Промежуточные экзамены прошли, и следующим важным мероприятием на горизонте был ежегодный культурный фестиваль.

В школе Аманэ такие события всегда имели большой размах. В них участвовали все ученики, и каждому классу давали большой бюджет, так что многие разрабатывали проекты для фестиваля заранее.

— Отлично, давайте решим, чем займёмся в этом году, ю-хуу!

Сегодня они должны были всем классом определиться со своим фестивальным проектом, поэтому все были немного возбуждены.

Ицуки стоял у учительского пюпитра, разделяя общий энергичный настрой.

Все знали, что Ицуки, славящийся своей большой любовью к таким мероприятиям, выдвинет свою кандидатуру в ответственный за культурный фестиваль комитет, и, к удивлению Аманэ, его друг действительно получил должность.

Ицуки был в своей стихии: весёлый и оживленный, он размахивал указкой, которую принес из дома, тыкая ей в список идей, записанных на доске крупными белыми буквами.

— Итак, если говорить о проектах для фестиваля культуры, то сперва я должен предупредить:  количество стендов с едой для каждого года обучения ограничено. И поскольку практически каждый класс хочет организовать какое-нибудь кафе, если мы тоже выберем этот вариант, приготовьтесь к очень жесткой конкуренции.

Вполне разумно, что количество классов, которым разрешено продавать еду, было ограничено.

При умелом управлении, стенды с едой всегда были очень популярны. Но если школа не примет меры, то может возникнуть ситуация, когда почти все классы будут торговать какой-нибудь пищей.

Чтобы фестиваль не состоял лишь из еды и напитков, было установлено ограничение. Кроме того, нужно было учитывать, сколько места и времени может занять приготовление пищи, а также требования санитарии. В общем, все запросы удовлетворить было невозможно.

— Далее, наш бюджет и школьное оборудование, которое мы можем использовать, перечислены на листах, которые я раздал. Можете начинать прикидывать как это можно использовать. Даже если там что-то не написано, если мы захотим это купить, я смогу проверить каждый пункт. А пока я хочу услышать идеи, которые, скорее всего, не выйдут за рамки бюджета... Кто хочет предложить свой вариант, поднимите руку.

Несколько одноклассников моментально подняли руки, стремясь быть первыми.

Глаза у всех пылали от волнения. Это было важное событие, которого с нетерпением ждали и считали важным.

«В прошлом году я не прикладывал особых усилий, но...»

Аманэ, которому не хватало энергии и энтузиазма обычного школьника, всегда удавалось скинуть с себя обязанности, даже во время фестиваля культуры. Он был из тех, кто предпочитал киоски, торгующие домашними товарами, где нужно было лишь мастерить что-нибудь по инструкции и присматривать за витриной, когда наступала его очередь.

Позиция наблюдателя в таких мероприятиях всегда казалась ему самой удобной.

— У меня есть вариант! Очевидно, нам нужно классическое кафе!

— Я так и думал, что мы начнём с этой идеи. Но… обычное кафе?

— Как насчет кафе с горничными?

— У нас в классе есть Сиина, так что... это точно будет хит.

Кто-то тихо добавил последнее замечание, и все одноклассники одновременно посмотрели на Махиру. Аманэ это ничуть не забавляло, но он не мог возразить против этой идеи. Жаловаться было бы слишком по-детски, поэтому он решил оставить свои мысли при себе.

— Ха-ха-ха, мне кажется, что ты совсем не заботишься о бюджете, но мне нравится настрой! Ладно, пока запишем этот вариант и рассмотрим другие.

Бросив недовольный взгляд на парней, которые яростным шепотом обсуждали, как Махиру будет выглядеть в наряде горничной, он встретился взглядом с Ицуки. Тот глазами спросил, не против ли друг этой идеи. Аманэ поморщился в ответ.

Если бы его спросили, рад он этой идее или нет, он бы сразу сказал, что нет.

Даже в повседневной обстановке Махиру всегда выделялась из толпы, и для некоторых она была как увлекающее произведение искусства. Вдобавок, в последнее время люди говорили, что она стала ещё очаровательнее. Если Махиру наденет наряд горничной, ученики наверняка будут роиться вокруг, вызывая у неё немало стресса.

