Вскоре мы спустились в зал. По округе летали свечи, призраки играли на инструментах. Я видела множество лиц, большинство — знакомые. Одни танцевали, другие беседовали у фуршета или за столами. Пахло вином, фруктами и духами. Атмосфера праздника пронизывала это место.

Фера прямо с порога подозвал Ивер Рун, разодетый в парадный костюм. Рядом с ним хохотала Катиба, медленно, но верно опустошая бокал красного.

Извинившись, Фер покинул меня и поспешил к ним. Я же решила получше осмотреться. Прямо у сцены с музыкантами отплясывала моя любимая троица: Габриэль и Темий поочерёдно кружились в танце со Второй. Девочка хихикала, падая в объятия то одного, то другого. Им было весело, поэтому подходить я не решилась.

«Рада, что их пустили», — промелькнуло в голове.

Поодаль от детей, в самой тени, сидел бывший глава и, кажется, улыбался, глядя на Темия. Третий то и дело бродил по залу, нося старику фрукты и вино. Ханин на повышенных тонах разговаривала со спокойным как удав Ильясом. Тот вырвал из женских рук бокал и опустошил его.

— Ну и чёрт с тобой! — донеслось до меня, и Ханин, демонстративно вильнув бёдрами, поторопилась удалиться.

Заметив меня, Ильяс Третий махнул свободной рукой, мол, подойди. Что я и сделала.

— Долго же Фер тебя искал. Некоторые уже успели напиться, — поделился он, ведя меня к освободившейся скамье. Оттуда было отлично видно сцену с музыкантами.

— Я не знала, что у нас запланирован вечер, — ответила я.

— Называй это пиром во время чумы, — засмеялся Ильяс и осушил свой бокал вина. — Не знаю, что нас ждёт, но ты уж постарайся. Наше секретное оружие должно выложиться на все сто, — голос мужчины стал серьёзным, а во взгляде появилась… печаль?

Со сцены послышались странные звуки, мужчина вздёрнул брови, глядя туда. На сцену вышла Ханин и, пьяно улыбаясь, огласила:

— Песня!

— О боги… — прошептал Спица и закрыл лицо руками.

Но на удивление голос девушки был прекрасен. Она пела завораживающе, отчего смысл слов постепенно терялся и песня преобразовывалась в образы: горящий костёр, летящие по небу звёзды; мягкая трава, спокойствие и… надежда? Надежда на следующий день, вера в лучшее и покой. Это было невероятно.

— Не знал, что она умеет петь, — пробормотал Лиас, убрав руки от лица и вытянув корпус вперёд.

Я завороженно кивнула. В зале не нашлось бы никого, кто смог бы спеть лучше.

«И как такая девушка попала на работу к нашему странному принцу? Её место на сцене!» — подумалось мне.

Песня тем временем дошла до кульминации и стала постепенно стихать. Её концовка напоминала нежные объятия матери и поцелуй перед сном.

Стоило девушке закончить, все начали аплодировать. Ханин смутилась и, пошатываясь, побрела со сцены. Лиас подскочил, телепортировался через весь зал и очутился подле неё. Он повёл её под руку, и девушка, хихикнув, с нежностью прижалась к нему.

«Второе открытие за вечер — Ханин не ненавидит своего работодателя…»

Из толпы вышла Катиба и громко приказала призракам сыграть что-нибудь бодрое. Музыка резко сменила свой ритм. В этот момент ко мне подлетел Темий. Он протянул руку и, немного запыхавшись, произнёс:

— Не согласитесь ли на танец?

Я улыбнулась и поднялась с места.

Потанцевать только с Темием не вышло: меня то и дело тянул к себе Габриэль, соревнуясь с другом, а иногда ко мне пробивалась даже Вторая. Она периодически показывала мальчишкам язык и вертелась, как юла.

Наплясавшись вдоволь, мы упали на скамью. Темий проворчал, что в танце ему помешала неудобная обувь, тогда Габриэль многозначительно ухмыльнулся и сказал:

— Знаешь, что мешает плохому танцору?

— Габри! — воскликнула я.

Вторая покраснела, а Темий вспыхнул:

— И знать не хочу!

***

Вскоре ребята разбрелись по залу, и я осталась одна.

— Отдыхаешь? — раздалось сбоку, и я вскинула голову. Это был Кас.

— Не думала, что ты подойдёшь, — произнесла я.

— Сам от себя не ожидал. — После его слов воцарилось неловкое молчание.

— Как тебе вечер?.. — попыталась развеять тишину я.

Мужчина прокашлялся и ответил:

— Потанцуем? — И, смущаясь, протянул мне руку.

