Наступило утро, но герцога до сих пор волновали слова его суженной. Стоило только закрыть глаза, как сразу же перед глазами появлялась картина того злополучного разговора. Оставшийся позади Вирджинии, мужчина почувствовал, как тяжесть её слов легла на залитую лунным светом сцену, где он, как будто, играл второстепенную роль.

«Развод?» – размышлял он. – А какое ему было дело? Они всё равно вступили в брак не по любви, этого стоило ожидать. Однако, что-то поменялось в Вирджинии, и это не могло не беспокоить его. Чувство того, что перед ним стояла совсем другая женщина – незнакомка – не оставляло герцога. Ранее он лишь наблюдал встревоженный вид своей жены; напуганной при встрече, но такой жестокой со слугами, никогда не поднимающая взгляда в сторону своего мужа. Теперь же перед ним стояла совсем другая особа. Огонь, ранее распускающийся лишь по её нежным и тонким ключицам, растекающийся до её песочной талии теперь горел в её глазах. Это пугало! Мысль о разводе никогда не приходила ему в голову, а смелость предложения Вирджинии одновременно заинтриговала и сбила его с толку. Прижавшись к стене, он почувствовал, что его сердце забилось чаще обычного, но он не придал этому значения. Нужно было что-то менять в их отношениях, если он собирался удержать жену.

В это же время:

Вирджиния не смогла сомкнуть глаз всю ночь. Смелое решение могло погубить её, прежде чем она смогла бы придумать план побега из цепких рук герцога. После разговора она ещё долго бродила по собственным владениям, однако придворный фасад с его тщательно выстроенными иллюзиями больше не мог связывать её, удержать в золотой клетке.

Дойдя до своей комнаты, Вирджиния укуталась в красный плед, тепло которого на мгновение перенесло её в объятия матушки.  Реальность её решения легла на её плечи тяжелым пледом, но его тепло сохраняло искру надежды. Ответ герцога, будь то принятие или отказ, оставался неопределенным.

Стук в дверь, - войдите, - Су Джин уже привыкла к голосу Вирджинии, и он уже не заставлял её содрогаться от незнакомого тембра.

Дверь распахнулась и в комнату вошла служанка Вирджинии.

– Госпожа, доброе утро! Вам хорошо спалось? – она подошла к хозяйке, чтобы помочь той одеться. Этому Су Джин ещё не смогла привыкнуть, но нельзя было подавать виду, ведь она холодная и жестокая хозяйка поместья. Но девушка решила, что пришло время поменять ход игры, она больше не будет тираном, которого все боятся. Если она хотела сбежать, то до этого ей нужны были союзники.

– Не плохо, - ответила она, - ночь была довольно-таки плодотворной, - от вопросительного взгляда служанки Су Джин поняла, что та не понимает о чём идёт речь, но тем же лучше. – Ничего особенного, продолжай. – служанка помогла ей собраться и сказала. – Герцог ждёт Вас в саду, он распорядился, чтобы для вас накрыли стол, и вы смогли позавтракать. – Это не могло не удивить Су Джин, но раз она теперь Вирджиния, не стоит ей так резко менять всё в своих повадках.

– Хорошо, я сейчас спущусь, Алиса.

– В…вы запомнили моё имя? – с дрожащим голосом спросила служанка.

– Да, конечно. Ты же моя личная служанка. – девушка чуть не упала на пол. Её ноги охватила леденящая кожу дрожь. – Послушай меня внимательно, Алиса. Я уже не та госпожа, какая была раньше. Многое изменилось, и я в том числе. Если ты останешься мне преданной, то я щедро вознагражу тебя. Я лишь прошу одного, не предавай меня.

– Да, Ваша Светлость, Ваша покорная слуга клянётся, что никогда не придаст госпожу и всегда будет на её стороне.

– Чудно, теперь стоит поторопиться, не будем же мы заставлять ждать герцога. – Вирджиния улыбнулась, и в глазах Алисы она было похожа на святую. Былой портрет властной госпожи-тирана стёрся из её памяти, как будто его и вовсе не было.

Вирджиния спустилась по парадной лестнице, её шаги были целеустремлёнными, но отягощёнными бременем неуверенности. Герцог, стоявший возле маленького столика, со вкусом накрытого, встретился с ней взглядом. Вирджинии на мгновение показалось, что в его взгляде была некая мягкость. «Да ты сума сошла! Он просто не хочет развода, вот и из кожи вон лезет. Опомнись!» - мысленно она привела себя в чувства и продолжила идти на встречу к необычайно очаровательному мужчине.

