Они шли по улицам Жондури, Таягум вел. Глаза Кавика слезились, он не мог ничего различить, но он слышал крики известных городских разносчиков, предлагающих кусочки готовой еды, чтобы ее могли заказать за прилавками,  грохот торговцев галантерейными товарами, показывающих прочность их железных товаров, гремя металлом.

Когда они проходили площадь, полную невнятных воплей, он подумал, что они попали на бунт, как в Бин-Эре. Но Таягум сказал, что это была биржа, где торговцы кричали приказы друг другу в большой толпе с помощью взглядов и жестов, чтобы двигать суммы, равные пудам золота, за раз. Кавик не смог рассмотреть это, но не сильно переживал. Он не был туристом в Жондури.

Они поднялись по прогибающимся бамбуковым ступеням к дому на сваях. Таягум усадил его и не мешал истекать кровью. Когда поток из носа позволил ему снова видеть, он обнаружил, что был в общей комнате гостиницы.

Гостиница Племени Воды. Посреди пола была большая лампа-куллик из мыльного камня, источающая свет без дыма. Комната была слишком большой, чтобы быть полностью покрытой шкурами, но несколько было на стенах и полу. Его дом в Бин-Эре так выглядел. Попытка создать дом не на полюсе.

- Я оставлю тебя под опекой Акуудана, - сказал Таягум. – Мне нужно все уладить на пристани. Я вернусь.

Он ушел, Кавик не успел спросить, кем был Акуудан. Видимо, великан, который спустился по лестнице. Кавик был удивлен, что второй этаж мог его выдержать.

- Что за… Таягум! – взревел крупный южанин. – Иди сюда!

- Он ушел, - сказал Кавик. – Вы – Акуудан?

- Да, - Акуудан вздохнул. – А ты в ужасном состоянии. Я могу вправить кость. Сядь ровно.

Акуудан ушел за стойку. Он рылся на полках, и Кавик увидел, что у него была только одна рука, но она была больше, чем ноги некоторых людей.

Он принес кожаный сверток, развязал зубами узел, развернул кармашки, в каждом был разный деревянный отполированный инструмент. Он выбрал кость в форме вилки и два прутика размером с древко кисточки.

- Держи изогнутую у скул, - сказал он Кавику. – Будет больно.

Без предупреждения Акуудан вонзил прутья глубоко в ноздри Кавика, чтобы выправить его дыхательные пути.

Ах, ослепительная боль. Его старый друг.

- Утро было долгим, - сказал Кавик, пытаясь улечься на пол, пока инструменты оставались в его лице. – Можно, я закрою глаза? Хотя бы на минутку.

- Не стесняйся. Можно на две.

* * *

Когда Кавик проснулся, он обнаружил шкуры под собой и защитную маску, пристегнутую к голове, закрывающую нос от дальнейших ран. И Таягум вернулся. Он тихо болтал с Акууданом у лампы, два старших представителя Племени Воды порой поглядывали на гостя.

Кавик приподнялся на локтях. Лицо уже не было опухшим, а было чистым и немного холодным. Таягум, наверное, умыл его и прижал лед магией воды, пока он дремал. Может, и исцелил, но не на уровне чудесного прикосновения Аватара. Он мог дышать достаточно хорошо, чтобы уловить вкусный запах.

- Кровяной суп, - сказал Акуудан Кавику. – Чтобы восстановить то, что ты потерял. И я приготовил лапшу из водорослей, а Таягум добыл кусок черепахового тюленя. Еще свежий. Взятый честно, отблагодаренный охотником и замоченный.

Кавик сглотнул слюну.

- Откуда у вас свежее мясо тюленя так далеко от полюсов?

- В Жондури любят две вещи больше всего, - сказал Таягум. – Заказ и еду. Много торговцев из Племени, и они готовы платить за вкус дома.

Территории шаней были с разными народами. Кавик обнаружил, что суп был сытным, как дома. Лапша была хорошей, как у мамы, признал он. Мясо было срезано с позвоночника, эту часть быстро забирали после успешной охоты.

Из-за того, как вкусно было, Кавик не сразу заметил, что они ели в полной тишине.

