Это был настоящий кошмар.

Чонхва и Ён Сольран воочию убедились, насколько смертоносен может быть один-единственный убийца, если он — Пхё Воль.

Он вышел за все мыслимые границы возможного, атакуя учеников секты Эмэй.

Пхё Воль мастерски использовал их слабости. Он не показывал себя, используя тьму и хаос как щит.

Когда сработали петарды, которые он украл, бойцы Эмэй окончательно потеряли самообладание.

Они пытались взять себя в руки, но в глазах Пхё Воля были сплошной мишенью.

Он не упустил ни одного их промаха. Не задерживаясь подолгу на одном месте, он постоянно перемещался в поисках новой жертвы.

Он использовал всё, что было под рукой.

Иногда убивал голыми руками, иногда — оружием, отнятым у предыдущей жертвы.

Но не все ученики Эмэй оказались беспомощны.

— Умри!

— Проклятый убийца! Даже если погибну, заберу тебя с собой!

Потеряв множество товарищей, оставшиеся бойцы Эмэй в бешенстве размахивали мечами. Их ярость была подобна укусу бешеной собаки.

Пхё Воль не был настолько глуп, чтобы попасть под слепые удары. Но, уворачиваясь, он тратил драгоценные силы.

Хух... Хух!

Сердце бешено колотилось, словно готовое разорваться.

Подавив предательскую одышку, Пхё Воль устремил взгляд на Чонхву.

Убить всех бойцов Эмэй он не рассчитывал. С самого начала его целью были лишь их лидеры, включая Чонхву.

Хаос, который он посеял среди учеников, был лишь подготовкой.

Пхё Воль двинулся вперёд.

Бесшумно, как тень, полностью растворив своё присутствие.

Чонхва была настороже, но так и не заметила его приближения.

Пхё Воль не знал точно, какую должность она занимала в Эмэй. Но то, что ей доверили командование всеми бойцами, говорило о многом.

Если он убьёт её — Старшему Мастеру Света будет нанесён сокрушительный удар.

Жаль, конечно, что сама Гухуасата не явилась, но и этого будет достаточно.

«Нужно покончить с этим сразу».

Чем дольше затянется бой, тем хуже для него.

Пока он использовал преимущества знакомой территории, но всё могло измениться, если подоспеют бойцы Цинчэн.

Пхё Воль сосредоточил ци на кончиках пальцев.

Можно было подобрать оружие с пола, но лучше всего он владел именно своими руками.

Свист!

Он выпустил в Чонхву «Семьдесят две волны меча» — технику, которую знал лучше всего.

— Как ты посмел?!

В последний момент Чонхва инстинктивно отразила удар. Десятилетия тренировок не прошли даром — её тело само реагировало на опасность.

Шшшш!

Её чаури, заряженное внутренней энергией, стало грозным оружием.

Чонхва яростно атаковала, используя тайные мечевые техники Эмэй. Казалось, сама тьма содрогалась от её мощи.

Но Пхё Воль оставался невозмутим.

Он знал, что в открытом бою неизбежно получит ранения.

Но боль его не пугала.

В этом аду его ранили сотни раз — и каждый раз он восстанавливался.

Боль лишь закаляла его, как сталь.

Он не умрёт.

Неважно, насколько тяжёлыми будут раны — он поднимется снова.

Шлёп!

Чаури Чонхвы содрало кожу с его левого плеча.

Мясо разорвалось, кровь хлынула потоком. Головокружительная боль пронзила сознание, но он не остановился.

Пхё Воль вложил в удар всю свою ярость.

— Кх... Гхаа!

Чонхва выронила оружие, в ужасе схватившись за правый глаз. Кровь сочилась сквозь её пальцы.

Удар Пхё Воля лишил её глаза.

В этот момент он почувствовал холод стали у себя в боку.

Это был меч Ён Сольран.

Пока он атаковал Чонхву, та использовала «Тринадцать нефритовых мечей» — тайную технику Эмэй.

Не сумев уклониться, Пхё Воль получил рану.

Не будь этого — Чонхва была бы уже мертва.

Ён Сольран подняла упавший факел и встала между ним и Чонхвой. Пхё Воль вытащил меч из своего бока и усмехнулся:

— Ловко заблокировала мой удар.

— Мне просто повезло.

— Повезло?

— Я ударила туда, куда подсказало чутьё.

— Какое... замечательное чутьё.

— Мне часто это говорят.

Их диалог звучал так непринуждённо, что со стороны можно было принять их за старых знакомых.

Но реальность была иной.

Пхё Воль пытался остановить кровь, а Ён Сольран — восстановить дыхание после потери оружия.

— Почему бы тебе не сдаться? — спросила Ён Сольран, глядя на его раны.

— Сдаться?

— Что ещё ты сможешь сделать в таком состоянии?

