Дождь тяжёлыми каплями барабанил по стремительно намокающему телу. За пределами арены вспыхнула магия, защищая зрителей от ливня — они совсем не торопились покидать свои места, во все глаза наблюдая за мной. Неуклюжее огромное тело плохо подчинялось командам; голова туго соображала, но нужные слова всё-таки всплыли перед глазами и, надеясь, что голосовые связки гиганта способны извергать слова, гулко, будто бы борясь с кашлем, я провыла:

— Я, святой, признаю тебя невиновным, ибо не согрешил ты ни телом, ни душой! — И медленно опустилась на колени, поднимая руку с Ольгертом, лежащим на ней, над собой.

«Вообще, не уверена, что подобное допускается, но так как моё главное тело спит сладким сном, то другого выбора у меня нет».

Толпа закричала, будто не веря. Кто-то захлопал, засвистел; заревел ребёнок.

«На самом деле я надеялась на аплодисменты и лозунги "Да он же святой!", но что вышло, то вышло…»

Я подняла огромную голову, но толком рассмотреть людей, скрытых за пеленой всё нарастающего дождя, не смогла. Накрыв Ольгерта сверху ладонью, чтобы его тело больше не мокло, я тотчас ощутила (вместе с раскатом грома), как обжигает руку и ослепляет глаза молния.

— А-а-ах!

Острая боль не помешала мне держать в безопасности своё главное тело, по которому, возможно, тоже прокатился удар электричества. Опустив руки, чтобы получше их рассмотреть, сразу же почувствовала вонь горящей плоти. Огромная кисть продолжала дымиться; несмотря на дождь, почернела, и от неё в сторону сердца тянулись ветви ожогов. Судя по тому что я всё ещё полноценно существую, с моим главным телом всё в порядке.

«Вовремя я накрыла его. Истинно божья воля…»

Моё тело затряслось от хохота, который было почти невозможно остановить. Публика затихла, заметив перемены в происходящем. А они только отошли от спецэффекта в виде молнии…

«Вот и первый минус бытия гигантом — все молнии твои», — размышляла я, не зная, куда себя деть. Вроде бы и бой окончен, и слова сказаны, и смех тоже кончился, а пауза затянулась.

— Великий святой провозгласил раба божьего Ольгерта невиновным! Это беспрецедентный случай! Случай, когда с нами вновь заговорил бог! Возрадуйтесь, люди, господь слышит нас и даёт шансы даже таким, как этот убийца!.. — глашатай наконец пафосно на всю округу заголосил и не замолкал, затягивая и без того слишком длительное представление. А вот моё сознание начало затуманиваться. Силы сами собой начали заканчиваться. Неловко покачнувшись, тело, будто само, побрело в сторону огромной цепи и открывающегося гигантского прохода.

За спиной прогремели цепи, в полусне я дошла до странной застеленной сеном комнаты, больше напоминающей конюшню, и опустилась на колени. Осторожно отложив своё главное тело, обняла себя за колени, стараясь лишний раз не тревожить израненную руку и уткнувшись головой в ноги. Стремительно погрузилась в глубокий сон.

***

Очнулась, казалось, спустя вечность. Открыла чужие глаза, глаза гиганта. Вокруг меня толпились служители бога.

«А я думала, Ольгерт проснётся быстрее».

Рука уже не болела, регенерация гигантов истинно великолепная.

— Очнулся. Давайте уже проведём эту проверку и посмотрим, вдруг нас всё-таки водят за нос, — начал какой-то мужчина. Из-за собственных габаритов мне было видно лишь макушки неизвестных.

— Тот убийца невиновных, даже несмотря на поломку кандалов, отрезан от магии — ничего подозрительного, кроме того, что он обмотал себе израненные руки. Ни излучения магии, ни намёка на плату. Это точно: я только пришёл оттуда, — слегка запыхавшись произнёс другой.

— Если бы наши знания не были украдены, мы могли бы глубже подойти к изучению этой проблемы, — выплюнул третий.

— И ты туда же… Хватит об этом говорить, а то закончишь так же, как нынешний великий святой, — ворчал первый.

— Хотел бы я отправить этого парня в пыточную. Если бы не его брат… — вновь начал третий.

«Мой брат? Точно, у Ольгерта же есть живые и здоровые родственники-аристократы. Неужели брат решил помочь? Помогла бы я дяде, если бы с ним что-то такое произошло? Да чёрт его знает…»

— Да, гадкий тип. Ничего, мы его ещё поймаем. Давайте приступать, — мотнул головой первый, вырывая меня из мыслей.

— А если он и правда невиновен? — осторожно спросил запыхавшийся парень.

— Чушь не неси. Давайте возьмёмся за руки, братья…

Мужчины схватились за руки, и меня окружила странная магия. Не знаю, сколько они вокруг меня хороводы водили, потому что изредка я впадала в дрёму, но, судя по раздражённым голосам, святоши так ничего и не обнаружили.

