Наверное стоит повторить попытку разговора с Сакурой-сан...

— Мне просто интересно кое-что. Принимая во внимание обстоятельства, даже если мы предоставим показания Сакуры-сан, считаю это окажет минимальный эффект. Скорее всего, школа усомнится в свидетеле, который неожиданно оказался учеником класса D.

— Усомнится? Имеешь в виду, они могут посчитать нашего свидетеля ложным?

— Конечно. Они разглядят в показаниях свидетеля личную заинтересованность. И не станут воспринимать ее слова как абсолютное доказательство.

— Не может быть. Считаешь, что даже ее показания не сочтут правдоподобными?

— Ну, лучшей и наиболее подходящей ситуацией была бы та, в которой настоящий свидетель учится в другом классе и наблюдал всю драку от самого начала до конца.

— В таком случае, не важно, как тяжело нам будет доказать невиновность Судо, мы…

— Но случись тот инцидент в классе, это была бы уже совсем другая история.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, в классах установлены камеры, которые ведут запись, так? Поэтому, если что-либо произошло, должны быть доказательства этого. Эти записи изобличат ложь парней из класса C.

Я заострила внимание на камерах, расположенных под потолком в углах классного помещения. Они выглядели достаточно маленькими, чтобы не привлекать лишнего внимания, и очень хорошо вписывались в общий интерьер.

— Школа проверяет эти камеры, чтобы увидеть, разговариваем ли мы или спим во время занятий. В противном случае, они не смогли бы точно оценить нашу посещаемость и усидчивость.

— Серьезно?! Я не знал этого! — Ике выглядел шокированным.

— Я только сейчас узнал о камерах.

— Их непросто заметить. Я тоже ничего не замечала. До тех пор, пока учителя впервые не заговорили о баллах.

— Ну, обычному человеку несвойственно беспокоиться о скрытых камерах. Я имею в виду, большинство не сможет напрямую указать на месторасположение камеры в магазине, даже если будут там все время закупаться, не так ли?

Если бы эти люди знали, они, возможно, испытывали бы угрызения совести или сильно занервничали. Или могли бы случайно заметить их. Учитывая, что мы больше не нуждаемся в поисках свидетеля, мне подумалось, что сейчас самое время идти по домам. Кушида и другие могли обсудить поиски нового свидетеля. Будет та ещё проблемка, если меня втянут в это.

— Аянокоджи-тян, не хочешь пойти в общежитие вместе? — спросила Хорикита.

Для Хорикиты было редкостью приглашать меня куда-то. Мир перевернулся с ног на голову. Наверное, завтра пойдет снег.

— Ладно, без проблем...

— Здесь остались только мы. Я хочу остановиться, до того, как мы вернемся в общежитие. Тебя это устроит?

— Я не возражаю, если это не займет слишком много времени.

— Конечно. Это займет примерно десять минут.

После занятий здесь было жарко и сыро. Я направилась к спец-корпусу, где произошла драка. Это не было делом об убийстве, где территорию нужно было огораживать лентой, чтоб люди не загрязняли место преступления. Тут действительно все было как обычно. Я не видела никаких признаков регулярного использования объектов здания, таких как специальные классные комнаты, класс домоводства, комната отдыха и так далее. Идеальное место, чтоб вызвать Судо.

— Так жарко…

Эта жара была невыносимой. Вероятно, именно так и должно ощущаться лето в школе, но я представляла, что в здании будет несколько более комфортно. Прохладный воздух должен был прогонять жару. Возможно, я слишком привыкла к зданиям с кондиционерами. Мне стало еще более жарко из-за ожидания. Возможно, воздух и продувался во время занятий в спец-корпусе, но определенно не сейчас.

— Прости, что привела тебя сюда, — Хорикита, остановившись передо мной, просто осматривала коридор. Она вовсе не выглядела вспотевшей.

— Выглядит так, будто здесь ничего нет. Слишком плохо.

— Хм? Что? — спросила я.

— Камеры, как в остальных классах. Если здесь есть камеры, мы получим твердое доказательство. Но я ничего не могу найти.

— А, да. Камеры безопасности. Определенно, ты права насчёт этого. Если они есть здесь, вопрос будет однозначно решен.

Здесь располагались электрические розетки под потолком, но так и не нашлось никаких признаков того, что ими пользовались. В коридоре не было ничего, что могло бы заслонять обзор камеры, поэтому, если бы она была здесь установлена, то наверняка записала бы весь инцидент от начала до конца.

— Ну, во-первых, имеются ли камеры в школьных коридорах? Возможно, их не было не только в коридоре спец-корпуса. Вполне возможно, что большинство школьных корпусов не оснащены камерами.

— Если бы мне пришлось подумать о местах, где они не установлены, то в первую очередь в голову приходят ванные комнаты и закрытые кабинеты.

— Да, весьма вероятно.

— Если тут висели камеры, школа проверила бы их в первую очередь, и в этом случае у нас не возникло бы никаких проблем.

