Мы уже отчаялись наткнуться на какую-нибудь деревушку для ночлега, когда буря начала стихать. Ночь вступала в свои права, и ничего, кроме леса, вокруг видно не было.

— Впереди должна быть деревня, — упрямился Фер. Он не желал признавать очевидный факт: сегодня мы спим под открытым небом. — Я же помню — может, мы немного не доехали?

— Темно, поэтому её не видно. Ничего страшного, ещё не очень холодно, можно переночевать и на улице, — подбодрила я его, пихаясь плечом — чтобы расслабился.

— Мне так не кажется, но если ты настаиваешь, то пусть так и будет, — согласился мужчина и первым спрыгнул с лошади. Подал мне руку, и я ловко соскользнула на мокрую траву, покрытую первыми жёлтыми листьями.

Купол, защищавший нас, слегка растянулся. Он всё ещё прикрывал от стихающего дождя, но ноги тотчас вымокли в высокой траве. Захотелось как можно быстрее просушить всё и лечь спать, ведь чем раньше уснёшь, тем быстрее проснёшься.

Я обернулась и отпустила магические пули летать по округе, но вдруг заметила, что одна из них мне не повинуется, да и выглядит странно. Она была и меньше, и прозрачней, тьма поглощала несчастную до такой степени, что она казалась ненастоящей. Нахмурившись, я попробовала её поймать, но та прошла сквозь ладонь.

— Фер, — позвала я мужчину. Тот уже начал разбирать наши скромные пожитки.

— Да? — повернул на меня голову он.

— Я нашла деревню, — удивлённо произнесла я, глядя вдаль.

Там, впереди, за перелеском, едва заметно расплывалось странное свечение и взмывал вверх почти неразличимый на ночном небе столб дыма.

Спутник проследил за моим взглядом и удивлённо выдохнул. Это было похоже скорее на пожар. И серьёзный, раз мы смогли рассмотреть его с такого расстояния.

— Надо поспешить, — произнесли мы хором и переглянулись.

На лошадь запрыгнули так, будто и не сходили с неё, и помчались вперёд, в сторону жуткого пламени.

Фер был прав: деревня оказалась довольно близко, но без яркого знака в темноте и в непогоду разглядеть её было нереально. Мы влетели через распахнутые ворота и поспешили к пожару. Горело два дома. Они стояли особняком, огороженные продолговатым прудом от остальных домов. Кругом суетились люди — пытались унять пламя, кто-то кричал, кто-то плакал.

Мы слезли с коня и побежали вперёд. Защитный купол лопнул, и я ощутила, как мелкие капли редкого дождя начали мерзко брызгать в лицо.

— В домах никто не остался?! — крикнула я.

На меня обернулись местные, кто-то отскочил в сторону, словно увидел прокажённую, кто-то устремил на нас подозрительные взгляды, но работать никто не перестал.

Запоздало я заметила среди ближайшей группы людей единственную недвижимую фигуру: на ведре сидела женщина с двумя детьми — младший был на руках, а девочка постарше стояла рядом и сжимала мамино платье. Выглядели они крайне плохо, в глазах всей троицы стояли слёзы. Я подбежала к ним и повторила вопрос.

— Сыно-о-ок… сгоре-е-ел… Спальню завалило, он остался та-а-ам… — завыла женщина, и её дети начали всхлипывать.

Я обернулась на Фера, но тот застыл, глядя на пожар. Лицо спутника исказилось в гримасе боли. Казалось, он был не здесь, а где-то в другом мире.

— Эй! — окликнула его я. Чужой взгляд сфокусировался на мне, Фер снова вернулся в реальность. — Я проверю, жив ли мальчик, а ты сходи ко второму дому, — протараторила я, поспешила к пруду и с разбегу плюхнулась в ледяную воду.

Тело задрожало от холода и мерзкого ощущения чего-то скользкого на теле, но я, словно ничего не произошло, вылезла на берег, подтянула к носу мокрую рубаху — чтобы дышать через ткань — и, разбежавшись, влетела в горящий дверной проём.

Тяжёлая одежда неприятно липла к телу, глаза щипало от дыма, жар палил, едва не плавил ледяную кожу, а лёгкие моментально заполнил дым. Едкий, слезоточивый дым. Но я продолжила двигаться вперёд — выбивала все двери, которые только находила, и заглядывала в комнаты. Обжигалась, спотыкалась о горящие доски, отскакивала от падающих стен. Время будто застыло, я уже не понимала, почему стремглав помчалась сюда, в эту дьявольскую ловушку. Почему даже мысли не допустила, что ребёнок мёртв и что не стоит и пытаться?

