Орган V: Шестнадцать лет

1.5.1

Мне исполнилось шестнадцать лет. Как минимум, я ощущал это. Мои волосы стали несколько длиннее, чем раньше, а на подбородке появилась жидкая бородка, которую я носил с гордостью. На условный день рождения Харсо подарил мне легкие доспехи на туловище. Они состояли из прочного белого нагрудника и черной матовой талии. К доспехам крепились кожаные черные наплечники. В комплекте с белоснежными штанами и черным метровым плащом всё это создавало вид, как будто бы я являлся магом.

Харсо собрал весь персонал особняка за обеденным столом и сказал мне:

— Эмбри, ты уже очень давно с нами. Признаю честно, ты оказался на удивление хорошим учеником, который уже к шестнадцати годам достиг удивительных результатов. Я очень рад, что удостоился чести стать твоим учителем. И сейчас я хочу предложить тебе сделать нечто очень интересное и странное. И я сейчас говорю про основание собственного рода.

— Основание собственного рода? А что для этого нужно?

— Ты должен будешь придумать себе имя и фамилию рода, а после опознавательный знак, который позволит отделить твой род от всех остальных.

— А какой у вас знак?

— Какой позор, что ты до сих пор этого не знаешь! Ты не видел этот символ? Точка, над ней полукруговая линия, а под ними прямая линия. Обидно, что мой ученик не уважает меня…

— Учитель, я просто не обращал внимания… Ну, знак и знак…

Харсо покачал головой.

— Знак — это очень важно. По этому знаку тебя будут узнавать как мага. Люди будут вспоминать твой имя, когда будут видеть этот знак. Вот для его он нужен. Придумывай имя…

Я вспомнил об одном герое, о котором читал в старых книгах. Это был величайший маг, победивший множество чудовищ. Я назвал его имя:

— Меня будут звать Астар.

Харсо улыбнулся.

— Хорошо. А теперь название рода. Если ты станешь основателем нового великого рода, то это будет интересно. Как минимум, примечательно. Назови свой род.

— Эво Гранд…

— Интересный выбор. Теперь давай придумаем символ.

Я сразу же отреагировал, потому что уже давно всё придумал.

— Я хочу, чтобы моим символом стал треугольник с отходящими от середины его сторон линиями.

— И как же повёрнут треугольник?

— Основанием вниз, конечно.

Харсо подошёл ближе и нарисовал тот самый символ, о котором я говорил. После этого он произнёс:

— Эмбри… Ты больше не Эмбри. Теперь тебя зовут Астар Эво Гранд, основатель будущего рода Эво Гранд, который, возможно, станет одним из самых великих родов… После Белет, конечно.

Мы вместе с персоналом и Харсо провели время довольно праздно. Давно не было таких приятных вечеров, когда можно было просто поговорить, поесть, посмеяться и порадоваться. После того, как учитель забрал меня с улицы, я постоянно либо страдал, либо работал, либо учился. У меня не было времени на отдых. Я становился магом. И я стал им. Пришлось очень сильно потрудиться.

Этой ночью мне было довольно трудно заснуть, потому что я был счастлив. Теперь у меня было новое, взрослое, имя, которым я гордился. Кроме того, теперь я понимал, что не зря провёл здесь всё это время. В мои шестнадцать лет я стал хорошим магом. Мне не хватало лишь боевого опыта, который необходимо было обрести в сражениях с другими магами, роботами и монстрами. Только так я мог показать обществу, что нужен ему.

1.5.2

На следующее утро весь персонал начал относиться ко мне с огромным уважением. Раньше я этого не замечал. Раньше они видели во мне ребёнка, за которым необходимо присматривать. Теперь я был «господином» или «магом». Мой статус изменился.

Харсо вызвал меня на поле боя и сказал:

— Теперь официально ты можешь стать моим соперником и бросить мне вызов, если пожелаешь.

— Но я не хочу.

— И правильно делаешь, потому что я тебя уничтожу. Вообще, никогда не торопись бросать вызов другим магам, особенно тем, что сильнее тебя. Есть представители разных селективных родов: Эвиа Лей, Вего Гар, Гелео Мор, Белет, Анга Си и многих других. Представители селективных родов на протяжении многих поколений отбирались по тем или иным признакам. Скорее всего, у них гипертрофированы те или иные системы органов. Именно поэтому, если ты и читал в справочнике о том, что огонь при «кукене» достигает лишь четырех метров, то тебя не должно удивлять, что представитель селективного рода «кукеном» запустит огонь метров на десять.

