Обходя овраг, ноги путников случайным образом переплелись между собой, и они покатились по крутому склону. Новин закрывал шею, боясь, что волчий клык может воткнуться еще глубже в трахею; Кенра же падал безвольно, расслабленно, собирая по пути все острые камни и толстые ветки. Кашляя кровью, агент туго прохрипел:

— Ты это специально?

— Ни в коем случае, — со стоном ответил Кенра, стараясь не обращать внимания на острую палку, которая воткнулась в раненое плечо.

Подросток вообще не понимал, как на ровном месте смог искалечиться еще больше. Теперь он вряд ли будет помогать Новину — тут самому бы заставить себя подняться, не то что тащить кого-то другого на спине.

«Почему ветка попала именно в то место, где меня укусил волк!? — жаловался он в пустоту. — Почему не в какую-нибудь другую часть тела!? Хотя… мне еще надо благодарить судьбу, что не в глаз или ногу, тогда бы точно был полный звиздец».

Пытаясь думать в оптимистичном ключе, Кенра прикрыл глаза, изъявив желание отдохнуть на голой земле.

— Вставай.

Неприятный голос агента он предпочел игнорировать.

— Вставай, кха… кхарлик! — сквозь кашель повторил Новин, слегка пнув Кенру по боку.

«Почему именно это слово, почему не какое-нибудь другое…» —  продолжал ныть подросток, припоминая тренировку с профессором Хамфуллом.

— Давай отдохнем…

— Не будь тряпкой, мы почти добрались.

— Но я не смогу тебя больше нести…

— Да и не надо… уже.

Кенра мгновенно открыл глаза. Новин уверенно стоял на своих двоих, сложив руки по бокам.

— Значит, ты мне наврал? — холодно спросил подросток.

— Резерв восстановился, вот я и подлечился чуть-чуть.

«Когда-нибудь я ему отомщу, и мстя моя будет страшна», — дал обещание Кенра, но внешне это намерение никак не показал.

Новин протянул руку, помогая ему встать. Кажется, что после битвы они прониклись небольшим доверием друг к другу, но не более того. Взаимная неприязнь никуда не делась, хоть и стала выражаться менее открыто. Агент преобразовал молочно-белый кубик энергии; резким движением вырвав клык из шеи он, преодолевая боль, телекинезом направил кубик к кровоточащей дыре. Потеря крови была неизбежна, лицо агента побледнело, однако отверстие затянулось, оставив на месте ранения жуткий шрам. И снова Кенра восхитился, узрев новый преобразовательный шаблон.

«Насколько же разнообразен его набор Аспектов? — с завистью думал подросток. — Такой ассортимент должен иметь каждый Крафтер Среднего Ранга в своем репертуаре? Или доступно лишь единицам?»

— А мне? — показал он на свое плечо.

— Поздно, теперь я снова пуст, — развел руками агент.

— Выпендрежник.

— Нытик.

Обменявшись колкими фразочками, невольные напарники стали взбираться по склону. Благо, он не был таким же высоким как прошлый, с которого они упали — в этот раз неудача миновала путников, позволив без лишних усилий преодолеть препятствие.

Кенра получил сравнительно мало увечий. Даже если вспоминать бой с Мраком — там он заработал несколько ожогов высокой степени, но только и всего; сейчас же его убивала усталость, пришедшая после использования… а после чего?

«Как я вообще умудрился грохнуть волка? — размышлял подросток, прокрутив последний момент битвы. — Это какое-то особое чутье Крафтеров? Надо спросить у Зеленушки…»

— Хороший бой, — внезапно заявил Новин, словно читал мысли.

— Ты щас серьезно? — закатил глаза подросток.

— Да, — настаивал агент. — Для неподготовленного человека ты держался весьма неплохо.

— А как Крафтер?

— В качестве Крафтера — полная лажа. Не убить обычного волка за одно движение — позор даже для Первого Ранга.

Кенру спустили с небес на землю. Он чуть взгрустнул, но сразу нашел контраргумент:

— А для Среднего Ранга?

Новин спокойно, уверенно ответил:

— Этот раз не считается. Я не использовал и десяти процентов своих сил.

— Ну как знаешь.

— Уж будь уверен, — блеснул глазами агент. — Я способен разрубить дюжину таких, как тот волк-мутант, не моргнув и глазом.

