Хоть ангел и сравнил это со спектаклем, для меня произошедшая история была больше похожа на нарезку фильма. Повествование рвалось, как хотело, но общий смысл уловить получилось.

Олег очнулся в похожей комнате в окружении чужой семьи и в теле ещё незамужней Хельги Мор. Увидев своих новоприобретённых братьев, он испытал ужас и забился в угол. В его прошлой жизни всякий раз, когда ему приходилось иметь дело с мужчинами, его преследовали панические атаки, крики и озноб. Но, судя по всему, в этот раз ему было в разы хуже, чем раньше: взять себя в руки он не мог ещё несколько дней.

К телу своему Олег привыкал долго, на эмоциях даже срезал волосы и приказал сменить ему гардероб. Он даже думал о том, чтобы убить своё отражение, и эти мысли сводили его с ума. В черепной коробке психопата так и повторялись слова: «Умри, умри, умри…»

Ничтожный и сломленный, он против воли очень скоро оказался на собственной свадьбе, а от желания убить всех близких Хельги спасло лишь представление — казнь великим святым. То был первый глоток воздуха, проблеск счастья в его новой жизни, поэтому он захотел прийти ещё раз. Чтобы разочароваться, ведь в тот день я не погибла.

Своего мужа он не воспринимал как человека и даже в его сторону не смотрел. Тот ужасный момент из подсознания Фера обернулся другой стороной, и меня затошнило от того, как ужасно этот человек распоряжался тем, что было обещано мне.

Каждый раз, когда монстра называли Хельгой, он скрипел зубами и срывался, избивал прислугу. По итогу Олег запретил мужчинам приближаться к себе. Его мутило от страха и жажды убивать, и он думал, пытался придумать, как в таком тщедушном теле убить что-то больше крысы, и пуще свирепел.

Даже со стороны смотреть на чужое безумие было невыносимо, а что было бы, загрузи ангел это в мою голову?

Кадры сменились, теперь в жизни сумасшедшего появилась она.

Морана зацепила взгляд потерянного и озлобленного мужчины, словно магнит, приковав всё его внимание. Возможно, подобное тянется к подобному или сама судьба сплела между ними нить. И не было до конца понятно, видели они друг в друге равных себе или углядели жертву, но очень быстро эти двое нашли друг в друге кое-что ужасное. Они стали себе спасением. Именно ей Олег рассказал о своём желании залить континент кровью.

И Моране понравилось. Её лицо ожило, на щеках заиграл румянец, а губы расплылись в жуткой улыбке. Она открылась ему, рассказала, как сильно страдала, оттого что с самого начала была унижена семьёй, магами и самим богом; что её лишили человека, которого она любит, земель, которые должны были принадлежать ей, а после попытались лишить и места в жизни.

Именно ему Морана рассказала, как стала экспериментировать, чтобы увеличить свою мощь. Как, столкнувшись с порицанием и ссылкой, решила играть по чужим правилам, похитила драгоценные книги, расправилась с предателями, включая свою сестру и возлюбленного, и взрастила из племянника героя, инструмент, который дал бы ей больше власти, а потом нашла и вырастила ему достойного врага, чтобы племянник полностью раскрыл свой потенциал.

«Всё было зря: меня ни во что не ставят. Даже теперь…» — жаловалась она, утратив силы бороться дальше.

И тогда Олег улыбнулся. Он опустился на колени перед Мораной и пообещал ей, что поможет достичь справедливости. Хотя сам внутри уже думал, как расправиться с ней, когда она приведёт его к красивой мечте.

Именно Олег придумал, как увеличить силы Мораны за счёт массового разведения рогатых волков, однако на границе произошёл прорыв и пришлось переключаться на план «Б» — воровство детей. У светлых уже была практика воровать для себя магов, но таких масштабов они смогли достичь только благодаря Олегу. И только благодаря ему по империи прошла волна пропаганды о новой святой.

Каждый раз, когда планы рушились, он придумывал, как обернуть всё в свою пользу, обрушивая на тёмных всё больше и больше обвинений. Ведь они не могли сказать, что не при делах, они были идеальными врагами.

Голод Мораны же рос. Она разъезжала по империи, выпивая силу, и всё не могла насытиться. Ей уже не хотелось придумывать новые заклинания, Морана желала чистой силы, так много, сколько выдержит. Её злость и неудовлетворённость росли, пока однажды Олег не предложил начать войну с поглощения острова.

Будучи обычным человеком в слабом теле, он не мог лично отправляться во все уголки империи, но постоянно получал письма и, стоило заскучать, выезжал на вечера, аукционы, балы. Олег пытался изучить этот мир, понять свою роль в нём и не находил ничего, кроме желания утопить его в крови.

