— Кстати, Фудзимия, вы с Сииной начали встречаться во время Спортивного фестиваля, верно? Ваша жизнь как-то изменилась с тех пор?

Спортивная площадка на улице была закрыта из-за сильного дождя, поэтому девушек отправили в спортзал на физкультуру, а парней в класс, на урок здоровья.

Как только учитель вышел из класса, одноклассник, сидящий перед Аманэ, вдруг задал этот вопрос.

Атмосфера в комнате изменилась: Аманэ почувствовал, как на нём сходятся любопытные взгляды одноклассников. Учитель упомянул, что «раз уж День Спорта окончен, время сосредоточиться на учебе». Упоминание Дня Спорта напомнило одноклассникам о признании Махиру и всём том, что с этим признанием было связано.

«Что изменилось, да?» — он вдруг всерьез задумался над этим вопросом.

— Ну, иногда в школе меня окружает толпа людей и заваливает вопросами, как сейчас...

— Кхм, ну да. Но я скорее имею в виду, как далеко вы двое зашли?

— ...Да вроде никуда мы особо не заходили? Мы вместе ходим домой после школы и вроде бы всё.

С начала их отношений прошло две недели, а в жизни Аманэ не произошло никаких явных изменений. В конце концов, ещё до того, как они с Махиру начали официально встречаться, у них уже было немало физического контакта и она каждый день приходила к нему домой.

Единственное заметное изменение — они оба стали идти на физический контакт более охотно и открыто, чем раньше. В остальном, его повседневная жизнь ничем не отличалась от прежней.

— Лжец.

— Чего сразу лжец?

— Ну, блин, просто посмотри на это, чувак.

— На что посмотреть?

— Ты нравишься Сиине, ну, прям очень сильно нравишься. Не может быть чтобы вы не делали ничего эдакого.

— Подожди, подожди, о чем ты вообще...

— Аманэ! Ты ханжа! — заявил вдруг Ицуки. — Любая нормальная парочка давно бы уже занялась чем-нибудь таким. Вы двое просто невозможны!

Аманэ бросил раздраженный взгляд на Ицуки, но тот продолжал беззаботно улыбаться.

— ...Я даже не знаю как тебе на это отвечать. Я не буду форсировать события только потому что «все парочки таким занимаются». В наших отношениях все как обычно.

— То есть для вас двоих заигрывать друг с другом обычное дело?

— Ицуки...

— Я вот думаю, что Ямадзаки прав. Даже если вам кажется, что вы не так уж и далеко зашли, то, что мы видели, уже чрезмерно. Вы флиртуете в школе даже когда я пытаюсь вам напоминать об осторожности. А дома ведь обстановка наверняка становится ещё горячее…

Тот случай, когда Аманэ погладил Махиру по голове в классе, уже сформировал у окружающих определённое мнение. Аманэ хотел бы возразить, что все это было не специально, но скажи он это хоть сто раз подряд, присутствующие не стали бы его слушать.

— Стоп, всмысле «дома»?…

Он не сразу понял, почему окружающие его парни так резко притихли. И только вдумавшись, Аманэ осознал, что Ицуки сейчас сказал вслух то, что явно говорить не стоило.

— Дело в том, что Сиина часто бывает дома у Аманэ, и то, как они ведут себя там — это слишком сладко. Они больше похожи на давних супругов, чем на школьную парочку.

— Ицуки!

— У тебя не получится держать это в секрете. Кто-то уже видел, как вы вместе заходили в одну и ту же многоэтажку после школы. Пока окружающие не придумали сотню интересных сплетен, лучше сам озвучь правду.

«Ты ведь понимаешь, все сплетни могут навредить Сиине», — прочитал Аманэ в глазах своего друга.

Люди могут подумать, что он водит Махиру к себе домой, и логично, какие именно они сделают из этого выводы. Аманэ знал, что его девушке неприятно будет слышать грязные слухи.

На самом деле ведь бывало такое, что Махиру оставалась у него на ночь, но он всегда отдавал ей кровать и сам ложился на диване.

В голове у Аманэ сам по себе всплыл тот случай, когда Махиру попросила его «лечь рядом». Впрочем, он не собирался делиться этим с одноклассниками.

— Получается, вы с Сииной живете рядом... её дом неподалеку от твоего?

— ...Ну, на самом деле, она живёт в той же многоэтажке, что и я, поэтому часто приходит ко мне.

— Другими словами, если ты приходишь домой к Фудзимии, то можешь заглянуть и к Сиине...