— Хорошо, верю, — не стал спорить Кенра, — но как он здесь появился? Ты, помнится, говорил, что это ненормально.

— Да.

И замолчал. Пробираясь сквозь лесные дебри, раздвигая руками ветви и листья, норовившие попасть в глаза, он продолжал молчать.

— Ты ответишь на вопрос?

— А ты ответишь, как смог убить волка? Я лично не понял, каким образом ты «взорвал» его внутренние органы, не оставив следов на коже и шерсти.

— А разве ты так не можешь, великий Средний Ранг? — пытался отшутиться подросток, словно сделал что-то незначительное.

— Нет, — мотнул головой Новин. — Я не могу определить даже Аспект, который ты использовал, а мой опыт в этом плане очень внушительный. Не забывай, что моя прерогатива — скрытность.

— Даже и не подозревал.

— Значит ты тугодум… хотя, наверное, частично в этом есть и моя вина. Стоит признать ошибку — я оступился на крыше, раскрылся обычному человеку, не умеющему даже считывать потоки частиц в пространстве. Грех мне, как шпиону, — сознался Новин, встретив удивленный взгляд Кенры. — Но сейчас речь о другом. Задача «Скрытника» — выявить способности цели лишь по одному их виду, намерениям, мыслям, движениям, характеру… и особенностям в преобразовании Эфира; знание — главное в нашем деле. Делая выводы: человек с таким характером, как у тебя, не станет доверять незнакомцу без основательной причины, а уж тем более идти с ним невесть куда и невесть зачем, — отпихнул Новин очередную ветку. — Ты что-то хочешь от меня, от моих напарников, от нашей организации, — не стоит скрывать этого. Я бы сказал, что даже немного побаиваюсь тебя…

Агент остановился; повернувшись к подростку, он выпрямил пальцы и пробил ему грудь. Рука вышла из спины, проделав сквозную дыру через солнечное сплетение. Кенра схватился за его предплечье, но чудовищная боль не позволяла сосредоточиться на ответной атаке. Новин действовал быстро, внезапно, совсем неожиданно, — подросток сначала и не понял, что произошло, а как осознал, было уже поздно. Разум медленно погружался в вечный сон, а Кенре оставалось лишь проклинать свою неосмотрительность и излишнюю доверчивость.

«Дьяволо… почему? Я был слишком… груб?»

Даже мысли замедлили свой ход, подаваясь в объятия сладостной нирваны. Подняв глаза на человека, которому он успел довериться, Кенра хотел увидеть, что тот испытывал. По его же собственным словам, Новин не любил убивать людей, — правда ли это?

«А ты, оказывается… тот еще балабол», — неутешительно подумал умирающий подросток, видя перед собой холодную маску безразличия.

Кенра ответил той же монетой — показал свой фирменный взгляд мертвой рыбы, выражая абсолютное пренебрежение к случившемуся; ни ярости, ни грусти, ни шока, только одна ноющая мысль:

«Больно, как же… больно…»

— …потому что ты не боишься смерти, — довершил свою речь Новин и щелкнул пальцами.

Кенра словно проснулся. Боль ушла, даже больше — он смутно чувствовал, что ее никогда и не существовало. Коснувшись груди, Кенра убедился в своей догадке; на месте, где должна зиять сквозная кровавая дыра, рука встретила материал футболки, под которой прощупывалась живая плоть. Агент так же стоял перед ним, но держал руки в карманах, а его ядовито-зеленые глаза сияли как никогда раньше.

«Значит, это была иллюзия, — сообразил подросток. — Мне определенно везет на Крафтеров по ментальным искусствам».

— Прости. Мне лишь нужно было понять, что ты не загипнотизированный суицидник и не переносишь в своем теле скрытую бомбу, готовую взорваться в момент перед смертью, даже не подозревая об этом. Нападение волков выглядело слишком странным, словно заранее подготовленным. Оно произошло именно в тот момент, когда появился ты, так что не обессудь, — пояснил Новин. — По нашим данным, к Культу Экстерминиума недавно присоединился опытный Крафтер Иллюзий, так что…

— А не было способов проверить это… помягче? Предсмертная агония вещь, знаешь ли, не из приятных, — не на шутку разозлился Кенра, сдерживая позывы броситься на агента.

