— Ты что, оглохла?! Живо сюда, бабка!

Мы спустились вниз и обнаружили пьяницу, который швырял все подряд и устраивал беспорядок. Рядом с ним группа мужчин, которым на лбу впору было бы носить табличку «местный разорившийся дворянин», развязно хохотала, заигрывая с женщинами.

— Х-Хэ Иль, пожалуйста, не надо так, вы беспокоите наших гостей.

Пьяницей был Хэ Иль, сын недавно почившего старика Хэ. Перед ним управляющий «Алого Дворца», невысокий мужчина средних лет, отчаянно махал руками, пытаясь его остановить.

Однако Хэ Иль лишь ухмыльнулся и, глядя на управляющего, спросил:

— Как долго вы здесь работаете, управляющий Чан?

— Более двадцати лет. Это была моя первая работа, и я с тех пор не покидал этого места. Но вы ведь и так это знаете, не так ли?

Хэ Илю на вид было не больше сорока. Если он знал управляющего «Алого Дворца» двадцать лет, это могло означать лишь одно: он таскался по борделям, получается, лет с шести? Так вот что он за человек.

— Разумеется. Поэтому ты должен и так знать, кому достанется наследство этого проклятого старика, верно? Как думаешь, кому скоро будет принадлежать этот бордель? А?

— ......

Хэ Иль ткнул пальцем в лоб управляющего Чана и подло рассмеялся:

— Дурак, если хочешь и дальше здесь работать, лучше веди себя смирно. Понял?

— ХВАТИТ! — Презрительно крикнула госпожа Сон, спустившаяся вслед за нами.

Увидев ее, Хэ Иль, неся с собой смрад алкоголя, поплелся к нам.

— Ого, смотрите-ка, кто тут у нас. Бабка, почему притворялась, что тебя нет?

— ...если ты пришел выпить, то пей тихо. Зачем устраивать весь этот шум?

— Ху-ху, я просто оживлял атмосферу. У тебя с этим проблемы?

— Оживлял атмосферу? Да как ты смеешь... «Алый Дворец» принадлежит мне!

— Это было, когда старик был жив. Ты до сих пор не поняла ситуацию?

— ...где мои вышибалы... ЭЙ! Вышвырните этого ублюдка немедленно! — Закричала госпожа Сон, оглядываясь в поисках охраны борделя. Однако все они либо были заняты чем-то другим, либо не хотели ввязываться в конфликт с сыном владельца и его дружками-дворянчиками.

— Кто кого вышвырнет? Ты это серьезно? Ты, простая служащая, хочешь вышвырнуть своего работодателя?

Хотя вопрос с наследством еще не был решен, Хэ Иль все-таки был единственным сыном старика Хэ. Существовала высокая вероятность, что правительство в конечном итоге передаст наследство ему, и Хэ Иль это знал. В основном поэтому он и вел себя сейчас так самодовольно и надменно, даже схватив случайную женщину за талию и прижав к себе.

— Хи-хи-хи, иди сюда, моя красавица.

— Пожалуйста, прекратите, я не проститутка¹.

— И дальше будешь мне отказывать, даже если я тебя сейчас же уволю?

— Тц... — Я цыкнул языком, глядя на грязное поведение Хэ Иля. Если этот придурок получит бордель, заведению конец.

Покойный старик Хэ, может, и был отъявленным ростовщиком, но сын оказался еще большей мразью, чем отец. Неудивительно, что тот лишил его наследства. Даже у нас на глазах Хэ Иль и его прихвостни становились все более и более дикими: хватали еду у других посетителей, в открытую домогались женщин и даже угрожали им оружием, если те пытались сопротивляться.

— Господин констебль, вы так и будете стоять сложа руки и ничего не делать? — Холодно произнес Ак Ёнхо, хотя в его глазах пылал гнев.

— ...не думаю, что правительству стоит вмешиваться в семейные дела.

— По такой причине!..

— Но... — Констебль Чхончхон на мгновение взглянул на мечи, висевшие на поясах Хэ Иля и его дружков, а затем продолжил: — Будет правильно, если воины мурима вступятся за справедливость.

— Что?

В отличие от сбитого с толку Ак Ёнхо, я сразу понял смысл слов констебля.

— Правительство никогда не вмешивается в дела мурима. Это значит, они закроют глаза на драку между людьми из мурима. А теперь посмотри на мечи на поясах этих ублюдков. Технически, мы можем считать их людьми из мурима.

— Пожалуй, так...

Констебль Чхончхон бесстрастно кивнул. Казалось, выражение его лица не изменится, даже если его пырнут ножом.

