После захвата городов Южной Барбарии прошла неделя. В Дамнии прибыло неприличное, по меркам города, количество войск. В самом же городе проходили полномасштабные изменения: на место старой знати пришла новая, что нажилась на оставленном мертвыми; количество бездомных и правонарушителей стало меньше, кто бежал от армии, а кто не успел. Ясно было одно, барбаты здесь засели, и засели надолго.

В одну из ночей, в которой войско Свободных Барбат пребывало в Дамние, Альдульф собрал верхушку командования в цитадели и принялся обсуждать их дальнейшие действия.

− Таким образом, подведя все расчеты, - зачитывал свиток один из подчиненных, - у нас около двенадцати тысяч пеших, три тысячи конных войск и тысяча осадных орудии.

− Вот мы уже можем зваться настоящим войском. – с гордостью заявил Бальдар.

− Однако, даже с подобными силами, нас меньше, чем неприятеля. – с опаской говорил Иаков.

− Это нэ проблэм. – сказал командующий наемников – Сим, - Мой луд быт сыл такжэ, как ы дэсат прыф.

− Это, безусловно, отлично. – начал говорить Альдульф, - Но противник все же слишком силен, чтобы подобное заявлять. К тому же мы понятия не имеем, как они ответят нам на захват важных городов.

− Тут я соглашусь с тобой. – вклинился в разговор Иоганн, - Зима уже кончилась, поэтому они могут спокойно подвести свои силы к нам и взять в осаду. Чего делать явно нельзя, помня о разделении наших сил по трем городам.

− Надо было просто ударить их! – уверенно воскликнул Бальдар, - Тогда они были бы застигнуты врасплох и у нас было бы преимущество.

− Не забывай, что укрепиться в городе – это более важная задача, нежели просто разбить наших врагов на поле брани. – осадил Бальдара Альдульф, - Как никак, если бы мы потеряли столь важные позиции, любая победа в бою была бы бессмысленна.

− И что же ты тогда прикажешь? – возмущенно спросил его Бальдар, - Пока мы тут отсиживаемся, они могут в любой момент…

Тут, Бальдара перебивает хлопок резко распахнувшейся двери, в которую врывается еще один подчиненный. Он резко делает приветственный жест и кричит.

− Пришел гонец от разведывательного отряда освободителя Зигфрида! – прокричал он, пытаясь отдышаться после долгого забега, после чего продолжает, - Войска противника сдвинулись с места и идут по направлению к Церейе!

− Примерно этого я и боялся! – возмущенно выкрикнул Бальдар, хлопнув обеими ладонями по столу.

В то же мгновение, все командующие переглянулись друг с другом, и Иаков резко развернул карту на столе и начал расставлять фигуры на ней.

− Как близко они? – с криком спросил Альдульф.

− Со слов гонца, в одной неделе пути к городу!

− Ясно! – крикнул Альдульф, резко встав со стула и внимательно разглядывая карту. – Свободен! – после этих слов, подчиненный кланяется и выходит с комнаты, закрывая за собой дверь.

− Надо их встретить на открытом поле! – предложил Иоганн, стуча пальцем по карте, - Там у нас будет возможность воспользоваться нашей конницей наиболее эффективно.

− Конечно, на открытом пространстве у нас будет возможность раскрыть наш конный потенциал. – сказал Иаков. – Однако, в открытом поле также они могут воспользоваться своим численным преимуществом и раздавить нас.

− Тогда мы моч встат в узкы пространство. – предложил свою идею Сим. – Там оны нэ моч нас задавыт.

− Но такой территории попросту нет между их и нашими войсками. – возмущался Бальдар. – Если такая местность была бы, то мы бы сразу же туда бы и двинулись.

− В любом случае медлить нельзя! – воскликнул Альдульф. – Нужно сейчас же начинать сбор войск с остальных городов.

− Тогда немедленно прикажу своим людям этим заняться! – встал со стола Иаков, после чего сразу же вышел из помещения.

− Слуга! – выкрикнул Альдульф, после чего вышедший подчинённый вошел обратно. – Прикажи гонцу передать задание для Зигфрида. Пусть он продолжает слежку за приффами, но боя избегать! Лишние потери нам ни к чему. – подчиненный снова кланялся и со всех сил побежал на выход из цитадели.