— Не боишься смерти, используешь странный Аспект, хоть и владеешь Эфиром лишь на базовом уровне, смог убить бывалого головореза, преследуешь неизвестные цели, — перечислял Новин, продолжая гнуть свою линию: — Так с чего бы мне что-то объяснять? Планируешь уйти отсюда, получив желаемое и ничего не отдав взамен? Тогда ты глубоко заблуждаешься — как только мы проверим, что ты чист и никак не связан с Культом, то закономерно сотрем память. Рассчитываешь на что-то большее — придется делиться секретами. Таков уж закон взаимного доверия.

— Ты же говорил, что я дам только Клятву о неразглашении, — вспылил подросток.

— Я наврал, — отрезал Новин.

Кенра глубоко задумался, на время отбросив все чувства. Простая беседа превратилась в настоящий мозговой штурм. Новин показал часть своих настоящих способностей, демонстрируя нечеловеческую дедукцию, проницательность и познания в Ментальных Аспектах. Теперь агент не то что впечатлял, а почти ужасал. Кто знает, на что еще способен опытный Крафтер Среднего Ранга, — информационная база в библиотеках и интернете слишком ограничена для простого обывателя.

«Все что угодно, но только не временная петля. Про такое лучше не говорить никому, — провел Кенра для себя моральную черту. — Хоть мысли он, надеюсь, не умеет читать…»

Новин преобразовал белый кубик Эфира — тот самый, обладающий лечебными свойствами. Без всякого предупреждения агент вырвал острую ветвь из плеча подростка, пока тот думал над его предложением. Кенра даже не шелохнулся, позволив себе лишь зажмуриться от боли; приятный холодок распространился по всему телу, вещество внутри кубика излилось внутрь раны, ускоряя регенеративный процесс клеток.

— Тайна за тайну, Кенра. Решай сам, — многозначительно сказал он, развернулся, и пошел вдоль лесной тропы.

«Падла. Знает ведь, что мне нужна информация об Аспектах и мире Крафтеров в целом, специально красуется. По правде сказать, перспективы очень хорошие, но стоят ли они того? Я не привык распространятся о своих Эфирных особенностях… а вдруг они вообще истребляют людей с красным Эфиром? Не зря же его называют Демоническим».

Уйдя с тропинки, путники плавно перебрались на другую локацию, где сквозь землю прорывались корни деревьев. Большие, маленькие, толстые, тонкие, они практически не оставляли места почве, а Кенра продолжал думать.

— Время не резиновое, — напомнил Новин. — Чем быстрее примешь решение, тем будет лучше для нас обоих. Я перестану тебя подозревать, а ты получишь желанную информацию.

— Хорошо, убедил! — хмыкнул подросток. — Но сначала я должен кое-что тебе показать.

«Надеюсь, меня не убьют…»

Кенра вытянул руку на уровне живота; в основании ладони заплясали темно-синие частицы энергии, а по бокам запястья мелькнули полупрозрачные линии. Эфирные потоки уплотнились и скомпоновались в небольшую сферу, пустую внутри.

— Простое преобразование формы, чистый шаблон без смешивания с природным Эфиром и отсутствием какого-либо эффекта. И что ты хотел показать этим детским упражне…

Новин прервался на полуслове, сузив зрачки.

Кенра ослабил контроль. Сфера запульсировала, словно живая. Приняв багровый оттенок, через несколько секунд она полностью окрасилась в алый; плотные, но очень тонкие клубы белого тумана исходили из отверстий в сфере, охватывая полуметровый радиус близ преобразовательного шаблона, словно инородные щупальца. Подросток раскрыл истинную форму собственного Эфира, во всей красе представив его Демоническую Суть… но что-то было не так в этот раз. Чувство незавершенности и неполноценности охватило подростка, когда он осмотрел свое творение. Кенре хотелось продолжить преобразование, влить в шаблон больше энергии, но он сдержался, боясь экспериментировать в компании Новина.

«Никогда еще не видел сферу такой… жуткой, — подобрал он подходящее слово. — Кажется, мой контроль над Эфиром немного вырос?»

— Обычно я не показываю свой чистый Эфир. Как только делаю преобразование, то сразу смешиваю внутреннюю энергию с природной и «перекрашиваю» ее в синий, чтобы люди не пугались; научился делать на уровне рефлексов. Красный Эфир — почти гарантированный признак…

— Демона, — взволнованным голосом проговорил Новин.