С другой стороны, к достоинствам этого плана можно отнести то, что продажи были практически гарантированы. Присутствие Махиру станет сверхэффективной рекламой. Он уже представлял все эти толпы парней, которые наводнят их кафе.

Махиру неловко улыбнулась, как только речь зашла о ней. Аманэ ей посочувствовал: он и сам представлял, как неприятно, когда тебя выставляют на всеобщее обозрение.

Но, в конце концов, это было всего лишь одно предложение, и он не мог просто взять и отклонить его. Впрочем, если Махиру будет против, Аманэ сделает всё, чтобы забраковать идею.

— Ну, кафе с горничными может быть достаточно успешным стартапом, но постарайтесь помнить о бюджете, когда будете вносить свои предложения. Хорошо, следующая идея?

Под руководством Ицуки люди выдвинули полный набор стандартных предложений: дом с привидениями, продажа карри или лапши удон, — доска быстро заполнилась белыми иероглифами.

Но всех (на самом деле в основном парней) больше интересовало кафе с горничными, и Аманэ слышал, как люди шептались об этом.

— Сиина в наряде горничной...

— Подождите, но ведь есть Фудзимия, так что...

— Нет, Фудзимия тоже мужчина. Он ведь тоже хочет увидеть свою девушку в наряде горничной.

Аманэ всё слышал. И, к несчастью для обсуждающих, ему всё равно не нравилась эта идея.

Он бы солгал, если бы сказал, что не хочет увидеть, но одно дело — посмотреть самому, и совсем другое — показать всем. Он знал, как это утомит Махиру, поэтому хотел, чтобы они забыли об этой идее.

Он бросил на шушукающихся парней пронзительный взгляд и те, заметив, поежились и притихли.

Махиру, кажется, заметила это. Она слегка улыбнулась, чем сместила фокус внимания на себя.

— Ну что, Аманэ, есть предложения? — внезапно обратился к нему Ицуки.

Аманэ мрачно посмотрел на друга.

— Почему я?

— Потому что ты выглядел так, будто тебе есть что сказать.

Он таки имел что сказать, но не всему ведь классу. Однако теперь, когда на него обратилось всеобщее внимание, молчание испортило бы атмосферу.

Немного подумав, он предложил вслух то, что показалось ему наиболее приятным.

— Если мне нужно что-то предложить, то я бы выбрал исследование какой-нибудь части местной истории и презентацию результатов, что-то такое. Думаю, было бы здорово.

Весь класс резко замолчал после предложения Аманэ. Кажется, это не то, что они хотели бы услышать.

Он словно облил присутствующих холодной водой. Атмосфера в кабинете резко стала очень неуютной.

— Да кому оно надо? — заметил кто-то.

— Ты решил сделать заведомо суперсерьезное предложение, когда мы все хотим повеселиться? — ответил другой одноклассник.

— Но я думаю, что это очень хорошая идея, — возразил Аманэ. — Если мы делаем презентацию, то все, что нам нужно сделать на этапе подготовки — это изучить и собрать материалы, верно? Как только мы с этим справимся, надо будет просто расставить график дежурств на стенде, пока идет фестиваль, а все остальные будут свободны. Конечно, мы не получим того ощущения, которое возникает при организации целого аттракциона для класса, но зато мы получим массу удовольствия от самого фестиваля, не так ли? Нам не придется беспокоиться о времени, и мы сможем бродить столько, сколько захотим, по стендам других классов.

Как только он это сказал, в классе раздались понимающие шепотки.

Честно говоря, Аманэ прекрасно понимал, что презентация о местной истории на самом крупном мероприятии года не вызовет у учеников особого интереса. Все знали, что у них исторический район, и важных исторических событий здесь произошло немало, но затея всё равно казалась сомнительной. Ученики других классов могут просто не понять затеи.

Всё-таки культурный фестиваль для учеников всегда был возможностью расслабиться и повеселиться. Но все понимали, что истинной целью затеи Аманэ была свобода, которую можно было получить в результате.