− Остальные же собирайте свои войска. Оставьте по тысяче пеших воинов в городах для обороны. Отправляемся на встречу неприятелю к рассвету. – приказал Альдульф, после чего все встали со стола и направились к выходу. – Иоганн, постой!

− Что-то еще? – спросил главнокомандующего Иоганн.

− Да, скажи своим, чтобы те собрали сокровища с Церей и подготовили его для подношения Единому. – в ответ на это Иоганн кивнул и вышел с комнаты.

Тем временем Альд еще несколько часов размышлял над картой, где установить лагерь на пути приффов и как построить маршрут так, чтобы он лежал проходил рядом с водоемом.

Ближе к ночи все тринадцати тысячное войско стояло за воротами Дамния, построенное для дальнейшего марша. Альдульф со своей свитой стоял впереди колонны и ждал лишь повозок с продовольствием и золотом. Когда же Иоганн привез повозки со всем необходимым, вся армия направилась по дороге в сторону ближайшего водоема.

Ближайшие километры были пустые равнины, что постепенно переходили в леса. Так они продвигались всю ночь, пока перед самым рассветом они не достигли большого водоема. Вокруг него построили всех барбат, пока наемные войска стояли позади всех. Большая часть недоумевала, что происходит. Однако контингент северных барбат все понимал.

Одну повозку со значительным количеством золота подвезли к краю водоема с несколькими курицами. В это время к повозке с золотом подошел Бальдар и порезал свою руку, после чего подошел к повозке и провел по золоту на ней своей рукой, оставляя кровавый след на нем и сказал: «Во имя Тетрады!». После него подошел Иоганн, что повторил процесс, но со словами: «Во имя Триады». Затем подошел Иаков, делая то же самое, со словами: «Во имя Дуады!». Последним же подошел Альдульф, также сделав царапину на своей ладони и оставляя ее след на золоте произнеся: «И во имя Монады!». Когда вся верхушка окончила данный ритуал, к золоту поднесли всех заготовленных кур, и священники прорезали им глотку, обливая их кровью все золото, а тела кур затем поместили на деревянную платформу и сожгли ее.

Пока же горел огонь, повозку с окровавленным золотом потихоньку спускали в воду, и один из священников встал пред всеми молящимися. Он был стар и лыс, но на лице его была густая борода. На нем была одета обычная роба, которую украшал золотой треугольник, состоящий из десяти более мелких. Когда же он возвысился над остальными, он начал зачитывать молитву:

“О Святой Исаак, Свет Истинный,

Ты, что ходил меж людей с кротостью и силой,

Прими смиренные дары наши,

Как знак преданности и веры.

Во имя Единого,

Что правит Судьбами и Царствами,

Во имя Двух начал,

Что являют собой меч и щит,

Во имя Трёх миров —

Ада, Рая и мира земного,

Во имя Четырёх сторон мира,

Где сражаются воины за правду, —

Прими нашу подать, о Святой Исаак,

И да будет она благословенна в глазах Твоих!

Даруй нам крепость рук и стойкость сердец,

Да устоит наш народ перед лицом врагов,

И да падут они, сокрушенные праведным гневом!

Огради нас своим покровом,

Как укрывал Ты страждущих,

И пусть победа будет справедлива,

А слава — вечна.

Ибо в Тебе сила,

И в Тебе милость,

И в Тебе благодать во веки веков.”

− Аминь. – хором произнесли все барбаты по окончанию молитвы.

Когда же она окончилась, молящиеся встали и начали готовиться к дальнейшему продвижению. В тот момент Иаков подошел к Альдульфу, что проверял свое снаряжение.

− Это было так необходимо? – недоумевая спросил он главнокомандующего.

− Конечно, Единый благословит тех, кто преподносит ему достойную подать. – ответил Альдульф, затягивая седло на лошади.

− Я не про это. – отмахнулся от сказанного Альдульфом Иаков. – Разве не ты постоянно твердил Гуннару, что это все бессмысленно?

− А, ты об этом. – сказал Альдульф, оборачиваясь к собеседнику. – Меня, конечно, нельзя назвать самым праведным верующим. Однако большая часть войск верят во все эти символизмы. И если это необходимо для поддержания их духа, то мы проведем эту постанову.