- Бизнес идет немного медленно, - сказал он. Шутка. Гостиница была пустой, хотя улица снаружи казалась шумной. – Помощник, которого я заменил. Он не живет тут?

Они хмыкнули, но ничего не сказали. Дружелюбие Таягума в лодке пропало. Сдержанность ранила Кавика больше, чем он хотел признавать. Это были первые из Племени Воды, кого он встретил после переезда в Бин-Эр, которые не злились на него за дела его брата.

Он разглядывал минуту мужчин. Маленькие голубые диски висели на ленте на руке Акуудана. Таягум был со схожей полоской ткани на бицепсе, но с нее свисал один амулет.

- Так вы раньше были в Северной Страже? – спросил Кавик. – Тонкие Когти, наверное, не так далеко от дома? – он говорил об элитных воинах Агна Келы, которые получали статус собратьев самого вождя. Когда они не были на полюсах, они служили как разведчики и рейнджеры, которые патрулировали дальше всего от земель Племени Воды.

Таягум фыркнул.

- Что? – сказал Кавик. – Вы оба выглядите как воины. По крайней мере, один из вас был давно на континенте, - мужчина, забравший его, может, не зря пытался быть осторожным с Кавиком, но он проболтался о себе.

Акуудан покачал головой.

- Не делай так, - сказал он.

«Что? Не лезть? Не узнавать? А что у меня за работа, по-вашему?».

- Я просто рассуждаю, - сказал Кавик, повернувшись к крупному мужчине. – Например. Если вы не потеряли руку случайно, думаю, вы можете быть связаны с правителями. Может, побочная ветвь клана, - род Вождя Севера был хотя бы с одним заметным предком, рождённым с одной рукой, и он был легендарным китобоем.

- Ты раздражаешь, - сказал Таягум. - И не проверенный. Нам не нравится поддерживать ходячую помеху.

Вот, как все будет. Кавик еще даже не спросил их о миссии.

- Я – тот, кого выбрала Аватар.

- Знаю, - сказал Акуудан. – И она могла ошибиться. Она ищет сначала хорошее в людях. Она хочет найти добро в них всем сердцем. Она слишком доверчива.

Кавик потрясенно покачал головой.

- Мы говорим об одном Аватаре? Янгчен? Которая шпионит? Использует прикрытие и чувствует себя при этом удобно? Воздушная кочевница, не похожая ни на одного Воздушного кочевника в истории?

Ноздри Таягума раздулись, Акуудан сжал губы в тонкую линию. Им не нравилось, что Кавик говорил об их боссе без благоговения.

- Мы с ней заключили сделку, - сказал он. – Мне нужно, чтобы она дошла до конца, а я нужен ей. Не вижу повода для вас смотреть на меня свысока за это.

Акуудан разглядывал Кавика, как ювелир, решающий отказаться от камня.

- Дети в эти дни знают о Платиновом Деле? – спросил он после долгих размышлений.

«Знаю ли я об обстоятельствах, которые заперли семью в городе, который я ненавижу, где я потерял брата, и из-за чего я оказался в другой части мира?».

- Я знаю немного.

- Мы с Таягумом в то время были начальниками снабжения экспедиции, - сказал Акуудан. – Мы сопровождали плату Племени Воды генералу Нонгу под дипломатическим предлогом. Силы Царя Земли в Переходе Ламапаки поймали нас с платиной, которую мы защищали. Послы Племени Воды не смогли сразу выпустить нас. А потом перестали пытаться.

- От нас отказался Оялук, - сказал с горечью Таягум. – Может, в наказание за то, что мы не защитили деньги, может, чтобы спасти лицо, но нас бросили гнить в тюрьме Царства Земли. Мы были бы там до сих пор, если бы Аватар не вытребовала амнистию для нас. Никто ее не просил. Она сама так решила.

- Мы идем за ней не из сделки, - сказал Акуудан. – Не из-за того, что она – мост между людьми и духами. Мы следуем за ней, потому что она помогает другим без вопросов.

- Ах, - Кавик кивнул. Они верили по-настоящему. Или просто были в долгу. – Она побывала на вашей свадьбе, или вы уже были вместе до Платинового Дела?

