Неудобное огромное тело, крики людей, звон цепей и одурманивающий запах еды. Рот наполнился слюной, а тело само потянулось вперёд. Внутри всё клокотало от этого болезненного ощущения неутолимого голода и дразнящего запаха. Сердце быстро и громко билось в груди, накатывала тошнота, и было до безобразного понятно, что грядущая трапеза может стать последней, потому как моё тело было слабо и уже сходило с ума. Руки сами тянулись к горлу, будто бы в попытках оторвать ошейник, если не задушить себя в тщетной попытке прекратить пытку. Ноги тянули и тянули вперёд, врываясь в податливую землю, будто она была из теста. А впереди мельтешили они. Мои чудесные аппетитные ягнята. Только руку протяни — и голод будет утолён. А над ними, над этими кусками мяса, другие, и больше, и вкуснее.

Я вскинула голову, утопая в криках своей добычи. И меня сводило с ума то, какими же вкусными мне казались люди. Сотни людей, до которых можно дотянуться и утолить свой неисчерпаемый голод. Но они там, на стене, сидят в своих удобных креслах, наблюдают за шоу, а я здесь, внизу, где моя жалкая скудная еда уже жмётся к стеночке и жалобно зовёт маму. Пока меня ещё сдерживали цепи, я могла рассмотреть их, доступных мне в ближайшем будущем мясных деликатесов. Десятки мужчин и несколько женщин. Специально для этого дела приодетые и умытые.

«Прямо как и я в тот день», — мелькнуло в голове.

Воспоминания немного отрезвили, и я наконец поняла, до конца осознала, для чего же меня разбудили служители бога.

«Если я сожру хоть одного из этих людей, то застряну в теле великого святого до следующего такого пробуждения. А после за ним пойдут новые и новые, подпитывая ту магию, что держит меня в этом извращённом плену. Нет, если я сорвусь, если вкушу восхитительного мяса этих несчастных, то никогда не разорву связь. И я не уверена, что мне хватит сил противостоять этому соблазну, несмотря на то, что передо мной живые люди, убивать которых претит моей душе. Поэтому нужно сделать хоть что-то…»

— Они… не… виноваты… — едва различимо просипела я.

Реакции на мои слова не было, даже застывшие на арене приговорённые почти не переменились в лице.

Звон разорванной цепи — и облегчение от ощущения свободы смешалось с отчаянием. Мне было необходимо поесть, и этот голод перекрикивал разум. И тело неслось вперёд, несмотря на моё сопротивление. Будто моё «Я» было лишь наблюдателем, а не участником этого омерзительного пира. Ягнята сами лезли, просились в рот. Им словно хотелось наполнить собой мой желудок.

Схватила кого-то, а внутри кричу от того ощущения хрупкости в своей ладони. Сил бороться с чем-то диким, живущим в этом теле, совсем не было. Как в теле Ольгерта, так и в этом сидело нечто, что было в разы сильнее меня. Голова кружилась от жара, аппетитного человеческого жара. Я вдохнула полной грудью этот дьявольский запах. Слюни стекали по подбородку. Я сама себя держала за руку, не позволяя сжать хрупкое существо, которое билось в ладони, и смотрела. Во все глаза смотрела на рыдающую, вырывающуюся женщину. Старалась не дышать, контролировать тело, сконцентрироваться на живом человеке… на её человечности, на её страданиях. Пыталась найти в ней себя, ничтожную, так же зажатую большей силой, чем являюсь я сама. На мгновение даже померещилось моё прежнее тело, кричащее о пощаде, — и голод немного отступил.

«Теперь нас двое. Ты и я, дорогая. А это уже больше, чем мы могли надеяться. И неважно, насколько ты плохой человек. Это уже не имеет значения».

Медленно опустила руку, дрожа от голода и ненависти к тем, кто изобрёл эту казнь. Разжала кулак. Холод пронизывал тело, а то жуткое, что клубилось внутри, рвалось наружу, боролось за жизнь.

Я резко подорвалась к стене и с силой ударила кулаком о каменные плиты. А потом ещё и ещё. Словно изгоняла это чудовище, первобытного зверя, желающего расправиться со всем живым. Пыталась уничтожить это, пока оно не поглотило меня.