«Да, будь это странное заклинание не таким скрытным, его бы никто не использовал. Как же хорошо…»

Почти что сразу после того, как моё гигантское новое тело уснуло, очнулся Ольгерт. Я распахнула свои глаза и увидела белый потолок. На секунду показалось, что это родная больница, но, рассмотрев обстановку и себя, была вынуждена резюмировать: я всё ещё в чужом мире и совсем не в своём теле. Небольшая уютная комната (кабинет местного врача или компактный лазарет — не знаю, что это) оказалась пуста. Я лежала на неудобной койке, не скованная ничем, хотя ожидала увидеть хотя бы привычные кандалы. Из окна дул ветер и колыхал светлый тюль. На стене висела картина, на которой была изображена армия людей в белом, — среди них выделялись гиганты, — сражающаяся с противостоящими им тёмными. Под ней виднелась и вторая картина, ясно показывающая странную границу пышной зелени и мёртвого леса с выглядывающими из него тенями. Память Ольгерта подсказывала, что эти картины — иллюстрации исторических событий. Но я не могла вытянуть точную информацию: что и когда было, — расстроилась. Рядом стоял шкаф, забитый книгами, бумагами, колбами и банками. В углу ютился такой же заваленный стол. Я попыталась встать, но тело оказалось очень слабым, хоть и полностью излеченным от ран.

Дверь открылась. В комнату вошла невзрачная девушка с подносом. Удивлённо вскинув брови, она поставила поднос на стол и ушла, так ничего и не сказав. Новая попытка подняться, предпринятая позже, сопровождалась немым осуждением девушки и новой мотивацией. Перед этим я, правда, решила всё-таки осмотреть себя. Мой живот оказался перебинтованным. Видимо, это было необходимо. На тазобедренном суставе едва держались старые добрые чёрные штаны. Я была рада даже такой одежде: всё лучше, чем голой расхаживать. Руку украшали почти незаметные полоски шрамов — новых и старых.

«Магия — это, конечно, круто, ещё бы сам мир не был таким сумасшедшим…»

Доковыляв до подноса, упала на стул и, придвинув еду, жадно вцепилась в кусок мяса. Вкусного настоящего мяса! Запивая супом, отламывая от мягкой лепёшки по кусочку, вытирала им тарелку и бросала пропитанный остатками пищи прямо в рот. В конце опустошила стакан ледяной воды и, откинувшись на спинку стула, блаженно вздохнула. Глаза были слегка влажными от нахлынувших чувств. Не выдержав, я оскалилась, вскинула руку вверх, сжимая ладонь в кулак, и тихо прошептала восторженное:

— Да! Живая!

С трудом поднявшись, почувствовала, что двигаться стало намного легче, чем до долгожданного завтрака. Сытая и довольная я хотела было вернуться в кроватку, но заметила узкое высокое зеркало, стоящее у стены. Любопытство потянуло меня к нему, пересилив желание поспать ещё немного. Хоть я и знала, как выглядит Ольгерт, однако в своих воспоминаниях он редко смотрел на собственное отражение. То есть, что волосы у него чёрные, он знал, что глаза голубые — тоже. Об этом редком контрасте ему часто говорили окружающие. О том, что он немного нескладный, ему тоже говорили. И что сутулится вечно. Но в отражении меня встретил совсем не сутулый несуразный щенок, едва переступивший порог совершеннолетия. Нет. Я видела худощавого мужчину с рельефным прессом, бледной кожей, очень красивым лицом и алыми, будто драгоценные камни, глазами.

— А вот это интересно…

«То, что ангел мне подправил внешность, я ещё не забыла, но вот глаза менять-то зачем?»

— Какие жуткие глаза. Я действительно теперь на злодея похожа… — красивое отражение повторяло за мной, чуть сощурившись и жадно рассматривая, запоминая каждую деталь. На миг мне от своего же взгляда стало неловко, и щёки Ольгерта слегка заалели. — Замечательно, я сама у себя во вкусе… — простонав недовольному отражению в лицо, быстро отвернулась от него и вернулась в кровать. Больше рассматривать своё новое тело не хотелось. Закутавшись в одеяло и решив, что сил на большее у меня нет, отключилась.

***

Проснулась от того, что на меня кто-то смотрит. Уже стоял ранний вечер. Солнце медленно скрывалось за небосводом, его было видно во всё так же распахнутое окно. Рядом с этим самым окном стоял и курил мужчина, стряхивая пепел прямо на пол. Обычно он не даёт людям понять, что курит. Видимо, не в этой ситуации. Проморгавшись, я смогла получше рассмотреть его. Чёрные короткие волосы, очки в тонкой оправе, местный модный костюм аристократа с вышитым гербом семьи на торчащем из грудного кармана платке. Однозначно хозяин этого тела был с ним знаком.