Перед глазами поплыло, когда я наконец нашла нужную дверь. Едва прикрыв рукавами ладони, начала судорожно отбрасывать огненные обломки, пиная их и матерясь сквозь зубы.

Мальчишка нашёлся в спальне на втором этаже, готовом в любой момент обрушиться. Взвалила горячее тело на плечи, разбежалась — и сиганула из окна.

Неудачно приземлившись, я на инерции пробежала вперёд, едва не упав в пруд, и отняла от себя маленький горячий куль.

Откашлялась, сплюнула горькую слюну, протёрла слезящиеся глаза и, наконец, вернулась к мальчишке, который недвижимо лежал на мокрой траве. Прощупала пульс, попыталась растормошить ребёнка, сделать массаж сердца, вдохнуть в хрупкое тело жизнь, но он был мёртв. Отравился дымом.  Проглотив ком, застрявший в горле, поднялась на ноги. Взяла мальчишку, совсем мелкого, на руки и понесла к его семье.

При виде сына матерь взывала во весь голос. На душе было тяжело, невыносимо больно от чужого горя, но я отвернулась и поспешила ко второму очагу пожара. Сзади послышался оглушительный грохот: дом обвалился.

Руки горели, на ладонях начали проступать кровавые волдыри. Я рассматривала их отстранённо, будто это не моя кожа изуродована жуткими узорами из поцелуев пламени. Настроение было ни к чёрту.

Потрёпанный, Фер нашёлся у второго дома, он лечил раны какому-то мужчине, пока другие таскали вёдра с водой и отчаянно пытались потушить лачугу. Рядом с раненым мужчиной сидел, сжавшись, пацан лет четырнадцати и смотрел на огненное представление пустым взглядом.

— Все выбрались? — спросила я и снова закашлялась от дыма.

— Нет, двое погибших — старушка и молодая женщина, — безжизненно ответил Фер. — А у тебя?

Я заметила, что его лицо припорошила сажа, да и светлая одежда оказалась подпалена. Мужчина, чью голову перебинтовывали, сжал кулаки, прикусил губу и отвёл взгляд. Я проследила за ним и увидела накрытые одеялами тела.

— Я тоже не успела, — ответила я, а после, не дав себе времени на передых, подошла к тощей девчонке-подростку, нагло отняла ведро с водой и начала вместе с остальными тушить пожар. Ни я, ни Фер, судя по всему, не могли оставить людей в беде, поэтому мы остались. Словно это было наше дело, и без нас местные не справились бы.

Спустя бесконечность мои ладони окончательно стёрлись до крови, а оба дома оказались потушены. Конечно, жить в них теперь было невозможно, но огонь хотя бы не распространится дальше.

В ходе работы и в перерывах я спрашивала, что случилось, на что мне неохотно отвечали «гроза». Запоздало я поняла, что даже не надела повязку, из-за чего многие смотрели на меня как на монстра, но помогать не мешали и даже иногда отвечали на вопросы. Одна женщина под утро даже принесла мне молока, чтобы я набралась сил, но мне не было дела до жажды или голода. Даже спать какое-то время не хотелось. Я размышляла. Не верила, что это могла быть гроза, ведь, погори у них один дом, это ещё можно было бы списать на проделки природы, но два… Возможно, это была паранойя, однако мне хотелось докопаться до истины, даже если эта истина в забытых у окна свечах.

— Ольга. — Фер положил ладонь мне на плечо. Я сидела на пне и пустым взглядом рассматривала тлеющие руины дома. Голова соображала туго, сил хватало лишь на то, чтобы переключать свой взор от сереющего вдали рассвета до едва уловимых очертаний сгоревшей утвари, погребённой под развалинами. — Староста приглашает нас отдохнуть. Пойдём.

Я была рада, что местный староста со своей пожилой женой поселили и нас, гостей деревни, и своих, потерявших кров, у себя в доме. В голове, пока мы шли к месту нашего ночлега, мелькнули воспоминания о другом старосте и его неприятной кончине, как и о жизни на чердаке и куче волков. Фер о чём-то говорил, но неприятные картины прошлого мешали понять, что именно. Впрочем, он быстро заметил мою апатичность и замолчал.