Мужчины посмотрели на него.

- Полагаю, на вас обручальные повязки, - сказал Кавик. Если он угадал, они чуть изменили традицию давать ожерелье, вырезанное своими руками, суженой. – Я не понимаю, почему у Акуудана так много камней.

Акуудан улыбнулся, первое настоящее теплое выражение лица от него при Кавике.

- Мы встречались раньше. Этот глупышка портил камень, который собирался использовать. Но я заставил его вытащить все неудачные попытки из мусора. Можно увидеть, как с каждым разом у него получалось все лучше.

Таягум склонился и прижался носом к щеке мужа.

- Тот, что сделал ты, сразу же выглядело идеально.

Они доели и помыли тарелки. За травяным чаем Кавик спросил у мужчин о плане Янгчен для него в Жондури. Несмотря на верность Аватару, которую они выразили ранее, они не горели энтузиазмом.

- Хорошо, она ошиблась, - сказал Акуудан, потирая большим пальцем и мизинцем виски. – Это безумие. Тебя убьют.

- Меня ловили уже возле складов и на пристани, - сказал Кавик. Часто один шань хотел шпионить за делами другого перед тем, как заключить сделку – или разорвать. Больше информации означало больше давления. – Обычно меня просто бьют и прогоняют.

- Ох, - сказал Таягум. – Еще не слышал, чтобы кто-то хвалился проигранными драками.

Были другие способы для сына счетоводов научиться делу. Стандартная цена против выгодных просчетов применялась к любому физическому столкновению в Бин-Эре. Тейин заплатил наемникам, потому что мог использовать это, пока никто не умирал.

- Бин-Эр – не Жондури, - сказал Акуудан. – И хоть зонгду есть в обоих городах, Хенше, по сравнению с Чайси, как лосельвенок рядом с взрослой версией. Если Аватар в игре с ней использует не те инструменты, это будет катастрофой.

- Почему Чайси – плохие новости?

- Ее хватка на шанях Жондури абсолютна, - объяснил Таягум. – Они работают так, как она им скажет, она не дает Лорду Огня трогать их, и всем выгодно. Она – самый эффективный лидер с начала системы.

- И она управляет потоком данных на острове, - сказал Акуудан. – Все мальчики на побегушках Жондури работают на нее как члены одной ассоциации. Они следят за жителями, которые могут быть угрозой ее гладким операциям. Торговцы, работники, все, кому не нравится то, как она ведет дела. Тут нет независимых агентов, как ты, которых можно убедить пойти против ее интересов.

Два грозных на вид мужчины, которые повидали беды, говорили о Чайси как о духе, который приносил неудачу. О таком, для защиты от которого место окружали запретами.

- Аватар встречается с ней лицом к лицу, - сказал Кавик.

Они дрогнули в тревоге.

- Если это открыто, о законных делах, то она должна быть в порядке, - сказал Таягум. – Аватар придет сюда после этого, до того, как ты отправишься на гибель?

Таким был план. Кавик кивнул.

- Хорошо, - сказал Акуудан. – У нас будет шанс оговорить ее от этого.

«Может, она вас уговорит», - мужчины уважали Янгчен, но Кавик видел, почему она не спешила действовать через них. Они думали о цене, не выгоде.

- Не смотри на нас так, - сказал Таягум. – Мы вели эту игру дольше тебя. Профессионалы знают, когда риск слишком велик.

Если Кавик не хотел рисковать, он бы сюда не прибыл.

- О, да? Тогда скажите, кто из вас, серьезных профессионалов, сломает завтра нос вашему помощнику.

Они растерялись. Кавик указал на свое лицо.

- Чтобы сочетаться со мной. Если Ли увидит вашего помощника на пристани в идеальном состоянии, он поймет, что сегодня приплыл кто-то еще.

Долгий миг тишины, а потом они втроем рассмеялись.

Кавик не мог остановиться. Бока болели сильнее носа. Мысль о том, что беднягу побьют за то, в чем он не участвовал, была несправедливой. Может, потому и было так смешно.

Вдруг Акуудан притих.

- Я сделаю это, - прорычал он, ударив кулаком размером с кирпич по столу, пролив чай.