После эмоционального разговора со стариком из служебного персонала, я направился к себе. Мне казалось, будто сейчас я чувствую себя намного лучше и мысли могли прийти хоть в какой-то порядок… В принципе, так оно и было. Сейчас я мог что-то сделать или придумать, но мои тело и мозг требуют сна.

— Но даже если так, — начал я отвечать сам себе, открывая дверь комнаты, — я должен пытаться что-то сделать!

Сейчас на меня давило многое, а встреча претендентов оказывала наибольшее влияние. Я не знаю, что думают родители и брат, полагаю они могут и не допустить меня к участию. Я даже не виделся с ними все это время! Хотя… я ведь и проснулся только сегодня.

Не знаю, буду ли я принимать участие и какой исход мне уготован на встрече, но просто смирится со своим положением я не могу.

Существует всего два варианта развития событий, либо меня допустят на мероприятие, либо я разочарованно буду наблюдать со стороны. Второй вариант мне кажется наиболее правдоподобным.

Даже если родители попытались скрыть мое состояние, то это не значит их безрассудность и наплевательское отношение. Если я плохо себя чувствую, то вероятность моего отстранения почти абсолютна, но если же я докажу, что со мной все в порядке, то ситуация обернется в мою пользу.

«Вот это да…. Никогда бы не подумал, что так сильно буду хотеть принять там участие.» — подумал я, завуалированно издеваясь над собственным переменчивым настроением, — «Ладно, стоит выбросить все ненужные мысли из головы, а всю концентрацию пустить в нужное русло!»

Я подошел к центру своей комнаты, складывая все, о чём думал ранее. Самой яркой мыслью в моей голове был пример использования маны другими людьми. Я не мог понять, что люди чувствуют, как ею управляют и что при этом думают. Поблизости не было никого, кто смог бы в действительности разжевать мне подробности, а Роджер во время столь долгих тренировок не проронил ни слова о магии. Что означало мою полную надежду на собственные знания и силу.

«У любой маны есть своё формирование, нужно лишь начать с самого начала…» — начал я размышлять, — «Итак, моя магия явно дивергентного типа, ведь я не способен управлять стихиями.» — решил я, с жалостью вспоминая все те попытки, когда я хотел и пробовал создать порыв ветра, или же управлять водой.

Но если моя мана второго типа, разве это не означает, что я вряд ли смогу вот так просто понять в чем заключается моя сила?

— Серьезно… это все начинает походить на какой-то бред! Бесконечные размышления ни к чему не приведут… Да и если даже приведут, у меня просто нет на это времени! — сказал я, стараясь быть тихим.

«Тогда стоит перейти к практике» — я вновь активировал нити.

Они, как и в прошлые разы, вышли из моего тела словно иглы, и начали кружиться медленным вихрем вокруг моих рук, пока я лишь наблюдал за этим. Я решил оглянуться вокруг, посмотреть, изменился ли мир в моих глазах, но, как и раньше, разницы не было.

Порыв замешательства чуть не сбил мою концентрацию, но я продолжил искать варианты, как мне быть.

«Вспомни, что ты делал в тот раз!» — заставлял я сам себя, — «Тогда… я ведь смог направить эти нити?!»

Воспоминания метнулись на момент неудачной прогулки в академию, когда я одним движением пальцев смог располовинить толстое дерево предо мной.

— Но сейчас не получается! — вскрикнул я в разочаровании, когда сдерживать нити стало тяжелее. Неведомое чувство давление увеличивалось по мере использования этой силы.

Я простоял так еще около минуты, пока тягость не начала превращаться в боль, заставив меня отпустить нити.

— Черт! — сказал я полушепотом, заваливаясь на бок.

Перед ожидаемым столкновением с полом, я ударился о нечто немного мягче, чем должно было быть.

