Не успела нога ступить на поверхность, как преобразовалась трехцветная шестигранная призма, исполняющая роль межпространственного тоннеля.

Подобно змеям, бирюзовые Эфирные жгуты обвили грудь и руки Кенры.

Белый.

Позади — искаженный мыльный пейзаж крыши здания. Он казался одновременно и близким и далеким. Закрученное в спираль изображение простиралось в бесконечность. Неисчислимые отражения одной и той же картины, как осколки стекла, плыли по витиеватым пространственным потокам.

Черный.

Впереди — кромешная темень, с которой сравнится разве что сама Бездна. На грани чувств присутствовало веяние чего-то величавого, таинственного и непостижимого, но это было там — за пределом беспросветного морока. Всеобъемлющая стена тьмы уверенно сдерживала потусторонние кличи. Мгла расступится только тогда, когда кто-то или что-то ответит на один из них — найдет способ выйти из природной реальности.

Серый.

Кенра находился между двумя плоскостями: светлыми отблесками и отголосками тьмы. Одни влекли назад, а другие призывали идти вперед. Тонкая срединная грань, как переходный пункт, отделяла прошлое от будущего, пройденное от неизвестного; стык между диаметрально противоположными областями, что сливались в невзрачную действительность.

Второй шаг…

Непроглядный мрак покрылся сеткой белых трещин, должных приоткрыть плотную завесу тайны. Всполохи бирюзовой энергии, словно дым, просачивались сквозь ослепительные отверстия. Нити Эфира выстроились в полупрозрачную хрустальную дверь. Изящные створки приоткрылись, готовые пропустить сквозь себя зачинщика преобразовательного шаблона.

Внезапно за спиной раздался яростный вопль. Хоть Кенра абстрагировался от реальности, чтобы телепортироваться на крышу другого здания, — все равно услышал клич потустороннего существа.

В мириадах хаотичных отражений, где властвовало перманентное буйство красок, вырисовался отчетливый силуэт. Израненное Демоническое существо на всех порах неслось к юноше, брызгая ядом с черными крапинками. Багровые иглы вновь приняли форму паразитических щупалец, но в длине не убавили. Кровавые усики со свистом разрезали пустоту подле тела чудовища — чтобы жертва не смела подходить вплотную, умерла гораздо раньше.

Десятки острых лапок резво семенили в сторону добычи. Не пройдет и пяти вздохов, как монстр достигнет цели.

«Не думал, что увижу эту тварь так скоро, — заинтригованно засвидетельствовал «он», когда сознание подростка перестали занимать одни лишь мысли о резне. — Всего-то сорок с лишним циклов прошло… Хех, время летит так быстро даже с учетом нахождения во фрактальном веере».

Покуда оригинал корпел над телепортационным шаблоном, вторая личность могла спокойно порассуждать.

«Да… Начальный этап совсем скоро будет пройден. «Я» все хуже контролирую эмоциональный и нервный планы разума, а значит момент уже близко… Осталось ждать немного… А? Ты о чем? Какой момент?»

Неизвестный, но в то же время очень знакомый голос заставил «его» вздрогнуть.

«Пополнение? — с горькой усмешкой спросила шизофрения сама «себя». С нотками сожаления и понимания «он» продолжил диалог: — Значит, тебе не удалось дожить до того дня… Что? Какого дня? Разве я не… Тебе это пока необязательно знать, новичок, — отрезал «второй». — В ближайшее время сам все узнаешь… Узнаю что? Я… Я сейчас использую Артефакт, чтобы телепортироваться к небоскребу… Да? Так ведь? Не путай меня тут!»

Вторая личность удручающе вздохнула.

«Да. Все верно, малыш. «Мы» сейчас преобразуем телепортационный шаблон, — подбадривающе сказал «он» и немного подавил мысленные потоки «третьего». — Прости, но сейчас ты очень не к месту. Можешь помолчать немного?.. Ну хорошо. Что-то и правда неважно себя чувствую… А что чувствуешь?.. Будто по мозгам наждачкой прошлись. Да и вообще усталость напала какая-то сранная. Короче отстань от меня, старик. Я посплю немного… Старик? Я-то? Почему? Эй! Отвечай! Не уходи, я передумал!»

