— Кх. А-а-ах!

Слова Лилианы заставили юношу очнуться. Резко вскочив на ноги, он с рёвом вновь бросился в атаку. «Наверное, я просто споткнулся», — решил он.

Но результат оказался тем же.

Едва он коснулся Лилианы, как мир перед глазами перевернулся, и после лёгкого удара он уже смотрел в небо.

На этот раз он понял. Его бросила Лилиана.

Униженный, столкнувшись с реальностью, которая не желала ему подчиняться, молодой человек, изрыгая уже совершенно нечленораздельные звуки, рванулся вперёд, словно копьё.

Но, как и следовало ожидать, стоило ей мягко перехватить его вытянутую руку, как тело юноши против его воли описало круг вокруг Лилианы, будто спутник. Его развернуло в обратную сторону и отшвырнуло одной лишь её рукой.

— Я хорошо запоминаю лица. Однако вашего лица я не помню.

С диким криком юноша ринулся вперёд. Рука Лилианы обвила его руку, она грациозно развернулась, словно в танце, и он, подхваченный естественным потоком движения, полетел на пол.

— Да ты!..

— Это значит, что вы ни разу не были на мероприятиях с моим участием. Верно?

Боли от бросков не было. Пылая от стыда или гнева, юноша с покрасневшим лицом бросился на неё, беспорядочно размахивая ножом, но... рука Лилианы скользнула в его защиту, легла на шею, и он, не в силах сопротивляться, рухнул на спину.

— Вероятно, вы видели меня дома, по телевизору. И испытали чувства, которые побудили вас к таким действиям. Но действительно ли это то, чего вы желали?

Ирими-нагэ

Котэ-гаэси

Сихо-нагэ

Тэнти-нагэ

Кокю-нагэ

Кайтэн-нагэ

Что-то говоря ему, Лилиана продолжала раз за разом бросать юношу на пол в образовавшемся пустом круге, не причиняя ему вреда.

— Эй, Шиа. Это и есть твоё хвалёное «Уша-Таю»?

— Не надо использовать фразу из подзаголовка... Я её ничему такому не учила. Я объяснила ей основы рукопашного боя и, конечно, азы айки, но я и сама не владею такими отточенными техниками, — ответила Шиа.

— Но ведь его и вправду делают Уша-Таю.

— Да прекратите вы с этим Уша-Таю, Хадзимэ-сан. Лили этому научилась сама. Говорят, она просто скопировала приёмы, которые увидела в интернет-роликах.

— Что ещё за заочные курсы айкидо? Она что, скрытый баг-персонаж?

— Похоже на то. Теперь, если придётся с ней спарринговать, без Усиления тела может быть опасно. Я на себе ощутила всю жуть айки. Хотя сама я изучать его не собираюсь. Всё-таки для усаги нет ничего лучше старой доброй зажигательной драки.

— Ты вообще из какого мира усаги? А, точно, из другого.

Пока Хадзимэ и Шиа обсуждали скрытые таланты Лилианы, по залу начали разноситься тихие всхлипы.

Обернувшись, они увидели того самого юношу — он сидел на корточках и жалобно плакал. На пышном айдол-наряде Лилианы не было ни единой складки, и даже дыхание её не сбилось.

Публика застыла в смеси восхищения и шока. Синдзи и Ёсики где-то раздобыли по пачке Умаибо и превратились в обычных зрителей. А как же работа телохранителей?

Лилиана подошла к юноше, который продолжал рыдать, съёжившись в позе, напоминающей земной поклон. Она ласково погладила его по голове.

— Вам было тяжело, да? Вы так устали, что уже не могли подняться в одиночку.

Видимо, пока Хадзимэ и Шиа болтали, Лилиана успела выяснить у юноши все обстоятельства. Для Хадзимэ и остальных его проблемы и чувства были интересны не больше, чем прилипшая к асфальту и почерневшая жвачка, так что они всё прослушали.

От прикосновения Лилианы плачущий юноша ошеломлённо поднял голову. Она нежно ему улыбнулась и что-то прошептала на ухо.

Услышав её слова, юноша сморщил своё и без того перекошенное от слёз и соплей лицо и зарыдал с новой силой.

Лилиана вновь принялась ласково гладить его по голове, словно мать, утешающая дитя.

Похоже, ей удалось убедить обезумевшего юношу. По залу, всё ещё пребывающему в оцепенении, разлилась неописуемая атмосфера.

