Узнав о смерти императора, я не мог поверить своим ушам.

— Алан, как это господин Рекил мёртв?

— Вчера ночью во дворце что-то произошло, император умер, и никто не знает, от чего. Прямо сейчас всем дворянам в Империуме отправили по отряду императорской гвардии с требованием представителя семьи прибыть во дворец. Собирайся, они не слишком терпеливы.

Наспех одевшись, я вышел из комнаты, и Алан повёл меня к выходу. Там у открытой входной двери стояли три человека. Они были полностью облачены в латы с изображением герба семьи Рексиз — рук, держащих большой двуручный меч. Увидев меня, они склонили головы, после чего один из них вышел вперёд и приоткрыл забрало шлема.

— Господин Рене Шейр, вам необходимо пройти с нами во дворец. С собой вы можете взять максимум двух спутников.

— Что сейчас происходит во дворце?

— Экстренное собрание дворянства по поводу смерти Его Величества. Прошу, следуйте за нами, это срочно.

— Хорошо, ведите, — сказал я, после чего обернулся, — Алан, идешь со мной. Вильям, жди моего возвращения, к деду даже не приближайся. А также распорядись, чтобы слуги ни о чем не распространялись.

Как только мы покинули территорию поместья, я увидел, как из соседних домов выходят группы людей, каждая в сопровождении гвардии. Чем ближе мы подходили к дворцу, тем заметнее становилась серьёзность ситуации: на площади была толпа, около сотни человек ждали своей очереди войти. Среди них я заметил знакомые фигуры: Илимия в сопровождении какого-то высокого бледного мужчины; Мари с двумя девушками её возраста; Хела и женщина, сильно похожая на неё.

— А мы можем объединиться с какой-то группой?

— Нет, господин. Ее Величество распорядилась каждого представителя благородной семьи разместить в отдельной комнате.

— Для этого есть какая-то причина?

— Не могу знать.

Медленно мы дошли до дворца, меня с Аланом разместили в переговорной на третьем этаже. Насколько мне известно, на этаж выше находится приемная императора и просторный зал, в котором проводятся балы. Около двадцати минут мы сидели в тишине, когда, наконец, в коридоре послышались шаги. Дверь распахнулась, и в комнату вошла Хела.

— Господин Рене, Алан, прошу пройти со мной.

— Хорошо, куда идем?

— В приемную, высшая знать собрана там.

— А остальные?

— Им не положено слышать и знать то, что будет сейчас обсуждаться.

— Кто там будет?

— Помимо вас и меня, госпожа Илимия, герцог Лизарн — посещал столицу и императора, маркиз Фиалдар — приехал отдать сына в академию, а также Его Высочество Филипп.

— Госпожа Олана?

— Её Величество лучше сейчас не беспокоить. Она убита горем.

Вскоре мы подошли к двухметровым деревянным дверям, обильно украшенных золотом и резьбой. Как только я зашел, Илимия сразу же подбежала и, взяв меня за руку, быстро шепнула на ухо:

— Темы разговора: смерть императора, престолонаследие и регентство.

Я сел рядом с ней, Алан встал за нами, на противоположном конце приемной сидели двое мужчин: один с седыми волосами и сероватыми глазами; второй молодой, ненамного старше меня, с редкими усами и карими глазами. Филипп сидел между нами, склонившись над столом. Хела встала рядом с ним, по правую руку.

— Можем начинать, — объявила Хела.

— Позвольте, — старик приподнял руку, — почему на таком важном совещании Семьи представляют не главы, а наследники? К тому же, господин Рене привёл своего слугу, чего другим присутствующим не позволили.

— Господин Лизарн, Алан находится здесь на особых правах, так же как и Хела, — прокомментировал Филипп.

— С ней все ясно, но какие права могут быть у него? Сын семьи Лигра, дворяне-прислужники, никакой чести!

— Герцог, мне кажется, вы перегибаете, — заговорил второй мужчина.

— Заткнись, Сивил Лизарн, — голос Филиппа грохотом разнесся по всей комнате. — Я позволил Алану находится здесь. Что-то не нравится — я не держу. Хела права, пора начать обсуждение. Огласи, пожалуйста, его тему.

— Да, Ваше Высочество. Как все присутствующие уже знают, прошлой ночью ушёл из жизни Его Величество Рекил Рексиз. Прямо сейчас проходит расследование, предварительно можно сказать, что император умер мгновенно. Из данной ситуации следует необходимость назвать преемника трона, и тут мы сталкиваемся с группой проблем. Первая и основная — кто должен унаследовать престол? Давайте начнем обсуждение с этого вопроса.

— Позвольте я начну и сразу же открою скрытую здесь проблему, — заговорила Илимия. — Его Величество не успел назвать преемника, что открывает дорогу к смене династии и государственному перевороту. Именно поэтому здесь находимся мы, наследники, а не главы Семей, ведь только нас с Рене ты знаешь достаточно хорошо, чтобы отговорить от притязаний на трон по Праву божественной крови.

— И вы говорите это так открыто перед главным претендентом на трон? — ядовито усмехнулся герцог.

— Излагаю факты. Филипп, мы с тобой знакомы давно, поэтому, надеюсь, тебе будет достаточно нашего с Рене слова: мы отказываемся от всех претензий на престол.

