Зайдя в класс, Чабашира-сенсей удивленно обвела взглядом учеников. Все с беспокойством ждали результатов промежуточных экзаменов.

— Учитель, я слышал, что сегодня появятся результаты тестов. Когда их нам сообщат?

— Тебе незачем так волноваться, Хирата. Ты наверняка сдал.

— Так и когда они будут?

— Что ж, сейчас самый подходящий момент.

Она прикрепила на доску лист с фамилиями и баллами.

— Говорю честно, вы молодцы. Не думала, что ваш класс так хорошо справится. По математике, японскому и социологии сразу одиннадцать человек получили оценки «отлично».

Ученики ликовали, глядя на ровные ряды стобальных оценок. И все же улыбались и радовались не все.

Возникла большая проблема – оценка Судо по английскому. За первые четыре теста Судо получил по 60 баллов, а вот по английскому у него всего лишь 39. Но все же…

— Яху! — воскликнул Судо, вскочив из-за парты. Ике и Ямаучи поднялись, чтобы порадоваться вместе с ним.

На листе с оценками не было красной разделительной полосы. Мы с Кушидой переглянулись и испустили вздохи облегчения. Хорикита же… не улыбалась и не радовалась, но выглядела довольной.

— Вы же видели это, учитель? Когда мы стараемся, у нас получается! — триумфально произнес Ике.

— Да, я вижу, и это отличная работа. Однако… — у Чабаширы-сенсей в руке появилась красная ручка.

— Что? — невольно вырвалось у Судо.

Она прочертила красную черту под именем Судо.

— Стоп, проходной балл же 32!

— А кто тебе сказал, что проходной балл – 32?

— Так вы же, учитель, и сказали?! Правда, ребята? — выкрикнул Ике, поддерживая Судо.

— Что бы вы ни говорили, это не поможет. Тут никакой ошибки нет. На промежуточных экзаменах проходной балл был 39.

— Можете объяснить, как определяется проходной балл?

Чабашира-сенсей написала на доске формулу.

Там было: «77.8/2=38.9».

— На прошлом тесте, как и на этом, у каждого класса был определен проходной балл. И составляет он половину от среднего по классу.

Получается, все, что ниже 39.8 баллов – неудовлетворительно.

— Как видишь, Судо, у тебя оценка на грани. Напиши кто-нибудь лучше, и вероятнее всего ты бы был исключен.

— Все остальные просто молодцы! В конце семестра, пожалуйста, постарайтесь сделать то же самое и также успешно сдать экзамены.

— Что ж, если на этом все, то классный час закончен.

— Стоп! Хорикита, ты… — Судо кое-что заметил. Остальные, удивлённые, ещё раз посмотрели на таблицу. Четыре из пяти ее оценок были идеальны, но за английский она получила 51, — Ты действительно… — он понял, что она сделала.

И, конечно, не по ошибке. Чтобы снизить средний балл, она также как и я намеренно понизила свою оценку.

Полагаю теперь Судо влюбится в нее ещё сильнее...

Пока Судо благодарил Хорикиту я медленно поднялась со своего места.

— Ты куда, Аянокоджи?

— В туалет.

Я вышла из класса и направилась в сторону учительской. Размышляя, не добралась ли уже Чабашира-сенсей до кабинета, я вдруг увидела ее стоящей у окна в коридоре. Похоже, она кого-то ждала.

— Аянокоджи, скоро начнутся занятия.

— Учитель, могу я задать один вопрос?

— Вопрос? За этим ты бежала за мной?

— Для меня очень важно услышать ответ.

— Чтож... Тогда валяй.

— Как вы думаете, есть ли равенство в современном японском обществе?

— Какая неожиданная перемена темы. Какой тебе толк с моего ответа?

— Это очень важно.

— Если тебя интересует мое личное мнение, то нет – равенства нет.

— Да, я тоже так считаю. Справедливость и равенство – всего лишь иллюзия и обман.

— Ты именно это хотела узнать? Если это все, то я пошла.

— Неделю назад, когда вы говорили, что список тем для теста изменился, вы сказали что-то вроде: «Я забыла сказать вам». Из-за этого мы узнали обо всем на неделю позже остальных классов.

— В учительской я так и сказала. Что же дальше?

— И хотя ответы, расчет баллов и опасность исключения одинаковы для всех классов, только с классом D поступили несправедливо.

— Хочешь сказать, ты не согласна? Но это хороший пример. Думаю, ты можешь назвать его примером несправедливости современного общества в масштабе одной школы.

— Конечно, как бы позитивно вы на это ни смотрели, этот мир – несправедливое место. Однако мы люди, а значит, можем думать и действовать.

— Что ты пытаешься сказать?

— Я просто пытаюсь понять. На последней встрече когда вы заставили меня присутствовать при вашем разговоре с Хорикитой. Вы зачем-то пытались указать ей в виде меня возможность поднять класс. Вы хотели заставить ее бороться и добраться до класса А. — А теперь вы просто намеренно подставляете наш класс Д. Вам нравится наблюдать за барахтанием класса неудачников? Или вы просто садистка? Прошу, проясните этот момент.

— Ты кстати тоже понизила свои оценки на тесте по английскому. По всем остальным темам у тебя в районе 90, а по английскому снова в районе 50. Видимо ты также как и Хорикита пыталась помочь Судо, вы договорились об этом заранее или это была твоя собственная инициатива?

Чабашира полностью проигнорировала мой вопрос и перевела тему на неудобную для меня.

— Просто совпадение. У меня всегда были трудности с английским. И я наверное вас поняла и я пожалуй пойду готовится к урокам.

— Аянокоджи, я очень высоко мнения о тебе. Но ты далеко не идеальна и совершаешь ошибки. Ты через Хирату раздала ответы повысив средний бал класса. Не додумайся Хорикита понизить свои баллы, и Судо был бы изгнан из школы. Тебе ещё есть куда расти, чтобы дорасти до уровня взрослых.

— Спасибо за совет, я обязательно обдумаю его.

Поклонившись учителю я повернувшись направилась в класс, для того чтобы все же обдумать непонятные действия Чабаширы сенсей и обдумать решение чтобы в следующий раз ее неожиданные изменения настроения не ударили по мне самой.