Кафе были популярны, но они требовали много персонала и времени. У них могло просто не остаться времени на сам фестиваль.

А также, поскольку они будут работать с деньгами, им придется быть очень аккуратными в управлении кафе, и если возникнут какие-либо проблемы, это может вылиться в серьезные последствия как в школе, так и за ее пределами. Им предстояло действительно много ответственной работы.

Если бы вместо кафе они сделали какую-нибудь «выставку» или презентацию, за два дня культурного фестиваля каждому пришлось бы работать от силы час. Крайне выгодное вложение времени.

Дополнительный плюс — никакой бумажной волокиты и ответственности, связанных с деньгами. Полная свобода и возможность насладиться всеми аспектами культурного фестиваля.

К тому же так будет гораздо меньше беспокойства для тех его одноклассников, которые не уверены ни в своей способности обслуживать клиентов, ни в своей внешности, ни в своих кулинарных способностях. Аманэ причислял себя к их числу.

— Не знаю, как тебе сказать, но это самое аманистое, что я когда-либо слышал.

Ицуки смотрел на него со смесью понимания и восхищения на лице, но Аманэ, уже сделавший свое предложение, решил его проигнорировать.

Махиру тоже смотрела на него с пониманием, от которого было некомфортно. Но Аманэ не мог забрать свои слова обратно, поэтому он тихо вздохнул и взял себя в руки.

— Итак, больше всего голосов набрало кафе с горничными. Значит, мы остановились на кафе с горничными. Вы уверены, что у нас получится?

Результаты голосования класса оказались предсказуемы. Этот вариант, конечно, набрал больше всего мужских голосов.

— Но послушайте, сейчас я расскажу о нашем выборе студенческому совету, а потом они, скорее всего, проведут жеребьевку. Если мы не выиграем в этой лотерее, то выберем второй вариант — дом с привидениями. Кроме того, относительно костюмов — это не то, что мы можем купить и при этом остаться в рамках нашего бюджета, так что придётся использовать связи. Если у кого-то есть идеи, как добыть их и остаться в рамках нашего бюджета, обязательно нам скажите. Если мы не сможем найти костюмы, то придётся делать обычное кафе: будьте морально к этому готовы.

Ицуки было поручено возглавить проект, и он, со свойственной ему жизнерадостностью, вкратце перечислил все правила и требования, после чего вышел из класса, чтобы отчитаться перед студенческим советом.

Решив организационные вопросы, все начали оживлённо обсуждать планы на фестиваль. Аманэ слегка вздохнул, положил подбородок на руки, а затем вдруг почувствовал, как к нему подошла Махиру.

— И что нам теперь делать? — простонал он.

— Что делать...? Не думаю, что мы можем сделать хоть что-то. Всё ведь уже было решено, — натянуто улыбнулась Махиру.

Но даже если так, Аманэ все равно чувствовал раздражение.

— Если ты не хочешь этого делать, нужно сказать им прямо сейчас.

— Я не против, просто... ты не любишь наряды горничных, Аманэ?

— На самом деле я к ним довольно нейтрально отношусь. Но мне кажется, что тебе такой наряд пойдёт. По крайней мере фартук всегда отлично на тебе смотрится .

— О-о-о, правда...? Хорошо, я постараюсь.

— Нет, я не говорю, что нужно заставлять себя...

— Если это сделает тебя счастливым, я с радостью надену платье горничной.

Махиру улыбнулась ему, и он увидел, что остальные парни за ее спиной сейчас тихо, но триумфально празднуют. Аманэ с трудом удержал свою щёку от подёргивания.

***

— Фудзимия, кажется, настроение у тебя не лучшее.

Как только Юта сказал это, Аманэ вдруг осознал, что все его эмоции отчетливо видны на его лице.

Юта сегодня решил воспользовался своим редким перерывом от занятий в клубе, чтобы потусить с друзьями после школы.

— ...Неужели это так очевидно? — спросил Аманэ.

— Нет, выглядишь ты как обычно. У меня просто возникло такое чувство.