Камень податливо крошился. Я падала и вновь вставала. Ноги едва держали меня. Зажала руками нос, оттолкнулась ногами и ударилась в стену. И так раз за разом. Я успела пробить дыру в стене раньше, чем в тело прилетела магия.

Ноги несли меня с арены, переполненной людьми. Я кричала что-то бессвязное, рвалась вперёд на свою погибель. Магия ударила в спину жарким огнём, из-за чего я потеряла равновесие и покатилась по парку, сминая в грязь цветы и деревья, скамейки и лужайки. Тело больше не регенерировало. Новый удар огня, а затем фиолетового, дико пляшущего электричества обрушился сверху, но я успела различить хмурое небо, запах смятой травы и услышать где-то глубоко внутри себя чужой голос:

— Спасибо, Ольгерт.

А после моя связь с телом растворилась.

***

Я очнулась в стоге сена. Мутило, невыносимо хотелось есть. Но, помимо голода, в этот раз ко мне вернулось нечто более важное. Оно растекалось огненными потоками внутри тела, резонировало с привычной мне пустотой и заполняло её. От удовольствия я прикрыла глаза. Магия. Наконец она вернулась. Я так её хотела, так нуждалась в ней всё это время, и теперь она со мной. Неидеальная, даже скудная по меркам этого мира… но моя.

«Только почему же мне так тяжело? Почему нестерпимо хочется плакать? Почему нет сил подняться, продолжить идти к своей цели? Почему я, победив, всё ещё чувствую себя такой неудачницей и хочу сжаться в комочек, сделать вид, что меня не существует, и просто исчезнуть?»

Изо рта вырвался сдавленный выдох, едва не превратившись в обречённый стон. Я старалась не думать, забыть всё, что видела и чувствовала сегодня. Впереди было слишком много дел.

Вывалившись из сена, отряхнулась, закрыла переполненную шкатулку собственных чувств и побежала вниз, по дороге сняв со стены декоративное копье с длинным острым наконечником. Именно им я следующий час тыкала в полумёртвых монстров, добивая их. Главная битва уже успела закончиться, и теперь настало время подсчёта потерь мирного населения. С огорчением я замечала трупы женщин, детей, скота. Смерть не обошла и наших людей. Более того, погибли и мои недоученики. Не все, конечно. Полёг аристократ, кучер и бородач. Первый умер, упав с лестницы, остальные же, судя по следам на телах, пали в бою. Раненых тоже было много. Их массово сносили в церковь, где трудился Люциус. Пару раз я видела, как изрядно потрёпанный и заплаканный Димитрий на пару с Касом тащат тела внутрь наравне с другими.

Слёз и слов разочарования, обиды, отчаяния звучало много. Кто-то горевал по потерянным близким, другие сетовали на судьбу, но, как всегда, большинство винило во всех грехах нас. Особенно всё усугубилось, когда вскрылась смерть старосты и его жены. В этом всём я была лишь наблюдателем, не лезла, не говорила лишнего, просто слушала и делала свою работу.

— Они пришли помочь нам. Если бы их не было, вы бы не сетовали на судьбу, а лежали в братской могиле, глупцы, — одёрнул бушующих людей мой новый знакомый, тот мужик, лихо орудовавший топором. Его борода растрепалась, впрочем, как и тёмные волосы. Плечо его было криво перебинтовано и постепенно окрашивалось в алый. Авторитет мужчины, судя по всему, был велик: после его слов люди замолкли.

Сносить тела монстров в общий костёр было тяжко. Хотелось воспользоваться своими новыми силами, но я не рискнула. Боялась, что кто-то заметит. Хотя в этой суматохе вряд ли бы хоть кто-то различил мою ничтожную магию. Тем не менее мне казалось, что с каждым убийством монстров капля за каплей она немного росла. Однако это не шло ни в какое сравнение с той силой, которую я очень хорошо чувствовала от Люциуса и тех немногих магов-аристократов, орудовавших ей. Теперь она ощущалась многограннее, но лишь потому, что силы в воздух эти ребята выбросили немерено.

Вечером женщины приготовили жареные лепёшки с мясом и накормили всех: богатых и бедных, раненых и целых. Чувство голода вызывало тошноту, но и есть не хотелось. Впрочем, не мне одной.