— Брат…

— Проснулся? Я уж думал, не дождусь. Заключение пошло тебе к лицу, и не скажешь, что именно ты, урод, перебил столько народу. — Брат медленно подходил ко мне, его лицо было полно брезгливости. Затянувшись, он сказал. — Начинай благодарить нашего младшего братика уже сейчас: если бы он не настоял, я бы не пришёл и не спас твою грязную шкуру.

— Спасибо… — не зная, куда себя деть и что сказать, я буркнула первое, что пришло в голову.

Старший брат цыкнул и отвернулся.

— Я же сказал: не меня, а младшего брата, падаль. Вставай, нам нужно сходить к их главному, и поедем домой.

— Они согласились меня отпустить?.. — я была в полном шоке.

«Так просто выпустят?»

— Они были вынуждены согласиться. Если бы не наша семья, тебя бы уже по-тихому прирезали и пустили бы на сувениры для верующих. Прям как ты, когда зарезал мою девушку, — выплюнул брат, первым выходя из комнаты.

В голове мелькнул неясный образ рыдающего старшего брата Ольгерта над хрупким изломанным телом. Кажется, она была прислугой. Имя не вспоминалось: оно стёрлось, как и многие другие имена. Я думала, что не нагружаю себя ими, но они действительно просто будто бы вычеркнуты из моей памяти. Как и было вычеркнуто то, что Ольгерт, оказывается, убил дорогого брату человека. А до этого ещё и подбрасывал тому трупы зверей…

«Как ты вообще пересилил себя и помог мне после всего, что этот идиот натворил?» — поднимаясь и выходя за братом Ольгерта, размышляла я.

Мужчина ждал меня за дверью, докуривая. Удивительно, но никакой охраны рядом не наблюдалось. Кинув на меня недовольный взгляд, он язвительно выдал:

— Ты так и пойдёшь? Одежда на стуле, Ольгерт. Тебе все мозги на арене выбило?

Покачивая головой, мужчина проводил смущённую меня долгим взглядом, пока я не захлопнула дверь, скрываясь в лазарете. Всё ещё алая от стыда я вернулась к нему через пару минут, одетая в новую рубашку, плотные брюки и первую для меня в этом мире обувь, и даже накинула на плечи тёмный модный в этом мире сюртук.

Едва кивнув, мужчина пошёл вперёд. Я же попробовала повторить эту мужественную походку, но вышло посредственно. Спустя пару минут брат скрылся за дверью. Я вошла за ним и оказалась в каком-то зале для молитв.

— Рад, что вы наконец пришли. Я знаю, вы тоже торопитесь, поэтому закончим со всем побыстрее. Почитайте пока бумаги, молодой человек. А вы, Ольгерт… Мы в последний раз осмотрим вас, закончим со всем и, надеюсь, никогда более не увидимся, — подзывая к себе, произнёс уже знакомый мне высокий служитель бога.

— Надеюсь… — пробубнила я сама себе под нос, подходя к этой шпале.

Мужчина начал водить руками и излучать в меня свою гадкую магию, от чего мои волосы встали дыбом и захотелось опустошить желудок.

— Хм… — изрёк служитель бога. — Видимо, и правда магии в тебе больше нет.

— Нет? — постаралась удивиться я. Вспомнилось, что моё тело как бы сознание потеряло, а значит, и знать ничего не должно. — Что вообще происходит? Я помню, как был на арене…

— Бог решил, что ты искупил свои грехи, Ольгерт. Это истинно чудо. Взамен он забрал твою магию.

— Магия не вернётся? — спросил брат.

— Не думаю. Если только Ольгерт нас не обманывает. Но вы отказались от процедур, нужных для выяснения правды.

— Пыток. Никто из моей семьи не будет подвержен им, — рыкнул брат.

— Боюсь, теперь Ольгерт не может быть полноправным членом вашей семьи: на бумаге всё написано, — покачал головой служитель бога.

Я молчала, впитывая новую информацию, и никак не вмешивалась в разговор.

— Даже так… Мы уже решили этот вопрос. И хорошо, что мой брат лишился этой мерзкой магии. От неё только одни проблемы, — улыбнулся брат.

— Тёмная магия… Да, он бы в любом случае был бы лишён этой мерзости. Ошейник или божья милость — всё одно. — Святоша засмеялся. — Ольгерт, теперь остался последний обряд, без которого я не имею права тебя отсюда выпускать. Ты хочешь, чтобы Михаэль это видел? Или ему лучше выйти?

— Видел что?..

— Я выйду. Как закончите, позовёте.

Отложив бумаги, мой новый брат тихо покинул комнату, оставляя меня наедине с улыбающимся служителем бога.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Издательство: Империя Илин

Главный редактор: Андрей Гайда

----------------------------------------------------

Автор: Елена Омут

Редактор: Андрей Гайда

Вычитка: Чинь Ву Чиеу Ви

----------------------------------------------------

Художник: Fatuum Apery

Дизайн: Владимир Ким