Хадзимэ окинул взглядом собравшихся и неторопливо начал аплодировать. Разумеется, чтобы побудить остальных выразить восхищение Лилианой, которая, даже подвергшись нападению, смогла наставить нападавшего на путь истинный. Раз уж он ничего не сделал, то хотя бы поддержит её таким образом.

Расчёт Хадзимэ, взявшего на себя роль сакуры, оправдался. Сначала раздались редкие хлопки, затем они стали громче и, наконец, переросли в оглушительную овацию, сопровождаемую восторженными криками.

Зал, хотя никто и не просил о выходе на бис, начал скандировать: «Лили! Лили!».

Лилиана, видимо, поняв замысел Хадзимэ, бросила на него короткий взгляд и кивнула в знак благодарности.

И тут же…

— …Эй, ты видел?

— …Ага. Уголки её губ на мгновение, буквально на одно лишь мгновение… скривились в ухмылке.

— Прямо как в «Всё идёт по плану»... Неужели само нападение было подстроено? …Жуть.

— Нет, Шиа. Вряд ли тот парень был подставным. Скорее, «по плану» пошло всё, что было дальше: её убеждение, сакура-поведение Хадзимэ и реакция фанатов.

— Сидзуку-тян, а мне кажется, это было не столько «по плану», сколько «Хе-хе, управлять психологией масс — проще простого». Помнишь, во время решающей битвы она тоже говорила что-то вроде: «Манипулировать толпой — раз плюнуть».

Когда Хадзимэ и остальные, ощутив лёгкий трепет, снова посмотрели на сцену, они увидели Лилиану, которая помогала юноше подняться, одаривая фанатов нежной улыбкой, отчего была похожа на Святую Мать.

Поистине, величайшая принцесса, в которой свет и тьма пребывали в гармонии, была страшна.

Драматичный поворот событий, в котором красавица, популярный автор сёдзё-манги и айдол, в открытую одолела нападавшего с помощью боевого искусства, да ещё и заставила его раскаяться, привёл фанатов в лихорадочный восторг.

К вечеру новость об этом инциденте разнесётся по всей стране. И популярность Лилианы продолжит расти, не зная границ.

Впоследствии, как и ожидалось, популярность Лилианы взлетела до небес. Даже люди, не интересовавшиеся мангой и аниме, услышав о столь ярком и драматичном событии, заинтересовались самой личностью Лилианы.

А Лилиана, в полной мере используя свои королевские навыки, отвечала на восторги людей.

Но это было ещё не всё.

Юноша, раскаявшийся благодаря словам Лилианы, в интервью для телевидения поведал о том, какой она милосердный человек, как она спасла его, и что она — не кто иная, как сошедшая в наш мир богиня любви и спасения. Это стало толчком к тому, что в фанатских письмах и блогах всё чаще стали появляться посты с рассказами о личных проблемах.

Разумеется, Лилиана не могла и не собиралась решать все эти проблемы лично.

Но даже если она не могла сделать это сама, у неё было множество знакомых, которые могли.

Будь то монах с синдромом восьмиклассника, яндере-наследница огромной корпорации, адвокат в ита-костюме, сёстры, идущие по Пути Боевой подруги, врачи, детективы, ёкаи, пришельцы…

Конечно, у неё также осталось множество связей со времён подработок.

И Лилиана — бывшая принцесса. Она как никто другой искусна в том, чтобы… использовать людей.

Дальнейшее очевидно.

Руководствуясь чистым альтруизмом и здравым расчётом, Лилиана спасала своих терзаемых проблемами фанатов, используя для этого других фанатов.

Попроси — и тебе помогут.

Когда такие слухи распространились, количество и сложность просьб о помощи, естественно, возросли.

Через полгода их стало столько, что Лилиана в одиночку уже не справлялась. Однако скажи она сейчас «я больше этим не занимаюсь», и бунта было бы не миновать. Чувствуя, что пути назад нет, Лилиана придумала план.

Так родилась…

— Сеть помощи Лилианы.

По сути, это была своего рода контора «мастеров на все руки».

От обычной такой конторы она отличалась тем, что, помимо сотрудников, занимавшихся бумажной работой, в ней не было ни одного штатного работника для выполнения заданий на местах.

На специальном сайте собирались просьбы о помощи, которые затем классифицировались, подсчитывались, и после оценки приоритета и содержания Лилиана выносила решение. А затем из числа членов своего фан-клуба она выбирала тех, кто мог бы решить конкретную проблему.