— Если сдамся — оставите меня в живых?

— Это...

— Вот видишь. Не оставите. Иначе вы бы не устроили всю эту бойню.

Ён Сольран растерялась. Он, казалось, знал всё.

«Неужели такие люди действительно существуют?»

— Сколько тебе известно?

— Что за всем этим стоит Старший Мастер Света.

— Поразительно. Такой человек, как ты, мог бы стать учеником моей госпожи.

— Даже если бы я родился заново — отказался бы. Лучше откушу себе язык, чем стану учеником этого демона.

— Я тоже не люблю госпожу. И не хотела, чтобы всё так вышло.

— Но всё равно служишь ей?

— Она спасла мне жизнь. Я в долгу.

— И это единственная причина?

— Ты убил молодого господина Ву. Мы должны были пожениться.

— Значит, я убил твоего жениха? Прости.

— Не сожалею. Я и сама не хотела этого брака.

— Ты ничем не отличаешься от Гухуасаты.

— В этом жестоком мире иначе не выжить.

Ён Сольран вновь обрела хладнокровие. Пхё Воль тоже.

Он кое-как остановил кровь. Рана могла вновь открыться, но хотя бы один удар он ещё сможет нанести.

В этот момент Чонхва закричала:

— К чему этот бессмысленный разговор?! Сольран, убей этого негодяя сейчас же!

Лишившись глаза, она полностью потеряла самообладание.

Ён Сольран приняла боевую стойку. Мощная энергия окутала её.

Пхё Воль почувствовал её силу кожей.

До сих пор он побеждал за счёт тьмы и знания территории. Но в открытом поединке с Ён Сольран шансы были невелики.

Она тоже это понимала и усилила давление.

Пхё Воль сделал шаг назад.

Он был убийцей.

А убийцы не гнушаются подлых приёмов.

Факел мог ненадолго рассеять тьму, но не уничтожить её навсегда.

Он готовился использовать момент, но его планам не суждено было сбыться.

Шшшш!

Из темноты внезапно вылетел меч.

— Гхак!

Уклониться не удалось.

Пхё Воль едва успел выставить правую руку, сконцентрировав в ней всю энергию.

Бам!

С оглушительным звуком его отбросило на десяток метров.

Он врезался в стену, представляя жалкое зрелище.

Правая рука была разорвана до кости. Грудь и бок — тоже.

Даже его выносливости было недостаточно, чтобы продолжать бой.

— Ххха!

Его глаза налились кровью. Изо рта и носа хлестала алая струя.

Боль была такой, будто его переехал валун.

Но он не закричал.

Шум!

Из темноты вышел Му Чжонджин.

В его руке был меч, который только что пронзил Пхё Воля.

Больше всех его появлению удивилась Чонхва. Даже сквозь боль она понимала — Пхё Воля нужно убить немедленно.

— Умри!

Она бросилась к нему с мечом.

Но Му Чжонджин остановил её взмахом руки.

— Отойди.

Мощный поток воздуха отбросил Чонхву.

— Му Чжонджин, убей его! Пока он жив, он опасен!

— Я сам разберусь.

Холодный ответ не оставил ей выбора.

Му Чжонджин опустился на одно колено перед Пхё Волем.

— Так это ты убил Ву Гунсана... Зачем?

— Я... убийца.

— Даже убийца должен различать добро и зло.

— Меня... похитили в четырнадцать. Воспитали убийцей, прежде чем я научился это различать.

— Значит, у тебя не было выбора?

— Ха-ха... У убийц нет таких понятий.

Глаза Пхё Воля были полны яда.

Му Чжонджин видел многих воинов, но такой взгляд — впервые.

«Если бы я обучал его сам...»

Ему вдруг стало жаль этот талант, загубленный жизнью убийцы.

Но пощады не будет. Пхё Воль убил Ву Гунсана. Погубил десятки бойцов.

Даже Му Чжонджин не мог простить такое.

Он достал письмо, найденное в комнате Лим Саёля.

Пхё Воль сразу узнал его.

— Значит, нашёл.

— Ты сразу понял. Тогда знаешь, кто заказчик.

— Догадываюсь.

— Назови имя.

— Тот, кого ты и подозреваешь.

Пхё Воль оскалился, глядя на бойцов Эмэй. Му Чжонджин тоже повернул голову.

Чонхва почувствовала, как по спине побежали мурашки.

«Этот демон всё подстроил!»

Неслучайно в пещеру спустились только Цинчэн и Эмэй.

Пхё Воль свёл заказчика убийства и жертву в одном месте.

— КХА-ХА-ХА-ХА!

Его безумный смех эхом разнёсся по пещере.

П.П: Чаури ранее назывался Огненным Джином или же Бульджином (с корейского Buljin или 불진은(Истинный Огонь) ).