— Во-первых, я не буду никого звать к себе, а во-вторых, даже если вы придете без приглашения, то далеко пройти не получится. Там проход только для жильцов — если попытаетесь проникнуть самостоятельно, вас просто выведет охрана.

Хотя дом, в котором жили Аманэ и Махиру, нельзя было назвать роскошным, и охрана не дежурила прямо у парадного входа, система безопасности там стояла вполне современная. Там был свой двор и неподалеку дежурило несколько охранников. Если кто-то будет вести себя подозрительно, он сразу привлечет к себе внимание охраны.

— Я просто пошутил... Значит, Сиина целыми днями у Фудзимии дома?

— Ну, не то чтобы «целыми днями» , но мы часто проводим время вместе.

Махиру проводила у Аманэ почти все свое время, возвращаясь к себе только чтобы принять ванну или поспать. Однако, если он расскажет об этом одноклассникам, то получит множество проблем, поэтому Аманэ предпочел промолчать.

Уже только фраза «проводим время вместе» заставила парней смотреть на него с широко открытыми глазами. Судя по постоянному движению стульев, они были весьма шокированы услышанным.

— Эй, эй, это блин слишком!

— Этот сюжет взят прямо из какой-то романтической манги! Не думаю, что это хорошо!

— Но ведь действительно, отношения между этими двумя больше, чем просто «близкие». Как сторонний наблюдатель, я просто хочу заметить, что вы двое должны развить свои отношения как можно быстрее.

— Что ты вообще хочешь этим сказать…

После двух недель в отношениях было бы слишком поспешно с их стороны переходить к какому-то интиму. Не говоря уже о том, что в глубине души Аманэ все еще тревожился - если он озвучит перед Махиру свои желания, не заставит ли это ее думать, что она нравится ему только из-за ее тела? Да и непонятно было, чего хочет она сама.

Аманэ не был каким-то животным и не хотел навязывать Махиру свои идеи. К тому же они еще даже не целовались, как можно так быстро взять и перейти к чему-то подобному?

— Если мы будем действовать постепенно, шаг за шагом, то, когда придет время, перейдем на эту ступень, но я не могу торопить события, навязывая ей свои желания.

Он всегда стеснялся говорить на такие темы. Голос Аманэ становился все тише и тише, и Ицуки, оглядевшись вокруг, нарочито пожал плечами.

— Видите? Это одна из причин, почему он нравится Сиине. Аманэ в таких вещах настоящий джентльмен. Он внимателен к её чувствам и осторожен настолько, что кажется импотентом .

— Фудзимия, у тебя действительно есть «эта штука»? Ты можешь заставить её стоять? Или ты на самом деле девушка?

— Ты издеваешься?! Нет, я понял: вы все собрались здесь чтобы поиздеваться надо мной.

Аманэ разозлился, но одноклассники вокруг продолжали переговариваться между собой: «Почему такая прекрасная девушка, как Ангел, рядом с тобой, а ты не хочешь прижать ее к кровати?» Или «этот трус» и так далее в том же духе.

— Даже не думайте, что я буду прислушиваться ко всему этому бреду. Мы в любом случае продолжим двигаться в собственном темпе, чтобы вы там не думали.

— Но, похоже, Сиина обратилась к Чи за советом, — задумчиво заметил Ицуки

— Тогда, пожалуйста, напомни Читосэ, чтобы она не внушала Махиру странные мысли, добавляя мне головной боли.

Безусловно, Махиру была рассудительной девушкой, но отсутствие опыта в отношениях делала её уязвимой к разным странным идеям. Поэтому Аманэ беспокоился, сможет ли она фильтровать все те мысли, которые ей будут высказывать окружающие.

— Ты действительно хочешь нам сейчас  сказать: «Я единственный, кто может учить пошлостям невинную Сиину» или что-то в этом духе?

— Ты можешь немного помолчать?

— А что не так? — Аманэ обвиняюще посмотрел на Ицуки, но тот сделал вид, что ничего не понимает.

— Ладно, ладно. К тому же, даже если ты остановишь Чи, найдутся другие девушки, которые сами будут говорить ей разные вещи. Цитирую услышанную фразу: «Сиина сейчас так сильно влюблена, она такая милая, я должна дать ей совет».

— Я боюсь, что Махиру начнёт делать странные вещи из-за всех этих советов.

— Это называется «милые усилия Сиины в любви».

— Не могу спорить, что это мило, но надеюсь, ты понимаешь, насколько это плохо для моего сердца?

— Ну так моя Читосэ делает все возможное, чтобы вам помочь, разве это не здорово?

