— Помогите! — послышался голос.

Все повернулись и увидели девушку, что была вся в крови и прижимала руку к животу. Прислуга сразу же подбежала к ней.

— Диана, что с Вами?!

Они были в панике, потому что её платье было запачкано кровью, и зажимала рану рукой.

— На меня напали, я… я не смогла…

Слуги подхватили Диану, едва она упала на землю. Из её раны струилась кровь. К ней подбежал жрец, который тут же использовал на ней исцеляющую магию.

— Что произошло?

К Диане подошёл император Люциус. Диана, встретившись с его взглядом, нервно сглотнула и рассказала, что с ней случилось.

— Я сидела в палатке, когда в неё кто-то вошёл и что-то налил в еду принцессы Дикстры. Увидев это, я быстро подбежала к нему и хотела позвать на помощь и задержать его, но он заткнул мне рот и пырнул меня ножом… А потом... потом он убежал… Извините меня! Я не смогла его задержать!.. — Диана кинулась в ноги Люциуса и начала рыдать.

Император посмотрел на неё и помог ей встать. Диана была ошарашена. Её глаза, из которых всё ещё текли слёзы, виновато смотрели на императора.

— Ты сделала всё, что было в твоих силах. Ты очень хорошо послужила принцессе Дикстре. Такая преданная и смелая служанка заслуживает награды, — император кивнул ей, а затем обратился к рыцарям: — Скорее всего, виновник убежал в лес, поэтому нет смысла его искать. Но это не значит, что мы оставим это просто так. Приведите разведчиков-магов, пусть отследят его.

— С-спасибо… император…

Диана опустила голову, и её проводили в палатку, чтобы она отдохнула.

Дикстра всё видела и слышала. Она всё ещё сидела и держала руку Генри, который уже лежал без признаков жизни. Посмотрев на него, она увидела последствия яда. Тот, кто отравил его, явно не хотел, чтобы он выжил, если даже исцеляющая магия не смогла на него подействовать. Но главный вопрос – зачем? Зачем убийце нужно было отравлять дворецкого? И, как сказала Диана, он хотел отравить ещё и её. В голове сразу появились воспоминания о Стелле, которая наняла тёмных магов, чтобы те её нашли. Значит, убийцей мог быть тот, кого наняла Стелла, чтобы убить их. Но зачем нужно было убивать и Генри? Хотя кто знал, что в голове у этой истерички.

"Чёртова Стелла, думаешь, я оставлю это просто так?" — со злостью проговорила про себя Дикстра, и её глаза блеснули.

Чуть позже в палатку вошёл император Люциус. Он с сожалением посмотрел на Дикстру и вздохнул. Люциус знал, что они не особо были близки, и что вряд ли она сейчас грустит по нему.

— Милая, думаю, тебе надо вернуться в свою палатку. Я уже поставил несколько стражников, которые будут охранять её. Тебе надо отдохнуть.

Люциус осторожно дотронулся до плеча Дикстры, и та повернула голову и уставилась на него. Он видел в её глазах то же, что видел и в глазах её матери, – решительность, которая ни к чему хорошему не приведёт. Но он знал, что не должен вмешиваться; ему лишь останется смириться с тем, что случится.

— Дядя, — когда они шли к палатке, Дикстра остановилась и обратилась к Люциусу: — Я бы хотела остаться в императорском дворце ещё на месяц. Генри был мне дорог, он всегда был со мной рядом. Мне будет тяжело без него, поэтому хотелось бы побыть во дворце ещё некоторое время…

— Конечно, дорогая, всё, что ты захочешь, — произнёс Люциус. Он не знал, что было в голове у Дикстры, но почему-то догадывался, что это не обернётся ничем хорошем. У него было странное чувство, что скоро грядут какие-то изменения, и не в лучшую сторону.

Он проводил Дикстру до палатки, и служанка помогла уложить её.

— Всю еду, что здесь есть, выкинь.

— Слушаюсь, — поклонилась Диана.

Люциус бросил последний взгляд на Диану и ушёл. Он направился в палатку, где лежал Генри. Выгнав всех и отдав приказ рыцарям, чтобы никого не пускать, Люциус встал возле кровати.

"Я сожалею, что так случилось. Видимо, кто-то нацелился на Дикстру и убирает всех, с кем она тесно связана", — размышлял Люциус.

В палатку вошла императрица, и Люциус кивнул ей.

— Думаешь, это они сделали? — спросила та с осторожностью.

Императрица Эреала стояла возле кровати, на которой лежало мёртвое тело Генри. Её зелёные глаза внимательно изучали тело.

— Его отравили ведьминской кровью, — сказала Эреала, дотронувшись до тела.

— Ведьминской? Кто-то сильно не хотел, чтобы он выжил.

— Да. Но тебе не кажется это странным? Зачем нужно было так сильно заморачиваться? — Эреала посмотрела на Люциуса. — Если только он знал что-то, чего не надо было. Ты ведь говорил, что раньше он был убийцей?

— Да, раньше он был таким. Нерецца дала ему шанс, и он хорошо его использовал. Генри был преданным псом, но не смог спасти её от… безумия.

