Я очнулась в своём теле и подскочила, как от удара. В голове звенело. Меня подташнивало, а перед глазами всё плыло, двоилось. Запоздало накатила ужасная слабость, отчего пришлось навалиться на стену, чтобы устоять.

Меня ещё ни разу не выкидывало из чужого тела. И ощущение это было непередаваемо отвратительным. Конечно, ещё хуже было моё положение. Как оказалось, меня закрыли в клетке, намертво врезанной в стену. Да, такой приказ отдала я: решила не вызывать недоверия к своей временной личности — но теперь это играло против меня. Кто же знал, что я вернусь в тело так рано и при подобных обстоятельствах?

— Очнулась? — Не сразу я заметила светлого с кровоточащей ладонью. Он приник к стене, скрестив руки на груди, и выглядел более чем злым. — Будь готова, стерва, к хорошей жизни. Не стоило тебе со мной связываться. Гляди, что это у меня? — На его лице появилась жуткая улыбка.

С ужасом я заметила на чужом пальце своё кольцо. В тот же момент по телу прошла неприятная рябь. Глаза светлого округлились: он тоже ощутил это странное шевеление в воздухе.

Пыль взмыла вверх, затряслась земля, со всех сторон начал разноситься пугающий грохот.

Первый обломок сорвался с потолка, а за ним и второй, третий… Логово светлых рушилось, сверху летели камни, земля завалила сначала дальнюю сторону, а после секундной волной рухнула и на меня.

Светлый что-то крикнул, но его вопль потонул в гудящей темноте. Впрочем, как и крики детей, заваленных под грудой камней.

Удар по голове был тяжёлым, из лёгких выбило весь воздух, и всё погрузилось в черноту. И я плыла в ней, не в силах прийти в себя.

***

Очнулась в какой-то комнате. Она была похожа на ту, в которой мы ночевали с Фером. Возможно, я была в таверне. Тело ломило от боли, руки и ноги оказались крепко перевязаны, лицо стянула засохшая кровь. Словно куль картошки, я валялась на деревянном полу, во рту был кляп, и жутко хотелось пить. Долго не выходило понять, что происходит и почему. Воспоминания приходили постепенно. Понимание шло вслед за ними, отставая, будто бы давая насладиться незнанием. А после обрушивалось, лишая малейшей воли к жизни.

«Их завалило. Этих несчастных детей заживо похоронило под землёй. Темий… мёртв. Я всё потеряла. И это моя вина», — проносились мысли.

В горле застыл крик, но я удержала себя в руках.

В комнату зашёл мужчина. Чужая поступь отдавалась эхом от клубящихся в душе эмоций. Я вскинула голову и сразу же узнала его — тот самый светлый, который запихивал меня за решётку, угрожал мне и украл кольцо. Его рука была забинтована, да и сам он выглядел побито, словно только что участвовал в пьяной драке. На этом контрасте сверкающий алый камень на пальце выглядел более чем омерзительно. «Чёртово кольцо…»

— Проснулась, крыса? — спросил светлый. Я лишь молча смотрела на него. Внутри меня будто расходились трещины. — Повезло же только нам выжить, да? А ещё и так удачно: у меня — кольцо, у тебя — узор под глазом.

И всё моё душевное равновесие, будто карточный домик под порывом ветра, рассыпалось. Глаза намокли от слёз, зубы стиснули чёртов кляп. Плечи предательски задрожали и захотелось умереть.

***

На неопределённое время я стала рабыней в полном понимании этого слова. Шею стягивал ошейник, блокирующий магию, но и без него я была сжата в тиски словесными ограничениями. Покорно прислуживать и выполнять все команды, коими без конца разбрасывался мой новый хозяин, было невыносимо. Но, каким бы ужасным издевательством это ни было, это было лишь началом.

Мы двигались в столицу. Там меня должны были допросить и перепродать. Светлый, видимо, не планировал держать при себе такую яркую девушку, как я. Меня было выгоднее продать.

Впервые я пожалела, что на мне висит заклинание смены облика. Даже с ошейником оно не слетало и высасывало из меня силу, а женский облик делал возможными те кошмарные сценарии событий, которые не могли произойти, будь я мужчиной.

В поездке я хлебнула всякого унижения и ощутила на себе, что бывает с теми, кто находится в полной власти людей, жаждущих мести. Хозяин мстил, пытал и мучил. Он пытался вытянуть из меня информацию, пользуясь нашей связью, но ему этого так и не удалось, поэтому он сдался и перешёл к бессмысленному насилию и издевательствам.

Дальше дорога вспоминалась обрывками, будто бы часть меня заблокировала эти воспоминания. Сохранился лишь один яркий фрагмент, когда этот ублюдок в шкуре человека, забывшись, снял кольцо и я успела ему вмазать. Тогда я на миг ощутила свободу от сковывающей тело магии. После били уже меня. Но я не сожалела.