Аманэ не мог отрицать этого, поэтому нахмурился, сдержав недовольство. Ицуки, вероятно, предвидел, что Аманэ отреагирует именно так, и улыбнулся.

— В любом случае, все её усилия направлены на то, чтобы наладить ваши с Махиру отношения. Ты не можешь отказываться от помощи в этом, верно?

— Плохо то, что твоя девушка не понимает, каким вещам не стоит учить других

— Не думаю, что Чи станет учить ее чему-то слишком радикальному. Она тоже может быть разумным человеком.

— Ну да, ну да….

— Но около двух дней назад я видел, как Ширакава говорила с Сииной на тему «что следует делать когда обнимаешь кого-то», она также сказала: «Это будет очень классная неделя».

— Ицуки, как ее начальник, ты слишком небрежен.

— Обвиняешь меня!?

— Конечно, ведь с твоего попустительства Махиру учат странным вещам!

Аманэ с упреком посмотрел на Ицуки. Нетрудно представить, что Читосэ будет делиться всеми возможными знаниями (без распределения на хорошие и плохие) о взаимодействии мужчин и женщин. Единственным человеком, способным держать Читосэ в узде, был Ицуки, и именно на нём лежала ответственность остановить ее, пока она не зашла слишком далеко.

Окружающие вновь потеряли дар речи, пялясь на Аманэ.

— Странным вещам? Так вы все-таки делали это?!

Один парень высказался от имени всех.

Аманэ ответил: «...я не это имел в виду» , но никто, конечно же, ему не поверил.

***

— Кстати говоря, сегодня на физкультуре мальчики выглядели довольно оживленно. Случилось что-то интересное?

После возвращения домой из школы Аманэ неожиданно задали такой вопрос. От неожиданности он растерялся и уронил свой мобильник. Из-за массивного чехла-книжки тот был довольно тяжелым и больно ударил его по колену.

Обернувшись, Аманэ увидел, что Махиру стоит рядом и озадаченно на него смотрит.

Похоже, его девушка знала о разговорах парней на уроке физкультуры. Они ведь болтали даже во время перерыва. Когда Махиру возвращалась в класс, она, наверное, услышала оживленные голоса.

— Э-э, как бы это объяснить… пожалуйста, просто не волнуйся по этому поводу.

«Я не могу сказать ей, что мои одноклассники спрашивали, успел ли я уже затащить её в постель!»

Аманэ отвел взгляд, чем явно еще больше озадачил Махиру.

— А...? Ты это так сформулировал, что я уже начала волноваться.

— В любом случае, это просто то, о чем парни говорят друг с другом.

— Это... это что-то, о чем ты не хочешь говорить или просто не можешь?

— Даже не знаю, что тебе ответить...

Похоже, если оставить все как есть, возникнут недоразумения, но Аманэ был слишком застенчив, чтобы делиться с ней такими вещами. Он ответил расплывчато, и Махиру посмотрела на него в явном затруднении.

То ли она не знала, что сказать, то ли была недовольна его ответом... Аманэ стало немного не по себе, но Махиру вдруг улыбнулась, явно придя к какой-то мысли.

— Если ты не хочешь говорить об этом, то, наверное, и не надо. Не всегда хорошо просить делиться вообще всем, у тебя тоже есть своя личная жизнь. Наверное, на некоторые темы мужчины должны разговаривать только с мужчинами.

— Честно говоря, мне немного не по себе, когда ты так хорошо меня понимаешь... Но это не что-то прям сильно секретное. Все будет хорошо, если я не стану рассказывать?

— Ну, ты ведь не будешь навязчиво расспрашивать меня, о чем я говорю с другими девушками?

— Конечно. Я не хочу обидеть тебя своими вопросами. Даже если Махиру — моя девушка, это не значит, что я могу ограничивать твою жизнь или твои мысли.

В девичьих кругах девушки говорят о многих вещах, Аманэ был в курсе этого. Хотя его волновало, о чем Махиру болтает с другими девушками, но он чувствовал, что ему будет очень некомфортно узнать темы их разговоров, поэтому даже не думал спрашивать.

Другие могли бы пытаться вызнать такие вещи, но Аманэ считал, что даже будучи парнем Махиру, он не может лезть в её личную жизнь.

— Есть чужие границы, которые нельзя переходить.

Сказав это, он посмотрел прямо в глаза Махиру и увидел, что она хихикнула с мягкой улыбкой.