— Ты всё ещё злишься на неё? — Эреала подошла к императору и, взяв его руку, поцеловала тыльную сторону ладони. — Ты должен отпустить ненависть к ней.

Люциус поникшим взглядом посмотрел на Эреалу, как она касалась губами его ладони. Трюк, который всегда срабатывал, чтобы успокоить его.

Люциус убрал руку и прикоснулся к её щекам.

— Из-за неё умер мой брат. Если бы он не влюбился в неё, словно одержимый, то был бы жив.

Эреала усмехнулась и провела рукой по его щеке.

— У вашей семьи безумство в крови. К тому же это касается и тебя, — глаза Эреалы как будто засветились.

Губы Люциуса растянулись в улыбке. Он впился поцелуем в губы императрицы, словно его охватила жадность. Но этого ему было мало.

— Никого не впускайте в палатку! — повелительно крикнул Люциус.

Он резким движением подхватил Эреалу и усадил на ближайший стол. Их двоих охватила страсть, которую они не могли сдержать. Пока целовал её шею, он взглянул на тело Генри, и его глаза засияли. Мёртвое тело накрыла белая простыня.

* * *

Маленькая Дикстра стояла в центре пустой комнаты, где было темно, а окна завешаны чёрными шторами, что не пускали свет.

— Мама… — дрожащим голосом прошептала девочка. — Мне так страшно… мамочка…

Она просидела в темноте несколько часов. Её тело дрожало, а слёзы безостановочно текли по лицу. Когда дверь в комнату открылась и свет немного наполнил её, вошла женщина и закрыла за собой дверь, и комната вновь наполнилась тьмой. Девочка подняла голову и увидела пару светящихся алых глаз, которые смотрели на неё с презрением. Послышался стук каблуков, женщина подошла ближе и наклонилась над девочкой.

— Ты была хорошей девочкой? — спросила она. Её голос был бархатным, но девочка лишь сильнее затряслась. Но она знала, что будет, если не ответить.

— Д-да, мамочка…

Женщина растянула губы в улыбке и протянула руку, которую девочка взяла. Она вывела её из комнаты и завела в другую, которая была обставлена очень скупо и пустовато. Женщина уложила девочку на кровать и достала книгу из ящика.

— Жила-была в одном особняке девочка, — начала она читать. — Она была очень непослушной и являлась причиной, из-за которой её мама жила в несчастье. Но мать всё равно любила её, хоть та и вела себя очень плохо. Однажды она сказала девочке, что если она будет плохо себя вести, то придёт дух и съест её. Однажды девочка не послушалась, и дух пришёл. Он стоял возле её кровати, и слюни его капали на пол. Глаза его неистово горели алым светом. Голова его была оленьей, а тело шерстяным и высоким. Его острые, словно бритва, когти блестели в лунном свете, что освещал духа.

Девочка посмотрела за спину матери и увидела точно такого же монстра, которого описывала её мама. И она закричала, отчего её мать резко захлопнула книгу. Она схватила девочку за руку и повела в тёмную комнату, из которой только недавно вывела.

— Неблагодарная тварь! Я думала, ты усвоила урок, но, видимо, ты этого не понимаешь! Раз так, то я займусь твоим воспитанием!

На стене весела плётка, которую взяла женщина.

— Если бы ты не родилась, всё было бы по-другому! — кричала женщина и осыпала ругательствами девочку.

Крепко сжав в руке плётку, она начала наносить хлёсткие удары по телу девочки. Они были настолько сильными, что оставляли кровоточащие раны. Вся спина была в крови, как и ноги. После ещё нескольких ударов девочка лежала, не двигаясь, – лишь тяжело дыша и смотря в потолок опустошённым взглядом.

Женщина повесила окровавленную плётку на стену и подошла к девочке, с улыбкой наклонившись. Девочка перевела на неё свой пустой взгляд.

— Это будет тебе уроком.

После этих слов женщина ушла, закрыв дверь. Девочка смотрела в потолок. У неё отсутствовали мысли, она ни о чём не думала. Из угла вышел мишка, её верный и единственный друг, который был всегда рядом… Она хотела что-то сказать, но не могла даже пошевелить губами. Мишка подошёл ближе, его единственный глаз-пуговица висел на ниточке, а из шеи торчала белая набивка. Она знала, что хотел сказать мишка, но была против. Она бы никогда не причинила боль своей маме, даже если ей приходилось жертвовать собой… лишь бы её мама была счастлива. Мишка не ушёл даже после её отказа и сел рядом с ней.

* * *

На улице стояла летняя ночь, и уже светало. Последний месяц лета. Дикстра лежала в своей палатке, но вскоре резко встала с кровати. Она не знала причину таких кошмаров, но всё время списывала это на события, которые происходили в последнее время. Она убеждала себя, что это всего лишь кошмары, и что рано или поздно они должны кончиться, поэтому не было смысла обращать на них внимания.

Выйдя из палатки, она увидела, что небо было светлым. Это был последний день охоты, и они наконец-то вернутся назад. Дикстра села у костра, у которого уже сидел человек и смотрел на огонь. Судя по внешнему виду, он не был рыцарем или кем-то из слуг, но и аристократом явно не был. Когда Дикстра села возле костра, мужчина обратил на неё внимание.