— Да… характерная особенность Демонических созданий, — смирился Кенра, готовый к тому, что агент без дальнейших разбирательств отрежет ему голову. — Но я, как видишь, обычный человек. Об этом знает только семья и несколько близких знакомых. Покажи данное обычным людям, и о спокойной жизни можно забыть навсегда. Сам знаешь, как простой народ относится к существам из других реальностей.

Новин приложил руку к подбородку, изучая алую сферу. Кенра не стал рассеивать шаблон, дабы агент смог убедиться в том, что это не обман или какая-нибудь особая техника преобразования. Коснувшись сферы, Новин больше с ней не взаимодействовал; на его пальце остался маленький порез, что очень удивило подростка. Оно и видно — раньше никто, кроме него самого, не решался дотронуться до Демонического Эфира, соответственно и раскрыть его эффекты не представлялось возможным.

— Интересно, — отозвался Новин спустя минуту. — Это совсем меняет дело.

— В каком смысле?

— В прямом, — пробухтел агент. — Чего раньше не показал?

— А кто тебя знает. Может, в вашей организации заведено убивать таких, как я.

— Не драматизируй, — заверил Новин. — Я, а уж тем более мои коллеги, не их тех фанатиков, кто заживо сжигает на костре по подозрению в ереси. Обычных людей понять можно, но Крафтеры относятся к Инородному Эфиру более спокойно. Еще бы лет тридцать назад человека за такое, как минимум, казнили. Сейчас же ты ничего, кроме косого взгляда в свою сторону, не получишь. Я даже немного завидую.

— Завидуешь? — с сомнительной интонацией спросил Кенра. — Чему тут завидовать? Тебя все шарахаются, обходят стороной, глумятся, боятся завести общение… это разве хорошо?

— Зато открываются другие перспективы. У Крафтеров ценятся любые особенности, путь даже немного сомнительные; им всегда найдется применение в той или иной работе. Без дела не останешься, если захочешь продвигаться дальше.

— А какое применение можно найти этому? — не унимался подросток.

Новин еще раз посмотрел на алый шарик Эфира, испускающий зловещие волны энергии.

— Убийство, — заключил агент. — Уверен, что ты неосознанно применил Чистый Эфир, когда ударил того волка, чем и вызвал его мгновенную смерть. Теперь все встает на свои места.

«А ведь действительно…» — мысленно согласился Кенра.

Если простое прикосновение вызывает разрушение кожи, то что будет при плотном контакте с материей? К сожалению, спросить у волка, использовал ли Кенра в тот момент Эфир, не представлялось возможным, но догадка казалась весьма логичной. Одного только подросток понять не мог — что же это за странное чувство, пришедшее вместе с убийственным намерением.

«Наверное, чем сильнее я хочу убить, тем больше просыпается моя Демоническая ипостась. Красный Эфир — одна из производных, но, возможно, далеко не последняя», — рассудил он.

— Теперь я могу рассчитывать на доверие?

— Чуть-чуть, — сузил указательный и большой пальцы Новин. — Слишком рано делать выводы, недоросток, — не обойдясь без колкости, усмехнулся он.

— Но часть ответов я все же имею право получить. Не так ли, Зеленушка? — язвил в ответ подросток. — Выходит нечестно как-то. Я тут, можно сказать, раскрыл свой главный секрет, а ты…

— Хорошо-хорошо, только не нуди, пожалуйста, — сдался агент. — У тебя осталось примееееерно… пятнадцать минут.

— Тогда мой первый вопрос…

— Волк-мутант, я предполагаю — своеобразный шпион, подосланный Культом. Судя по твоему выражению лица, я угадал вопрос, — самодовольно сказал Новин, перепрыгнув через канаву.

— Волк-мутант… черт…

Подросток попытался повторить за Новином, но упал в грязь лицом. Пришлось хорошенько покопаться в земле, чтобы выползти из канавы.

— …эффект Аспекта Крови? — выплевывая грязь, продолжил он.

— Биоматерии.

— А в чем их различие?