— Я чувствую то же самое, что и ты. Я считаю, что неправильно пытаться знать о тебе все, даже если ты мне нравишься. Даже если я чего-то о тебе не знаю, мои чувства к тебе не изменятся.

— Думаю, это тоже часть твоего очарования…

— То же самое я могу сказать и про тебя.

Голос Махиру был очень нежен, когда она смеялась. Она прижалась к плечу Аманэ, демонстрируя свое глубокое доверие к нему. От этого на его сердце стало немного неспокойно. Нежно поглаживая пальцами тыльную сторону нежной руки Махиру, он негромко спросил:

— Ты действительно не собираешься спрашивать?

Хотя то, что они с парнями обсуждали, считалось «приватным» разговором, это не было каким-то большим секретом. Если Махиру неприятно, что он скрывает от неё что-то, лучше будет все ей рассказать.

Аманэ выразил свое беспокойство, но Махиру продолжила прижиматься к нему с расслабленной улыбкой.

— Если ты хочешь, чтобы я спросила, то я спрошу. Но если ты не хочешь говорить, то это тоже нормально.

Махиру озвучила свое мнение. Аманэ колебался около десяти секунд, а затем медленно произнес:

— Ну, как бы это сказать… они спросили меня, произошли ли какие-нибудь изменения в наших с тобой отношениях за эти две недели, как далеко я продвинулся и так далее, масса типичных вопросов.

Возможно, у этих людей были и другие фантазии, но, поскольку они не произносили эти вещи вслух, Аманэ не стал на них реагировать. Однако мальчикам хотелось узнать об изменениях связанных с ним, и Аманэ ответил Махиру, выбрав эту тему в качестве основной.

Махиру горько улыбнулась и сказала:

— Это действительно всех волнует.

Казалось, она поняла, почему Аманэ не решался об этом говорить.

— Но что изменилось после начала наших отношений... Я думаю, что изменилось только наше отношение друг к другу, ну и мы теперь  сознательно хотим больше прикасаться друг к другу.

— В конце концов, расстояние между нами и так было очень близким. Не то чтобы мы изменились, но, возможно, сильно изменилась атмосфера наших отношений.

Вспоминая, как они с Махиру общались раньше, Амана осознал, что хоть у них часто был телесный контакт, вместе с этим присутствовала какая-то стеснительность, потому что они оба скрывали свои настоящие чувства. Он сопровождал её на золотой неделе, обнимал, а она как-то даже поцеловала его в щеку, пусть и «ради мести». Он же все равно продолжал бояться раскрыть ей свои чувства, что сейчас казалось ему очень глупым и трусливым поведением.

Аманэ вздохнул, успокаивая свои мысли. Нет смысла заниматься самобичеванием. В то время он вел себя не слишком разумно, но теперь Аманэ твердо решил усердно работать над собой, чтобы стать для Махиру достойным парнем.

— Действительно. С тех пор, как ты начал работать над своей внешностью, ты стал выглядеть совсем иначе. Теперь девушкам стало проще с тобой общаться.

— Они разговаривают со мной только для того, чтобы подбодрить меня...

— Но некоторые девушки говорили, что «Аманэ теперь очень красив и милый, когда улыбается.

— Наверное, они говорят про моменты, когда я улыбаюсь тебе... Меня не волнуют другие люди.

Аманэ почувствовал, что его девушка, похоже, ревнует, и попытался успокоить ее низким голосом. Она счастливо улыбнулась и потерлась лбом о плечо Аманэ.

Это выглядело очень невинно и мило, но если бы он сейчас сказал это вслух, Махиру ответила бы: «Ты обращаешься со мной как с ребенком?»

Поэтому Аманэ тихо улыбнулся и придержал эти мысли при себе.

Аманэ с улыбкой смотрел на счастливую Махиру, и тут вдруг в его памяти всплыл один из сегодняшних разговоров с одноклассниками. Было еще кое-что, о чем он хотел сейчас спросить.

— Кстати, я также услышал информацию, которую не могу проигнорировать.

— Ммм?

— Махиру, похоже, ты спрашивала совета у Читосэ и других девушек. Они ведь не сказали тебе ничего странного? Ты ведь не рассказывала о наших отношениях слишком подробно, верно?

Аманэ посмотрел на Махиру и спросил, внимательно следя за выражением её лица. Махиру неподвижно смотрела на Аманэ, а потом вдруг отвела взгляд.

— ...Совсем немного.

— Значит, ты им что-то рассказала... Я не говорю, что тебе нельзя этим делиться, но я просто надеюсь, что ты не будешь слишком вдаваться в подробности. Если все, что мы делаем, станет известно окружающим, мне будет стыдно до смерти.