— Я так и думал, что ты это скажешь, — Филипп холодно улыбнулся. — Но я хочу услышать также мнение моего дорогого брата. Рене, что скажешь ты?

— Ничего. Мне не нужна корона. Она твоя по праву, Филипп.

— Благодарю, госпожа Илимия, что внесли ясность. Давайте вернемся к обсуждению. Сейчас вопрос о престолонаследии стоит следующим образом: кто примет корону, госпожа Олана или господин Филипп?

— Я знаком с Оланой столь же долго, сколько был знаком с Рекилом. Простите за грубость, но она не может управлять империей, тем более сейчас.

— Я был знаком с Его Величеством не так долго, как господин Сивил, и не знаю госпожу Олану, но хочу заметить, что Его высочество ещё не окончил академию. Через две недели должен состояться последний экзамен. Мне кажется, будет безрассудно сейчас вверять империю вам, господин Филипп, — высказался маркиз.

— Я согласна с герцогом, Филипп больше подойдет на роль правителя.

— Я не был сильно знаком с твоими родителями, Филипп, но я знаю тебя очень хорошо. Ты должен стать императором, но и маркиз прав, у нас экзамен, ты должен окончить академию.

— Все высказали своё мнение. Ваше высочество, прошу вас, — подвела итог Хела.

— Да, я согласен с тем, что моя мать сейчас не в состоянии управлять страной, и вряд ли когда-нибудь будет. Рене сказал правильно, я должен окончить академию. Я должен стать императором, но не могу сделать это, пока не пройду экзамен. Я предлагаю следующее — моя мать будет регентом, пока я официально не закончу обучение, после этого я взойду на престол.

— Олана будет править? Крайне спорное решение, дорогой принц.

— Согласен, но что нам остается? Народ слишком привык к отцу и нашей семье, они не примут другого регента. Однако вы, господин Сивил, дольше всех знали моего отца и методы, которыми он держал порядок в Целюсе. Я бы хотел, чтобы вы «помогли» моей матери в правлении.

— Вот, значит, что вы решили? — Сивил Лизарн хитро улыбнулся. — Это будет честь для меня, мой император.

— Господин Филипп высказал свое предложение. Кто-то из здесь присутствующих против данного решения?

Никто ничего не сказал.

— Все согласны, посему я объявляю сегодняшнее обсуждение завершённым. Все могут быть свободны. Обсуждение дальнейших вопросов требует присутствия не только высшей знати, посему продолжить мы сможем только с завтрашнего дня.

Герцог и маркиз встали со своих мест и направились на выход. Я же подошёл и наклонился к Филиппу.

— Как ты себя чувствуешь? Если тебе нужна помощь, или хочешь поговорить...

— Нет, спасибо, Рене. Я в порядке. Мне просто нужно немного времени. А ты иди, Илимия ждет.

— Раз не хочешь говорить, настаивать не буду.

Развернувшись, я вышел за дверь, где меня уже ждали Алан и Илимия. Вместе мы в тишине покинули дворец, и, когда отошли от него на метров двести, Илимия заговорила:

— Всё это очень странно.

— Что? Ты ничего об этом не знаешь? — я остановился, опешив. — Совсем ничего?

— Нет. Мои люди сообщили только о том, что во дворце ночью был переполох, о смерти господина Рекила я узнала сегодня утром от гвардии.

— А где твой слуга, Илимия?

— Как только услышала, что слугам нельзя присутствовать на обсуждении, отпустила его домой. Кстати об этом, предлагаю сейчас пойти ко мне и обсудить всё произошедшее.

— Хорошо. Алан?

— Не имею ничего против.

Так мы направились к особняку семьи Нова.

***

Зелёное поле, на котором не растет ни один цветок. Когда-то давно мы окрасили это место в багровый, столько крови было здесь пролито. Я помню, как умер последний из них. Ни малейшей детали не ускользнуло из моей памяти. Ни его смерти, ни смерти других.

Пустое зелёное поле, в котором растет одинокий раскидистый дуб. Я уже не помню твоего имени, не помню твоей внешности, но одно знаю точно... Листья этого дуба такого же цвета, как твои глаза. Я помню, как очень давно стоял, склонившись над тобой. Я смотрел прямо в твои тёмно-зелёные, изумрудные глаза.

Прямо в этом зелёном поле. Прямо на месте этого дуба. Прямо здесь, где я поставил каменную плиту в память о тебе. Прямо здесь закончился наш поход, наша война. Прямо здесь, в этом самом месте ты вознесся. Прямо здесь ты погиб. Прямо здесь я услышал твои последние слова.

И вот я снова стою здесь, совсем как тогда. В день, когда ты умер у меня на руках, я пришёл к тебе. Осталось ждать совсем не много. Скоро я исполню твою предсмертную просьбу.

Магия заструилась по моему телу, изменяя его, возвращая к состоянию тысячи четырёхсот лет назад. Вновь я выгляжу, как ты. Настало время выполнить обещание, снять с себя бремя, что ты возложил. Знай, я отправляюсь в своё последнее путешествие. Господину Шейр пора исчезнуть и вернуться вновь.