− Возможно оно и так, но как бы нам не пострадать от столь расточительного отношения с золотом.

− Да ладно тебе, Иак. – присоединился к ним Бальдар, обхватывая рукой плечи Иакова. – За столь щедрые подношения Единый отблагодарит нас в стократном размере. Да будет он милостив пред нами.

− Ты как обычно в радостном настроении, Бальд. – подметил Альдульф, взбираясь на лошадь.

− Потому что я уверен в нашей дальнейшей победе. – гордо высказался Бальдар, ударяя себя по груди.

− Отличный настрой, - трогался с места Альдульф. – Надеюсь его увидеть на поле боя. - сказал главнокомандующий, после чего ускакал вперед колонны.

По окончанию ритуала, войско барбат двинулось дальше. На следующее утро они достигли леса, что огибал весь горный хребет Вайс. Сквозь него шли почти без остановки, ибо Альдульф боялся появления врага в любой момент. Через два дня они оказались на опушке леса с противоположной от Барбатских городов стороны и там они разбили лагерь, дабы войны после двух дней и трех ночей безостановочного марша могли отдохнуть. Тем же днем Зигфрид прибыл обратно с отрядом разведчиков. Альдульф направился его встречать у самого входа в лагерь.

⎼ Рад тебя снова видеть, брат! - радостно сказал Альдульф, подходя к Зигфриду.

⎼ И я рад тебя видеть. - ответил Зигфрид, после чего они пожали друг-другу руки.

⎼ Говори, что удалось выяснить?

⎼ Дела хуже, чем мы думали?

⎼ Превышающий нас числом враг будет через четыре дня! Куда уж хуже?

⎼ Не через четыре. - серьезным тоном поправил его Зигфрид. - Они прибудут сегодня вечером.

⎼ Как вечером? Ты ведь сам сказал…

⎼ Я просчитался! - громко перебил Альдульфа он. - Я не ожидал, что они так быстро пройдут столь большую дистанцию.

⎼ Ясно. - В таком случае нужно обсудить завтрашний бой с остальными. - уверенно сказал Альдульф, после чего направился в свою палату. Тем временем Зигфрид позвал остальных представителей клана и направился туда же.

Когда все представители старших кланов прибыли, Зигфрид им рассказал о сложившейся ситуации и все сразу же принялись обсуждать стратегию на предстоящий бой.

⎼ Предлагаю собрать войско и отправиться маршем обратно, чтобы встретить противника прямо у выхода с леса. - первым высказался Иаков.

⎼ Ты хочешь, чтобы после трехдневного марша мы снова заставили людей непрерывно идти? - возмущался Иоганн. - Даже если все это провернем, нас могут настигнуть в любой момент во время марша. А это равнозначно моментальному поражению.

⎼ Дело говоришь, Иог. - поддержал его Бальдар. - Мы должны встретить их здесь и дать бой здесь!

⎼ Тут не поспоришь. - присоединился к рассуждению Зигфрид. - Как никак именно здесь у нас будет возможность безопасного отхода.

⎼ Уже смирился с поражением? - спросил Зигфрида Альдульф.

⎼ Нет, но случится может что угодно.

⎼ В любом случае, - продолжил Альдульф. - бой мы примем именно здесь. Это даже обсуждаться не будет. - укоризненно посмотрел он на Иакова.

⎼ Так уж и быть. - неохотно согласился Иаков. - Однако это не отменяет того факта, что мы все еще в невыгодном положении.

⎼ Тут я с тобой не соглашусь. - сказал Иоганн. - Мы пришли раньше них и дорога к Церее лежит только через нас.

⎼ Но нас меньше. - добавил Альдульф. - И пробиться через нас им, конечно, будет проблематично. Но явно легче, чем нам отстоять проход сквозь лес.

⎼ Тогда мы можем просто сами напасть и разбить их, пока они не обосновались. - предложил Бальдар.

⎼ Это невозможно. - обрубил на корню предложение товарища Зигфрид. - Скорее всего они встанут в открытом поле, что находится прямо напротив нас. И это нам не позволит приблизиться незамеченными к ним.

⎼ Получается что, единственный способ победы - это навязать им бой? - спросил Иаков.

⎼ А ты думал, что за всю войну мы проведем без битв? - удивленно спросил Бальдар.