По сути, он намекнул, что дает нам разрешение, так что я усмехнулся и сказал Ак Ёнхо:

— Слышал, Ёнхо? Как члены праведных сект, можем ли мы с честью стоять в стороне и ничего не делать, когда эти головорезы издеваются над беззащитными мирными жителями и невинными женщинами?

— Конечно, нет.

Наконец, Ак Ёнхо понимающе кивнул. А затем ринулся в самую гущу, крича:

— СДОХНИТЕ, УБЛЮДКИ!

ХРЯСЬ—!

Ак Ёнхо нанес удар ногой с разворота прямо в подбородок одного из мужчин, после чего началось одностороннее избиение. Казалось, он наслаждался каждым ударом.

— Эй, что это за парень?

— Какого черта!..

— С-спасите...

Пока я наблюдал за быстро развивающейся дракой со стороны, констебль Чхончхон спросил:

— Вы не собираетесь присоединиться?

— У меня слабое здоровье, и драки — не моя специализация.

— ...постойте, разве вы не из Альянса Мурима?

— Если я человек из мурима, значит ли это, что я только и умею, что драться? Нет, нет и нет. Мои сильные стороны — это интеллект и знание множества различных боевых искусств.

— А, да...

Не прошло и пяти минут, как Хэ Иль и его приспешники почтительно преклонили колени перед нами.

— Эй. — Я присел на корточки перед Хэ Илем и ткнул его в лоб.

— К-кто вы вообще такие... — Пролепетал Хэ Иль, чья голова превратилась в распухшую, перепаренную булочку-бао. Судя по неподдельному ужасу на его лице, побои помогли ему немного протрезветь.

— Это ты убил старика Хэ?

— О-о чем вы говорите? Что за чушь?!

Я посмотрел прямо в паникующие глаза Хэ Иля и холодно рассмеялся:

— Судя по тому, что я сегодня видел, ты — тот, кто больше всех выигрывает от смерти старика Хэ.

— Не может быть! Зачем мне убивать старика, который и так бы умер через несколько лет?

— Потому что ты ненавидишь его за то, что он лишил тебя наследства, и потому что у тебя заканчивались карманные деньги. Как и ожидалось... ты и есть преступник, не так ли?

— Нет, я его не убивал!

— Советую тебе признаться, прежде чем твое тело познает страдания.

— Э-это был не я! Правда!

Я намеренно создал атмосферу страха и сильно на него надавил. За свою долгую карьеру наставника я видел бесчисленное множество людей, говорящих всевозможную ложь. Так я научился обращать внимание на движения их глаз, рук, речь и изменения в голосе. Некоторые могли даже сознательно контролировать свои телесные движения, когда лгали. Однако Хэ Иль был полным дилетантом во лжи, и я видел его насквозь.

Он определенно что-то скрывает, но...

Изменения в его поведении были слишком незначительными и более характерными для человека, которого подставляют. Будь он убийцей, его реакция была бы куда более выраженной и преувеличенной.

— Кроме того, не я один выигрываю от смерти старика!

— Я слышал, ты его единственный ребенок. Хочешь сказать, у тебя есть другие братья или сестры?

Хэ Иль презрительно фыркнул в адрес своего покойного отца, а затем ответил:

— Не официально, но вы серьезно думаете, что у негодяя, который спал с проститутками направо и налево, мог быть только один ребенок?

— Ты! Как ты можешь, о собственном отце...

Госпожа Сон затряслась от ярости, и даже вечно бесстрастное лицо констебля Чхончхона, казалось, немного посуровело. Что до Ак Ёнхо... если бы я не бросил на него предостерегающий взгляд, он бы уже устроил Хэ Илю вторую взбучку.

— Как я могу так говорить?! Бабка, ты же тоже их видела много раз, не так ли? Незаконнорожденные дети отца постоянно приходят сюда просить денег!

— ПРОСТО ЗАМОЛЧИ! ПОЖАЛУЙСТА!

— ЭТО ТЫ ЗАТКНИСЬ, БАБКА!

Я вмешался в перепалку между этой стервой и сукиным сыном:

— Заткнулись оба.

— ...... — Они мигом захлопнули рты.

Я поочередно посмотрел на двух обезумевших людей и вздохнул:

— Полагаю, на сегодня достаточно. Вы оба, оставайтесь дома и никуда не выходите.

— Да кто ты, черт возьми, такой...

ХРЯСЬ—!

Я ударил Хэ Иля по затылку, и он, потеряв сознание, завалился набок. Отлично, я на самом деле давно хотел его ударить!

— Тебе не нужно знать, сопляк.

Я обернулся и увидел, что констебль Чхончхон смотрит на меня с недоверием, в то время как Ак Ёнхо глядел на упавшего Хэ Иля, как на отвратительное насекомое.

