Перевод: Astarmina

— Ваша Светлость, может, хотя бы выслушаем её...

— Слушать неизвестного ребенка?

— Ха-ха... — дворецкий смущенно засмеялся. — Но ведь она прошла через «Красное дерево».

Серебристые глаза великого герцога Иллестона настороженно осматривали стоящую перед ним девушку.

«Возраст... Кажется, еще подросток».

Она смотрела на него ясным взглядом, без тени эмоций. Но вскоре, устало вздохнув, спросила:

— Ваша Светлость, я понимаю, что это грубо, но как долго мне ждать ответа?

Дерзкая манера речи, словно ни капли не боялась проклятого герцога из слухов, стоящего перед ней.

Дворецкий недовольно поморщился.

— Жди спокойно, пока господин не заговорит первым.

— А... да, — с губ девушки сорвался тихий вздох.

Однако герцог еще долго после этого молчал. Честно говоря, он просто не знал, что ответить.

Поместье проклятого герцога Иллестона — место, которого избегал любой житель Империи Руан. Всего десять минут назад сюда вошла простолюдинка, которую он никогда раньше не видел.

И она, каким-то образом, прошла через первое проклятие особняка, [Красное дерево, растущее, поедая людей], без единой царапины.

«Как ни крути, это невозможно».

У главных ворот особняка, обвитых тёмно-красными ветвями, существовало настолько странное и опасное проклятие, что вход был строго запрещён 300 лет назад, с момента внезапного появления дерева.

Но эта девушка прошла сквозь него целой и невредимой, только немного порвав одежду. А затем, подойдя к удивлённому великому герцогу Иллестону, она вдруг сказала:

— Я сниму проклятие с особняка.

— Что?..

Сначала мужчина подумал, что ослышался. В обычной ситуации он бы прогнал её, сказав, что опасно и чтобы она скорее уходила.

Но то, как она прошла через ветви красного дерева без единой царапины, и её слова — было слишком много вещей, которые его беспокоили, поэтому в итоге он впустил девушку в особняк.

Это было не свойственно ему.

Великий герцог долго наблюдал за девушкой, а затем спросил:

— Как тебя зовут?

— Симона.

— Фамилия?

— Нет. Я ведь не дворянка.

«Даже если не дворянка, должна быть фамилия,» — подумал он, но решил пока не заострять на этом внимание, ведь сейчас это было не самое важное.

Сначала великий герцог Иллестон осмотрел внешний вид Симоны: худощавое тело и одежду, потрёпанную даже для простолюдинки.

Даже с учётом того, что её волосы и одежда растрепались, пока она продиралась через красное дерево, выглядела она жалко.

Запах, исходящий от девушки, был также невыносимо отвратительным.

Великий герцог Иллестон проговорил:

— Если ты солжёшь, то немедленно умрёшь, — в его взгляде мелькнул холодный блеск. — Ты всё ещё утверждаешь, что можешь снять проклятие с особняка?

Он намеревался напугать её, чтобы выявить истинные намерения.

Слова девушки о том, что она может снять проклятие, казались не особо правдоподобными.

Что ж, и как может эта жалкая простолюдинка снять проклятие, с которым не могли справиться даже лучшие маги империи?

Судя по внешнему виду, было бы более разумно предположить, что ей просто повезло пройти через красное дерево, и она использовала это, чтобы попрошайничания.

Конечно, если такова была ее цель, то это стало бы промахом для самой Симоны.

«Но невозможно просто так, по удаче, пройти через красное дерево...»

Видя, что настроение великого герцога Иллестона ухудшается, дворецкий наконец вмешался:

— Дитя, если ты голодна, я дам тебе еду и деньги. Ты всё ещё не желаешь сказать правду?

В тот момент выражение лица Симоны изменилось. Она плотно сжала губы, пристально посмотрела на великого герцога Иллестона, а затем резко встала.

— Ну, если не верите, ладно. Я хотела заключить честную сделку, а не попрошайничать.

— К-какая дерзость!..

Симона, словно ей нечего было терять, одним жестом остановила приближающегося дворецкого и направилась к двери. Затем внезапно остановилась, повернуласт и указала пальцем на великого герцога Иллестона.

Дворецкий в ужасе схватил руку Симоны.

— Как бы вы ни были несведущи в мирских делах, простолюдину не пристало указывать пальцем на господина...

— Великий герцог определенно проклят.

— Что?..

— На его плече висит и истерически смеется... Не могу определить, мужчина это или женщина, потому что кожа с головы содрана, но кровь течет ручьем, пропитывая плечо великого герцога.

Кажется, великий герцог не видел этого.

Симона многозначительно улыбнулась.

— Хотя, кажется, вы были вместе довольно долго, но оно говорит, что не собирается отпускать вас.

— Что...

— Прошу прощения за беспокойство, — Симона не ответила на слова великого герцога и, игриво улыбаясь, резко повернулась. — Сделка не состоялась, поэтому нам больше не о чем говорить.

Выражение лица великого герцога застыло потому, что на короткий момент взгляд Симоны упал на его левое плечо.

— Подожди...

Как это?

Его левое плечо почти двадцать лет не двигалось по неизвестной причине.

— Подожди.

Несмотря на зов герцога, Симона продолжала решительно шагать к двери.

Герцог спешно окликнул дворецкого:

— Кельр!

Его голос громко разнесся по просторному помещению.

