Фискус и Нао проснулись от резкого включения яркого света. Помещение озарилось холодным сиянием, и к ним в камеры вошли несколько стражников в мантиях и старик с моноклем. Одна из фигур , с жестким голосом, приказал:

— Вставайте. Пора идти.

Фискус приподнялся первым, медленно, будто ему было совершенно всё равно. Он лениво потянулся, но не смог удержаться от усмешки.

— Вот и дождались, — пробормотал он, бросив взгляд на Нао, который, с трудом встав на ноги, молча смотрел на происходящее.

Стражники молча надели на них тяжёлые металлические наручники, которые с лязгом защёлкнулись на запястьях. Чувство беспомощности захватило Нао, и он невольно сжал кулаки, ощущая холод железа.

— Вперёд, — приказал один из стражников, указывая на лестницу, которая вела вверх, к свету.

Они начали подниматься по каменным ступеням. Каждый шаг отдавался эхом в массивных мраморных стенах. Нао чувствовал, как его сердце колотится в груди, а мысли о Магдалине, Фискусе и том, что их ждёт дальше, вихрем носились в его голове.

Нао и Фискус, поднявшись по лестнице, оказались перед огромными массивными дверями. Они стояли рядом, не говоря ни слова, но в их взглядах читалось немое понимание: "Вот и всё". Стук их сердец словно вторил лязгу цепей на запястьях.

Двери медленно распахнулись, открывая перед ними внушительное помещение, залитое холодным светом. Внутри царила мрачная тишина. В центре зала, на возвышении, сидели три фигуры. Эти существа были невероятно высокими, их худощавые, вытянутые тела напоминали стволы деревьев. Кожа их была серого, безжизненного цвета, а огромные шапки скрывали их глаза, оставляя видимыми лишь острые подбородки и тонкие губы.

Нао и Фискус молча замерли на месте, их окружал гнетущий холод. Казалось, что эти существа могли прочитать их мысли ещё до того, как те успели что-то произнести.

— Похоже, это и есть наши судьи, — тихо пробормотал Фискус, не сводя взгляда с трёх загадочных фигур.

Нао не мог больше сдерживать ярость. Ему было все равно, кто эти существа перед ним. Единственная мысль, которая сверлила его сознание, — что сделала Магдалина, чтобы её так жестоко убили?

— Эй! За что вы убили Магдалину, уроды!? — выкрикнул он, не сдерживая гнева.

Фискус и старик с моноклем, стоявшие рядом, замерли от шока. Даже Фискус, привыкший к безрассудным поступкам, не ожидал от Нао такой выходки.

— Ты давай, помолчи пока про неё, — прошипел Фискус, пытаясь успокоить ситуацию. — Потом всё объяснят.

Но Нао не мог больше терпеть. Он излил свою боль и ярость, не слушая больше никого.

— Не буду я ждать! Мне всё это надоело! Ангелы, демоны, судьи, рай, ад! Да пошло оно всё! — его голос срывался на крик. — Что Магдалина сделала с вами суки ?!

Прежде чем он успел сказать что-то ещё, один из стражников, молниеносно подскочив к Нао, грубо схватил его за плечи и резко закрыл ему рот, заставив замолчать.

Фискус, видя, как ситуация накаляется, попытался вмешаться.

— Эй, подождите! — проговорил он, подняв руку, словно прося времени. — Не надо так. Он всё понял. Больше не будет. Сглупил. Ну, с кем не бывает?

Стражник задержался на мгновение, но всё же отпустил Нао, который продолжал тяжело дышать, сжав кулаки.

Один из судей, самый высокий из трёх, медленно развернул свиток бумаги и заговорил ровным, холодным голосом:

— Полуангел, Нао. Наказание: смертная казнь за смешивание кровей.

Полудемон, Фискус. Наказание: смертная казнь за пособничество преступнице и сотрудничество с ней для создания полулюда.

Всё.

Нао замер от шока, его мозг не успел осмыслить услышанное. Он хотел что-то возразить, закричать, но Фискус, как только заметил его напряжение, молниеносно отреагировал, схватив его за руку.

— Тихо, — прошептал он сквозь сжатые зубы, сдерживая гнев и страх.

Затем Фискус, с неожиданной уверенностью, шагнул вперёд и вытащил из кармана овальное кольцо, которое дала ему Магдалина. Его поверхность переливалась светом, и оно явно не было простой вещью. Подняв кольцо вверх, он обратился к судьям:

— Это реликвия, — сказал он, придавая своему голосу уверенность. — Её дают только тем, кому доверяет ангел высшего ранга. Это даёт мне право на обжалование приговора и возможность получить помилование.

Судьи замерли, переглядываясь, но их безэмоциональные лица ничего не выдавали.

— Отклонено, — холодно произнес один из судей, его голос звучал как приговор. — Ангел высшего ранга, который дал вам это кольцо, уже признан преступником.

-ЛАДНО…. - сказал Фискус, уставившись в пол, он ощутил, как надежда постепенно уходит, оставляя лишь безысходность. Нао, шокированный, повернулся к нему.

— И это был твой план? — с трудом произнёс он

В следующей сцене Нао и Фискус сидели в своих темницах и дожидались казни.