Юта догнал его, когда Аманэ уже собирался пойти за справочной литературой в книжный магазин при станции. Размышляя о словах друга, Аманэ неосознанно потёр свою щёку. Ему показалось, что его лицо стало более жестким, чем обычно, и что у него появилось больше морщин возле бровей.

Аманэ старался контролировать свои собственнические инстинкты, но полностью их сдерживать не получалось. Смесь смущения и стыда поднялась в нем, вызвав тяжелый вздох.

— Ну... я не знаю... это не очень хорошее чувство. Мне не нравится думать о том, что моя девушка выставлена на всеобщее обозрение. Я бы хотел, чтобы другие не видели её в милых и необычных нарядах.

Он считал, что его ход мыслей вполне естественен. Аманэ не очень-то радовался тому, что масса людей глазеет на его обожаемую девушку. Любопытные взгляды — это одно, но остальные эмоции в этих глазах ему откровенно не нравились.

— В то же время не похоже, что Махиру против этой идеи, и было бы просто незрело с моей стороны выдвигать возражения и требовать особого отношения к своей девушке. Кажется, мне придётся держать своё мнение при себе. Я знаю, что Махиру получит часть выручки. Просто меня беспокоит, что она берет на себя много ответственности и мало получает взамен.

— Черт. Прости, чувак.

— Ты не сделал ничего плохого, Кадоваки. Это я виноват, что не смог лучше прорекламировать свой план перед классом.

Юта не должен был извиняться. Даже того одноклассника, который предложил кафе с горничными, Аманэ не мог винить. На самом деле он не понимал, что творится у него на душе.

Аманэ тяжело вздохнул, осознавая свою беспомощность. Юта неловко улыбнулся.

— Ну, лично я проголосовал за твой вариант. Мне он показался очень разумным. И работы мало, и времени свободного много. А еще я думаю, что они, скорее всего, отправят меня обслуживать клиентов...

— Ага…

Если Махиру, известная как самая красивая девушка в школе, будет раздавать еду клиентам, то, естественно, Кадоваки ждёт та же участь из-за его популярности среди девушек.

Юта, судя по голосу, предпочел бы работать за кулисами, но надеяться на это было бы глупо. В такие моменты обладатели выдающейся внешности оказывались в невыгодном положении.

— ...Мальчики ведь не будут надевать костюмы горничных?

— Хочется верить... Если девочки будут в костюмах горничных, то парней, скорее всего, нарядят дворецкими? По логике. Если, конечно, у кого-то найдутся костюмы.

— А, насчет этого... девочки из нашего класса знакомы с владельцем тематического кафе... они смогут достать нам костюмы и для парней, и для девушек, как я слышал.

— О нет…

Это была худшая из возможных новостей для Аманэ, который в это время обдумывал, как помешать одноклассникам добыть костюмы горничных.

Теперь, когда у них был свободный доступ к костюмам, Махиру почти наверняка наденет один из них и будет обслуживать столики.

Единственный плюс, который он смог найти: раз уж они смогут добыть костюмы и для мальчиков, значит никому из парней не придётся переодеваться в горничную.

— Не могу поверить, что именно этот фетиш объединяет наш класс... Но даже если только часть парней переоденется в костюмы и будут обслуживать клиентов, тебе придется нелегко, Кадоваки.

Внимание всех девочек было приковано к Юте. Это обещает стать проблемой.

— Не понимаю, почему ты говоришь так, будто это чужая проблема. Я практически уверен, что ты тоже будешь бегать по кафе в красивом костюме.

— А?

— Ну, ты умеешь готовить?

— ...Я бы не сказал, что не умею готовить, но и не то чтобы хорош в этом.

Аманэ был не из тех, кто вообще не способен готовить, но ему не хватало мастерства, чтобы сделать что-то достаточно хорошее. Никто не будет платить за сделанную им еду. Его максимум — готовить для себя достаточно здоровую пищу, чтобы она была съедобной и Махиру его не ругала. Не больше.

По сравнению с прошлой версией себя, он добился немалых успехов. Но и только.