Вознаграждения не было. Были лишь личный звонок от Лилианы с «просьбой», приоритет на мероприятиях и, в случае успеха, личные слова «спасибо» от неё же.

Но система работала на удивление эффективно.

Преданные — а по мнению некоторых, чокнутые на всю голову — члены фан-клуба Лилианы были готовы лезть из кожи вон ради её «просьбы» и «благодарности».

Это была настоящая волна. Огромная волна, подобная тем, что меняют ход истории и возникают на переломе эпох.

Спасённые люди вступали в фан-клуб, члены фан-клуба спасали кого-то ещё, и те спасённые тоже становились членами фан-клуба.

Этот цикл был бесконечен, со временем он вышел за пределы Японии и распространился за границу, а «Сеть помощи Лилианы» превратилась в фонд под названием «Хайлихская волонтерская ассоциация» и начала заниматься спасательной деятельностью мирового масштаба.

Они останавливали региональные конфликты, строили инфраструктуру в развивающихся странах, давали образование и ресурсы обездоленным детям, озеленяли иссохшие земли…

И когда все опомнились…

— «СВЯТАЯ-САМА! СВЯТАЯ-САМА! СВЯТАЯ-САМА! СВЯТАЯ-САМА!»

— «МИЛОСЕРДНАЯ СВЯТАЯ МАТЬ! МИЛОСЕРДНАЯ СВЯТАЯ МАТЬ! МИЛОСЕРДНАЯ СВЯТАЯ МАТЬ!»

Хайлихская волонтерская ассоциация стала Религией Хайлих.

— Как до этого дошло… — пробормотала Лилиана, выйдя на сцену, чтобы спеть заглавную песню на мероприятии в честь выхода игрового фильма по её манге, и её щека нервно дёрнулась.

～～～～～～～～～～～～～～～～～～

☆ Арахитогами Лили

«У-у-у, и вправду, как до этого дошло…»

В преддверии встречи с Генеральным секретарём, Лилиана сидела в своём кабинете, делая финальную проверку документов и одновременно подкрепляясь энергетическим гелем. Она только что вернулась из долгого путешествия по воспоминаниям в реальность. Способность одновременно просматривать документы, есть и предаваться воспоминаниям была в её духе.

«Давненько я не виделась с Хадзимэ и остальными», — подумала она и невольно вздохнула. Внезапно ей ответили.

— А всё потому, что ты принцесса.

— Что-о-о?!

В кабинете, кроме неё, никого быть не должно. Охрана, разумеется, была строжайшей, так что застигнутая врасплох Лилиана вскрикнула от удивления.

Переведя взгляд, она увидела разлом в пространстве, из которого выходил Хадзимэ.

— Хадзимэ-сан! Ну не пугайте так!

— Ничего не попишешь. Какая бы ты ни была своя, заявляться в место со столь строгой охраной, где к тому же находится Генеральный секретарь ООН, со словами «я просто поговорить, пустите, я свой» — это верх бестактности.

— …Хадзимэ-сан. С каких это пор вы стали читать атмосферу? Вы так повзрослели. Наверное, когда у тебя семеро детей, поневоле станешь мягче.

«А я как всегда опаздываю…» — понуро опустила плечи Лилиана.

— О чём ты говоришь? Сама ведь так занята своей работой основательницы нового религиозного культа, что дома почти не бываешь.

— Угх. Это больная тема.

Лилиана схватилась за грудь, словно её пронзили, но тут же взяла себя в руки и дерзко улыбнулась.

— Но и этому скоро придёт конец. Как только на этой встрече мою организацию официально признают волонтёрской, я смогу уйти на покой. В соглашении с ООН я прописала создание наблюдательного органа, состоящего исключительно из сотрудников ООН, а также включение как минимум одного представителя от каждой страны в совет директоров с принятием решений за круглым столом. Моя организация перестанет быть местом, где всё решается по моему слову. Это демократия, самая настоящая демократия! Так я ослаблю собственную власть и плавно отойду от дел!

— …Думаешь, такой план сработает?

— Сработает, без проблем. …Хи-хи, когда эта встреча успешно завершится, я уйду в отставку. А потом я тоже рожу вам ребёнка, Хадзимэ-сан, и посвящу себя его воспитанию!

— Что-то мне подсказывает, что это флаг.

Хадзимэ посмотрел на Святую с неописуемым выражением лица, пока та, хихикая, унеслась в мечты о мирном и счастливом будущем.