— Почему разница так колоссальна?

Харсо пояснил:

— Потому что анатомическая магия — это магия жертвы. Ты приносишь в жертву свои части тела и органы. И если жертва более существенна, то и отдача от неё сильнее.

— Понятно.

— Кроме того, жизнь более редкого с селективной точки зрения мага куда ценнее. Мы живём в мире, где нет равенства между людьми. Наша ценность определяется силой, а наша сила определяется здоровьем органов и систем, а также их развитостью. В этом вся проблема.

1.5.3

Тренировки продолжались. Теперь учитель позволял мне делать значительно больше приёмов, при этом давая мощную отдачу. Мне приходилось блокировать его атаки с помощью самой мощной костяной магии. Это всегда было довольно трудно, потому что Харсо умел концентрировать удар в одной точке. Даже его огненный атаки были куда сконцентрированнее моих.

Я спросил у учителя:

— А почему мы не проходим комбинирование разных магий? Это же довольно важная вещь, как я понимаю. С помощью комбинирования можно делать очень необычные вещи.

Учитель пояснил:

— Сначала нужно научиться обычным вещам, а потом уже необычным. Ты недостаточно хорошо владеешь азами. Комбинирование тебя ни к чему хорошему не приведёт. Посмотри…

Харсо использовал печати легкого и мочевого пузыря, соприкоснувшись ими перед грудью. Это привело к тому, что пошёл сильнейший ливень. Учитель стоял передо мной, как будто бы он только что не лишился частей двух довольно важных для жизни органов. Он сказал:

— В этом и заключается суть. Лишь овладев обеими магиями в совершенстве, ты сможешь что-то противопоставить такой мощи. Все эти магии имеют смысл только в своих довольно сильных формах. Если против тебя будет сражаться робот, то ты не сможешь пробить его броню простейшей атакой. Нужно тренироваться. Без тренировок не будет никакой отдачи. Ничто не спасёт тебя, если ты бездарный маг. Какие бы жертвы ты не делал, сколько бы органов не пожертвовал… Ты уже проиграл, если не подготовился к бою заранее. Или, допустим, во время сражения у тебя закончились печени, а монстра можно убить только огненной атакой достаточно мощности. Это означает, что ты проиграл. Мы переводим органы внутри своих тел и используем их в качестве оружия. И чем больше у нас органов, и чем они качественнее, и чем мы более умелые, тем больше наш шанс на победу. Это важно запомнить. Если ты позволишь себе слабость, то проиграешь.

1.5.4

Замечу, что мне нравилось читать книги. Библиотека в особняке оказалась крайне большой, а потому я всегда мог ознакомиться с литературой по анатомии, физиологии и магии. Иногда мне попадались работы по философии, но я часто пренебрегал ими, потому что в этой самой философии, как мне казалось, не было ничего интересного и полезного. Размышления мужчин и женщин о том, как устроен мир и как его познавать, конечно, могли показаться важными, но только для бездельников и дураков, которые не понимали, что такое настоящая наука, медицина, анатомия и магия. Кому вообще нужна философия, если есть магия?

С этими мыслями я продолжал читать всевозможные исследования и работы, посвящённые разным важным темам. Прежде всего, я обратил внимание, что за пределами островов тоже были найдены люди. Они не могли использовать анатомическую магию, да и их тела не были приспособлены для этого. Их болевой порог чаще всего был ниже нашего, а при потере жизненно важных органов эти создания почти сразу умирали. Жалко был человек за пределами наших остров. Вот что я понял.

Кстати, изучая географию, я отыскал много интересных данных. Например, я узнал, что наши острова были окружены Смертоносным Океаном, пройти который даже с нашими технологиями оказывалось непросто. Островов я насчитал восемь, если брать в расчет только большие, а городов — десять. В центре находился самый большой остров, который имел вытянутую форму. Над ним расположились ещё три, под ним — два, на юго-западе был достаточно крупный остров с двумя городами, а также на востоке от центра можно было обнаружить ещё один достаточно большой участок суши. Все города соединялись с помощью туннелей, по которым регулярно ходили булетрайны, то есть поезда-пули.