⎼ Ты же знаешь, что я не это имел ввиду! - возмущенно выкрикнул Иаков.

⎼ Может тебе стоит получше выражаться? - в ответ крикнул Бальдар.

⎼ Нашли время спорить! - присоединился к их ссоре Иоганн. - Нас следующим днем встретит битва, а у нас до сих пор нет плана на нее.

⎼ Не тебе это говорить, Иог! - уже на него кричал Иаков. - Предложил бы хотя бы что-нибудь. Но нет, Неизвестный тебя дери! Ты только и делаешь что критикуешь чужие предложения!

⎼ Да как ты смеешь… - хотел возмутиться Иоганн. Однако раньше него раздался громкий крик.

⎼ ЗАТКНИТЕСЬ! - во весь голос прокричал Альдульф, затем все спорящие умолкли и сели на свои места. - Я могу вас понять, завтрашний бой страшит нас всех. Но своими криками вы делу не поможете! Коли хотите сделать что-то полезное, идите к себе и успокоитесь!

Когда все ссорящиеся разошлись, в палате остался один лишь Альдульф. Он еще некоторое время сидел и пытался придумать, как перевесить чашу весов в свою сторону. Однако он пришел к тому, что за картой он ничего не сделает и отправился осматривать поле боя.

Солнце уже ушло за горизонт. Альдульф бродил со своей свитой по полю боя и пытался выяснить, как он может обернуть местность в свою пользу. Во время данной “прогулки” он подметил несколько деталей:

1. С западной стороны от дороги был небольшой холм, с которого было видно все поле и которое являлось прекрасной оборонительной точкой. Однако в случае поражения не было бы путей отступления для войск.

2. Опушка леса была не ровной. А именно с обеих сторон от дороги выпирали “рожки” из деревьев, в которых можно было спрятаться и дождаться, когда приффы по дороге войдут в лес. Было лишь одно но - деревья были достаточно немногочисленны, поэтому, в случае вражеской разведки, весь план мог провалиться.

3. Предполагаемое поле боя - открытое пространство, в котором можно было во всю раскрутить действие конницы, однако также удобное для противника, что был способен просто задавить всех числом.

После осмотра местности, Альдульф еще долго размышлял над всеми возможными исходами. Но, не смотря на тучу мыслей, что собрались у него в голове, главной была одна - Проиграть нельзя. И, собравшись вокруг нее, в его голове родился план, которым он отправился в срочном порядке делиться с остальными. Во время их бурного обсуждения, к ним в палату забежал разведчик и доложил “Приффы здесь”. Когда это произошло, весь лагерь встал и принялся за подготовку.

Раннее утро следующего дня, приффское войско все еще спало, как вдруг на их лагерь галопом набежали сотни всадников противника и принялись забрасывать метательными снарядами сторожевых у стен и закидывать горючую смесь во внутрь. В этот же момент в лагере поднялась тревога. Солдаты мигом пробудились и принялись к тушению очагов огня и вооружению. А чтобы это было более безопасно, конный отряд приффов принялся отгонять конницу барбатов. По началу выскочила легкая конница, что была не многочисленна. Однако с течением некоторого времени за лагерем набралась приффская конная армада в тысяча всадников, что на голову превосходила и числом, и мощью конницу барбат. Последняя, в итоге, принялась к бегству в сторону леса. Центурионы конницы, которые посчитали, что варваров удалось столь легко одолеть, дали приказы своим отрядам преследовать бегущих, и зашли за ними в лес.

Когда приффская кавалерия оказалась глубоко в лесу, они сумели настигнуть лишь пару десятков конных воинов противника. И, когда они уже собирались выходить обратно из леса, им дорогу назад преградили деревья и несколько телег, которые лошади не могли ни обойти, ни перепрыгнуть. Когда центурионы поняли, что сейчас происходит, было уже поздно. Три тысячи тяжеловооруженных наемников выскочило на них с трех сторон и принялось кромсать неприятеля. спустя считанные минуты, от невероятной конной армады остались лишь десятки бежавших в лес и сотни пленных.