— Ах, кстати, вы хотели о чём-то поговорить? Раз уж вы пришли в такой момент, случилось что-то важное?

Заметив выражение лица Хадзимэ, Лилиана очнулась от грёз и, чтобы скрыть смущение, вопросительно склонила голову.

Выражение его лица не изменилось. Хадзимэ пожал плечами и сказал:

— Да нет, ничего особо важного.

— Ну, как бы это сказать… Мне, в общем-то, нравится и та Лили, что вкалывает без продыху.

— …Это был удар исподтишка. Причём такой, что я даже не знаю, радоваться мне или нет.

Хоть слова её и звучали так, щёки Лилианы слегка порозовели.

— Ч-что это на вас нашло? Говорить такое в подобный момент — вот это как раз похоже на флаг, вам не кажется?

— Возможно. Но мне хотелось это сказать. Смотри, с тех пор как мы узнали о твоём трудоголизме, прошло уже немало времени, но ты ведь в итоге всё равно взвалила на себя эту невероятную работу. Наверное, дело уже не в трудоголизме, а в том, что Лилиана С. Б. Хайлих просто не смогла изменить свой образ жизни.

— Это…

Она покинула свой мир, чтобы отдохнуть от роли принцессы и обрести счастье обычной девушки, а теперь ей предстояла встреча, от которой, возможно, зависела судьба мира.

Кем бы она ни становилась — подрабатывающей студенткой, хикикомори, мангакой или айдолом, — путь Лилианы, казалось, неизбежно сводился к тому, чтобы вести за собой множество людей, неся их бремя на своих плечах.

Потому что она — принцесса. Потому что она не может перестать ею быть.

«Неужели та жизнь, о которой я мечтала, мне недоступна? Неужели я так и буду всегда ставить любимого человека на второе место?»

Лилиана опустила плечи, погрузившись в самокопание.

Глядя на неё, Хадзимэ горько усмехнулся и медленно подошёл ближе. Он нежно ущипнул её за щёку, заставив поднять поникшее лицо.

— Я пришёл не для того, чтобы заставлять тебя грустить. Я же сказал: мне нравится и та Лили, что сидит в кабинете, заваленная работой.

— Хадзимэ-сан…

— Ну и что с того? Пусть мечта остаётся мечтой. Ну и что с того? Пусть муж будет на втором месте. Если хоть одна жена будет относиться ко мне так запросто, в этом тоже есть своя прелесть. Это, знаешь ли, твоя уникальная черта, которой нет у других жён.

— Не нужна мне такая уникальность!

Сказав это, Лилиана, тем не менее, потёрлась щекой о щёку Хадзимэ, словно ища ласки.

— Вот такие дела. Так что иди и не парься. Куда бы ты ни отправилась, Лили, я всегда тебя догоню.

— Хи-хи, спасибо, Хадзимэ-сан. Но я всё равно буду стараться. Ведь я — Лилиана, женщина, которая не оставляет свои мечты просто мечтами. Да и вообще, я хочу ребёнка.

— Так вот в чём дело.

Они рассмеялись, и их губы сами собой встретились в поцелуе.

В этот момент раздался тихий, деликатный стук в дверь, словно не желая прерывать их свидание.

— Похоже, время.

— Ага, иди и задай им там. Святая-сама.

— Хватит называть меня Святой. Я — Председатель.

После этой шутливой перепалки они снова рассмеялись, и Лилиана покинула комнату. Она шла, гордо выпрямив спину, не оборачиваясь на оставшегося в комнате Хадзимэ.

По итогам начавшейся встречи…

Перед представителями СМИ Генеральный секретарь ООН с пылающими щеками объявил:

— Она — богиня, сошедшая в этот мир! Арахитогами! Религия Хайлих принесёт спасение миру!

Толпа, собравшаяся у здания и следившая за трансляцией, и люди у экранов телевизоров разразились восторженными криками.

— КАК ДО ЭТОГО ДОШЛО?!

Крик отчаяния Лилианы безнадёжно утонул в рёве толпы, в котором слышались даже голоса журналистов.

Когда-то в другом мире существо, назвавшее себя богом, мечтало стать богом и на Земле. Оно заявляло, что станет богом нового мира.

Но в итоге безумный бог пал от руки Повелителя демонов.

И теперь, вместо безумного бога, жена Повелителя демонов…

Стала богом (?) нового мира.

Благодарю вас за постоянное чтение.

Спасибо также за ваши отзывы, мнения и сообщения об опечатках.