На Северо-западном острове был город Сиджи, в близи которого и располагался особняк Белет, на Юго-западном два больших поселения — Калоро и Телунг, на Северном — Папат, на Южном — Ненем, на Юго-восточном — Санганг, на Восточном — Сэпулух, на Северо-восточном — Питу, а на Центральном — Гангсал и Волунг. Всё это были достаточно крупные и технически оснащённые города, в которых я мечтал побывать.

Также из книг я узнал о великой компании «Техромантия». Она занималась изготовлением разных бронекостюмов и роботов, которые претендовали на место магов. Впрочем, маги никогда не уступали механическим бойцам. Даже последняя модель робота Mark VI, тридцатиметрового великана с четырьмя пушками, проигрывала многим магам, что не могло не вызывать восхищения.

Не менее удивительными оказались истории про селекцию магов. В книгах описывались многочисленные законы, по которым были выведены наиболее мощные роды. Больше всего пугало то, что к людям относились как к животным, но и причина лежала на поверхности. Речь шла не просто о здоровье, а о мощнейшем магическом оружии, без которого выживание людей на островах стало бы невозможным.

Астар много читал и исторических хроник, в которых рассказывалось о том, как маги жертвовали своими органами ради победы над врагами. Без соответствующего уровня медицины они просто умирали, но при этом убивали опасных монстров и других злых магов. Героев в прошлом можно было найти немало, а от того и возникали многочисленные вопросы о том, как такое вообще возможно, чтобы люди сами жертвовали своими жизнями ради общего блага. Астар многого не понимал, но ему нравились эти истории. В целом ему нравилось самообразование, которое он мог себе позволить в особняке Белет.

Орган VI: Зелёный глаз

1.6.1

Харсо подозвал меня к себе, когда сидел на скамейке в саду, рядом с особняком. Я подошёл и спросил:

— Что такое?

Учитель жестом намекнул мне на то, что можно сесть. Я послушался. Он начал:

— Так вот… Прошло уже много лет с тех пор, как я тебя взял. Ты, может быть, не помнишь, но главной причиной был твой цвет глаз. Точнее, одного глаза.

— Зелёный?

— Да, твой правый глаз. Зеленые глаза считаются наиболее редкими и ценными для мага. Что даёт магия глаз?

— Ясновидение.

— Именно. И это очень хорошая способность, которая позволяет предсказывать движения врагов. У неё есть свои недостатки. Например, когда ты изменил ближайшее будущее, то уже может произойти всё, что угодно. Но, в любом случае, с помощью ясновидения можно предсказывать основные приёмы соперников. Это крайне полезно. И у зелёного глаза в этом есть преимущество. Используя зеленые глаза, можно многое предвидеть. Но зеленоглазые были уничтожены много лет назад. Один из главных родов зеленоглазых — это род Эморант. Он был полностью уничтожен родом Анга Си.

— Но почему?

— Как раз потому что зеленые глаза дают значительное преимущество в сражении. Представители рода Анга Си не могли позволить, чтобы зеленоглазый род развил и другие органы, что могло бы привести к его тотальной доминации. Я, конечно, не одобряю такие методы. Кроме того, мне бы хотелось, чтобы зелёные глаза стали частью рода Белет. Именно поэтому я подобрал тебя. Впрочем, одних зелёных глаз мало, чтобы стать сильным. И за зелёный глаз тебя будут преследовать.

Харсо протянул мне повязку, а потом сказал:

— Ты должен носить её на правом глазу.

— Хм, спасибо. Понятно.

Я взял повязку и надел её. Учитель добавил:

— Так ты всё равно будешь видеть будущее. Даже в повязке. Важно, что остальные не будут видеть твой глаз.

Я отметил:

— Так видно гораздо хуже. Нужно привыкать.

— Привыкай. И, главное, учись использовать этот навык в бою. Клонируй свой зелёный глаз, а после используй его как можно чаще. Это поможет.

1.6.2

Я начал осваивать печать «инкен», которая позволяла видеть на несколько секунд вперёд. Я делал это исключительно правой рукой, чтобы жертвовать правым глазом. Зрение на нём действительно стремительно садилось. Глаз при активном использовании мог прослужить не больше дня, а потом его приходилось менять. Харсо начал драться со мной куда серьезнее, чем когда-либо. Она нападал комбинированными атаками и пытался загнать меня в угол, но благодаря «инкену» я предвидел каждый его ход. Как бы мощна не была атака, я всегда мог выбраться правильное направление движения или поставить защиту необходимого уровня.