Немного промедлив, я всё же взялась за чужую ладонь. Музыка на фоне замедлилась.

Мы танцевали в неловком молчании. Кас, кажется, совсем не умел двигаться, но его глаза блестели и он улыбался.

— Никогда не танцевал на балу, — поделился он, попытавшись прокрутить меня под рукой.

— Я тоже. — И пригнулась, чтобы не упасть.

Вместе мы выглядели до боли нелепо, но Касу, похоже, нравилось.

— Ничего, что я навязался? — Мужчина потупил взгляд. — Просто после того, как ты побывала в моей голове, я не могу отделаться от чувства привязанности. У всех детей, которых ты спасла, такая же ситуация. Для тебя всё, наверное, иначе.

— Нет, каждый поход в чужое сознание оставляет свой отпечаток, поэтому я и согласилась на танец. Видимо, по этой же причине мне приятно видеть, как ты улыбаешься и танцуешь.

Вскоре мелодия стихла и сменилась другой, тогда мы вернулись к нашему месту. Я устало опустилась на скамью, Кас упал по соседству.

— Мне нечего тебе дать и нечем отплатить за то, что ты сделала, поэтому прими хотя бы мои искренние извинения. — Я повернула голову к Касу, тот неотрывно смотрел куда-то вперёд. Запоздало я поняла: на Фера. — Ты вернула меня к жизни, которой я лишился. Я снова могу смеяться, видеть красивое, ощущать вкус еды и мечтать. Спасибо тебе за это. И прости за то, как я к тебе относился. Сейчас я искренне хочу, чтобы у тебя всё было хорошо. — Он нахмурился и уточнил. — Чтобы у вас с Фером всё было хорошо.

— Спасибо, Кас. Надеюсь, жизнь в красках тебе будет по душе, так что постарайся завтра выжить.

Собеседник посмотрел на меня с какой-то тоской и промолчал.

— Постарайся, — с нажимом повторила я, и тот неловко улыбнулся.

— Ради своего нового друга я сделаю всё возможное, — тихо ответил он. — Хорошего вечера, Ольга. — И ушёл.

Я проводила его долгим взглядом.

Неожиданно один из стражей объявил медленный танец, и люди начали искать себе партнёров. Катиба ухватила Ивера, моя троица вышла полным составом, из-за угла выкатились Ханин и Ильяс. Неожиданно рядом появился Фер. Маг протянул руку, и я тут же согласилась.

Мы закружились в танце. Он был не очень похож на вальс. Я прошептала:

— Я не умею танцевать!

На что Фер мягко ответил:

— Тогда я станцую за нас двоих. Доверься мне.

Его руки были горячими и сильными. Одна обнимала меня за талию, другая крепко держала ладонь. Мы были неприлично близко друг к другу, всё вокруг кружилось, и ноги предательски дрожали. Если бы не моя ловкость, я бы уже растоптала чужие туфли и умерла со стыда.

Фер улыбнулся и сказал:

— Ты так очаровательно танцевала с ребятами. — Я нервно сглотнула и перевела взгляд на доспех. — Не отводи взгляд. У тебя красивые глаза.

Я сильнее сжала ладонь мужчины и вновь посмотрела ему в лицо.

— Тогда не смущай меня! — фыркнула я в ответ.

Фер лишь шире улыбнулся.

— Ты сказала, что не умеешь танцевать. Мне даже жаль, что это не так.

— Почему? — спросила я.

— Потому что я мог бы сделать вот так, — оскалился мужчина, подхватил меня на руки и закружил в воздухе.

На мгновение у меня перехватило дыхание. Придя в себя, я рассмеялась и обняла мужчину за плечи. Внутри расцветало ощущение бесконечного счастья.

«Если кто-то однажды проникнет в моё подсознание, то найдёт меня именно здесь — в месте, где играет музыка, где летают свечи, где Фер с такой лёгкостью кружит меня на руках, а я смеюсь, переполненная счастьем».

Но вот музыка кончилась, и Фер нехотя опустил меня на пол. Ноги дрожали, кожа горела от прикосновений. Мужчина ещё мгновение подержал меня за руки — и отпустил.

— Спасибо за чудесный танец, Ольга. — И поклонился.

В тот момент мои щёки были красными, дыхание казалось горячим, а внутри растекалось неприятное разочарование от того, как быстро пролетели эти минуты, лучшие минуты моей жизни.

— Скоро этот вечер кончится, и я бы хотел успеть сделать ещё кое-что, — тихо произнёс Фер, неотрывно глядя мне в глаза. — Ты пойдёшь со мной?

Дыхание перехватило, но я взяла мужчину за руку и так же тихо ответила:

— Конечно.