— Тогда, я думаю, ты либо будешь работать на кухне, либо отправишься обслуживать столики... Если ты будешь работать в подсобке, то не сможешь видеть, как дела у Сиины, и будешь беспокоиться. Тебе ведь не понравится, если какой-нибудь чудак положит на нее глаз, верно?

— Да, это так, но... кому вообще нужен нарядный Аманэ?

Идея приглядывать за Махиру, чтобы защищать её от извращенцев, показалась ему стоящей.

Если Махиру наденет костюм горничной, Аманэ был бы не против проглотить свой стыд и тоже переодеться в косплей. Но он не мог отделаться от ощущения, что было бы расточительством наряжать его во что-то настолько нарядное.

— Для Сиины, наверное. Думаю, она будет рада посмотреть.

— Окей, ты прав.

— Фудзимия, разве ты не стал привлекать к себе женское внимание с тех пор, как изменил имидж?

— Не знаю...

— Наверное, дело в том, что ты просто не замечаешь других девушек, кроме Сиины, — с улыбкой сказал Юта.

Аманэ неловко улыбнулся в ответ.

Он знал, что друг прав. С тем количеством внимания, которое Аманэ уделял своей девушке, времени на других просто не оставалось. Кроме этого, ситуация, когда девушки на него засматриваются, была для него чем-то абсолютно новым.

Он с недоверием посмотрел на Юту, но тот лишь пожал плечами и заметил:

— Ты просто не понимаешь, как выглядишь со стороны.

У Аманэ не было причин думать, что Юта лжет.

— Время от времени тебе стоит обращать внимание на взгляды окружающих, Фудзимия. В нашем классе на тебя смотрят только с умилением, так что, думаю, всё нормально.

— Меня это тоже не очень радует.

— Это ты виноват в том, что постоянно флиртуешь с Сииной.

— ...Мы не делаем это в открытую.

— Ахах, да, конечно.

Юта усмехнулся, явно оставшись при своём мнении. Аманэ слегка поморщился.

— Ну и кому от этого плохо? Развлекать людей гораздо лучше, чем подвергаться преследованиям за это. Я бы не хотел, чтобы ты оказался в той же ситуации, что и Ширакава.

— ...Ты имеешь в виду ту историю с соперничеством из-за любви?

Когда Юта заговорил об этом немного заговорщическим тоном, Аманэ нахмурился.

Они никогда не говорили об этом, но Аманэ слышал, что его лучшему другу Ицуки и его девушке Читосэ пришлось многое преодолеть, прежде чем они начали встречаться.

Сейчас это трудно представить, но Читосэ, судя по всему, относилась к Ицуки свысока, когда только познакомилась с ним. Тогда они совсем не были похожи на ту по-идиотски милую парочку, которой были сейчас.

Читосэ имела выдающиеся результаты в легкой атлетике, но из-за Ицуки между ней и одной из старшеклассниц в команде произошла ссора, в результате которой Читосэ была вынуждена уйти из клуба.

Она никогда не утверждала, что старшеклассница завидует ее таланту и поэтому пристает, но она понимала, что ревнующая девушка способна на все. И если мальчик, который нравился старшекласснице, начнет общаться с Читосэ, это лишь подольёт масла в огонь. Поэтому Читосэ была вынуждена что-то предпринять.

— Ага. В конце концов это привело к большим неприятностям, и ей пришлось бросить легкую атлетику. Я очень не люблю подобные издевательства, так что... я рад, что люди приняли вас как пару.

Юта наблюдал за тем, как Ицуки и Читосэ переживали свой тяжелый период, поэтому, наверное, он беспокоился за отношения Аманэ и Махиру.

— Да…

— Так что давай, покажи всем, какая вы прекрасная пара на фестивале культуры. Тебе даже ничего особенного делать не надо: просто будь собой. Флиртуй так, чтобы никто даже не подумал отнять ее у тебя.

— Я не делаю это специально.

— Ха-ха, из тебя вышел бы неплохой комик.

— Я не шучу.

Аманэ нахмурился и посмотрел на Юту, но тот, похоже, почувствовал облегчение и весело рассмеялся. Вздохнув, Аманэ решил закрыть эту тему.

***

— С возвращением, Аманэ.