Ночью прошли выборы нового старосты, в которых, что было удивительно для меня, выиграл мой знакомый бородач. За должность боролись ещё три человека, однако большинство поддержало своего героя. Мужчина толкнул душевную, но короткую речь и отклонялся, ссылаясь на ворох дел. Людей не огорчил такой расклад. Уставшие и измученные они лишь покивали и разошлись, доверяясь новому вожаку.

Когда я хотела было пройти на свой чердак, новый староста, который засел на первом этаже в груде бумаг, вскинул голову и подозвал меня. Было странно видеть такую ответственность, ведь он тоже мог потерять своих близких сегодня. Тем не менее мужчина был занят бумагами. Чужими бумагами в чужом доме.

— Вот мы и снова встретились, Ольгерт. — Бородач отложил документ.

— Спасибо, что помогли мне выжить сегодня, — сказала я и склонила голову.

— Свои должны помогать друг другу, — кивнул в ответ он.

Сначала я не поняла, что это за «свои», но после до меня дошло. Я вытаращила глаза, изучая сидящего передо мной мужчину. Сердце сначала забилось от испуга, а потом успокоилось.

— Вы…

Он прижал указательный палец к губам, и я кивнула, понимая его намёк.

— Я могу чем-то помочь? — спросила я.

— Я бы многое хотел узнать, но начну с насущного. Зачем в это богом забытое место прибыл герой?

— Как символ победы?.. — произнесла я.

Собеседник покачал головой и сказал:

— Странная штука — судьба. В любом случае хорошо, что я нашёл ту деревню и никто не пострадал.

— А зачем вы вообще туда ходили?

— Услышал молву про разбойников и вспомнил старого друга. — Бородач глянул в окно. — Как же я удивился, когда обнаружил там гнездо. Я не до конца уверен, что деревня — его центр. Возможно, там рядом есть пролом в стене, а твари просто пригрелись в покинутых домах.

После этого мы ещё долго общались друг с другом. Я делилась знаниями, которые подслушала, рассказала о своём способе скрыть магию и даже некоторые детали из прошлого Ольгерта. И это было бы самым глупым поступком в моей жизни, если бы не одно но: бородатый мужчина был таким же тёмным магом. А в обществе тёмных не принято на прямые вопросы отвечать откровенной ложью. Замалчивать, юлить, отвлекать от темы ещё можно, но тёмные маги друг другу как братья. Каждый держится за другого и присматривает за ним. Это негласное правило всплыло в моей голове спонтанно и так чётко, что стало страшно… Страшно неловко, ведь всё время в этом мире я посвятила мыслям о светлых магах, совсем не думая о тёмных. Но я была этим самым тёмным, а сейчас ещё и с силами, которые так хотелось опробовать. И рядом оказался человек, который во всём этом разбирается. Он мог бы стать моим союзником, той самой опорой, которой я бы открылась больше, чем кому-либо. Мне нравилось это чувство принадлежности к какой-то группе людей, которые видят мою магию и никогда о ней не скажут. Никому.

Мой новый друг не только брал, но и делился знаниями, стоило мне о чём-то спросить. А вопросы были. «Сколько тёмных здесь? Как снять метку? Как выживать, скрывая свою силу? Как улучшить навыки? Как не поддаваться кровожадной части себя?» И теперь я знала ответы на эти вопросы. Не на все, не всегда ответ был дельным, но знала то немногое, о чём был в курсе мой собеседник.

Люциус этой ночью так и не пришёл. Да и новый староста ближе к рассвету удалился к себе. В доме всё ещё пахло кровью и, хоть тела и вынесли, генеральной уборкой никто не занимался. Мне тоже не стоило прикасаться к чужим вещам, поэтому я решила просто вернуться к себе на чердак, закутаться в плащ Мора и немного поспать.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Поддержать авторов материально, помочь развивать команду, а также получить ранний доступ к главам вы можете в нашей группе в ВК.

----------------------------------------------------

Издательство: Империя Илин

Главный редактор: Андрей Гайда

----------------------------------------------------

Автор: Елена Омут

Редактор: Андрей Гайда

Вычитка: Чинь Ву Чиеу Ви

----------------------------------------------------

Художник: Fatuum Apery

Дизайн: Владимир Ким