— Да, господин.

Главный дворецкий Кельр поспешно преградил путь Симоне.

Кельр, также зная о состоянии плеча герцога Иллестона, держался теперь более решительно, чем раньше.

Симона, изо всех сил пытаясь сдержать улыбку, вместо этого надулась и ответила:

— Что такое?

Великий герцог Иллестон, с которым Симона снова встретилась лицом к лицу, выглядел довольно озадаченным. Хотя он этого не осознавал, но в отличие от прежнего раза, поза девушки была довольно дерзкой.

— Я хотел бы... услышать больше.

Симона улыбнулась. И, просто глядя на герцога в упор, как и раньше, бросила фразу:

— Я сниму проклятие с поместья. Клянусь, в моих словах нет ни капли лжи.

После этих слов герцог посмотрел на неё с тем же хмурым выражением лица.

Ещё совсем юная девушка вела себя как типичная торговка.

— Условия?..

На вопрос великого герцога Иллестона улыбка Симоны стала ещё лучезарнее. Да, как и подобает главе семьи Иллестон, которая сохранила титул великого герцогства, несмотря на проклятие продолжительносстью в триста лет, он очень быстро соображал.

Симона медленно проговорила:

— Вырастите меня.

— Что?

Когда великий герцог Иллестон переспросил, услышав неожиданный ответ, Симона четко повторила ещё раз:

— Это условие. Взамен на снятие проклятия с особняка вы должны вырастить меня до совершеннолетия. Конечно, я могу взять еду и уйти...

— Взять еду?..

— Заклятие будет снято постепенно по мере достижения моего совершеннолетия. Это непросто. Но вы определенно сможете почувствовать разницу. Если в процессе что-то не понравится, можно прекратить по обоюдному согласию, и если хотите, можем составить контракт.

Он не понимал, как можно взять еду и ути, но для ребенка онаа была слишком умна.

— Конечно, поскольку я слабая сторона, окончательную проверку контракта буду проводить я. Как вы понимаете, воспитывать меня нужно не абы как. Комната должна быть большой, питание — такое же, как у герцога.

Герцог Иллестон, отложив странное чувство неловкости, продолжал слушать Симону. Та была немного взволнована.

Так она будет жить в роскоши, а когда станет взрослой, возьмет деньги и краску для волос и тихо поселится где-нибудь в укромном месте.

Если бы могла позволить себе эту дорогую краску для волос, она бы могла скрыть черные волосы и устроиться на работу.

Конечно, было бы еще лучше, если бы она вернулась в свой мир.

Между тем, герцог Иллестон молчал.

Эта девушка. Может быть, эта девушка, с беззаботной улыбкой, была несчастным ребенком, жившим в нищете и в итоге сошла с ума?

Даже если император игнорировал их за пределами замка, семья Иллестон все еще была знатным домом с титулом великого герцога.

Она должна была знать это, но Симона вела себя так дерзко и выдвигала такие наглые требования... Это было поведение, которое могло быть присуще только сумасшедшему.

Однако великий герцог Иллестон снова подавил сомнения. Пока что стоило выслушать девушку.

Он спокойно спросил Симону:

— Можно ли отказаться, если мне что-то не понравится?

— Конечно. Вы мне не верите? Если одной из сторон не нравятся действия другой, можно просто всё прекратить.

Даже если она непрошеный гость, не нужно проявлять чрезмерную бдительность. Это действительно попахивало молодым бесстрашным авантюризмом, но предложение Симоны определённо было сделкой, которая не наносила ущерба ни одной из сторон.

К тому же, у великого герцога Иллестона действительно не оставалось времени. Настал момент ухватиться даже за ложь.

Выражение лица мужчины, смотрящего на неё, было заадумчивым.

— Хорошо, сделаем, как ты предлагаешь. Но если всё, что ты сказалв, окажется ложью...

Симона спокойно ответила, не дожидаясь окончания слов великого герцога Иллестона:

— Да, я рискну жизнью ради этой сделки.

Проклятие, которое медленно уничтожало семью Иллестон на протяжении трехсот лет.

Из-за этого даже император стал сторониться их.

Симона знала, что, затронув эту тему, должена будет ответить за свои слова жизниью.

— Переоденьте ребёнка в чистую одежду и приведите ко мне.

— Да, господин.

Сделка была заключена.

Смотря на уходящего герцога Иллестона, Симона, а точнее, вселившаяся в нее двадцатипятилетняя Со Хён Чжон, громко радовалась.

— Получилось!

Она была человеком, который попал в тело персонажа клешированного фэнтезийного романа «Я проснулась и скрывала свою силу».

Симона — ребёнок, которому суждено было стать сильнейшим некромантом в мире, но из-за негативного восприятия некромантов была брошена родителями и так и не увидела свет.

Изначально она должна была жить в приюте, подвергаясь дискриминации, пока главный герой не распознал талант и не спас её, после чего она пожертвовала собой ради товарищей.

Сначала девушка не могла пробудить способности. Но...

«Путь жертвы? Не смешите меня».

Со Хён Джон знала о мрачном будущем Симоны. Но она еще не настолько сошла с ума, чтобы рисковать своей жизнью.

Поэтому пришла сюда. В третье место назначения главных героев и сцену, где развернется первый эпизод с Симоной.

В особняк Рейтанса Ор Иллестона, злодея из эпизода «Империя Руан».