Я не знала, зачем и куда меня ведёт Фер. Мне было чертовски любопытно, но я совсем не хотела строить теорий, ведь внутри бились совсем уж определённые мысли.

Его рука, крепко сжимавшая мою, взгляды друзей, с любопытством провожавшие нас на балкон, вечерняя прохлада, тишина, звёзды — и он, словно сам лунный свет, стоял и завороженно глядел на меня. Всё ощущалось иначе, будто во сне.

— Так… что же ты хотел, Фер?

— Хотел сделать тебе подарок. Подойди и закрой глаза.

Я приблизилась, глубоко вдохнула и закрыла глаза.

Чужая рука коснулась моей груди, прямо там, где сердце, и прижалась сильнее. Другая медленно заскользила по моей спине, поднимаясь к шее. Я едва не застонала от чужих касаний, но всё-таки сдержалась.

Запахло магией, а чужие руки стали излучать приятную прохладу. Наконец, он отнял их от меня, и я открыла глаза. Мужчина выглядел сосредоточенно, на его висках появилась испарина. Голубое свечение тронуло чужие глаза и окутало меня с ног до головы. Ладони Фера едва заметно провели по моему лицу, отчего я вновь закрыла глаза.

Сначала была лишь лёгкая дрожь, а после спокойная прохлада, будто я упала в озеро с едва тёплой водой. Мгновение невесомости, похожее на вознесение, и всё пропало. Я вновь открыла глаза.

— Ты прекрасна, — выдохнул мужчина. И я наконец поняла, что он сделал. Моя метка пропала. — Ты не заслуживала это клеймо. Теперь ты… свободна. — Он почти шептал, под его глазами появились следы изнеможения, а дыхание сбилось и стало частым.

Мои пальцы неуверенно коснулись кожи, которую ещё недавно грела рабская метка. Губы задрожали, и я потянулась к Феру, прижалась к его груди и обняла. Холодный доспех мне не мешал — казалось, даже за ним я чувствовала, как бьётся чужое сердце.

— Спасибо, спасибо, спасибо… — бормотала я, глотая слёзы.

Я знала, как много сил тратит это заклинание, какая серьёзная подготовка нужна, чтобы его сотворить, и что у нас не было ни сил ни времени на это… Но он всё же сделал это — освободил меня.

Мужчина гладил меня по голове, шептал что-то, и я всхлипывала, пока не успокоилась.

Наконец, я разомкнула объятия. Маг смотрел на меня тёплым взглядом, а я смотрела на него. Его рука проскользнула по моей щеке, медленно, едва касаясь пальцами. Дыхание перехватило. Сглотнув, я потянулась к чужим губам, ощущая всю хрупкость момента, в который мы попали.

«Или сейчас, или никогда», — решилась я.

Но чужая рука исчезла с моей щеки, тепло сменилось холодом. Фер… отступил. Он выглядел растерянным, подавленным и прятал взгляд.

Я сжала губы, не в силах стерпеть эту боль. Мне не хотелось верить в то, что происходящее — реальность.

— Фер?.. Я не должна была этого делать?

Герой нахмурился, вскинул своё бледное лицо и ответил:

— Я… не могу, Ольга. Я скреплён узами с другим человеком и не имею права эти узы предать. Что бы я к тебе ни чувствовал, мне жаль. — В чужом голосе был слышен надрыв. Он хотел, чтобы я поняла, чтобы приняла это.

Внутри что-то оборвалось. Я застыла, глядя на Фера и не видя ни его, ни звёздное небо. Не было ничего, только ужасная боль, растущая в груди.

«Я пересекла черту, к которой не должна была приближаться. Подумала, что у нас может что-то получиться, но он остался верен той, кого даже не любит». — Моё сердце было разбито.

— …Пожалуйста, не смотри на меня так. Я… — выдохнул мужчина и замолчал.

Я натянула фальшивую улыбку, посмотрела туда, где раньше видела чужие глаза, и произнесла:

— Спасибо, что сказал. Я лишь отвлекаю нас от важной битвы. Это больше не повторится. — И ушла, оставив растерянного мужчину на балконе.

За спиной раздался треск, но я закрыла за собой дверь, приглушив его.

Почти ничего не замечая, я схватила бутылку вина и вышла прочь из зала.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Поддержать авторов материально, помочь развивать команду, а также получить ранний доступ к главам вы можете в нашей группе в ВК.

----------------------------------------------------

Издательство: Империя Илин

Главный редактор: Андрей Гайда

----------------------------------------------------

Автор: Елена Омут

Редактор: Андрей Гайда

Вычитка: Чинь Ву Чиеу Ви

----------------------------------------------------

Художник: Fatuum Apery

Дизайн: Владимир Ким