Карета дома Де Круа, медленно катилась по выложенной серым камнем, центральной улице города. Внутри сидели госпожа Марта и её личная горничная Энни. После выхода из академии, молодая Де Круа, без раздумий распорядилась о возвращении в поместье, чем явно расстроила горничную.

[Энни] Госпожа, неужели мы сразу же вернёмся?

Марта, молча покосившись на горничную, вернулась к разглядыванию из окна проезжаемых зданий, не вымолвив и слова.

[Энни] Как на счёт магазинов, театра или кафе?

Грустная горничная, попыталась упросить Марту. Ведь затворничество госпожи, сильно беспокоило Энни. Если первое время всё можно было объяснить восстановлением от травмы, то теперь, когда здоровье полностью восстановилось, для этого не было причин.

[Марта] Энни, не болтай.

Однако, все надежды были одним махом уничтожены.

[Энни] Прошу прощения.

В ответ, смутившаяся своим поступком личная горничная, спешно извинилась и более не надоедала.

Марта была явно не в том настроении, чтобы гулять по городу и посещать театры. Она уже насмотрелась на представление, которое для неё бесплатно устроили Альберт с Элизабет. Интерактивное представление, в котором ей пришлось принять участие. Было не так просто, игнорировать раздражающие провокации Бэркли. Пусть, ей и удалось это без больших усилий, но бесследно для её настроения это не прошло.

Я думала, что вопрос с Кэлвином уже закрыт, но нет, она опять возродила тот случай в моей памяти. Он уже не бесил, как в то время, но всё же… Вот же зараза, напомнила мне его хамскую рожу. Ещё эти три дурёхи со своими извинениями. Интересно, получу ли я приглашение от Шелли, или она сделает вид, что забыла об этом?

Они уже были на краю города, когда, покинув его пределы, вот-вот окажутся на дороге ведущей в поместье Де Круа. Если повернуть направо по южному тракту, то можно оказаться там, где принадлежащие её герцогскому роду территории, раскинулись уходя за далёкий горизонт плодородные земли .

Что до её душевного состояние, то странное равнодушие и смирение так и остались. Не то, чтобы она не испытывала беспокойств, нет, но… это трудно объяснить. Но, новое состояние, было иным, просто… ей уже не было так больно, не было так тяжело от давящей воли системы и вынужденных поступков. Она думала, что дошла до точки кипения, взорвалась и словно выгорев потеряла львиную долю чувств.

В зеркале, каждое утро, перед ней была молоденькая девочка двенадцати лет, но в душе, она оставалась сорокалетней женщиной, оказавшейся в чужом теле, живущая в безумном, выдуманном неким автором мире.

Сейчас, абстрагируясь от вымышленной реальности, Марта бессознательно стала воспринимать всё как нереальную фантазию, словно люди были не настоящими. А если они лишь герои книги, то и так переживать не было смысла. Это был самообман, осознавать который она сейчас не хотела. Ведь, если так её психика подстраивалась под постоянный стресс, Марта не хотела ей мешать. Уж лучше верить в теорию, что всё вокруг не более реально чем сон, нежели, опять доводить себя до истерики.

Это лишь игра, очень реалистичная, но игра. Внушая себе эту мысль, Марта сосредоточилась на своих давно обозначенных целях. Ещё недавно выбитая из колеи, шокированная своим положением и поступками, она уже практически была на грани депрессии и нервного срыва. Теперь же, к ней вернулась, присущая её характеру рассудительность и хладнокровие.

Вместо того, чтобы бороться с системой, пытаться её обмануть, избежать и найти компромисс, сейчас она решила бросить все силы на выживание. Пора было подумать о себе, пора отбросить малодушие, жалость, слабость и страх быть отверженной обществом. С самого начала она оказалась здесь одна. Ведь даже родственники, были не настоящими. Все они, лишь носят одну с ней фамилию, но реальной семьи у неё никогда здесь не было.

Марта погрузилась в воспоминания о своей прошлой жизни. Друзья, семья, учёба и работа. На фоне этих мыслей, нынешнее положение резко контрастировало с той реальностью. Здесь она одинокая аристократка Марта, со шрамом в половину лица и дурной репутацией злодейки. Не имея полной свободы, её вынуждают следовать некому плану, судьбе, уготованной невидимым автором. Решив смириться со своей ролью, прекратив бесполезную борьбу с системой, Марта решительно взялась за проработку новой стратегии поведения, раз и навсегда отбросив тактику избегания неприятностей.