Очень скоро Церковь начала считаться с Мораной. Её повышали, пока она не достигла определённого потолка. Тогда Церковь и раскололась на приверженцев старого уклада и почитателей новой святой. И с каждым днём тех, кто был против неё, становилось всё меньше: кто-то умирал, кого-то шантажировали, но большинство по своей воле шло за сильным лидером.

Объявление об атаке на остров вызвало бурную реакцию, император хотел остановить этот ужас, но было поздно. Люди помешались на невидимой опасности и цеплялись за надежду расправиться с тёмными магами, поэтому поддержали план.

Массы, когда до них дошла молва о произошедшем, ликовали, но те, кто лично участвовал во вторжении, не разделяли их восторга. Остров устоял. Большинство обычных магов было схвачено или убито, но прорваться в главное здание у Мораны так и не вышло. Даже Олег не знал, почему она отступила, что её испугало. Всё, что ему было известно, — попытка вторжения едва не стоила жизни его любимой и оставила на её руках жуткие метки, поэтому Олег не ругал женщину по возвращении.

Важных лиц отправили прямиком в бункеры Мораны и в подземную темницу особняка Моров, некоторых — императорской семье, а кого-то казнили. На казнь Ивера Руна Олег смотрел с особым удовольствием.

Операция по проверке границ тёмных у них прошла лучше — монстры смогли пробить защиту и ворвались в пограничные деревни, но их со временем подавили. Это было не страшно, ведь Олег хотел убедиться, что тёмные не так уж и неприступны, как казалось раньше.

Олег наслаждался компанией Мораны, хотя в душе его гложило, что он никчёмно слаб в сравнении с ней и что не может её убить. Тогда он дописал свой план по уничтожению континента, и Морана начала активную подготовку.

Гул пропаганды стал оглушающим: новая святая планировала покончить с ужасными тёмными магами и спасти этот мир. Люди верили каждому слову, и даже император не мог на это повлиять.

То, что Олег мужчина в женском обличии, Морана поняла почти сразу, но правду Олег откладывал. Видимо, чувствовал, что не стоит о таком говорить. И вот перед началом бойни, когда план на следующий год был уже составлен, а в организме заиграло вино, Олег сдался и рассказал. Этой же ночью мужчина прекратил своё существование.

Образы и обрывки воспоминаний кончились. Мир погрузился в тишину. Во время всего происходящего у меня почти не было времени подумать, и я даже была этому рада. Наоборот, хотелось стереть всё увиденное из памяти и утонуть глубоко в своём подсознании без возможности вернуться обратно. Но мыслям не прикажешь: «Уже поздно — ужас не остановить. Морана — машина, способная снести континент. Это конец. Конец всему. Столько смертей…»

— Захватывающе? — спросил ангел, склонив голову набок. Его крылья расправились, будто он потягивается, и вновь сложились за спиной.

— Я… Это не победить. Я не смогу, — едва вымолвила я, сжимая дрожащие руки.

— Сможешь, — уверенно ответил мошенник.

— Мне нужно больше информации, иначе мне не притвориться им! — вскрикнула я и вцепилась в свои волосы. Мысли рвались в разные стороны, сердце быстро-быстро билось в груди.

«Со мной соседствует нечто монструозное, всесильное и ужасное. Что вообще можно с этим сделать?!»

В бессилии я уронила ладони на колени и сжала тонкие пальцы.

— Ты уже притворялась злодеем, во второй раз должно быть легче, — попытался приободрить меня ангел.

— Легче?! — взывала я и закрыла лицо руками. Хотелось забиться в истерике, заткнуть уши и сделать вид, что меня не существует.

— Я только предупрежу: здесь везде глаза и уши, даже украшения на тебе с прослушкой. Теперь она, правда, не работает, но… — замялся собеседник.

Я раздвинула пальцы, чтобы лучше видеть крылатого. Безжизненные глаза с любопытством рассматривали что-то у моего уха.

— Не работает? — удивилась я, отняла руки от лица и пощупала украшение в ухе. Холодный металлический ромб казался мне совсем обычным, но снять его тем не менее хотелось.

— Пока ты смотрела спектакль, я внедрил в тебя антимагию. Теперь всё, что тебя коснётся, перестаёт работать. Здесь не развиты технологии, так что ты почти в полной безопасности, — заверил мой временный ангел-хранитель, вскинув указательный палец вверх.

— Хоть что-то радует. — Я вновь провела пальцем по мочке уха, ощущая тяжесть серьги, и вздохнула. — Кажется, на этом наша встреча завершена? Когда мы встретимся в следующий раз?

— Надеюсь, никогда, — ответил ангел, хлопнул крыльями и исчез.

Я осталась совсем одна в чужой постели. Мне предстояло подумать о многом.