— Я буду осторожна.

Сами по себе такие разговоры не казались ему чем-то плохим, но Аманэ должен был ее предупредить. Он верил, что Махиру умеет себя контролировать, но, будучи впервые в отношениях, она могла оказаться уязвимой к любопытству подруг.

Вероятно, Махиру поняла, что слишком много рассказывает своим друзьям. Она заворочалась, спрятав от него свое лицо.

Затем он кое-что понял: может быть, Махиру чувствует какую-то неудовлетворенность или тревогу и поэтому просит у окружающих совета?

— ...Или тебя что-то тревожит, когда ты со мной?

— Нет, дело не в тревожности или чем-то таком... Ну, я... я просто спросила их, что мне делать, чтобы сделать тебя счастливее.

— Пока ты просто остаешься со мной, я буду очень счастлив...

— Мм... ты всегда говорил «Тебе достаточно просто быть рядом со мной». Ты также не очень материалистичен и не требователен ко мне.

— Думаю, эта оценка справедлива и для Махиру.

И в самом деле, такая характеристика ей отлично подходила. Моргнув, Махиру вдруг соблазнительно улыбнулась и спросила:

— ...Я очень жадная? Потому что я хочу доминировать над тобой, хочу баловать тебя, как ребенка, а еще хочу, чтобы ты тоже часто меня баловал.

— Я думаю, то, что ты сейчас сказала, относится к нам обоим.

— Значит, ты тоже хочешь, чтобы я тебя баловала?

— ...Ты мне нравишься, конечно я этого хочу! Я хочу этого, а еще хочу стать ближе к тебе. А еще не хочу, чтобы окружающие видели тебя такой.

Может, Махиру и не испытывала таких чувств, но сам Аманэ считал себя тем ещё собственником.

Здравый смысл и разум подсказывали ему, что у Махиру есть свои чувства и своя жизнь, что ей следует дать свободу. Сам Аманэ знал, что будет уважать её личную жизнь... Однако он также не хотел делиться с окружающими.

Он знал, что Махиру очень популярна среди учеников, и смирился с этим. Однако обнимая её сейчас, Аманэ будто хотел выразить, что эта милая девушка принадлежит только ему. Ему хотелось, чтобы только он мог видеть все эти милые выражения лица. Влюбленность Аманэ в Махиру была огромна, он хотел, чтобы Махиру полностью принадлежала ему.

— Неожиданно, я оказался довольно проблемным для человека, которого люблю…

Аманэ мысленно посмеялся над собой, но Махиру выглядела необъяснимо счастливой и застенчивой.

— ...Я заметила одну вещь, которая изменилась в тебе после того, как мы начали встречаться, Аманэ.

— И что это?

— Ты начал искренне выражать свою любовь ко мне.

Махиру робко посмотрела на Аманэ. Её не только не беспокоила «проблемность» его чувств к ней, она прижималась к нему, желая принять все эти собственнические чувства.

Аманэ осознал, что действительно стал куда  более откровенным, чем раньше.

Эмоции, которые он долго скрывал в своем сердце, наконец-то расцвели. Он желал беречь свою девушку и не заставлять её сомневаться в его словах и поступках. Поэтому он стал честнее и куда более открыто теперь выражал свои эмоции.

— В том-то и дело, что просто иметь какие-то чувства друг к другу недостаточно. Я слышал, что если ты не можешь хорошо выразить свои чувства, у тебя будут проблемы в отношениях .

— Теперь я понимаю, почему ты так себя ведёшь, Аманэ… .

— Ты считаешь, что я делаю что-то неправильно?

— Нет, конечно, я рада, но... иногда это не очень хорошо для моего сердца. Ты слишком коварен.

Махиру слегка надулась.

«Это выглядит просто чудовищно мило», — подумал Аманэ про себя, поглаживая ее по голове.

— Как ты можешь так говорить, Махиру? Ты ведь сама постоянно заставляешь моё сердце пропускать удары.

— О чем ты?

— Иногда ты слишком очаровательна. Некоторые вещи, которые ты делаешь, заставляют меня мучаться от желания прижать тебя к груди и никогда больше не отпускать.

— ...Ты снова делаешь это, Аманэ!

Сказав это, Махиру начала легонько бить Аманэ по груди. Аманэ не мог ответить тем же, поэтому он лишь поглаживал ее по щекам.

___________________________________

Перевод: cloveristical

Бета: Keuk

Спасибо, что читаете!