Аманэ вернулся домой, переоделся и направился в гостиную. Там, на диване, сидела Махиру, добравшаяся до дома раньше него. Она с улыбкой похлопала себя по бёдрам.

Не понимая, что происходит, он встал и озадаченно посмотрел на Махиру. Она же снова похлопала ладошками по своим бёдрам, продолжая нежно улыбаться.

Спустя ещё десяток секунд её улыбка стала немного натянутой

— Мне показалось, что у тебя плохое настроение, — объяснила она.

Как обычно, Махиру видела его насквозь. Если уж Юта смог уловить негативную атмосферу, то проницательности Махиру не следовало удивляться. Он надеялся, что ему удастся скрыть свои эмоции, но реальность оказалась полна разочарований.

Махиру, в ответ на его терзания, лишь удивленно, но понимающе улыбнулась.

— Я тебя неплохо знаю, Аманэ. Я понимала, что ты ничего не скажешь вслух, но на самом деле тебе не нравится эта идея. Я ошибаюсь?

— ...Ты права, но...

— И поэтому я решила сделать что-нибудь, чтобы исправит твое настроение.

— Ты всегда так прямо говоришь, когда пытаешься кого-то подбодрить?

— Хе-хе. Ты злишься?

— ...Ты уже знаешь ответ, но все равно спрашиваешь. Откуда у тебя эта привычка?

— От тебя, Аманэ.

Он не нашел, что ещё можно сказать и недовольно нахмурился.

Махиру же лишь слегка улыбнулась и вновь похлопала себя по бёдрам.

Соблазнившись манящими формами под её длинной бордовой юбкой, Аманэ нерешительно сел на диван на небольшом расстоянии от Махиру, наклонился и осторожно положил голову ей на колени.

Он повернул лицо вверх и увидел, что Махиру улыбается ему. Затем он почувствовал, как ее бледные тонкие пальцы зарылись в его черные волосы.

— ...Аманэ, ты беспокоишься обо мне?

— И это тоже, но еще… ещё я просто не хочу показывать тебя другим парням.

— Из ревности?

— Ревность или собственничество, не знаю... Я действительно не люблю это чувство в себе.

Аманэ понимал, что ведет себя незрело и эгоистично, поэтому ему было немного неловко признаваться в своих чувствах. Он вновь повернулся, теперь уставившись на живот Махиру.

Она лишь вздохнула и рассмеялась, а затем нежно провела пальцами по его волосам, успокаивая и утешая.

— Ну, не то чтобы мне очень нравится идея носить этот наряд на публике, но всё ведь уже решено.

— ...Мм.

— Тем не менее, я поставила им небольшое условие перед тем, как согласиться.

— Какое?

— Что первым мой наряд увидишь ты.

Рефлекторно повернув лицо вверх, он посмотрел на Махиру и увидел на ее лице застенчивую улыбку, за которой скрывалось предвкушение.

— Ты будешь первым, кто увидит и... эм... Возможно, ко мне придет много клиентов, но есть только один человек, которого я буду называть словом... Господин.

Махиру зарделась, с трудом заставив себя произнести последнее слово.

Щеки Аманэ вспыхнули.

Он смотрел прямо на нее, не отводя глаз. Под его взглядом девушка краснела всё сильнее. Наконец, Махиру не выдержала и, схватив подушку, накрыла ей лицо Аманэ. Ткань была мягкой, а хватка недостаточно сильной, чтобы затруднять ему дыхание. Скорее это был сигнал «хватит на меня так смотреть».

В груди Аманэ все еще бурлили эмоции, но к ним добавилось что-то ещё... какое-то щекочущее чувство.

Его сердце переполняла эмоция, которую называют любовью.

— В таком случае, думаю, я справлюсь с собой, — сказал он.

— Хорошо, — ответила она.

Махиру по-прежнему закрывала его лицо подушкой. Он не мог видеть ее, но мог представить себе выражение ее лица. Аманэ слегка улыбнулся, повернулся на бок и зарылся лицом в живот Махиру.

___________________________________

Перевод: Krestobrosec

Бета: Keuk

Спасибо, что читаете!