— Принцесса, почему Вы так рано встали?

— Сон ушёл. А ты из гильдии «Золотая молния»? — спросила Дикстра.

— Так заметно? — ухмыльнулся мужчина.

— Нет, просто слышала, что здесь присутствуют люди из этой гильдии.

— А Вас что-то интересует, принцесса?

— Нет, — Дикстра склонила голову. — Почему ты не участвуешь?

— Хм? Ох, я здесь просто со своим другом, он в качестве поддержки, — после этих слов он внезапно выпрямил спину. — Извиняюсь, что не представился. Меня зовут Алешоу. Я родился в Астрии, но мои родители из других краёв, из Золотых Песков.

Дикстра кивнула. Она не так много знала о других краях и о Золотых Песках в частности. Это была страна-пустыня. Как раз род Коулмен прибыл от туда и обжился здесь. Даже ходили слухи, что Табата Коулмен являлась принцессой их принцессой, и что поэтому у них есть хорошие связи с ними, а также товары из той страны.

— Вы никогда не были в Золотых Песках? — спросила Дикстра.

— О нет, мама сказала, что там нам не место.

Дикстра уловила печаль в словах Алешоу, но ничего не стала спрашивать. Она слышала, что некоторых людей могут изгнать из страны, и им было запрещено её посещать.

Свежий воздух прочистил голову Дикстры и привёл её мысли в порядок. От кошмара не осталось и следа. Сидеть здесь больше не было смысла, и она вернулась к палатке. Зайдя внутрь, Дикстра обратила внимание на кровать, на которой должна была лежать Диана, но она была пуста.

"Гуляет?"

Сев на кровать, она достала книгу, которую взяла из церкви, и отрыла случайную страницу.

"Напишите письма благодарности людям. Благодарите людей, которые вам помогли. Будьте мягче с людьми", — прочитала про себя Дикстра, ухмыльнулась и закрыла книгу.

В палатку вошла Диана, которая не ожидала, что Дикстра уже не спала.

— Принцесса? — Диана осторожно села на свою кровать.

— Да? — ответила Дикстра.

— Как Вы себя чувствуете?

Дикстра вздохнула. У неё не было сейчас желания притворяться, но всё же она взяла себя в руки.

— Я… я всё ещё не могу поверить в то, что Генри… что его не стало, — с подавленностью и тяжестью в голосе проговорила Дикстра.

Диана сжала кулаки и закусила губу. Она чувствовала угрызения совести и, поднявшись, подошла к Дикстре и обняла её. Та была ошарашена этим, но приняла её объятия. На удивление, ей было в них хорошо, и она обняла в ответ. Это было странное чувство спокойствия и приятного тепла. Она даже не хотела отпускать Диану, чувствуя, как утопает в её объятиях и засыпает.

Диана, гладя по голове, уложила её на кровать, после чего легла рядом с ней. Она убрала волосы с её лица и смотрела на её прекрасное лицо.

"Прости…" — мысленно сказала она. Погладив её по щеке, Диана закрыла глаза и уснула.

* * *

Солнце уже во всю светило, и стоял яркий день. Когда Дикстра проснулась, то почувствовала облегчение и умиротворение. Ей даже не снился кошмар, что очень её радовало. Она встала очень легко. Так как это был последний день охоты, некоторые, кто принимал в ней участие, уже вернулись. Дикстра вышла из палатки и заметила людей, что уже вернулись. Недалеко была куча добычи, которую они поймали. Там даже был большой синий медведь. Послышался звук труб, что созывал всех собраться в центр.

Из палатки вышли император с императрицей. К ним подходил рыцарь, облачённый в чёрные доспехи. Но главное, что шокировало и удивило всех, – это белая лань, которая шла рядом с ним. Она как будто светилась и спокойно следовала рядом с ним.

Рыцарь встал напротив императора и опустился на колено.

— Приветствую императора и императрицу. Я привёл белую лань, как и было сказано.

Император посмотрел сначала на белую лань, а затем на рыцаря. Императрица Эреала, подойдя к белой лани, погладила её и подтвердила, что это она.

— Ты привёл белую лань и занял первое место. Но хотелось бы узнать, кем является рыцарь, который проделал такую сложную работу.

Чёрный рыцарь снял свой шлем, и все увидели красивого парня, который скрывался за такими устрашающими доспехами. Чёрные длинные волосы, бледная кожа и красивые, завораживающие глаза, от которых немногие могли оторвать взгляд. Но насколько бы они ни были красивыми, в них отражалась скука и холодность.

— Меня зовут Зейл. Я сын великого герцога из королевства Скайдор.

Все стали шептаться. Никто не знал, что сын великого герцога появится здесь и будет принимать в этом участие. О нём шло много слухов, и все были очень удивлены его появлением.

— Что ж, Зейл, поздравляю тебя, ты занял первое место и теперь в своём праве просить всего, что желаешь.

— Я бы хотел…

Но его слова были прерваны.

— На нас напали!

Послышался взрыв, и на лагерь набежали монстры.