Нас поселили в одной комнате и даже нагрели бочку с водой. Спутник, увидев, в каком состоянии мои руки, нахмурился и хотел было помочь мне с одеждой, но я, неожиданно даже для себя, вспылила и отскочила с криком:

— Я сама! — Сердце билось в груди как сумасшедшее. Перед глазами проступили образы мерзких игр мага-хозяина, отчего к горлу подступила тошнота.

Уставший мужчина лишь вскинул руки, извинился и удалился из комнаты. Мне стало стыдно.

Пальцы с трудом сгибались и разгибались. Одежда, грязная и вонючая, частично высохла и покрылась коркой грязи, а частично осталась мокрой и скользкой. Думать о том, что́ с моим лицом и волосами, совсем не хотелось.

Я мылась, шипя от боли. Одежду, не в силах постирать, бросила на полу.

Замоталась в рубашку Фера, ведь она была первым, что я нашла. Начала застёгивать мелкие пуговки, но лишь разозлилась и плюнула уже на половине. Я залезла на кровать и откинулась на подушку. Руки, шея и ступни горели. Частично из-за ожогов, частично из-за других ран, с которыми я ничего не могла поделать.

«Вот завтра проснусь и займусь лечением, — решила я. — На сегодня мои силы уже всё — кончились».

Дверь приоткрылась. Я знала, что это Фер, и даже головы не повернула. Сил не было.

Мужчина же подошёл ко мне и, придвинув стул к кровати, сел, после чего осторожно взял мою руку в свои.

— Что ты делаешь? — спросила я и всё-таки повернула голову.

Мужчина внимательно осмотрел мою ладонь, а после достал что-то из какого-то чемоданчика.

— Хочу обработать и залечить твои раны. Возражения не принимаются, — мягко ответил он и поднял на меня взгляд — словно ждал, что я вновь закричу, но в этот раз меня не передёрнуло от чужих действий, наоборот, эта забота показалась мне приятной. Может, потому что напомнила мне о Люциусе, а может, потому что я видела, как искренне Фер хочет мне помочь.

— У тебя ещё остались силы? — удивилась я. Сейчас мне даже простейшее колдовство было не под силу, настолько я оказалась истощена. А он мало того, что местных лечил от ожогов, ещё и вёдра всю ночь таскал едва не ловчее меня.

— Остались. Тем более мне дали нормальные лекарства, так что никакая зараза внутри тебя не останется, — ответил он.

И я ощутила, как мягко чужие пальцы скользят по моей ладони. Как они обходят раны, словно изучают, не тревожа, прощупывают там, где почти не больно. Я закрыла глаза, концентрируясь на ощущениях.

Сначала было горячо и немного щипало, но эти ощущения казались не столь болезненными. А после пожар утих, и я лишь отметила, как чужие горячие руки нежно касаются моей, уже совсем здоровой.

Следом за первой ладонью мой нежный доктор попросил вторую. Я хотела было сесть, чтобы тому было удобней, но Фер придержал меня.

Я протянула ему вторую ладонь, и с ней он справился довольно быстро.

Опустив здоровую руку, мужчина неожиданно коснулся моей шеи, что вызвало мурашки. Я открыла глаза, с непониманием уставилась на него, но Фер был занят новой найденной раной.

«Пусть лечит», — мысленно позволила я и повернула голову так, чтобы ожог лучше виднелся.

Мужчина осторожно убрал прилипшие волосы, и знакомая магия нежным покалыванием пробежала под кожей. От этих ощущений я чуть не застонала, но всё-таки сдержалась.

— Вижу, твои ноги тоже пострадали, потерпи ещё немного.

Усталая, я уже почти не слышала Фера и незаметно для самой себя провалилась в глубокий сон. В эту ночь кошмары мне не снились.

***

Проснулась я уткнувшейся носом в чужую грудь. Я обнаружила, что обнимаю Фера, да и он не отстаёт, только ногу на меня не закинул. А вот я закинула. И вот вроде надо бы отползти от него, но так неохота. Слишком удобно, слишком тепло, и внутри какая-то неясная радость от этой нелепой близости. Мне нравилось просыпаться так, но я не до конца понимала, имею ли я на это право.

— Проснулась? — пробормотал мне в макушку Фер.

Я вздрогнула, будто меня поймали на преступлении, и хотела было отодвинуться от мужчины, но он даже не думал разжимать объятия.