— Аспект Крови относится к Закона Разрушения, в то время как Аспект Биоматерии — Созидания. У них совершенно разные шаблоны преобразования, отличия просто на фундаментальном уровне. С помощью одного можно что-то разрубить, сломать, дефрагментировать, взорвать, в особых случаях — усилить себя; другой применяется с целью изменить, трансформировать, перевоплотить, мутировать, изуродовать.

— То есть, с помощью Аспекта Биоматерии невозможно добиться тех же результатов, что и с помощью Аспекта Крови?

— Можно, но только в редких случаях. Как я сказал ранее, для их осваивания нужны совершенно разные принципы. Если для развития Аспекта Крови тебе, допустим, нужно много убивать и разрушать, то для Аспекта Биоматерии, грубо говоря, понадобится постоянно создавать что-то новое, причем из живых клеток организма — как своего, так и чужого.

— Ага.

— Плюс ко всему, Аспект Биоматерии не входит в разряд табу и его можно применять почти повсеместно, если у тебя есть на то разрешение. Первый больше применим к причинению вреда посредством создания оружия и атакующих преобразований, тогда как второй — манипулированием самой составляющей живых организмов, перестраиванием их энергетической основы.

— Ага.

— И это я еще не затронул синергию Аспектов. Конкретно в случае с волком-мутантом, там была использована синергия Разума и Биоматерии. Без разума любой живой организм — пустая оболочка и ничего более, а учитывая, какую трансформацию пережил зверь… его оригинальному сознанию просто не выдержать такой пытки; соответственно, в его тело поместили другой разум и, как я думаю, человеческий, учитывая извращенную натуру Культа Экстерминиума.

Воспарив над землей, Новин поднялся на холм, применив преобразования полета и на подростке.

— Ты все понял?

Кенра утвердительно махнул:

— Ага… нифига не понял.

— Машу вать… — протер он лицо. — Давай сначала…

Путники продолжали путешествие по лесу гигантов. Когда у Новина мало-мальски восстанавливался резерв, они делали передышку возле какого-нибудь дуба и залечивали раны, чтобы в следующий момент, гонимые желанием как можно скорее добраться до безопасного места, ускорить темп хода. Начало смеркаться. Закатные лучи солнца, пробивающиеся чрез прорехи широких зеленых крон, становились все бледнее и тоньше, значительно убавив в яркости. Время неумолимо клонилось к ночи, а они еще даже не дошли до базы, но сейчас это меньшее, что волновало любопытного подростка, с жадностью поглощавшего каждую крупицу информации о мире Крафтеров. Не обращая внимания на колкости и ругательства, которые кидал раздраженный агент в адрес Кенры, последний продолжал задавать вопросы. Посмотри он на себя со стороны, — не узнал бы. Больше всего Кенра сейчас напоминал свою неугомонную младшую сестру, которой будто в одно место шило вставили, напоили банкой кофе и еще в добавок показали что-то интересное, соблазнительное, но запретное.

Новин успел пожалеть, что дал полный карт-бланш на вопросы, касающиеся Аспектов и Крафтеров; Кенра, в отличие от своей сестры, выносил мозг не по-детски.

— Еще такой вопрос, — начал Кенра, чем вызвал еще один тяжкий вдох со стороны зеленоглазого агента. — Способности Крафтера могут повыситься на грани смерти?

— Имеешь в виду превозмогания?

— Ну типо того.

— Да, такой вариант возможен, но в очень редких случаях, — согласился Новин, одарив подростка странным взглядом, будто надеялся найти причину такого вопроса. — Чаще всего это происходит в моменты сильных эмоциональных скачков; у Крафтеров пробуждается родословная, Благословение, ментальная сила… короче любая способность, заложенная в их крови, душе или разуме.

— Понятно, а какие стандарты должны иметь Крафтеры…

— Ты меня что, задушить словами хочешь? — перебил его Новин.

— В смысле?

— Угомонись, пожалуйста. Уверен, у нас обоих денек выдался не из легких, так не делай его еще хуже. Я очень устал как морально, так и физически. А еще ведь на базе дела есть…

— Не ной, — вернул Кенра словесный должок. — Я всяко устал больше тебя; на минуточку — я выдержал тяжелейшую тренировку у колледжного профессора-тирана, убил первого в своей жизни человека, чуть сам не сдох от лап волка, и хоть бы хны!

— Это меня и пугает… — грустно произнес Новин, потоком ветра откинув бревно, вставшее на пути.