А после я оказалась в столице. Мне не провели экскурсию по самым известным заведениям или музеям, зато завели в такие тёмные уголки центра империи, о которых даже Ольгерт не знал. В одном из таких злачных мест, в холодном сыром подвале, за меня взялись с особым усердием. Я пыталась делать вид, что не знаю местного языка, но мой личный палач таких шуток не оценил.

Не помню, как и когда откусила свой язык. Не помню, как мне отрывали ногти, как опаливали огненной магией спину и живот. Не помню, как отвечала на своём родном языке на чужие вопросы. Я даже не помню сами вопросы.

У меня никого не осталось в этом мире. Я потеряла последнего человека и вместе с ним хоть какую-то надежду выбраться. И была отдана на волю светлых.

Постепенно, так того и не заметив, я осуществила свою цель. Я была всё равно что мертва. Сломлена и растоптана. Без цели жить и смысла жизни. В тот момент допросы сошли на нет.

Светлые сначала держали меня в подвале, будто домашнюю зверушку, изредка подкармливая. Это время тишины и покоя казалось таким счастливым, что я даже начала обживаться. Надеялась сгнить там за пару-тройку лет. Но моим амбициозным планам не суждено было сбыться.

В один тихий и спокойный день ко мне ворвалась толпа людей: стражники, девушки и какой-то слабенький светлый маг. Я позволила им вымыть и излечить своё тело. Исцеление было неполным, но раны затянулись, став уродливыми шрамами, и раздражающий меня безостановочный кашель сошёл на нет. Язык так и остался бесполезным обрубком, но я была рада, что он не отрос.

После всех процедур меня одели в прозрачные одежды, слегка подкрасили лицо, надушили духами. Я ждала получить бантик на голову, но до этого не дошло.

Затем меня завели в хорошо освещённое помещение и заперли в золотой клетке.

Очень быстро стало понятно, что моя роль изменилась. Я стала товаром. И не я одна — по ослепительному залу, который мог посоревноваться в убранстве с особняком Миров, были расставлены и другие клетки, а вокруг сновали аристократы в ярких масках. Обряженные, увешанные драгоценностями они были похожи на призраков из другого мира. А я была лишь птицей, которой оставалось только наблюдать за этим. Собственное тело ослабло, и я едва ли выглядела презентабельно. Больше всего хотелось вернуться в свой подвал и больше не видеть этого света: он обжигал кожу, ещё хуже было от чужих взглядов.

Тогда в моей голове роились только такие мысли: «Возможно, меня приобретут и будут держать как зверушку в каком-то поместье с целью разведения. К счастью, у меня не может быть детей, поэтому я не передам своё проклятье новым поколениям. И этих детей не будет ждать судьба хуже, чем у дворового пса. …Или же меня пустят на эксперименты, как однажды уже делали попы в тюрьме. А может, подарят в качестве служанки эпатажной аристократке. Последнее было бы для меня лучшим исходом. И наименее возможным…»

Иногда к клетке подходили сальные мужчины с пошлыми взглядами. Реже — женатые парочки или старики. Глядя на меня как на мясо на прилавке, они буднично обсуждали мой внешний вид и цену, прикидывали, кто же меня купит, и параллельно говорили о своих делах и погоде.

Но два человека выделились из этой выборки, словно бриллианты посреди гранитной крошки. Это были две девушки. Они подходили неторопливо, будто подплывали, по-доброму общаясь между собой. На миг я надеялась заметить в их лицах сострадание или печаль, но лучше бы я даже не думала что-то искать.

Старшая, со старыми глазами и молодым лицом, излучала такую мощь и элегантность, что у меня аж сердце ускорилось. Она была высокой, с кудрявыми чёрными волосами и такими же чёрными глазами; одетая в белое элегантное платье, расшитое узорами из сияющих драгоценных камней. Её маска закрывала пол-лица и направляла взгляд на алые губы. Она была невообразимо красива, но её красота ужасала. С ней было что-то не так. И я чувствовала это всем своим нутром.

Вторая же девушка носила одежду, больше похожую на мужскую, с характерной, совершенно невычурной маской. Её золотые волосы были собраны в пучок. От неё не исходило той жуткой силы, но взгляд красных глаз был полон настоящего безумия. Я хорошо знала этот взгляд. У Ольгерта был точно такой же, когда он случайно замечал своё отражение.

— Так это… она? — спросила блондинка, разглядывая меня.

— Да, моя личная головная боль, — недобро ухмыльнулась брюнетка. — Мои люди так и не смогли из неё ничего выпытать. Жаль, что у меня не оказалось времени этим заняться.