Попытавшись встать, я с небольшими усилиями, но смог это сделать. Повернувшись в сторону, где меня должен был встретить пол, я увидел коробку. Ту самую, где была моя одежда для встречи претендентов. Мы купили её вместе с Ридом…

— Точно!.. Как брат использовал свою магию раньше?! — я начал вспоминать все моменты, когда Рид сражался с отцом, когда он подбросил меня вверх, перекидывая через забор дворца, — Всегда… он всегда использовал этот приём! Рид мог с помощью ветра сделать толчок, позволяющий ему даже летать! — все мое тело теперь, казалось, нагрелось, что стало невыносимо жарко. Такое ведь часто случается, когда люди встревожены…

Как Рид создает подобные толчки воздуха? Ведь чаще всего, они направляют его в желанную им сторону, — «Точно…  направление можно задать с помощью самого ветра, нужно понять, что происходит перед этим…» — размышления соединяли клочки моего усталого мозга воедино.

«Тот толчок, когда я приземлился по ту сторону забора дворца… Боль отчетливо чувствовалась в моих ногах.» — я машинально схватился за левую часть бедра, продолжая тянутся к своим ногам, — «Я бы не почувствовал столь сильную боль от одного лишь приземления, даже с такой высоты. По крайней мере, на тренировках мое тело было способно выдержать подобную нагрузку.»

«Тогда… это был не просто удар об землю, что-то изначально создало нагрузку для моих ног, еще в момент толчка, и очевидно, что это была магия брата…» — мысль окончательно сложилась в моей голове, словно свежий пазл, он не уложился бы без определенного опыта и знаний, через которые мне пришлось пройти. Чувство озарения исчезло, на смену ему пришла идея, которая в моей голове пылала абсолютной уверенностью и желанием опробовать.

Я немедленно активировал нити, которые в ту же секунду показались на моих руках.

— Они должны быть не здесь.

То что все это время не давало мне покоя… Глаза. Словно манящий знак, который светился изо всех сил, подсказывая мне найти ответ прямо перед собой. Все было до боли просто, ответ крылся среди тон информации о мане и ее использовании. Он был где-то глубоко, скрыт множеством умных фраз из книг, которые не давали мне спустится в начало, к азам использования своей силы.

— Это выглядит… впечатляюще, — сказал я, удивляясь изменившемуся миру перед глазами.

Теперь нити исходили не из моего тела, они соединяли всю комнату между собой, создавая бесконечную паутину, а их цвет отличался от былого. Вместо привычного снежно-белого, они сияли переливающимся золотом, настолько же ослепительно, словно полуденное солнце. Столь яркий свет ужалил глаза каждому, кто бы попытался посмотреть на эти нити, но мой взор оставался чист. Я мог смотреть на них, следовать за их движениями, наблюдать за переливающимся золотым огнём, горящем в каждой части этой паутины.

— Так вот почему мир так потускнел… — моему очарованию не было конца, словно я смотрел на воплощенную в реальность сказку, — Мана такая заботливая, чтобы я увидел эти нити во всей красе… она заглушила краски мира, лишь ради этого.

| От лица Зика Лактариуса:

Проходя сквозь длинные коридоры королевского дворца, я слегка потянулся. Я могу позволить себе расслабится лишь в подобные моменты, когда нахожусь наедине со своими мыслями.

Много чего произошло за эти дни, пока мы пребывали здесь. В том числе мои два хулигана уже успели натворить дел, но что с них взять. Лучше уж заняться исправлением последствий, чем думать над их поведением…

«Быть может, стоило приглядывать за ними больше?..» — размышлял я.

Подобные мысли часто возвращали меня в старые времена, когда мы с Лафиной лишь готовились к первому ребёнку. Думали о его имени, воспитании, его судьбе. Я не силён в подобного рода вещах, поэтому доверился её мнению.

Как сейчас помню слова о том, что дети должны расти на собственных пробах и ошибках, превозмогая трудности в одиночку. Я всецело согласен с ней. Подобным образом наши дети точно смогут стать самостоятельными, не нуждающимися в чьей-то помощи… Но все же, какая-то часть меня хотела больше им помогать. Как и сейчас, все мысли, который должны быть направлены на предстоящее мероприятие, на деле обращены в панику насчет Амона с Ридом. Все, что я успел узнать, так это о пробуждении маны Амона.