Наконец, когда солнце почти зашло за горизонт, а стрелка наручных часов подростка указывала на десять, путешественники прибыли к месту, которое Новин окрестил «базой».

Огромнейший дуб предстал взору Кенры; все остальные встреченные деревья просто меркли по сравнению с ним. Чудовищный исполин высотой до неба и шириной с тот самый стадион, на котором произошла трагедия, он внушал трепет и благоговение. Древний, старый, нереальный, по-своему чудесный, — такие слова приходили на ум подростка, пришедшего в восхищение. Кажется, что даже воздух подле него имел свою особенность; тяжелый, давящий, чистый… казалось, что его можно было взять в руку и лепить фигуры, — как пластилин, как очень жидкий песок. И мысли, да, мысли… они становились более чистыми, разум прояснялся, на Кенру снисходило внутреннее вдохновение…

— Дьяволо, я забыл дома окровавленную одежду, — вспомнил он, разрушив атмосферу величественности.

— Идиот, — пожал плечами Новин. — Иного от тебя и не стоило ожидать.

— Меня сестра отвлекла.

— Твоя проблема.

— Но ты же поможешь? — ехидно улыбнулся Кенра. — Иначе, как мне объяснить это родителям?

— О Боги, за что мне все это…

Ворча про себя, агент взобрался на продольный корень дуба, выступающий своеобразной тропинкой к дереву. Путники прошли по корню, подобрались к основанию дуба и залезли в одну из множества ямок; они образовывались между переплетающимися ветвями и стволовыми отложениями, сгнившими от временного застоя. Со стороны это смотрелось как какой-нибудь муравейник.

Кенра и Новин ползали по ответвлениям почти в полной темноте, не при себе даже лампы или какого-нибудь осветительного преобразования. Упершись в тупик, Новин стал делать преобразование.

— Аааа! — внезапно закричал подросток, начав прочесывать волосы.

— Что такое?!

— На мою голову упал паук!

И правда, — было слышно, как что-то рядом шуршало. Кенра сбросил паука, но тот еще не успел далеко убежать.

— Тьфу ты, — сплюнул Новин, ослабляя бдительность. — Кажется, кто-то боится насекомых?

— Но он был большим! Большим и жирным!

— Апертум!

— Че?

Словно по команде, корни начали раздвигаться, открывая маленькую щелочку. Вместо тупика открылся еще один проход, в который агент, а затем и Кенра, незамедлительно сиганули. Упав во вполне себе просторный тоннель, изобиловавший настенными грибами, которые излучали слабое бирюзовое свечение, они пошли дальше.

Дойдя до подобия двери, Новин дернул за ручку и вошел в яркое освещенное помещение; сразу же послышался недовольный голос:

— Че так долго? — предъявила молодая девушка, сидевшая у круглого большого стола. — Мы опаздываем от графика на… е-мае, тебя кто так разукрасил?

Кенра не понял, как это произошло, но уже через секунду девушка оказалась рядом с агентом, начав удивленно разглядывать его раны. Но подросток обратил внимание отнюдь не на это:

«Меня что, из-за роста реально так плохо видно?» — в мыслях возмущался он.

— О, это и есть наш объект? — спустя целых десять секунд сказала девушка, оторвав взгляд от Новина.

«Объект… не слишком ли грубо?»

— Здравствуйте, — коротко отозвался Кенра.

— Ага, — и снова развернулась к Новину. — Так что все-таки произошло, Сквозняк?

— Сквозняк?

— Да, это прозвище нашего скрытника. Он тебе не представился?

«Сквозняк… это шутка, или она серьезно?»

Новин подошел к столу и взял с него желтую палку, исписанную одним единственным непонятным символом по всей ее поверхности. Он прикладывал деревяшку к ранам, а те, в свою очередь, начинали светиться молочно-белым; проходясь по местам, которые не успел исцелить по пути к базе, агент попутно пригрозил:

— Будешь шутить на эту тему — что-нибудь отрежу.

— Пфф!

Кенра еле сдержал смех, услышав подтверждение слов девушки.

— Не бойся, сквозить не буду… пфф! — и опять чуть не заржал.

— Вижу, вы уже успели сдружиться, — радостно вклинилась девушка. — Так ты мне ответишь, что произошло, Сквозняк?