Я была глупа, тряслась над сиюминутными целями, «как бы заработать скорее баллов?», но при этом совершенно упустила из виду отдалённые последствия своих поступков. Сейчас, глядя на свой счётчик репутации, который уже превысил необходимый лимит на месяц, я осознала, что своим паническим поведением только всё усложняла. Сколько раз боялась не набрать их и получить штрафы, сколько идиотских поступков из-за этого совершила?

Эта поездка обошлась без ивентов. Баллы мощным потоком сыпались каждую минуту, оказалось, что возросший в десять раз лимит, был вполне ей по силам. Разумеется, такие мощные события как с духами и с Элизабет не будут происходить каждый месяц, но также, это означало, что при должном старании, цель на месяц остаётся вполне посильной.

***

Утром того же дня, когда Марта собиралась на встречу с Элизабет и тремя леди, герцог Краузе принимал у себя своего секретаря.

[Секретарь] Я получил письмо от старшей горничной, это был ответ на моё уведомление о ситуации в поместье.

[Герцог Де Круа] Ну? Что там?

[Секретарь] Она возвращается раньше срока, уже этой ночью будет здесь.

[Герцог] Замечательно.

Ему и вправду надоело ждать и ответственный поступок старшей его очень обрадовал. Супруга была недовольна проблемам с горничными, которые создавали нервозную атмосферу и часто были хмурыми и обеспокоенными. До этого, они уже говорили об этом, когда Марта только начала преследовать служанок целыми днями, но в тот раз ему удалось её успокоить. Затишье длилось не долго. Громкий скандал с духами, оказал влияние даже на герцогиню, славящуюся своим безразличием к делам поместья. Хотя, в её нынешнем положении это было не удивительно.

[Секретарь] Я так же встретился со всеми горничными, мне удалось их уговорить отложить свои планы до приезда старшей.

Эта новость так же была хорошей. Сегодня он сможет отбиться от супруги с её переживаниями о приёме гостей и дотянуть до разрешения всей ситуации, поговорив с Мартой.

[Герцог] Хорошо.

Секретарь, хоть иногда хотел услышать похвалу, но герцог был скуп на неё. Он даже детей своих не хвалил, что уже говорить о подчинённых. Вот и сейчас, удостоив его лишь коротким «Хорошо», дал повод загнанному урегулированием конфликта слуге, в очередной раз опустошить пару бутылок у друга в баре соседнего городка.

***

Марта уверенным шагом направлялась в кабинет герцога. Она уже слышала, что старшая горничная вернулась и многое с тех пор произошло. Никаких сомнений, её вызвали для разбирательств скандала с духами. «Наконец-то» – вот что стало первой мыслью, когда Энни передала просьбу герцога немедленно зайти к нему в кабинет.

Перед дверью стояли множество человек. Здесь были две сообщницы воровки, старшая горничная, «Птичка», секретарь и ещё несколько других слуг. Проходя мимо них, Марта кивком ответила на нерешительные приветствия и кратко поинтересовавшись здоровьем старшей, постучала в дверь.

Старшая была явно рассержена, то, что произошло во время её отсутствия, не могло быть воспринято иначе. Сохраняя учтивость и положенную по этикету вежливость, она поблагодарила госпожу за беспокойство и уверила в том, что дорога далась ей легко, а здоровье позволяет и дальше служить как прежде, отдавая всю себя во благо дома Де Круа.

Марта понимала, что это был явный намёк, на то, что она изрядно подпортила дела старшей, усложнив ей жизнь. С этим уже ничего нельзя было поделать, то были последствия необдуманных действий и страха. Нужно было уладить всё это и не допускать более подобных ситуаций.

[Герцог Де Круа] Войдите.

Сосредоточенное лицо было строгим и выражало лёгкое раздражение. Стоило двери закрыться, как он, поднявшись со своего места подошёл к двери ведущей в соседнюю комнату. Достав маленький ключик на цепочке из внутреннего кармана, герцог привычно отворил замок и войдя внутрь, позвал за собой Марту.

[Герцог] Что ты видишь?

Не успела она войти и оглядеться, как тут же получила вопрос.