«Чёрт возьми, ну что за неудачный момент?..» — вздохнул я.

По моим предположениям, Амон должен был пробудиться после встречи претендентов. Эта внезапность может обернуться преградой, из-за которой ему не удастся показать себя, сражаясь с соперником из другой ветви.

Изначально, его врагом должен был стать одногодка, такой же как он, без пробудившейся маны, но раз все обернулось подобным образом… Я даже не уверен, сможет ли Амон держать в руках меч, так что про его сражение можно забыть.

«Вот именно… Сейчас стоит позаботиться о его здоровье, а не собственных интересах.» — подумал я, — «Хотя, разве мои собственные интересы не были направлены на улучшение репутации и боевого опыта сына?.. Ха-ха… Ладно, в любом случае, Риду придется хорошо себя показать, раз он так меня подставил.»

Сейчас я направлялся на встречу четырех, где должны засветится все теневые императоры Редора. Подобного рода важные встречи перестали вызывать у меня мурашки, ведь последнее время мы проводим их уж больно часто.

Иногда наши встречи доходят до простого чаепития… Впрочем, это действительно можно назвать хорошими отношениями между господствующими семьями. Наша сильная связь может вызывать только улыбку.

Я развернулся в сторону окон… или же окна? Я не знал, как назвать вид перед собой. Сплошная прозрачная стена огибала длинный коридор со всех сторон, изредка заканчиваясь, дабы снова продолжится.

Королевский дворец завораживал своей высотой. Чистые до блеска окна здесь, на двадцать третьем этаже, были не только длинными, но и высокими, от самого пола и до потолка. Создавалось впечатление, будто я стою где-то высоко в небе, на платформе, откуда видно всю столицу.

Изредка мимо меня проходили служанки, нервно кланяясь и как можно скорее удаляясь в противоположном моему направлении.

Я все ближе подходил к концу коридора, откуда вверх и вниз вели две мраморные лестницы. Спустившись вниз на этаж, я продолжил идти, пока не пришел к заветному балкону, размеры которого походили, этак, на тренировочную площадку. На входе не было дверей, лишь округлый проход, украшенный драгоценными материалами по бокам, а сверху виднелся самый большой из камней, он светился кроваво-красным цветом, подле него на малом расстоянии изгибались вверх два рога средних размеров.

«Эх, бедный дракон, не успел ты вырасти, как уже стал украшением для королевского дворца.» — подумал я.

Пройдя внутрь, меня встретил нежный ветер, который на высоте чувствовался свежее. Глубокий вдох избавил меня от ненужных в данный момент переживаний, а вид так и манил посмотреть на него еще дольше. Картина отсюда давала осмотр на всю столицу и многочисленность ее районов. Где-то вдалеке слева виднелась цветущая флора академии: зеленые деревья, ухоженные газоны, крупные тренировочные площадки с десятками различных платформ и преград для сражений, а также большущее озеро. Весь пейзаж отсюда выглядел меньше мизинца, но с усиленным маной зрением, я смог более детально рассмотреть вид.

Стол был украшен еле заметными полосками золота, он отдавал свет от заходящего солнца. Кругом стола, на одинаковом расстоянии друг от друга, стояли стулья, три из которых уже были заняты.

— Ты, кажется, припозднился, Зик, — с улыбкой начал человек, сидящий в конце стола.

— Нет, просто вы приходите слишком рано, — незамедлительно ответил я.

Морден Астериус — глава второй семьи, и по совместительству единственный человек, который способен потягаться со мной в забавах. Пусть этот мужчина выглядит молодо, но на деле ему тридцать три года. Меня поражает его чрезмерная избалованность и активность в таком то возрасте. Хотя, я и сам стараюсь не поддаваться годам. Впрочем, в этой компании мы с ним старшие, так что ему следует вести себя более сдержано, а не корчить подобные ухмылки.