— Я же говорил не называть меня так, когда приведу объект!

— Прости, не смогла удержаться, — прикрывая ладонью улыбку, она переключилась на подростка: — Объект, может ты тогда расскажешь?

«У нее мания на странные прозвища?»

— И можно, пожалуйста, в подробностях?

— А!

Над ухом Кенры прозвучал голос, будто пропитанный самой тьмой. От такой неожиданности Кенра почти прыгнул на месте, издав испуганный выкрик. Отойдя в сторону, он увидел молодого человека, одетого в черный пиджак, серые брюки и белую рубашку.

— Ой, прости, не смог удержаться, — сказал устрашающий человек низким басом, усмехнувшись под конец. — Пугать жертв всегда весело…

Отойдя от первоначального шока, Кенра прошелся глазами по своим новым знакомым; возможно, будущим союзникам, или даже учителям по преобразованию. Парень не только говорил жутко, но и выглядел под стать голосу. Черные волосы опускались до плеч, челка напрочь закрывала глаза и большую часть лица, открывая вид только на рот. Имея очень худое телосложение, длинные конечности и внушительный рост под два с половиной метра, он походил на вендиго. Очень солидного, стильного, но вендиго. Девушка тоже имела черные волосы, однако они были заплетены в конский хвост, открывая вид на привлекательное лицо, с которого не сходила дружелюбная улыбка. Одетая в обтягивающий латексный костюм, она, как и жуткий человек, возвышалась над землей на два с половиной метра. Проведя параллель между двумя чудаками, Кенра приметил их внешнее сходство.

«Брат и сестра, может даже близнецы. А я еще свою семью считал странной», — подумал он, начав вкрадчиво пересказывать битву с волками:

— Если говорить с самого начала, то Новин… — сделал Кенра паузу, стараясь понять по выражению лиц новых знакомых, настоящее ли это имя, но они никак не отреагировали. — …Новин истратил весь свой резерв, когда делал преобразование Аспекта Пространства…

Видя, что агент был не против, подросток продолжил.

Постепенно улыбка сошла с лица девушки, а ореол вокруг парня стал еще темнее. Одновременно скрестив руки, они о чем-то глубоко задумались, пока Новин не вырвал их из размышлений:

— Лекс, Сэйра, оставьте этот фарс, — отложил он палку. — Я рассказал Объекту про Культ и сделал небольшую проверку, которую он с успехом прошел.

— О, а тогда зачем привел сюда?

— Объект слегка странный, поэтому я не до конца уверен, что он не посланник Культа. Плюс ко всему, делать скачки в пространстве после битвы я не рискнул. А еще он хочет к нам присоединиться.

— Да?

— Да?

— Да?

Ответом на последнее заявление были три одновременных и, вместе с тем, удивленных возгласа. Лично сам Кенра еще раз поразился дедукции агента.

— Сильное заявление, — подняла брови девушка. — А что он умеет?

— Объект даже не Первого Ранга.

— А можно без «объекта»? — с холодной интонацией спросил Кенра. — У меня имя есть.

— Так может представишься? — прожестикулировал рукой жуткий парень, призывая к действию, но потом опомнился: — Ой, где же мои манеры, прошу прощения. Я — Лекс, позывной — Мрак, — и кивнул головой.

«Так вот откуда тот головорез взял прозвище».

— А я — Сэйра! Позывной — Искательница! — приветственно махнув рукой, она сделала корявый реверанс.

— Кенра… пока без позывного.

— Почему же без позывного? Я нарекаю тебя… Объектом!

Подросток перевел взгляд на Новина, надеясь найти у того помощи, но тот покачал головой, злорадно улыбнулся и сказал:

— Добро пожаловать в клуб, приятель.

Кенра в бессилии опустил руки, понимая, что так теперь будет каждый цикл…

— Так-так-так, чего кричим!?

Со второго этажа раздались глухие шаги, а голос показался смутно знакомым. Увидев его обладателя, подросток, широко раскрыв глаза, чуть не поперхнулся.

— Ох ты ж мать мою перемать… Кенра?

— Профессор Хамфулл?

На ступенях стоял тот самый преподаватель по боевым искусствам, который кидал в Кенру футбольные мячи с набитым песком.

«Этот день не перестает меня удивлять…»