Харсо сказал:

— Вот оно. Неплохо. Замечу, что твой глаз более вынослив, чем глаза других людей. Если обыкновенный глаз в безостановочном «иксене» может продержаться в лучшем случае час, то твой — чуть больше трех часов. По-хорошему, если бы я хотел с тобой справиться, я бы просто использовал селезенку и отменил твое ясновидение.

Я задумался.

— Кстати, а что с селезёнкой? По какому принципу она работает?

— А, понятно. Она позволяет предчувствовать атаку врага на низких уровнях. Например, ты можешь предсказать, что я вот-вот использую огненную атаку. Пожертвовав селезенкой, ты можешь отменить использование магии любого органа вокруг себя в определённом радиусе. Например, отменить все атаки печенью. Иногда это бывает очень удобно…

1.6.3

Лишь в своей комнате я снимал повязку и наслаждался способностью смотреть на мир двумя глазами. Во всё остальное время я старался скрывать свой зелёный глаз. Жалко, что вся местная прислуга о нем знала. Получалось, что я просто тренировался для будущих свершений.

1.6.4

Однажды в гости к Харсо пришёл представитель другого благородного рода, которого звали Трэсто Анга Си. Это был довольно высокий мужчина с тремя длинными черными ирокезами (по-середине и по бокам), а также элегантными усиками и бородкой. Он смотрел довольно серьезно и внимательно вокруг себя, как будто пытаясь всё исследовать. Трэсто носил странный костюм, состоящий из округлого доспеха с символом на правом нагруднике. Этот символ состоял из двух диагональных линий, короткой и длинной, пересекающихся друг с другом. От длинной линии под углом в девяносто градусов отходили еще две от начала и от конца. Обе удалялись от центра. Позади находился черный ворот, а от металлических наплечников отходили тёмные перья длинной в тридцать сантиметров каждое. Под длинными рукавами не было видно ладоней. Настолько рукава оказались длинны. Трэсто носил также серые штаны и небольшой синий плащ. Мне очень хотелось подслушать, о чем же будут говорить мой учитель и этот манерный мужчина.

Харсо довёл мага до обеденного зала. Оба сели за стол. Я спрятался за дверью.

Трэсто посмотрел на меня и спокойно сказал:

— Мне не нравится, что мальчишка за нами следит.

Харсо кивнул.

— Да. Это не очень прилично. Я извиняюсь за это. Сейчас я его…

Трэсто перебил:

— На самом деле, я здесь для того, чтобы обсудить проблему, связанную с этим мальчиком.

— Что?

— Пусть зайдёт.

Харсо громко обратился ко мне:

— Эмбри! Сюда! — давно он меня так не называл, но, кажется, я понял, что это произошло не просто так. Я вошёл внутрь и по указке учителя сел за стол.

Трэсто посмотрел на меня и ехидно улыбнулся.

— Да уж. А глаз то голубой. Говорили, что ты воспитываешь зеленоглазого мальчишку. Кстати, а зачем ты взял себе ученика? Разве это разумно? Ты же понимаешь, что это может доставить тебе проблемы.

— Понимаю, но мне скучно. Я много лет провёл в одиночестве. Теперь я хочу воспитать ученика.

Трэсто ехидно улыбнулся.

— Значит, слухи не врали. Получается, ты бесплоден. Как ни странно, самый сильный боец рода Белет оказался абсолютно бесплодным. Как бы врачи ни старались, у них не было ни шанса, чтобы возродить твою половую функцию. Возможно, ты так далеко ушёл от рода человеческого, что больше не можешь иметь детей.

— Ты решил нарваться? Я всё ещё считаюсь сильнейшим магом.

Трэсто кивнул.

— Да, но все титулы временны. В любом случае, я здесь не для этого. Я просто хотело посмотреть на мальчика. А что у него с глазом? Почему на нём повязка?

— Это генетическое. Мы не можем восстановить глаз.