Я встряхнула головой, сбитая с толку тем, что даже на мгновенье потеряла надежду. Какое-то время мы просто слонялись безрезультатно.

— Так, ты придумала план по спасению Судо-куна? — спросила Хорикита.

— Конечно нет. Это твоя работа — придумывать планы, Хорикита. Я не буду просить тебя спасать Судо, но будет здорово, если ты покажешь классу D правильное направление.

Хорикита раздраженно дернула плечами. Возможно, она думала над ответом. Однако она оказалась той единственной, кто нашла свидетеля Сакуру, потому непохоже, что у нее нет желания нам помогать.

— Ты просишь меня помочь? Используешь меня? Меня? Здесь и сейчас?

— Иметь такого свидетеля как Сакура, скорее навредит нам, чем поможет. Думаю, будет лучше, если мы поищем что-нибудь другое.

Скорее всего, Хорикита поняла. Тем не менее, обычно она действует на стороне, отгородившись от остальных. Словно слишком крутая чтобы переживать.

— У Судо полно качеств, которых я не перевариваю. Однако хотелось бы ослабить вину, возложенную на него. Наилучший возможный исход, если мы сумеем сохранить очки? Пусть даже если класс D представят в худшем свете.

Хорикита говорила честно. Обычно, она не была настолько откровенной. Не то чтобы это было плохо. Большинство людей сторонятся одиночества, потому иногда ведут себя лицемерно, спасая кого-то из притворного альтруизма, просто ради того, чтобы заставить других людей обожать их. Но такое не в стиле Хорикиты. Также, в отличие от Кушиды и остальных, она вполне могла отказаться доказывать невиновность Судо.

— Как я и сказала, если не появится идеальный свидетель, доказать невиновность Судо-куна будет нельзя. Если студенты класса С сами признаются во лжи, наверняка все обернется к лучшему. Думаешь, такое возможно?

— Отнюдь. Они никогда не признаются в этом.

— После занятий здесь никого нет.

— Ну, это очевидно. Спец-корпус используется только для клубной деятельности.

Одна из сторон, либо Судо, либо ученики класса С, вызвала другую в спец-корпус. После этого, словно по воле случайности, началась ссора. В результате, Судо покалечил остальных. Пострадавшие подали жалобу. Такова полная картина.

Определенно, я не стала бы приходить в столь душное место, если бы меня кто-то не привел сюда специально. Духота стояла невыносимая. Казалось, если я останусь ещё на несколько минут, то моя голова взорвется.

— Тебе не жарко, Хорикита?

В то время как меня убивала сильная жара, она оглянулась на меня с прохладным выражением лица.

— Я весьма устойчива, когда дело касается температуры. Аянокоджи-тян, кажется… ты не совсем в порядке.

Эта духота вызвала у меня головокружение. Я двинулась в сторону окна, надеясь на прохладный воздух. Открыла окно… и тут же захлопнула его.

— Это было опасно.

Из открытого окна в комнату поступило еще больше горячего воздуха. Если бы я оставил его приоткрытым, уверена, все бы закончилось весьма трагично.

Размышляя о том, что на протяжение всего августа дни будут становиться только удушливее, я впала в депрессию. Несмотря на это, посещение этого места принесло нам определенные результаты. Все было в наших силах.

— О чем ты сейчас думаешь?

— Да ни о чем. Только о жаре. Я достигла своего предела.

Казалось, мы сделали все что могли, поэтому двинулись назад.

— Ах.

— Упс, — повернув за угол коридора, я столкнулась с двумя другими учениками.

— Простите. Вы в порядке? — спросила я.

Удар от нашего столкновения был не очень сильным. По крайней мере, никто из нас не упал.

— Все в порядке, простите что мы были не слишком осторожны.

Мне ответил крайне вежливый и добрый голос парня с невероятно добрыми глазами.. и честно признаться с красивой внешностью заставившей биться мое сердце.

Должно быть, я излишне долго его рассматривала, потому что за моим плечом успела появится Хорикита и...

— Сакура-сан? Что ты здесь делаешь?

Стоп, Сакура? Осмотревшись я заметила стоящую за этим парнем Сакуру из нашего класса которая была.

Ну почему другим так везёт, а мне нет? Это несправедливо...

— А, ум… Очевидно что Сакура была крайне смущена попытавшись спрятать свой взгляд и невольно сгорбившись.

Стоп, невероятно красивый парень, вместе с Сакурой прохаживается на "месте преступления".... Если он из класса С и сможет убедить Сакуру дать показания против своего одноклассника то нам точно конец...

Хорикита очевидно подумала о том же самом поэтому резко произнесла:

— И кто ты ещё такой?

— Простите мне мою грубость и за случившееся недопонимание. Произнеся это парень улыбнулся улыбкой, соответствующей его внешнему виду, очевидно поняв подозрения Хорикиты и причину её грубости (он то не знал что она всегда такая...).

— Меня зовут Ягами Лайт и я из класса В. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне!