Я вышел из разрушенного дома. Тяжёлые тучи покрывали небо, а ледяной ветер хлёстко бил в лицо. Руки ещё помнили тепло Ольги. Я с любовью оборудовал для её удобства подвал и подготовил лучшего охранника. Он точно не выпустит её наружу, а она не посмеет применить к нему силу. Одно лишь жаль: этот охранник — не я.

Всё внутри меня желало остаться с ней, но, как и раньше, я жёстко пресекал порывы забрать её и скрыться в неизвестном направлении.

Я не собирался мириться с судьбой, подстраиваться под неё, а Ольга даже не колебалась. Казалось, она с самого начала приняла свою судьбу.

«Разве Ольга не понимает, что она сможет жить и без меня, а я без неё — нет? Кто у меня останется? Её друзья? Перебитые светлые из церкви, которых я считал братьями и сёстрами? Или, может быть, тёмные маги, которые меня просто терпят?»

Я потёр шею. Метка больше не грела: моя магия поглотила её без остатка. Пальцы сжались, рефлекторно царапая шею, а внутри забурлила злость. Пробрался бы сейчас кто в мою голову и узнал, что я расстроен из-за отсутствия метки, по меньшей мере удивился бы. Но никому моя голова была не нужна, никто не читал моих неправильных мыслей, каких не должно быть у героя.

«Да, точно, я всё ещё герой этой чёртовой истории. Поэтому, как настоящий герой, я и дальше буду идти по пути света и сделаю — как считает Ольга — невозможное: убью Морану своими руками. Если не получится… по крайней мере, Ольга всё равно останется жива. Мне хватит и этого. "Герой пал смертью храбрых", — скажет император под хор голосов. И возможно, я разобью ей сердце, как сделала она сама в тот день, когда рассказала о своём плане».

По воздуху прошла еле заметная вибрация. Рядом, скинув капюшон, замер Ильяс. Под глазами у принца залегли тёмные круги; нос, щёки и уши его покраснели от холода, но чужие губы всё равно украшала улыбка. Она меня злила.

— Прохладно, не находишь? — спросил я спокойно, даже лица не потеряв.

Ильяс хмыкнул:

— Дальше будет только жара, так что наслаждайся мирной прохладой под светлым небом: скоро затоскуешь по этим убогим пейзажам.

Вторя словам мужчины, с неба посыпался снег.

— Если это говоришь ты, у меня нет причин не верить, — ответил я, прикрыв глаза.

За поездку я успел изрядно утомиться от собственных мыслей, но не мог заставить себя и шага ступить от заветного дома: ноги будто приросли к земле.

— Повезло, что старик ещё жив: лучше проводника по Мёртвым землям не сыщешь. В отличие от меня он хотя бы знает, куда идти. — Ильяс замолк на пару мгновений и чуть серьёзней уточнил: — Она всё ещё спит? Или уже успела наброситься на тебя с криками? — Парень ненавязчиво разминал мышцы, пытаясь взбодриться и выглядеть расслабленно. Возможно, он испытывал вину.

— Я несколько раз поил её тем отваром. Катиба действительно мастер зелий, — без энтузиазма ответил я, всё ещё помня, как в полубреду Ольга бормотала моё имя.

— Жаль. — Принц отвернулся и перекинул в пальцах спицу. Мне не было видно его лица, поэтому я мог лишь предполагать: казалось, он говорит очень искренне. — Я до конца надеялся, что ты передумаешь и мы не будем рисковать.

— Это говорит мне тот, кто первым делом отправил свою девушку в безопасное место, хотя она могла внести существенный вклад в битву, — ответил я.

Ильяс вздрогнул, и его оружие полетело в сугроб. Он опустился на корточки и заворчал, вороша руками снег:

— Кто знал, что женщина, работающая лишь за деньги, внезапно начнёт выступать за идею?! Она — моя слабость, и я это признаю. И твою слабость я тоже уважаю, но своя шкура же ближе, понимаешь?

Я понимал. По этой причине принц не стал оставлять Ханин здесь, ведь, где бы я ни спрятал Ольгу, рядом с ней всё равно было опасно.

***

Мы пересекали снежные просторы быстрыми прыжками. Чтобы принц не сбился с ног, я подпитывал его своей силой и давал передохнуть, понимая, что возможности Ильяса не безграничны и он уже преодолел слишком большое расстояние. А ведь мы только начали и главное испытание ждало впереди.

Граница встречала немым холодом. В прошлые разы, когда я заходил чуть глубже, чем следовало, по спине пробегали мурашки. Даже имея регенерацию, подобную моей, мчаться в глубины этого зловещего места не было никакого желания.

Чуть помешкав, мы вновь перенеслись вперёд, и пейзаж переменился. Принц старался перемещаться как можно быстрее, не задерживаясь ни на секунду, но я успевал всё рассмотреть: вечно гниющая трава; болота, кишащие живыми тварями; белые деревья, стволы которых покрывают чёрные глаза, следящие за каждым движением; паутина, закрывающая верхушки деревьев и зимнее небо.

Холодная летом, зимой эта земля становилась теплее прочей, будто сопротивляясь мировому порядку. В памяти всплывали рассказы Ольги о местных монстрах. В прошлый раз нам почти не пригодились её знания, но сейчас всё обстояло иначе. И если мы пролетели всё это на огромных скоростях, то остальным пришлось идти пешком.

Наконец, мы остановились. Ильяс медленно осел на землю и распластался, тяжело дыша. С него лился пот, будто тот пробежал через весь императорский дворец.

Я присел рядом и влил в него ещё немного своей силы, а затем стал с интересом рассматривать место привала. Наш лагерь напоминал последний оплот человечества. Маленький, он едва вырывался из темноты мёртвых деревьев и жутких туманов, присущих низменностям.

Я выпустил в воздух сияющие шарики, чтобы хоть немного улучшить обстановку. Впрочем, при дополнительном свете уродливые пейзажи лучше не становились — наоборот, стало даже яснее, что лагерь мы поставили на бывшем кладбище и место совсем недружелюбно к гостям. Осколки каменных плит с выбитыми на них именами прижимало к себе огромное раскидистое дерево, образуя холм. В его подножии стояло несколько шатров, окружённых факелами на длинных корягах, что наспех прикопали в землю. Вдали, как и до этого, виднелись полупрозрачные тени, а единственную тропу, ведущую вперёд, разрезала странная зеркальная поверхность, которая то и дело рябила. Зато хотя бы туман отступил.

К нам вышел Исках и пожал мне руку. Он выглядел собрано и, кажется, даже помолодел, как будто место, которому он отдал свои юные годы, вернуло ему часть.

— Как обстановка? — спросил я, рефлекторно осмотрев старика на предмет ран.

— В норме. Ребята здесь как на экскурсии: под моим контролем всё идёт гладко. Если будут и дальше слушаться — может, не угодят в аномалию и не собьются с пути. В противном случае дорогу обратно им придётся искать самостоятельно.

— Я рад. Но почему вы остановились так рано? Лагерь должен был разместиться дальше, — заметил я.

— Видишь красивую стекляшку, повисшую прямо на нашем пути? — спросил Исхак, двигаясь в сторону зеркальной поверхности. Я проследовал за ним. — Эти существа не всегда заметны, они появляются то тут, то там. Опаснее их я ничего не встречал: одни искажают время, другие — пространство, но большинство — саму суть существа, попавшего внутрь. Как-то со скуки я закинул в подобные пространства «наживки». Некоторые пропали без следа, а некоторые… — Он ненадолго замолчал. — Я и сам своего рода дитя этих существ, поэтому как никто знаю, что лучше подождать, пока оно уйдёт, чем рисковать всем. А ещё… постарайся не всматриваться внутрь.

«Застрять бы во времени вместе с Ольгой, пусть и в Мёртвых землях…» — подумал было я, но одёрнул себя и спросил:

— Это больше похоже на магию, чем на зверя, — отчего же ты думаешь, что оно живое?

— А отчего же ему им не быть? — удивился Исхак.

Не найдясь с ответом, я лишь растерянно кивнул.

— Но почему нельзя в него всматриваться?

— Оно может отражать мир, а может отражать что-то поинтереснее. Мне кажется, так они охотятся: проникают в голову жертве и показывают то, что понравится или, наоборот, отпугнёт. Молодой принц однажды чуть не попал в ловушку такой «красавицы». Захочешь узнать подробности — спроси его.

Я поблагодарил Исхака за работу и ответы. Аномалия оказалась нам на руку: мне ещё нужно было ответить на письма, а принцу — поспать.

«Возможно, Ильяс единственный на всём свете, кто может заснуть в подобной обстановке. — Я перевёл взгляд на зевающего Исхака и поправил себя: — Ну, или не единственный…»

Всё ещё пребывая в раздумьях, я опустился у костра, где, понурив головы, сидели подростки. Габриэля и Темия я знал довольно хорошо, а вот их сопровождающих видел впервые. Впрочем, держались ребята неплохо.

Из леса позади нас послышался вой детских голосов. Темий поёжился и прикрыл глаза.

— Что это кричит? — спросил я, обернувшись на звук.

— Монстры, души мёртвых и искажённое эхо. Что тут только не кричит, — ответил Габриэль. — Нам не обязательно спать, но остальным приходится тяжело: провожатый не может долго загораживать лагерь от шума. Он засыпает — и плетение рассыпается. Мы пытались его будить, но всё бестолку.

— Пойду поставлю барьер. Звуки он не заглушит, но будет не так страшно. — Я поднялся на ноги и стал прикидывать масштаб работ.

— Спасибо, — кивнул Темий.

Неподалёку послышались хлопки крыльев, и к нам спустилась Катиба. Никогда до этого я не видел людей, способных отращивать крылья, — будь она светлым магом, её бы эксплуатировали не меньше чем меня.

— О, вы уже вернулись? — удивилась женщина, заметив мой взгляд.

— Ханин и Ольга в безопасности, — ответил я сразу.

Писательница кивнула. На ней была броня, перепачканная чёрной слизью, — впрочем, она, кажется, этого даже не замечала. Могу понять: в этой обстановке оставаться при параде невозможно.

— Всё ещё не понимаю, почему ты не пошла вместе с ней, — это к костру подтянулся измученный Ильяс.

— Ты отлично знаешь мою дочь: если бы, проснувшись, она увидела незнакомый пейзаж и меня — я бы улетела в стратосферу, как бейсбольный мячик!

Порой, прямо как сейчас, я не понимал, о чём говорит эта женщина. Ольга выбирала выражения чуть менее чужеродные, но всем, кто хорошо их знал, было очевидно, что девушки издалека. Наверное, поэтому мне стало ужасно любопытно, что же это за мячик и какая на вкус стратосфера.

Но я не спросил у Катибы, остальные — тоже. Все мы знали, что подробностей не будет: стоит спросить человека с красными глазами о значении непонятного слова, он непременно замолкнет. И так происходило всегда.

***

Ужин прошёл за разговорами с молодым поколением — одарёнными магами академии. Из-за уникальных способностей некоторые из них отлично подходили для нашего плана. Я не мог отказаться от такой возможности, поэтому засиделся с ними, чтобы наладить контакт.

Следом шли дежурство, ответы на письма и попытки уснуть под душераздирающий «плач» существ, рыскающих в темноте мрачного леса.

С рассветом зеркальная аномалия начала движение. Я смотрел на то, как пересекается вытянутое нечто, оставляя за собой неясные обрывки растений, кости и совсем новые каменные плиты  со свежими, словно только что сорванными, цветами.

Исхак много кричал: заставлял впопыхах собирать лагерь. Нужно было держаться от аномалии на расстоянии: никто не знал наверняка, не накинется ли оно на того, кто окажется слишком близко.

Коней с почти полностью закрытыми глазами вывели на тропу. Все оперативно выдвинулись вперёд. Во главе шёл Исхак, я же был замыкающим.

Долго идти нам не удалось: вскоре мы наткнулись на обугленную площадь неизвестного городка — место следующей стоянки. Там, у приметной статуи в виде двух ангелов, нас уже ждали.

Несколько человек в немарких костюмах сидели у костра и переговаривались. Неподалёку от них стояла жуткая на вид карета: словно кожу гиганта раздуло волдырями, и в ней вдруг начали расти огромные зубы, когти и глаза. Скорее монстр, чем транспорт. Даже лошадей не оказалось —  в «карету» были запряжены четыре рогатых волка. Впрочем, рогов у них как раз не оказалось.

Отряд, заметив нас, поднялся. Один из них вышел вперёд, желая поздороваться. Мы, однако, даже говорить не стали — среди них не было наших, а значит, и мелочиться не нужно. Мой меч рассёк первое тело, будто нож масло. Неизвестный задёргался — и из него посыпались осколки магических камней. Я пошёл вперёд, слыша хруст под ногами. Враги не были готовы, а мы их ждали.

Без Игния спалить «карету» не было возможным, но мы всё равно попытались, пока она не начала давать отпор.

Когда со всем разобрались и готовы были уезжать, на развалины городка стали сбегаться уродливые, человекоподобные твари. Они дрались за остатки мяса и жутко кричали, заливаясь то хохотом, то воем.

***

— А город-то жилой оказался, — жуя ужин, поделилась Катиба.

— Куда ты постоянно летаешь? — спросил за меня Ильяс. Меня самого мучил этот вопрос.

— Я хочу написать бестселлер, а здесь слишком много всякого, куда более интересного, чем задница лошади.

Темий рассмеялся:

— Надеюсь, в скором времени вы вышлите в академию несколько экземпляров книги, основанной на нашем путешествии.

— Это было бы интересно… — добавил Габриэль.

— Я вообще думала лично поехать к вам после всего, а то без старших вы там совсем расслабитесь.

— Ты в качестве старшей? — Ильяс фыркнул. — Лучше возвращайся в королевство: я как раз планирую сесть на трон — будешь лениво спать в окружении служанок на правах свекрови.

— Ба!.. — охнула женщина. — Неужели ты всё же созрел и наконец свергнешь своих неразумных братьев? Да чего уж там, наконец созрел до свадьбы! Отхватила же моя малышка тирана на свою голову!

Ильяс поднялся и молча ушёл. Кажется, он сожалел о сказанном.

Народ, не вовлечённый в наши дела, вынужденно слушал Исхака, который рассказывал о своей жизни на Мёртвых землях. Возможно, уже в третий раз.

«Кажется, Ольга жаловалась, что так и не узнала конец его истории, а мы все слышим его каждый вечер…»

В до невозможности коротких отчётах, что присылал мне Игний, было так мало Ольги. Я раздражался каждый раз, читая: «Молчали весь день, читала книгу, похолодало» или «Спала. Ела всё, что приносил. Староста привёз пироги, спасибо». Мне хотелось подробностей, но приходилось довольствоваться тем, что имею, и представлять, как Ольга читает одну из принесённых ей книг, как лакомится пирогами. Всякий раз я не забывал писать, чтобы несносный Мор лучше грел хижину, делал обходы и постоянно проверял здоровье Ольги. Мне казалось, что он совсем не справляется, что Ольге плохо и что она меня ненавидит.

«Правильно ли я сделал, что запретил им общаться? Правильно ли, что запер её там, а не в более надёжном месте?» — Мысли роились в голове, мешая спать не хуже кричащих монстров.

***

Наш последний лагерь был больше похож на подпольное убежище, потому как, спустя бесконечные дни дороги, мы наконец нагнали Морану. Я пару раз писал ей за Ольгу о том, что движусь вперёд и меня нужно подождать, даже скопировал её почерк, чтобы Морана ничего не заподозрила. Но сегодня отвечать на письмо не стал. В этом не было смысла: я планировал лично передать ей последнее в её жизни послание.

— У вас всё получается? — спросил я Габриэля, и тот кивнул.

— Всё будет идеально, — заверил меня Темий. — Мы много тренировались.

Я улыбнулся и прикрыл глаза: сначала Катиба, а после и Ильяс посылали мне видения обстановки во вражеском лагере.

Отойдя к самому просматриваемому участку, я замер. Там, меж деревьев, за бесчисленными паутинками виднелось поле, заполненное вражескими палатками и шатрами, вольерами и боевыми сооружениями.

Моим глазам вторили образы от нашей разведки: великие святые, сотни рогатых волков, маги, мертвецы с магическими камнями во лбу… Я, конечно, читал отчёты, но, увидев огромную поляну с нескольких сторон, по-настоящему испугался.

Стройный муравейник из людей и монстров застыл, ожидая команды Мораны, которая тем временем прихорашивалась перед приездом Олега.

На приличном расстоянии и чуть ближе, в зоне с нашими шпионами, ожидала армия королевства. Ильяс чудом уговорил их не начинать без нас.

Закрепив на себе броню, я с сожалением вздохнул, взял в руки меч и убрал его в ножны: пока что обойдёмся магическим.

Получив сигнал о готовности войск, я повернулся к подросткам, окружившим Габриэля, и понял: пора начинать.

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Читать раньше всех — в платной подписке в ВК.

----------------------------------------------------

Издательство: Империя Илин

Главный редактор: Андрей Гайда

----------------------------------------------------

Автор: Елена Омут

Редактор: Андрей Гайда

Вычитка: Чинь Ву Чиеу Ви

----------------------------------------------------

Художник: Fatuum Apery

Дизайн: Владимир Ким