— Думаю, я услышал все, что хотел, от здешних людей, так что нам пора уходить. Госпожа Сон, пожалуйста, оставайтесь здесь, пока мы не вернемся.

— ......

Мы оставили побледневшую госпожу Сон и вышли из «Алого Дворца».

Сквозь стиснутые зубы Ак Ёнхо прорычал:

— Как ребенок может так говорить о своем отце?

— Все дело в деньгах.

В конце концов, большинство проблем, с которыми сталкиваются люди в жизни, были связаны с деньгами. Некоторые родители продавали своих детей за деньги, а некоторые дети убивали своих родителей за деньги. Даже пары, клявшиеся любить друг друга вечно, могли стать заклятыми врагами и разорвать друг друга на части из-за денег.

— Единственный способ вырваться из денежной тюрьмы — это иметь много денег.

— С чего ты так решил? Можно ведь жениться на девушке, которой деньги не важны.

— Ты такой ребенок. Таких женщин не существует!

— Существуют! Я уверен!

— Ну да, удачи в поисках.

Как бы то ни было, моим первым шагом к заработку кучи денег была сдача вступительного экзамена в Академию Лазурного Дракона. Для этого мне нужно было поймать виновного в этом убийстве и заработать себе бонусные очки на собеседовании.

— Ху-у... — Вздохнул я, шагая по темным улицам города. Не успел я оглянуться, как спустились сумерки.

— Пойдем посмотрим на последнего подозреваемого.

***

— Я его не убивал.

Телохранитель покойного старика Хэ был высоким и свирепого вида мужчиной средних лет с очень характерной повязкой на левом глазу.

Я почти уверен, что этот парень за свою жизнь убил немало людей. Бесчисленные шрамы на нем — тому доказательство.

Я знал, что не стоит судить людей по внешности, но вид этого парня просто кричал о подозрительности.

Он также самый сильный боец среди наших трех подозреваемых, единственный мастер первого класса.

Внезапно, словно заметив мой подозрительный взгляд, одноглазый воин нервно сказал:

— Пожалуйста, не судите меня по лицу.

— Господин Бок Манчхун, похоже, в прошлом у вас была довольно выдающаяся карьера вольного наемника.

Вольные наемники были, по сути, странствующими наемниками-одиночками. Если говорить красиво, они были романтиками, живущими мечом. Если говорить не очень красиво — вооруженными головорезами. Среди таких наемников боец вроде Бок Манчхуна считался бы настоящим экспертом.

— ...я признаю, что раньше был наемником.

Из-за характера их работы наемники часто были замешаны в преступлениях и занимались всякой грязью. В результате, когда происходило преступление, они всегда первыми попадали в список подозреваемых.

— Однако с этим было покончено, когда я несколько лет назад женился и осел здесь. С тех пор я начал новую жизнь и теперь живу полной жизнью.

— «Начали новую жизнь»? Работая на ростовщика?

Я попытался намеренно спровоцировать Бок Манчхуна сарказмом, но тот лишь невозмутимо кивнул с тоскливым выражением на лице.

— Я знаю, это не самая уважаемая работа, но, как видите, с таким лицом и в моем преклонном возрасте найти работу нелегко. Хотя я и трудился усердно, я всегда в итоге пугал своих коллег, и бывшие работодатели меня увольняли.

— ......

— Именно тогда старик Хэ предложил мне работу своего телохранителя. Он был моим благодетелем. Зачем мне убивать того, кому я так многим обязан?

Ну, как знать... у меня также нет гарантий, что все, что ты мне рассказал — правда.

Тем не менее, если мои глаза меня не обманывали, Бок Манчхун определенно был самым честным из трех подозреваемых.

— Клянусь, я бы никогда не сделал ничего, что поставило бы под угрозу мою жену и детей.

— Где вы были во время инцидента?

— Я пошел прямо домой после работы и оставался дома. По моему контракту со стариком Хэ, я должен был сопровождать его только тогда, когда он выходил из дома...

— Есть ли кто-нибудь, кроме членов вашей семьи, кто может подтвердить ваше алиби?

Я задал Бок Манчхуну еще несколько вопросов, и мужчина отвечал мне с абсолютной искренностью.

Внезапно одна из его фраз привлекла мой интерес.

— Кстати... найти виновного — это одно, но вы нашли завещание старика? Кажется, он записал там имя того, кто унаследует его состояние.

_________

Сноски и пояснения переводчика:

¹ Я не проститутка: В оригинальном тексте подразумеваются служанки или артистки борделя, которые не обязательно предоставляют интимные услуги.