Что до его внешности… Он действительно сильно выделяется. Его длинные волосы были черного тона, которые ближе к концам медленно переливались в кроваво-красный. Завязанные в хвост на затылке, они падали и рассыпались на его спине. Ресницы были еще более темно-красного цвета, дабы подчеркнуть яркие глаза.

Два красных круга, по всей поверхности которых уходили шипы, смотрели на меня с интересом и ожиданием. Казалось бы, что я говорю про некое магическое заклинание, но нет, таковым является всего-навсего форма его зрачков, которые при малейшем лицезрении вызывали мурашки. Хотя, самым удивительным был их цвет. Шипастый зрачок светился ярко-красным, когда сама склера была абсолютно черная. Настолько черная, что красный на ее фоне выделялся еще сильнее. От глаз по разным сторонам заходила за виски красная татуировка, дополняющая его кровавый образ. Когда он использовал ману, эта татуировка становилась ярче, вплоть до сияния. Но сейчас она лишь была немногим светлее, чем обычно. Такой образ служил ему выделяющимся аспектом, но я бы не сказал, что он специально выглядит так. Он ведь не выбирал родиться таким. И все же это… Поистине, глаза соответствующие дьяволу.

Его одеяние имело свой привычный образ, который он использует чаще всего для отдыха. Черный магический халат полностью открывал его крепкие грудь и пресс, а вокруг танцевали полоски красной жидкости в форме дуговых тонких лезвий, они словно выходили из его тела и наряда, исчезая, постепенно распускаясь в пространстве, дабы затем вновь вырасти из ниоткуда.

«Магия крови выглядит довольно пугающе.»

— Морден, я надеюсь, ты не будешь столь безумен, чтобы надеть подобное убранство на встречу претендентов? — послышался ленивый голос по правую сторону стола.

Этот халат позволяет ему контролировать ману без особой концентрации, что-то вроде пассивной тренировки, которую он выполняет двадцать четыре часа в сутки. Но постоянный контроль дает о себе знать, его давление маны охватило все пространство вокруг, слуги не выдержали бы нахождения здесь… На подобного рода мероприятия явно не стоит приходить в таком, и дело совсем не в оголённой груди.

Давление маны создается с силой пропорциональной контролю над ней, а раз уж это Морден, то про это самое давление и говорить нечего. Один из сильнейших людей на континенте, способности которого выходят далеко за рамки признанных шести рангов. Очевидно, что простые люди будут падать в обморок, лишь от его присутствия. О его силе можно сказать взглянув лишь раз, но я знаю её больше, так как с этим чудаком мы знакомы уже долгое время. Впрочем, со всеми присутствующими я знаком столь же многолетне, и каждый из них способен назвать себя равным Мордену. Получается, все здесь равны по силам… Но я не могу отрицать, что Кровавый император больше всех выделяется своей экстравагантной силой.

— Ну-ну, Астлор, не ты ли, итак, считаешь меня безумцем? — обратился Морден к сидящему справа от меня мужчине, лицо которого больше походило на детское…

Астлор Менгериус — глава третьей семьи. Он один из тех людей, кто выглядит куда младше своего возраста, раза так в 2. Двадцати пяти летний мужчина смотрелся, как ребёнок подросткового возраста. Ни одной морщины или какого-либо признака старости, лишь до ужаса бледная кожа, больше похожая на кожу мертвеца. Да, пожалуй, слово “мертвец” хорошо ему подходило. Ведь и взгляд его был без эмоционален. Поникший, безжизненный или угрюмый, смотря как на него взглянуть. Без искринки, лишь на половину открытые глаза будто кричали, что им… Скучно… Кто-то бы точно решил, что подобный взгляд означает депрессию или что-то вроде того, но не в его случае. Его глаза не извергают агонии тяжелой судьбы, они не поникшие и не плачущие. Просто… он такой и есть. За все пять лет, что мы с ним знакомы, его взгляд никогда не менялся, лишь мельчайшие подёргивания губ могли помочь понять его эмоции. И сейчас было очевидно, он просто скучает. Подобная врожденная сдержанность эмоций позволяет ему править хладнокровно, опираясь лишь на факты. Он не пытается следить за всем и сразу, его подчиненные, в том числе семья Менгериус, слушаются его беспрекословно, ведь боятся последствий. Я не до конца понимаю, насколько он жесток в обращении с ними, но уж точно могу понять их чувства при виде Астлора. Лишённый эмоций правитель, в глазах которого отражается бесконечность вселенных… Мало кто захочет противиться его воле.

