Внутри меня поднялась волна злости. Руки сами собой сжались в кулаки, а на лице едва не появился оскал. Хотелось голыми руками забить насмерть этого зарвавшегося щенка…

«Что?..» — Я застыла, приходя в себя.

Кас пробежал мимо и скрылся между деревьев. Опустила пустой взгляд на всё ещё сжатые кулаки и проморгалась, стряхивая наваждение.

— Он говорил не про тебя, Оль, успокойся. Что это за агрессия такая? — тихо-тихо пробормотала я себе под нос. Тогда чернота внутри отступила, оставляя какую-то неприятную горечь. Я пару раз глубоко вдохнула воздух, а затем побежала за учениками. Решила больше к себе прислушиваться и продолжать пресекать эти чужеродные порывы на корню.

После бега Кас был никаким, впрочем, Димитрий тоже. Я попыталась заставить их сделать что-то ещё, но Люциус объявил ранний сбор и всё пришлось свернуть. Тяжёлые мысли преследовали меня до раннего вечера, как бы я ни старалась их отогнать. Но мы наконец прибыли в деревню. Это было небольшое поселение, домов на двадцать, огороженное массивным забором из цельных стволов местных «берёз». На главной площади стояла скромная церквушка и самый крупный домик. Его тучный немолодой хозяин первым вышел встречать Люциуса. Он пожал герою руку и, по-доброму улыбаясь, благодарил, что мы приехали. Видимо, мужчина был здесь за главного.

Спрятав волосами метку, я выпрыгнула из тележки и скользнула в толпу. Местные не стремились начинать разговор, лишь затравленно глядели то на крепких парней, приватизированных Мором, то на хилых ребят, одним чудом не оказавшихся в моей команде.

Вскоре Люциус приказал всем нашим выстроиться и попросил главу поселения о временном размещении. Я юркнула в тень деревьев, пока все строились, чтобы не привлекать к себе внимания: оно опасно. Пусть лучше слух об Ольгерте расползётся со временем сам, а там я уже покину это место. Народ засуетился, но было ясно, что никто не горит желанием пригреть у себя под боком чужаков. Я любовалась за всем со стороны, не надеясь ни на какое жильё, а тем временем местный глава уже сам вызвался взять нескольких человек к себе под бок.

— Если вы не возражаете, господин Люциус, вас я бы пригласил к себе первым… — скромно добавил пожилой мужчина в конце.

Я оценила хитрость: если самый сильный будет в стенах твоего дома, то и шанс уцелеть, случись что, становится намного больше.

— Боюсь, это будет возможно лишь в том случае, если мои люди тоже будут находиться под крышами. Я не имею права отсиживаться в тепле, пока они мёрзнут на улице, — ответил герой.

— Не волнуйтесь, мы народ скромный, но дружелюбный — всем место найдём. — И посмотрел на деревенских. — Я же прав? Все вместе мы сможем защитить деревню.

— …И больше всего я беспокоюсь за одного особенного соратника, по воле судьбы оказавшегося здесь с нами и решившего искупить свои грехи поездкой на границу. — От слов Люциуса по спине пробежали мурашки, и я в мыслях выругалась: «Ох, чёрт…» — Защитой мирного населения, восстановлением стены и уничтожением монстров, которые добрались сюда, он желает показать свою искренность, поэтому, прошу, не притесняйте его за то, кем он когда-то был.

— О ком же вы говорите, господин Люциус? — поинтересовался староста. Он продолжал миролюбиво улыбаться, ещё не до конца понимая, какую свинью ему подложили. Мне же хотелось под землю провалиться.

— Ольгерт, подойди сюда, — обернувшись прямо на меня, попросил Мор. Я вздрогнула, осознав, что он ни на секунду не терял меня из своего поля зрения.

Стоило этому имени слететь с уст героя, как послышались сдавленные охи. А когда я на негнущихся ногах вышла к Люциусу, шум стал почти невыносимым. Он сковывал тело, отчего я забывала, как дышать. Подстава была подобна пощёчине, а с каким дружелюбием и благородным акцентом Мор её преподнёс! И ведь по правилам приличия я должна его за это поблагодарить, если хочу казаться в его глазах хорошей.