— Эта простушка, наверное, с самого начала ничего не знала. Она, должно быть, слепо ринулась спасать своего хозяина — и не спасла.

— Ты так на неё смотришь… Если хочешь, я отменю торги и отдам её тебе. Хочешь? Мне кажется, она в твоём вкусе, — предложила брюнетка.

— У меня нет ни малейшего желания объясняться перед семьёй. Эта безвольная кукла того не стоит. Ни характера, ни стержня, и моего общества не переживёт, — покачала головой блондинка и взяла под руку свою подругу. — Да и для меня всё равно нет никого, кроме вас и вашей красоты.

— Нет так нет, как пожелаешь, — улыбнулась брюнетка. Кажется, её обрадовал ответ блондинки. — И всё же интересно, что стало с… — голоса потонули в изысканной мелодии, девушки растворились в толпе, будто бы их никогда и не было. Я проводила исчезающие силуэты взглядом, стараясь не думать, не вспоминать, не связывать события. Едва пойманное равновесие души вновь пошатнулось. Я вновь вспомнила обвал. И вновь потеряла себя.

***

Меня продали какому-то упитанному мужичку. Перстень налез ему лишь на мизинец, но он был очень горд своим приобретением. Пока мужчина вытаскивал мою окаменевшую тушку из клетки, его поздравляли, ему хлопали. Окружающие предлагали ему опробовать силу кольца, и мой новый хозяин приказал мне упасть на колени и склониться к его ногам. Заливистый смех и шутки сменяли друг друга, пока я целовала чужую руку не в силах сопротивляться метке. Вскоре, правда, новому хозяину надоели повышающиеся запросы публики, поэтому он объявил о своём уходе и, потянув меня за собой, пошёл на выход.

Я ступала босыми ногами вначале по холодному полу, а после по мелким камням уличной дороги. Ветер путал волосы, странная прозрачная накидка развивалась в разные стороны, а хозяин торопился в свою карету.

В дороге, обратив своё внимание на мою немоту, новый владелец сильно расстроился — я получила по лицу. Потом он решил вздремнуть и приказал мне сидеть молча. Эта шутка показалась ему смешной.

И вот я вновь выезжала из столицы. В этот раз в противоположную от границы сторону.

***

Вечерело. Мы тряслись в повозке, хозяин храпел, я же сидела, сжавшись в комок, и смотрела в пустоту. Мыслей не было, только раздражающая усталость.

Внезапно карета качнулась и затормозила. От толчка я влетела в ноги хозяина. Он откашлялся и проснулся.

— Что такое?! — закричал он и оттолкнул меня от своих ног.

На улице раздался крик, одновременно с этим по телу побежали мурашки от чужой силы, которая расползалась где-то неподалёку. Хозяин напрягся и приказал мне:

— Выйди и узнай, что там творится, а потом доложи мне!

Внутри всё дрожало от страха перед этой силой, от которой меня отделяла лишь дверца кареты. В отчаянии я открыла рот, продемонстрировав обрубок языка. Хозяин понял меня правильно — поморщился и поднялся.

— Бесполезная! — выплюнул он и хлопнул дверью. Я выдохнула от облегчения.

Вновь раздался крик. На этот раз кричал хозяин. Тело само собой подскочило, оно желало защитить своего господина, но ещё секунда — и оковы связи распались.

Дрожащими руками я открыла противоположную дверь от той, из которой вышел бывший хозяин. Выпрыгнула на улицу и побежала, не глядя куда, лишь бы подальше оттуда.

В ноги впивались камни, ветки рвали накидку, а я бежала от чужой силы, вырывала эти мгновения свободы. Перед глазами всё расплывалось, я задыхалась от страха: эта сила меня преследовала. Она была всё ближе, и я боялась обернуться, мечтала лишь о том, чтобы исчезнуть. Звуков не существовало, было только моё сбитое дыхание и стук бьющегося сердца.

Вильнула в густую чащу — и ногу обожгло болью. Потеряв равновесие, я полетела вперёд и зажмурилась в ожидании боли.

Теплота накрыла плечи и прижала к себе. Я билась в этом коконе из тепла и вибраций, но он сжимал меня всё сильней и сильней.

— Тише… Тише… — едва доносилась ласковая просьба.

Тепло и боль, нежность и ужас — всё смешалось воедино. Глаза намокли от слёз. Я громко завыла, так и не открыв глаз.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Поддержать авторов материально, помочь развивать команду, а также получить ранний доступ к главам вы можете в нашей группе в ВК.

----------------------------------------------------

Издательство: Империя Илин

Главный редактор: Андрей Гайда

----------------------------------------------------

Автор: Елена Омут

Редактор: Андрей Гайда

Вычитка: Чинь Ву Чиеу Ви

----------------------------------------------------

Художник: Fatuum Apery

Дизайн: Владимир Ким