«Эх, лучше бы этот мошенник побыл со мной ещё немного. Я так хотела, чтобы он не покидал меня… таким образом, — с тяжестью подумала я и откинулась на подушку. — Ивер Рун… первый, о чьей смерти я узнала. И далеко не последний. А о прошлом даже думать не хочу, ни о смерти родителей Фера, ни о том, что моя роль в этом театре абсурда подтвердилась. Ничего не хочу. Ничего…»

Мне нужен был план — схема действий, чтобы ощутить хоть какую-то опору под ногами. А опора была мне просто необходима!

«Фер… если он до сих пор жив… Нет! Нельзя думать о плохом».

Я прикрыла глаза, размышляя о том, как действовать и куда идти, и тут дверь внезапно распахнулась. Со стороны повеяло удушающей силой, отчего я замерла, будто кролик, и перестала дышать. Если я, человек без силы, ощущаю такое — значит, там она.

Медленно повернув голову, я увидела женщину в обтягивающем чёрном платье. Тонкая вышивка облегала руки и худую шею; чёрные волосы, собранные в сложную причёску, едва прикрывали слегка смуглое лицо. На чужих губах играла расслабленная улыбка. Стало понятно, почему люди приняли новую святую.

— С добрым утром! — поздоровалась женщина, проскользнула к кровати и опустилась рядом.

От чужой силы меня пробрала крупная дрожь, и, хоть лицом мне удалось не показать панику, всё внутри меня кричало, что надо бежать. Сердце выпрыгивало из груди, язык не шевелился, а перед глазами начало мутнеть.

— Неужели ты так сильно дрожишь от страха при виде меня, Олег? — Морана звонко рассмеялась, и голос её напоминал ножи, вонзающиеся под самые рёбра.

«Такими темпами я увижу ангела в самое что ни на есть ближайшее будущее!»

Рефлекторно сглотнув, я попыталась сказать хоть что-то, но… не смогла.

Женщина положила свою ладонь, увитую чёрными венами, поверх моей.

Я пропустила удар сердца, но жуткое чувство тотчас улетучилось, позволив свободно дышать и трезво мыслить. Наконец я смогла прямо посмотреть на свою собеседницу, будто мы и правда оказались равны.

В фиолетовых переливах чудовищных глаз застыло разочарование, словно перед ней какой-то мусор.

«Кажется, ты меня с кем-то перепутала, дорогая».

Растянув губы в улыбке, я мягко ответила:

— Я дрожал от предвкушения. Скоро этого ничтожного континента не станет.

Женщина рассмеялась и хотела было отнять свою руку, но я не позволила — накрыла её своей.

Смутившись, она кокетливо поправила волосы.

— Всегда думаешь о нашем благе, дорогой?

Я неуверенно кивнула, удивлённая чужой переменой настроения.

— Помнишь своего мужа? — Женщина беззаботно улыбнулась. Внутри похолодело, но она этого не заметила. — Я решила поставить на нём один эксперимент, чтобы обратить в бездушное оружие смерти! Никаких эмоций, просто оболочка с бескрайним океаном силы и жутким военным мастерством! — Морана рассмеялась.

— …Нет, — прошептала я едва слышно.

— Что? — Морана явно не расслышала меня, а потому приблизила своё лицо к моему. Казалось, она выискивает в нём что-то.

«Мне нельзя проколоться, как бы я себя сейчас ни ощущала».

— Я могу превратить его в лучшее оружие и без опытов. Доверь своего племянника его «жене», — ответила я, криво ухмыляясь.

Чужие брови поползли вверх.

— Ты же… избегаешь мужчин, Олег… Так зачем себя мучить? Ради чего? — спросила она взволнованно и сжала ладонь сильней. Только эти чёртовы глаза всё продолжали что-то во мне выискивать.

— Рано или поздно нужно побороть свои страхи. Лучше уж я буду испытывать только отвращение. Они не достойны моего страха.

На несколько секунд в комнате воцарилось молчание.

— Я… влюбляюсь в тебя всё сильнее, Олег. Мой единственный мужчина, не вызывающий в душе отвращение. — Женщина прижалась ко мне, я ощутила запах чужого парфюма и острую нужду помыться после этой жуткой встречи.

Морана поднесла губы к моему уху и добавила уже чуть тише:

— Ещё и такой милый, не могу налюбоваться!

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Получить ранний доступ к главам, поддержать авторов материально и помочь развивать команду — в нашей группе в ВК.

----------------------------------------------------

Издательство: Империя Илин

Главный редактор: Андрей Гайда

----------------------------------------------------

Автор: Елена Омут

Редактор: Андрей Гайда

Вычитка: Чинь Ву Чиеу Ви

----------------------------------------------------

Художник: Fatuum Apery

Дизайн: Владимир Ким