— Если ваша единственная цель — это унаследовать маркизат Розан, то вы могли выбрать кого-нибудь, кто находится в более безопасном положении, чем я, — сказал Седрик. — Даже по закону, вы являетесь единственной наследницей, которая может претендовать на эти владения.

— Да, верно.

— Наследство охраняется Богом и Храмом. Даже Его Величество не может действовать произвольно.

— Да. Кроме того, из-за того, что он любит мою мать, Его Величество не будет подвергать меня слишком сильному политическому давлению.

— Итак, леди Артизия, вам нужен муж, который имеет надлежащий социальный статус, чтобы защитить вас от неприятностей. Однако именно по этой причине выбирать меня в качестве супруга слишком рискованно. — сказал Седрик. — Если вы не желаете силы и славы, у вас нет причин выходить за меня замуж и вступать в битву за наследование императорского престола. Не знаю, хотите ли вы стать императрицей, но я не понимаю, зачем вам развод через два года.

Девушка тяжело вздохнула. По правде говоря, именно из-за Лисии она хотела развестись. Сейчас эта девчушка еще молода, однако через два года она расцветет, словно роза, во всем своем великолепии. А на свой 20-й день рождения она получит предсказание.

«От моего имени позаботьтесь о слабых и обездоленных.»

Это был первый оракул за 1000 лет, который спустился в храм, и благодаря этому, Лисия стала Святой. Верующие радовались со слезами на глазах, и даже те, кто не верил в Бога, были поражены. Она жила как святая всеми фибрами своего существа. Девушка протянула руку всем, кто в ней нуждался, спасая даже умирающих. Когда наводнение на реке Ава вызвало эпидемию, Лисия просто взяла нескольких своих помощников и побежала в самый эпицентр, очищая зараженные колодцы и лечив людей. Она также дала надежду людям, когда волна монстров превратила Западный регион в ад.

Девушка спасла бесчисленное количество жизней, исцеляя любого нуждающегося своей священной силой. Но она, вероятно, излечила больше сердец, чем болезней или ран. Из-за чего в Святейшей собрались люди, которые хотели следовать за ней. Лисия никогда не занималась политикой, даже не появлялась в социальных кругах и редко бывала в столице. Среди всей знати лишь Седрик был единственным, кто защищал и помогал ей.

Этими людьми руководила Святая, а не император или архиепископ храма. Вера людей - это воля Бога.

Таким образом, Артизия воспользовалась этим и сфабриковала новый оракул.

«Святая станет Императрицей.»

Люди остались очень довольны этим. Власть Императорской семьи и Храма будет вернется на прежний уровень раз и навсегда. Правящая семья обретет утраченную легитимность через Святую, а Храм может помешать власти светского мира. До этого момента борьба за преемственность оставалась в тупике. Может Лоуренс и был любимым ребенком императора, он ничего не мог сделать в одиночку против Ройгара. С другой стороны, сам великий герцог Ройгар также ничем не мог сокрушить любимого сына императора. В этой ситуации ложь, распространяемая Артизией, заставила борьбу между ними сдвинуться с мертвой точки. Указание на то, что женщина станет императрицей, означало, что ее муж станет императором.

Грегор, Лоуренс и великий герцог Ройгар верили в силу, которую они держали в своих руках, а не в суеверия, как оракул. Вероятно, хоть Артизия и не раскрывала этого, император знал, что послание было сфабриковано. Однако люди по всей стране верили, что красивая и добросердечная святая станет Императрицей, поэтому никто не мог предать эту веру. Брак с Лисией стал последним этапом признания Лоуренса легитимности. А теперь она сделает то же самое с Седриком.

Кроме того, Лисия и Герцог Эврон изначально были влюблены друг в друга. Если она позволит всему идти своим чередом, они снова полюбят и в последствие поженятся. По крайней мере, так думала Маркиза, поэтому она хотела развестись с ним до этого момента. До того, как спустится оракул. Прежде, чем Лисия стала Святой, ей помогал Седрик. Поэтому хотела развестись до того, как у них появятся чувства друг к другу. Герцог Эврон был порядочным человеком, и девушка была уверена, что, если она попросит его развестись с ней, чтобы он мог жениться на Лисии после сошествия оракула, он этого не сделает. Артизия также не хотела, чтобы мужчину, которому она служила, заклеймили как неверного человека, который развелся с женой из-за другой. Она не могла сказать Седрику об этой ситуации прямо сейчас.

Артизия заколебалась. Видя всю эту ситуацию, мужчина спросил:

— Вы не можете мне ою этом сказать?

— Я не пытаюсь обмануть вас, Ваша Светлость. Просто я не хочу становиться Императрицей, хоть и считаю, что для страны лучше всего, чтобы Императором стал никто иной, как Герцог Эврон. Кроме того, не думаю, что подхожу на эту роль. Вы можете считать это следованием моральным принципам.

— Леди Артизия, вы, кажется, полны решимости пожертвовать собой ради блага империи.

Девушка покачала головой:

— Я наименее подходящий человек, чтобы принимать подобные слова.