Если говорить про его образ и вид в целом, то я не мог точно высказаться по поводу его красоты. Казалось бы, унылый взгляд доставляет окружающим лишь неудобства, но его молодое лицо так и блестит изящностью. Тонкий нос средней длины, столь же тонкие губы бледно-малинового цвета и еле заметные скулы вместе с заостренным подбородком. Все в нем выглядело без изъянов. Просто эталонная внешность, если её можно так назвать. Как по мне, он выглядел куда красивее многих женщин…

«Так… Кажется, я не туда свернул…» — остановил я свой порыв мыслей насчет его красоты.

Что до его волос, то они были кремово-белого цвета. Относительно длинные и при этом кудрявые, будто он только что встал с кровати, они достигали лишь края его ушей, а два локона спускались на лицо, проводя две линии вплоть до подбородка. Я никогда не задумывался, но его волосы обладают практически идентичным цветом, что и мои. Хотя, его все же немного темнее. А вот что в нём было действительно примечательным в здешних краях, так это заострённые на концах уши. Их длина уходила назад и вверх. Прижатые к голове, они, казалось, реагировали на малейший звук, время от времени легонько дёргаясь в разные стороны. Большие и длинные.

При первой встрече я сразу понял, что он эльф, и лишь со временем связал этот факт с его молодостью и красивой внешностью. Подумать только, одно лишь расовое разделение, а он уже настолько отличается от других людей. Мне было интересно, все ли эльфы такие, или он является белым драконом даже на родине? Мне пока не свезло побывать в Гридоре — Империи Лоз, родине эльфов, но вид Астлора все больше искушает меня туда поехать.

Еще одной привлекательной чертой на черепушке Астлора был его рог. Ближе ко лбу, он выходил из его головы, уходя вбок и закручиваясь дугой на верх. Рог был темно-коричневого цвета, а его текстура напоминала бесконечно уменьшающуюся волну. У основания он был толстым, а ближе к концу все сильнее заострялся и заострялся, пока не окончился острием. Рельеф его “головного убора” походил на множество овалов, каждый из которых уменьшался по мере длины рога.

«Мне кажется, что эльфу не свойственно иметь рога, но… Кто их знает, все таки.» — подумал я, мельком рассматривая его примечательную черту, которая добавляла его нежному образу более серьезного и брутального вида.

Над головой светился нимб, или же его можно было назвать магическим кругом. Он огибал его рог, и был почти вплотную прижать к голове, находившись чуть выше лба. Нимб состоял из тысячи письмён, они уходили в еще один магический круг, который состоял из неровных линий, кое-когда образуя собой фигуры. В середине и снаружи плоского круга были по две маленькие полоски, которые завершали собой его украшение. В нём светились частицы белого, словно звезды на фоне глубинного ночного неба, а сам нимб был относительно прозрачным, но его можно было увидеть даже не вооружённым взглядом. Я не уверен, была ли это одна из его техник, или же это просто украшение, но мой мозг скорее признавал это как заклинание, которое он использует на постоянной основе, всегда и везде, точно так же, как и Морден.

И как бы соответствуя его образу, магия у него была так же одна из особенных. Он первый человек, завладевший нечто подобным, а точнее — магией космоса. Мне не доводилось видеть его в бою, пусть я и невероятно хочу посмотреть  на его магию, но все же некоторые его заклинания я видел. Одно из таких это нечто похожее на созидание. В голове ясно всплывает образ материальной руки, которая отражала ночные небеса, укрытые созвездиями. Пожалуй, он способен создавать предметы, которые соответствуют образу его космической магии. Уверен, что он может создавать и оружие, вплоть до острого меча. Подобный контроль над магией поражает, но и это явно не предел его способностей. Тяжело вообразить на что способна неизведанная магия.