Резко ужас сменился распирающим наружу смехом. Фарс этой сцены был похож на неудачную комедию, в центре которой я по какой-то нелепости оказалась. Идея, около гениальная, родилась почти мгновенно, а условия для её реализации сейчас были более чем отличными. Улыбнувшись Мору самой ангельской улыбкой из всех, я обратилась к народу, жаждущему меня убить.

— Добрый вечер, дорогие друзья! — начала я.

— Мы тебе не друзья, шваль! — раздалось в ответ из толпы.

Но это было неважно. Полная боли улыбка тронула мои губы.

— Я очень смущён словами героя, но он, как никто, прав. Судьба даровала мне новую жизнь, способ искупить все те грехи, которые были мной совершены в прошлом. И не уменьшает моей вины то, что действовал я под контролем злых сил, ведь люди погибали прямо у меня на глазах! — И потекли притворные слёзы: их теперь стало так просто вызвать. Хорошую же идею мне подал Мор, когда не поверил в искренность. Кто-то охнул, но народ ещё не начал мне доверять. — Но бог, наш великий бог, дал мне второй шанс, чтобы я смог искупить вину и начать заново! И господин Люциус Мор пообещал всецело мне в этом помогать, поэтому будет справедливо, если я поселюсь вместе с ним в доме старосты. Ведь он поверил в меня! Прошу вас, поверьте и вы тоже! — Прижала руки к сердцу. — Вы должны знать правду, с которой мне было невыносимо тяжело смириться, а тяжелей всего было показать её вам. Господин Люциус Мор защищает меня, потому что я не убивал тех людей, ведь в моё тело злобные тёмные маги поместили демона! Вы думаете, я хотел стать тёмным магом? Я, истово верующий в нашего милосердного бога?! — Я всплеснула руками. — Этот грязный демон обрёл полный контроль над телом, а мне оставалось лишь наблюдать за всеми бесчинствами, которые он творил. — Я опустила голову, понизила голос и сцепила собственные плечи напряжёнными пальцами. — Это страшно… Страшно видеть, как люди сгорают заживо, как рушатся дома и чужие судьбы… и не иметь возможности даже пальцем пошевелить! — вскинулась я, заглядывая в глаза людям в толпе, а затем опустила руки и расправила плечи. Речь стала ровной, уверенной. — Поэтому сейчас, будучи свободным от демона, которого уничтожил великий святой, я сделаю всё, чтобы помочь всем вам! Спасибо, что выслушали. Мне стало намного лучше. И я пойму, если вы, даже после моего признания, не поверите моим словам, словам злодея. Но поверьте своему сердцу: разум может быть затуманен, однако сердце никогда не ошибётся. Поверьте мне и доверьтесь, как это сделал герой. Большего я не смею просить. — Я закончила свою громкую речь неглубоким поклоном, на манер людей востока, и оперативно скрылась быстрым шагом, оставляя людей обдумать полученную информацию.

Сзади раздавался гомон. По дороге от эпицентра своего хулиганства поймала полный непонимания взгляд Каса и подмигнула парню в ответ. Я решила занять в доме главы деревни чердак, а потому поспешила туда.

Прошлый мир хорошо научил меня тому, что нельзя верить людям, которые просят довериться сердцу, а не разуму. Интересно, а эти деревенские тоже обучены этому? На всякий случай у меня есть ещё пара слёзных историй про издевательства, смерть отца Ольгерта и другие. А ещё я явно разозлила своим шоу Люциуса. Даже не так. Я его знатно так подставила.

— Давно нужно было это сделать, — хихикнула я себе под нос, пока собирала подушки и одеяла из подготовленных для гостей комнат.

Было жаль, что эта гениальная идея не пришла в мою голову раньше. В мою пользу играла и порка, и спасение людей. А ещё смерть того бедолаги от пыток можно было бы обернуть в свою пользу, если вдруг выпадет такая возможность. Хотя, видит местный бог, играть в эти игры мне совершенно не хотелось, и не я их начала.

— Слышишь, ангел?! Не я! — пробурчала я, забираясь по кривой лестнице на чердак.

Я свалила найденные вещи на старый каркас от кровати, который сейчас, видимо, использовался для сушки лука: под ним повсюду валялась шелуха. Вместо матраса бросила сложенные в стороне доски и накрыла всё это дело одеялами: всё лучше, чем на полу спать. Бочонки со всякими запасами не трогала, ограничилась перестановкой кровати к единственному окну. Соседство с пауками меня совершенно не смущало, а помещение чердака было настолько просторным и безопасным, что я даже наконец ощутила, как уходит напряжение, не покидавшее меня ни на секунду в этом походе.