Эта комната, явно была создана для хранения документов. Помимо них, здесь висело несколько портретов и герб дома Де Круа. В углу стоял высокий столик, для чтения стоя, а на полках, виднелись особо ценные, королевские указы с позолоченными футлярами для них.

[Герцог] Здесь всё то, что наши предки годами добивались во имя Де Круа.

Он, не ожидая ответа, продолжил говорить:

[Герцог] Каждая финансовая книга, каждый отчёт, каждая расписка и каждый документ на владение землёй или торговая лицензия. Дался нам с огромным трудом.

Говоря это, он едва касался разных предметов на полках, бережно, как бы подчёркивая их важность и значимость для них.

[Герцог] Но мало заработать, получить, нужно ещё и сохранить всё то, что далось потом и кровью многих из наших предков.

Титулы, хоть и были наследуемыми, но, если человек был не достойным, его могли лишить или понизить в статусе. Потому, каждый, кому было уже за двадцать, носил свой титул не просто так.

Марта внимательно слушала, она с пониманием смотрела на герцога и всем видом выражала своё согласие с услышанным.

[Герцог] Как ты думаешь, сколько мы зарабатываем в день?

[Марта] Боюсь, что никто кроме вас и ещё пары слуг, не знает наверняка.

[Герцог] Я не прошу точных данных, примерно.

Марта назвала кажущююся ей разумной сумму. Герцог, в ответ, лишь улыбнулся.

[Герцог] Умножь это в несколько раз и получишь правильный ответ.

Это было поразительно, гигантская сумма, действительно впечатляюще.

[Герцог] А теперь скажи мне, как сохранить всё это, если ты из-за всякой грязи лишаешь нас хороших слуг?

На этих словах, он метнул вынутые из внутреннего кармана листы, прямо в лицо Марты. С десяток бумаг, разлетелись по комнате. Парочка была без труда поймана и частично прочитана Мартой. Это было уведомление от горничных, что они вынуждены взять неоплачиваемый отпуск и готовы компенсировать, согласно контракту, своё отсутствие. Согласно договору, внутренние (домашние) горничные пользовались большими правами, чем любые другие слуги. Как ни как, они ценились своим опытом, мастерством и к ним относились с большим уважением.

[Герцог] Она набирала их с огромным трудом, а ты в одночасье разогнала хороших слуг!

Теперь, герцог дал волю своему гневу.

[Герцог] Ты хоть представляешь, насколько трудно укомплектовать дом сносными горничными?

Это было очень сложно. Старшую горничную, ценили за способность организовать работу внутренних (домашних) горничных, которые были на виду у всех знатных гостей. Именно они олицетворяли своих хозяев, именно по ним многое оценивалось. В том числе, способность управлять и подбирать себе подобающих слуг.

[Герцог] Они все будут подворовывать! Все! Эти жалкие гроши, которые они там стащили, всё это, думаешь оно стоило проблем, которые теперь придётся решать старшей?

Размахивая руками, словно указывая на невидимый за стеной дом для слуг, герцог продолжал кричать.

[Герцог] Горничных набирают годами, обучить, проверить их на пригодность, наладить отношения в коллективе. Ты думаешь это всё так просто? Что ты творишь!?

Сердито ударив стену ладонью, герцог Де Круа, гневно уставился на свою дочь. Марта продолжала молча, внимательно за ним следить и слушать каждое его слово, не подавая признаков испуга или желания спорить.

[Герцог] Во всём нужна мера, нужен баланс. Ты ещё слишком глупа и не понимаешь многих вещей. Слуг нужно контролировать и не позволять им слишком многого. Нужно избегать крайностей, твои поступки, это одна крайность, а к примеру… К примеру, маркизы Шорт, противоположная.

Шелли Шорт, это было полное имя той самой оскорблённой леди. Их семья, была большим исключением среди всех дворян. То, как они вели дела, какие отношения установились между слугами и хозяевами, взаимоотношения с сюзереном, многое из этого было совершенно не характерным для остальных дворян.

[Герцог] Понимаешь?!

Он смотрел на дочь, дожидаясь её реакции. Спустя пол минуты, Марта только слегка кивнула, но и этого ему было достаточно.

[Герцог] Теперь, ты пойдёшь и исправишь всё что натворила.

Они вернулись в кабинет. Герцог, сердито усевшись в кресло, закрыл глаза рукой и большими глотками утолил жажду схваченным со стола стаканом воды.