Пока разговор продолжался, карета подъехала к Левгару и остановилась. Кучер прикоснулся к окну кареты, чтобы узнать, куда девушка хотела пойти. Артизия трижды постучала в ответ, показывая мужчине и своей горничной, что здесь самое то. Затем она посмотрела Седрику в глаза.

— Я думаю, что еще рано говорить об императорском престоле. — сказал Седрик

— Да.

— Однако я с благодарностью принял Ваше предложение улучшить положение Западной армии. Пока мы вместе, я буду защищать леди Артизию изо всех сил. И вы сделаете все возможное для благополучия Великого герцогства Эврона и меня. Согласны ли вы с этим?

— Да. И насчёт развода…

— Давайте подумаем об этом через два года.

— Я понимаю. Пока не будут установлены отношения полного доверия, лучше всего обезопасить то, что можно получить из этого союза, — сказала девушка. И Седрик посмотрел на нее, чувствуя странное давление в сердце.

— У меня одно условие.

Когда парень сказал это, Артизия занервничала. Она задавалась вопросом, что делать, если это было одно условие, которое она не могла выполнить. «Лучше солгать или увиливать?» Она думала, что он потребует честности, а не интриг или чего-то подобного.

Но Седрик сказал:

— Я ненавижу, когда люди вокруг меня получают травмы. Если вы хотите быть рядом со мной, то должны это помнить.

— Да, я поняла.

— Леди, не похоже, что вы меня правильно поняли. Я имею в виду, что вы тоже не должны пострадать. Пожалуйста, не позволяй этому повториться, — сказал герцог, указывая на ее щеку. — А лучше, давайте им сдачи.

Артизия не могла не рассмеяться, и смотря на эту картину, Седрик улыбнулся.

— Я бы предпочла, чтобы меня ударили, а потом подать в суд и распространить слухи для того, чтобы сломить репутацию этого человека, нежели быть тем, кто бьет.

— Я просто не хочу, чтобы вам было больно.

— Все в порядке. Спасибо за заботу, Ваша Светлость. — ответила девушка, улыбаясь.

Герцогу понравилось, что сейчас Артизия выглядела намного расслабленной, нежели до этого.

— Но у меня тоже есть одно условие.

— Я слушаю.

— Есть драгоценный камень под названием Сердце святой Ольги, фамильная реликвия Виконтии Пэшера. Подарите мне его как подарок на свадьбу.

Седрик был удивлен, потому что никогда не ожидал, что Артезия попросит у него драгоценности или что-нибудь еще.

—Семейную реликвию?

— Да. Так вам будет легче понять, что я за человек, — тихо сказала Артизия. — Если вы не передумаете после этого, то сделайте мне такое великолепное предложение, чтобы об этом заговорили все.

Герцог кивнул, больше не задавая никаких вопросов.

Девушка попыталась открыть дверцу кареты. Седрик нежно убрал ее руку и улыбнулся. Затем открыл дверь и вышел первым, следом протягивая руку Артизии. Девушка колебалась, но все же протянула свою в ответ. Седрик поднял ее и затем опустил на землю.

— Ах.

— Не пристало благородной леди выходить из кареты первой.

— Да... верно.

Артизия немного покраснела. Ей казалось, что у нее в груди плавает рыбка. Тропа была узкой и грязной. Толпа детей, как комары, столпилась вокруг нее и развела руками.

— Подайте монетку!

— Помилуйте, прекрасная леди!

— Чем больше пропитания вы дадите бедным, тем лучше место Бог приготовит для вас на небесах.

Элис поспешно достала черный плащ и надела его на молодую госпожу. Артизия глубоко опустила капюшон своего плаща.

— У вас всегда есть готовый плащ? Не думаю, что вы планировали приходить сюда сегодня.

— Да, потому что цвет моих волос обычно привлекает внимание. —ответила девушка.

Кучер закричал, прогоняя толпу. В это время Маркиза быстро покинула главную дорогу в сопровождении Седрика. Прогулка по переулкам улицы Левгар с одним или двумя обычными мужчинами была большой авантюрой. Но герцог не был обычным человеком. Он был щитом и величайшим воином Империи. Несмотря на ее черный плащ, Артизия не могла скрыть полностью свое платье, которое ясно показывала, что она являлась дворянкой. Было так же понятно, что ее спутник тоже был высокопоставленным человеком. При таком сценарии не было бы ничего удивительного, если бы на них напали менее чем за пять минут. Однако из-за подавляющего присутствия Герцога никто не осмеливался этого делать. Артизия не заметила, но Седрик мог чувствовать некоторых людей вокруг себя, напряженных и задерживающих дыхание.

— С кем вы собираетесь встретиться?

— С дворецким, чьи предки на протяжении многих поколений служили маркизату Розан, и которого уволили вскоре после смерти предыдущего хозяина. — ответила девушка, и продолжила. — У меня нет никого, кому я могу доверять. Он, вероятно, злится на мою мать и меня, но его семья была верна семье Розана на протяжении нескольких поколений, так что я уверена, что это заставит его хотя бы выслушать меня.

— Понятно.

Седрик снова огляделся. Он не мог поверить, что потомственный дворецкий, служивший на протяжении многих лет богатой знатной семье, окажется в таком месте.​

Перевод: Nipple