«Он действительно любит все черно-белое…» — подумал я, спускаясь ниже взглядом к его убранству.

Его одежда тоже больше походила на эльфийское происхождение, но цвет несколько отличался от привычного этому народу. Черная облегающая рубашка прижималась к его телу. Она была еле заметна, ведь над ней он носил свободную черную накидку, которая была не более чем полотном с дыркой по середине для головы, где так же виднелся маленький воротник, но даже со всей своей простотой её еле заметная прозрачность и мягкий градиент, который к концу накидки переходил в чуть более белый цвет, придавало ему волшебно роскошный вид. Я не смог разглядеть остальную часть его наряда, что была скрыта под столом.

— Зик, кажется, ещё один твой сын пробудился… — спросил меня Астлор. В его тоне проскользнула искра интереса, пусть выражение лица было неизменно безэмоциональным.

— …Да, — немного подумав ответил я, — Видимо, информация долетает до вас, даже если я пытаюсь её скрыть.

Я вспомнил, как разговаривал с каждым причастным к этому делу, приказывая держать рот на замке. В том числе я подключил доверенных слуг, которые аккуратно приглядывали бы за Амоном, но… Все это бессмысленно, если мы говорим о теневых императорах. Сколько бы я не скрывал это от знати, в попытках решить всё без поднятия шумихи, но скрыть нечто столь важное от них практически невозможно. Впрочем, я не вижу смысла держать это в тайне от них. Мы не враги, да и что они сделают с этой информацией.

— О-о!.. — наигранно вздохнула Цияра, — Так ты пытался скрыть это от нас?~ — протяжность её тона играла в моих ушах.

Цияра Фолкориус — глава четвертой семьи. Юная девушка двадцати пяти лет, но молодость не говорит о её неопытности. Свою семью она держит словно на поводке, не отпуская ни на сантиметр от себя и контролирует каждый шаг. Среди всех она выделяется своим поистине раздражающим характером. Всё в ней, вплоть до речи, звучит как поддразнивание, даже когда она сама того не желает. Спокойный, протяжный и в то же время звонкий голос, который можно назвать милым, но это в зависимости от предпочтений. Лично для меня этот голос словно яд. Особенно если я в чём-то прокололся. Особенно сейчас.

Её бледно-розовые волосы развевались на ветру, слегка поднимая вверх две заплетенные на спине косы, а чёлка оставалась неподвижной. Столь удивительный цвет волос соответствовал её изумительному характеру. Сколько раз я бы её не встречал на людях, выражение лица одно и то же. Скажи ей какую-либо удивительную новость — она лишь покажет тебе свою привычную улыбку с блестящими голубыми глазами словно два полумесяца. Бесспорно чарующая личность, если не знать её ближе.

Для меня её характер кажется надоедливым скорее из-за того, что я знаю её настоящую: рассеянную девушку с горой комплексов, которая отчаянно пытается вести себя соответствующе правителю. Я не раз видел её такой, когда мы оставались наедине. И я уверен, что когда она оставалась вдвоем с Морденом или же Астлором, то вела себя так же, по-настоящему. Но почему-то даже в такой компании относительно близких людей, она продолжает строить из себя даму. Впрочем, быть может это для неё как тренировка. А для меня это испытание по контролю своего раздражения… Меня поражает, как в подобной женщине, обладающей невероятной расчетливостью, мудростью и умением руководить всем и вся, складывается рассеянность, стеснительность и пугливость. Наверное, она умеет входить в роль, когда это нужно, что и сама забывает про свои недостатки. Будто два человека живут в ней, а она лишь переставляет их местами. Если представить Цияру в одной фразе: невероятно способная, но эмоционально переменчива.

С ней мы знакомы столько же, сколько и с Астлором, ей досталась тяжелая судьба. В прошлом семья Фолкориус была начисто неуправляема, так как мы не могли выделить в ней достойного претендента для становления теневым императором.