И тут я заглянул в будущее на десять секунд, спрятав печать за спину. Оказалось, что вскоре Трэсто сорвет с меня повязку с помощью телекинеза, а после, увидев зелёный глаз, направит против меня колоссальный поток огня, от которого не получится просто так защититься. Я мгновенно применил «инкэнд», чтобы глаз исчез, а после «кемтэнд», чтобы с помощью кожи заживить пространство внутри глаза.

Трэсто направил на меня «хестен» и легким взмахом заставил повязку отлететь в сторону. Харсо резко протянул руку, но тут же увидел, что у меня нет глаза. Учитель был напуган, но я сделал всё правильно. Трэсто усмехнулся.

— Прошу прощения, молодой человек. Я просто хотел убедиться в том, что вы меня не обманываете. Теперь я вижу, что вы абсолютно честны.

Трэсто взмахнул рукой. Повязка с помощью телекинеза вернулась ко мне на глаз, а все шнуры аккуратно перевязались. Мне показалось невероятным то, как он умело и ловко это провернул. Я не мог так изящно пользоваться телекинезом. Трэсто посмотрел на Харсо и поинтересовался:

— А ты чего такой неспокойный? Мальчик чист. У меня нет к нему никаких претензий. Я очень рад был тебя увидеть, самый сильный маг! Анга Си с большим уважением относится к семейству Белет. Надеюсь, что мы достаточно скоро снова сможем противостоять друг другу на поле боя или на заданиях. Тогда будет куда интереснее. Не находишь?

Трэсто покинул особняк.

1.6.5

Харсо подошёл ко мне и сел рядом. После этого он сказал:

— Ты молодец. Довольно своевременно применил «инкэнд». Я уже начал переживать, что ты не додумаешься.

— Я использовал «инкен». На всякий случай. И увидел, что произойдёт… Он бы меня убил…

— Да. Притом сразу же. И, более того, я бы не смог ничего ему сделать, потому что зеленоглазые… Как бы тебе сказать…

— Вне закона?

— Вроде того. Быть зеленоглазым абсолютно небезопасно. Держи свой зелёный глаз в строжайшем секрете.

1.6.6

Этой ночью я не мог заснуть. Мне виделось то же самое, что я предсказал в той ситуации с Трэсто. Этот маг обладал великой силой, против которой у меня не было ни шанса. То, как он ловко использовал печати и магию… Это не давало покоя. Особенно внимание стопорилось на рукавах. Длинные рукава, чтобы противник только в последний момент мог увидеть печать и не успел ничего предпринять. Удивление сменялось восторгом от того, что мне удалось обмануть величайшего мага, который мог раздавить практически любого, кроме учителя. Ночь не задалась…

1.6.7

На следующее утро мне вживили мой зелёный глаз обратно. Хорошо, что современная медицина могла не только клонировать органы, но и вживлять их. Если бы не медицина, то я бы никогда не смог стать таким сильным.

Харсо продолжал тренироваться со мной, но было видно, что он думаёт о чём-то своем. У меня даже получилось ударить его с помощью совмещения костяной магии и мышечной. Самый сильный маг взлетел высоко вверх, а после медленно спустился вниз на потоках ветра с помощью печати «зефен». Харсо приземлился напротив меня и сказал:

— Довольно неплохо для ребёнка. Впрочем, этого недостаточно.

Харсо соединил печать толстой кишки и сердца, а после направил на меня несколько десятков летящих самонаводящихся камней. Я использовал печать «эргир» и создал двухметровый портал в накопительное пространство. Камни залетели туда. Портал закрылся. Боль в желудке отвлекла меня на мгновение. Харсо обеими руками сложил печати «эзонэнд». Колоссальная звуковая волна сорвалась с места, а из ушей учителя пошла кровь. Я предвидел эту атаку, но замешкался. Мне пришлось заранее создать ещё один портал, а после зайти в него. Желудок разрывался от боли. Целые куски от него уже отсутствовали. Портал закрылся до того, как звуковая волна настигла меня. После этого мне пришлось открыть тот же портал над головой учителя. Я упал на него вместе с камнями. Впрочем, мы были пойманы телекинезом.

Харсо сказал:

— Этого недостаточно. Ты всё ещё слишком слаб. Нужно отправляться на охоту. Тебе нужно сразиться с настоящими монстрами. Может, тогда в тебе появится инстинкт бойца.