Вид из окна был отличным — он позволил мне понаблюдать за тем, куда отвозят повозки и по каким направлениям расходятся люди. Конечно, больше всего меня интересовал Мор, к счастью, героя в толпе было различить легче всего: его макушка единственная отражала закатное солнце, впрочем, даже если бы он снял свой шлем, ничего бы не изменилось. Вскоре мужчина скрылся в доме вместе с главой, и теперь мне оставалось лишь прислушиваться к тому, что происходит в доме. С одной стороны, нужно было спуститься вниз ко всем, а с другой — мне ещё свои вещи сюда переносить. И нарываться на Люциуса было страшно: мою подставу он мог и не стерпеть, так что нужно было хотя бы выждать немного, а после вести себя как пай-девочка.

Очень быстро стемнело. Желудок заурчал от голода, а с нижних этажей пополз насыщенный аромат ужина. На удивление за окном почти не зажигали фонари, да и берёзы, которые светились в лесу, в срубленном виде совершенно не излучали света. Было странно, что люди почти не используют природу для облегчения своей жизни. Но, возможно, я просто чего-то не знала.

Подождав ещё немного, пока людей не станет совсем мало, я открыла окно, поискала пути отступления и, обнаружив один, спустилась вниз по дереву. Спрыгнув на пыльную землю, я огляделась по сторонам. Из окон лился золотой свет. Староста деревни рассказывал о передрягах, которые навалились на местных, Люциус иногда хмыкал. Чтобы подольше послушать, я даже облокотилась о стену дома и скрестила руки на груди, внимательно ловя каждое слово. Но ничего интересного не было: стая рогатых волков, хоть и в меньшем количестве, чем было у нас, разорвала пять деревенских сутки назад, а за день до этого напал какой-то неопознанный монстр. Ну и, как всегда, их тревожили бандиты. Но всё это, по словам старосты, было лишь немного сложнее, чем в будни. Я себе мысленно задала вопрос, зачем же мы им нужны, если местные справляются со всеми напастями сами. И тут староста на него ответил.

— Неподалёку мы нашли их гнездо в заброшенной деревне. Из него вырвались монстры. Мы не знаем, как его закрыть, да и подойти туда сродни самоубийству, поэтому нам нужны вы, господин Люциус. И люди, которые помогут восстановить разруху, учинённую монстрами. Большего не прошу.

«Гнездо в брошенной деревне?» — удивилась я.

В памяти Ольгерта хранилось воспоминание об одной пограничной деревне, пострадавшей десяток лет назад от какой-то эпидемии. В голове мелькнуло воспоминание тела: за семейным ужином родители спорят о целесообразности поджога полусотни людей. Мать была против этого жестокого метода, но отец настаивал на том, что если магия не может исцелить болезнь, то деревенские умрут с ещё большими муками, чем от сгорания заживо. Михаэль, как старший сын, высказался тогда, что было бы лучше, если бы мы нашли причину эпидемии, не дали ей повториться и отыскали способ излечить людей без магии. Родители были растроганы словами старшего, а Ольгерта больше волновало, что же болезненнее — сгореть заживо или мучиться от неизвестной болезни.

Меня вернуло обратно в реальность. Стало тошно от чужих воспоминаний и от того, с какой лёгкостью люди в этом мире принимают и описывают жестокую смерть. Ладно Ольгерт: с ним всё понятно, но родители зачем говорят об этом за едой?

— Значит, людей в итоге сожгли, деревню бросили, а теперь выясняется, что там разрослось гнездо монстров. Замечательно. Просто великолепно, — подытожила вслух я.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Поддержать авторов материально, помочь развивать команду, а также получить ранний доступ к главам вы можете в нашей группе в ВК.

----------------------------------------------------

Издательство: Империя Илин

Главный редактор: Андрей Гайда

----------------------------------------------------

Автор: Елена Омут

Редактор: Андрей Гайда

Вычитка: Чинь Ву Чиеу Ви

----------------------------------------------------

Художник: Fatuum Apery

Дизайн: Владимир Ким