– Вирджиния, как спалось? У тебя круги под глазами. – он направил свою ладонь к её щеке и нежно поправил выскользнувшую прядь волос. Отвернувшись и высвободившись от его столь нежных прикосновений, Вирджиния ответила, – всё хорошо, Ваша Светлость. Просто ночь была волшебной, и я любовалась луной.

Мужчина отодвинул стул, и стоило только Вирджинии присесть на него, как он наклонился к её уху и произнёс, – может ты думала обо мне и поэтому не смогла уснуть? – мурашки побежали по всему телу и взорвались фейерверком в районе живота, – «это ещё что за выходки? В сюжете такого не было. Заболел что ли?» - подумала Вирджиния и пыталась всячески скрыть выступившее удивление на лице, однако нахлынувший румянец говорил сам за себя.

– Тебе к лицу красные щёки, они сливаются с твоими волосами, – произнёс мужчина, сев напротив Вирджинии.

– Спасибо, Рейнхольд, – это был первый раз, когда Вирджиния назвала герцога по имени и это не могло не привести его в замешательство. Рейнхольд ухмыльнулся, в его глазах заиграла искра, а губы были крепко сжаты, как будто он боялся издать звук, который выдаст его потрясение от сложившейся ситуации.

Заметив поведение Рейнхольда, губы Вирджинии изогнулись в легкой улыбке, в её глазах загорелся проблеск надежды, и она подумала, - «может я смогу поменять ход своей истории. Я её написала, но теперь я не загнанная в клетку Вирджиния, я – Су Джин, а этот мужчина, сидящий передо мной, не знает мня нынешнюю.»

– Давай поедим, Вирджиния. Знаешь, ты можешь отрицать, что думала обо мне, но вот я не смог сомкнуть глаз. Всю ночь я вспоминал нашу встречу и тот разговор. Думаю, я не смогу тебя отпустить. Прости, Вирджиния, и, если ты всё же воспротивишься, мне придётся тебя переубедить.

– Запрёшь меня в комнате? – раздражённым тоном, ударив столовыми приборами по столу, спросила девушка.

– Нет, я не буду тебя заставлять. Я хочу, чтобы ты сама захотела остаться рядом со мной. Ты единственная, кто может быть моей Герцогиней. – Вирджиния не верила услышанному, неожиданная перемена в поведении Рейнхольда, свидание под предлогом завтрака и завуалированная нежность в его действиях вызвали у неё тонкое чувство беспокойства. «Такого не должно было случиться. С ним явно что-то не так!», – подумала она.

Закончив трапезу, Вирджиния собиралась вернуться в комнату и обдумать новые события, произошедшие с ней за это короткое время. Она встал из-за стола, повернулась спиной, и тут же чья-та крепкая ладонь схватила её за тонкую талию.

– Эти цветы тебе, я думаю, они хорошее окончание нашей беседы. Надеюсь, ты удостоишь меня своим визитом сегодня вечером. – Отдав жене букет роскошных белых роз, чей аромат сразу заполонил пространство и слился с запахом других цветов, Рейнхольд уверенным шагом очутился перед Вирджинией. Опустив голову и взяв прядь волос рассеянной от внезапных действий девушки, он коснулся их губами и произнёс, - ну что ж, до скорой встречи, моя Герцогиня.

Рейнхольда в саду уже не было, но лицо Вирджинии вспыхнуло от неожиданности. Она бегом рванула в сторону своей комнаты. Открыв дверь, девушка прыгнула на кровать и закрылась одеялом, пытаясь скрыть столь явное смущение на своём лице.

– Госпожа, – заговорила Алиса, – как всё прошло? – увидев цветы, она добавила – какие прелестные розы. До этого герцог дарил госпоже лишь красные цветы, но эти белые розы такие нежные и аристократичные.

– Перестань – из-под одеяла раздался смущённый голос Вирджинии, – он просто дразнит меня, вот и всё.

– Вы и этот букет выбросите, как и все предыдущие?

– Нет, этот оставь. Пусть стоит в вазе.

– Слушаюсь, сейчас налью воды. – служанка вышла из комнаты, но сердце Вирджинии никак не могло угомониться. Её нахлынуло незнакомыми ранее чувствами. И это её беспокоило.