— Фер, ну неудобно! — проворчала я в чужую грудь и сильнее покраснела.

— Ну если неудобно, то кто я такой, чтобы держать тебя. Будто бы не ты первая начала на меня ноги закидывать. — Фер разомкнул объятия и откатился назад, после чего с улыбкой уставился на меня.

— Прости, я это не контролирую, — пробормотала я, на что Фер рассмеялся.

Его заливистый смех завораживал, я с нескрываемым интересом смотрела на то, как он смеётся. Словно мальчишка, искренне и беззаботно.

— Всё хорошо, мне нравится просыпаться в твоих объятиях, — поделился мой спутник и поднялся с кровати. — Как ты себя чувствуешь? — уже серьезнее спросил он.

— Твоими стараниями… — ответила я. — Перед отъездом, если ты не против, давай спросим у местных, не случилось ли чего подозрительного накануне.

Фер кивнул, и мы начали собираться.

Из спальни мы вышли ближе к обеду, всё-таки поздно легли. В обеденном зале во всю накрывали стол, за ним уже сидели мамочка с двумя детьми и отец с сыном. Староста выглянул из-за угла и пригласил нас к столу.

Когда мы опустились на свободные места, мальчишка начал внимательно рассматривать нас, даже не так, пялиться, после чего выдал:

— А что это у вас, тётенька, на лице? — казалось, этот вопрос волновал всех за столом и за его пределами, судя по резко затихшей прислуге.

— Метка. Она означает, что у меня есть человек, который будет меня защищать, — ответила я и беззаботно улыбнулась.

— А вы, белый дядя, тот самый человек? — подключилась к допросу девочка.

— Всё именно так. Мы путешествуем, помогаем людям. Это наша работа, — ответил Фер, скопировав мою улыбку.

Взрослые немного оживились — начали расспрашивать про работу Фера. Он плёл всякие байки, а я отмалчивалась.

Вскоре нам подали обед, и староста вместе с женой присоединились к трапезе. Было приятно не скрывать своего лица, хотя я видела: мужчина, оставшийся без жены и дома, смотрел на меня так, будто знал, кто я такая. Просто не говорил, чтобы не испортить другим аппетит. Спасибо ему за это.

— Простите, что задаю такой вопрос, но в вашей деревне ничего необычного не происходило до… грозы? — спросила я, когда дети уже вышли из-за стола и разбрелись по гостиной.

Староста с неуверенностью оглядел нашу колоритную парочку, покачал головой и сказал:

— Нет, всё было спокойно. Мне неловко об этом говорить, но кто, если не я? Пожалуйста, если вас не затруднит, покиньте деревню в ближайшее время. Мы ценим вашу помощь и благодарны за лечение, но времена сейчас такие… вы должны понимать.

Фер приветливо закивал, после чего заверил, что мы сегодня же поедем дальше, только лошадь купим и вещи соберём, а я вновь встретилась взглядом с мрачным мужчиной.

Прокашлявшись, тот встал из-за стола и пошёл на улицу, по дороге пробормотав что-то своему сыну.

Поспешно и мы со спутником встали и, ещё раз поблагодарив за обед и ванну, поднялись наверх, собрали вещи и поспешно покинули дом.

Под пристальными взглядами прошли сквозь деревню, по дороге купив для меня лошадь, и вышли за ворота.

Общая атмосфера была такой, что спрашивать ни о чём не хотелось. Было понятно: не ответят. Народ запуган, а мы чужаки.

— Эй! — окликнул нас кто-то. Я обернулась: к нам приближался знакомый мужчина. — Вы хотели узнать, что случилось перед пожаром. Светлые маги случились. Будьте осторожны, не связывайтесь с ними, и… спасибо за помощь.

Мужчина развернулся и пошёл обратно. Мы проводили его взглядом и, переглянувшись, сели на лошадей.

Этим ответом я почему-то осталась удовлетворена.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Поддержать авторов материально, помочь развивать команду, а также получить ранний доступ к главам вы можете в нашей группе в ВК.

----------------------------------------------------

Издательство: Империя Илин

Главный редактор: Андрей Гайда

----------------------------------------------------

Автор: Елена Омут

Редактор: Андрей Гайда

Вычитка: Чинь Ву Чиеу Ви

----------------------------------------------------

Художник: Fatuum Apery

Дизайн: Владимир Ким