Теневых императоров никто практически не знает, а если и знает, то пытается об этом не упоминать, ведь последствия будут неприятным для излишне языкастых людей. Иерархия этого континента действительно невероятно запутана из-за разногласий прошлого. Изначально в Редоре существовало верховенство знати во главе с королевской семьей, но дела в то время шли, мягко говоря, ужасно. Королевская семья вовсе не думала о континенте, а знать следовала их примеру. Способные личности оставались в тени, а дураки правили не зная проблем. Впрочем, подобный режим и правлением назвать нельзя. Люди голодали, продовольствия хватало разве что для аристократов, а про инфраструктуру и речи идти не может. Континент был в упадке, ведь правители лишь собирали дань, набивая свои животы и украшая шеи бриллиантами.

По крайней мере, так оно было пока не явился человек, уже стертый из памяти всех. Никто не знает кем он был, откуда явился и как смог перевернуть весь ход истории, но именно он создал такое понятие как “Теневые Императоры”. Собрав способных людей со всего континента, он наделил их знаниями и властью. Именно так образовалась нынешняя иерархия, о правде которой все и не догадываются.

Дело в том, что королевская семья по-прежнему не справлялась бы со своими обязанностями, даже верни мы им власть. Поэтому господство держим мы. Теневых императоров можно назвать настоящими королями, просто они находятся за кулисами мировой истории. Королевская семья лишь имеет некоторые права, но я бы не сказал, что они плохо живут. Они по-прежнему процветают как благородные. Живут так же, как и жили раньше. Набивают животы, носят драгоценности, а в последнее время пытаются распространиться, как предводители прогресса.

Королевская семья попросту ничего не постановляет и прекрасно знает, что некто находится выше их, управляя словно марионетками. А эти некто находятся прямо здесь, за этим столом. Если сложить власть в несколько групп, то получится, что на первом месте стоят теневые императоры, на втором королевская семья, на третьем все четыре семьи, а дальше текут корни аристократов, от высших и до низших, но… Так видят эту систему лишь немногие. На деле же люди представляют то же самое, просто без теневых императоров во главе. Так оно и работает. На словах сложно, а на деле ещё сложнее.

Что до семьи Фолкориусов: один из четырех домов, который до недавнего времени оставался неуправляемым. Фолкориусы пришли в упадок, а достойных претендентов не было, пока не нашлась Мила Фолкориус, но и её история сложилась не лучшим образом. Она проходила наше с Морденом обучение, подготовленное для нее специально, дабы вырастить достойную претендентку. Её дела шли хорошо, она обучалась и становилась сильнее, постепенно подбираясь всё ближе и ближе к месту своего предназначения, но судьба была другого мнения. Если быть кратким, то с ней произошел несчастный случай, который привёл к летальному исходу.

В то время пост теневых императоров занимали мы с Морденом, а так же наш бывший товарищ из дома Менгериусов, зрелого возраста, который, в конечном итоге, покинул должность из-за болезни. Понятное дело, что мы оба находились в состоянии паники. Семья Фолкориус в упадке и находится без контроля, претендент на должность теневого императора скончался, а к нам приплывают всё новые проблемы катастрофического масштаба. И всё же, кое-как мы смогли отделаться от проблем, вернутся в прежним строй, всё наладилось. В доме Менгериусов и Фолкориусов появились достойные претенденты, одной из которых была сестра Милы, Цияра Фолкориус. Это долгая история, произошедшая больше пяти лет назад, поэтому говорить о ней больше смысла нет.

Сейчас же мы вновь собрались все вместе здесь, для обсуждения дальнейших событий судьбы этого континента.

— Итак, что у нас на повестке дня, Морден? — спросил я, присаживаясь поудобнее на мягкий стул.

— Прибыли письма из Гридора и Мизотара, — его тон сменился на низкий, а лицо приняло серьезный вид, — Всё так, как мы и думали… Кто-то невообразимо желает катастрофы.