В то время, как конные отряды пытались отбиться от нападения в лесу. Легионеры уже были выстроены в строй и направлялись в сторону леса. Их построение было вполне себе классическим: тяжелая пехота в центре для принятия удара, с боков их прикрывала легкая пехота и застрельщики скрывались за первой шеренгой. Суммарно их насчитывалось более шестнадцати тысяч. В прямом столкновении с любым врагом им не было бы равных. Однако, когда они были уже достаточно близко у леса, с двух “Рожков” выбежала конница барбат, которую приффы считали уже уничтоженной. И та уже была не несколько сотен, что первыми напали на лагерь, а все три тысячи. Небольшой остаток конницы пытался их отбить, но превосходство врага в шесть раз не позволило приффским всадникам остановить всю атаку. И таким образом, двумя волнами с двух сторон, они разнесли почти всех легких пехотинцев и застрельщиков. Из оставшихся в живых кто-то прятался в рядах легионеров, что выстроили черепаху, а кто-то пытался бежать обратно в лагерь. Но это абсолютное меньшинство. Большинство же либо лежали со стонами и криками от боли и страха, либо же было убито. Выстроилась подобная картина: в открытом поле стоит квадрат из щитов, что прикрывают командиров на конях в центре этого квадрата. Вокруг них, словно бурей, скачут лошади, закидывая их всем, чем только можно. Но со временем они отходят. Как предполагал командующий Викториус - они уходят на вторую волну, но он ошибался.

Легионеры, что стояли стеной в сторону леса, увидели, как на них наведены сотни онагров (катапульт), которые уже заряжались. Они мигом доложили об этом Викториусу и тот, немедленно, приказал строем продвигаться в сторону орудии и весь этот строй принялся стремительно продвигаться к орудиям. Викториус знал, что орудия достаточно не точны, и даже если пара снарядов попадет, то это особой роли не сыграет. Однако он не знал одного, что это были не все испытания, подготовленные барбатами.

Когда строй легионеров был в достаточной близости, с холма начали скатывать большие валуны, что были заготовлены там заранее, и обстреливать их из луков, дротиками и пращами. Вот это уже довольно сильно проредило силы приффов и из изначальных шестнадцати, остался лишь десяток тысяч, на который со всех сторон двинулись построенные все тринадцати тысячное войско. И, в отличии от приффов, они не были вымотаны долгими, сегодняшними битвами (по крайней мере не все).

Оказавшись в замкнутом круге, что с каждой секундой все сужался и сужался, Викториусу ничего не оставалось, как дать приказ к прорыву окружения и немедленному отступлению. Собрав оставшиеся силы в кулак, он ударил по барбатам в северную часть, а коннице трубел любой ценой задержать конницу врага.

С тяжелыми усилиями у приффов удалось прорвать барбат и пуститься в бегство. Однако приффские всадники не могли полностью задержать конницу неприятеля, и по итогу отступления пыли понесены еще потери. Из-за этого, боясь дальнейшего продолжения боя, Викториус приказал оставить лагерь.

Итогом сражения оказалась победа Барбат с минимальными потерями (около трех десятков всадников и тысячи тяжелых пехотинцев), и полный разгром Приффов (потери около тысячи конницы, шесть тысяч легкой пехоты и застрельщиков, а также потери в две тысячи тяжелой пехоты).

Это была блестящая победа. После боя барбаты разграбили приффский лагерь, в котором осталось все добро разбитого войска. И там же барбаты принялись отмечать столь знаменательное событие. Все пьянствовали, бранили барбат и поминали братьев павших, которых в конце кутежа положили на высокие деревянные столбы и сожгли, дабы прах их развеялся над всеми землями, в которой они одержали победу. А после обряда расставания с умершими, пред всеми встал Альдульф и заговорил.

⎼ Сегодня, наши братья пали смертью храбрых! Они показали свои дух и честь, которые позволили им биться за наше бравое дело! И, дабы их память не угасла ни в наших сердцах, ни во времени, мы должны нести победу за победой и с каждой победой воспевать павших! Дабы даже в Раю, нет, даже Единый услышал их имена и воздал им на том свете! Так давайте же выпьем за наше дело!

⎼ Ура! - крикнули все присутствующие.

⎼ За братьев павших!

⎼ Ура!

⎼ И за то, чтобы!

⎼ Ура! Ура! Ура!

Так, барбаты отпраздновали свою уже вторую значимую победу в этой войне.