«Третий» утих, но его присутствие осталось. Новая личность не ушла в глубины подсознания, как это делали «другие» до сего момента. «Третий» остался подле оригинала, будто «ему» приготовлено там особое место.

«Ну теперь-то хоть будет повеселее. Оригинал совсем скучный в последних циклах. — Шиза предвкушающе усмехалась. — Интересно, а как данный «я» отреагирую? Сколько времени «мне» понадобится на осознание?»

«Он» обратил чувства на два других сферических сгустка, что парили в сердце разума. Со стороны они были похожи друг на друга как две… три капли воды, однако все же имели ряд отличий. Оригинал — самый большой из всех; лучезарный молочно-белый шарик, по поверхности которого пульсировали блеклые алые капилляры. «Второй» — тусклый, мрачный и самый маленький; стенки этой сферы окропляли темные кляксы, словно кто-то пролил чернила. «Третий» — средний по размеру и почти такой же яркий, как оригинал; вместо черных клякс «его» поверхность изобиловала россыпью витиеватых остроугольных линий, похожих на молнии. Тонкие багровые цепи пронизывали сферы трех сознаний, связывая их между собой.

Разные мысли, разные мотивы, разные цели, но при взаимодействии друг с другом они сливаются вместе.

«Начало положено… уже в который раз, — громогласно объявил еще один «он», но троица не услышала сего утверждения. — По образу единственного во всех реальностях человека, теперь и «ты» несешь это бремя».

Напоследок «четвертый» тихо добавил:

«Бракованный».

…А Кенра только-только приступил к следующему шагу. Внутренний монолог между шизами не продлился и секунды, словно время в разуме подростка имело другие законы, отличные от Реальности.

«Покуда не свершится четвертый шаг, Крафтер не телепортируется, — внезапно сказал «третий», вспоминая уроки Клефтиса.

Призму и хрустальную дверь видел только Кенра. Преобразовательный шаблон строился внутри разума, но тело оставалось в физическом мире. Плюсом нужно максимальное сосредоточение на мысленном образе. Именно поэтому подросток оттягивал сей процесс — во время боя телепортироваться крайне опасно. Чуть что — и последствия будут ужасающими. Одна неосторожная мысль разрушит представленное изображение, шаблон деструктурируется. Крафтеру сильно повезет, если ошибка в преобразовании не разорвет его на тысячи кусочков. А может быть и такое, что одна часть тела — торс, ноги или голова — переместится в представленную локацию, а другая останется на том же месте. Преобразования Аспекта Пространства крайне щепетильны: требуют бережного отношения и не прощают даже малейшей неточности в расчетах.

Третий шаг…

Кенра непоколебимо двигался вперед, не обращая внимания на усиливающиеся вопли Демонического создания. Прошло время равное трем вздохам. Чудовище добежало до конца крыши и приготовилось к прыжку, чтобы мгновенно покрыть расстояние до цели. Чуть отклоняясь назад оно скукожилось, как змея перед броском, и приподняло верхнюю часть тела. В то же время размышления шизофрении мягко перетекли в другое русло:

«Отец, куда же ты делся? Как ты мог меня бросить? Почему убежал, когда должен был помочь? Хм, а в общем-то... Дай угадаю — плевать?.. Плевать… Изволил проснуться?.. Для «тебя» я все еще сплю… Почему это?.. А ты ответишь, что за момент должен настать в будущем?.. Нет… На нет и суда нет… Падла. Я для твоего же блага ведь стараюсь… Старайся в том же духе, и я останусь в извечном сне для «тебя»… Какой наглый попался. Только появился на свет, а уже ультиматумы ставит… Ну, какой есть».

«Третий» мысленно пожал плечами. Квинтэссенция абсолютного, первородного безумия с примесями увеселительного дурачества теплилась в сфере этого сознания. Мировоззрение только-только зарождалось, но даже сейчас почти не уступало «ему» в праве основного голоса. Не ровен час — оно выйдет в свет… если уже не выходило ранее. Третий не понимал, что происходит, не понимал, где оказался, не понимал, что говорит. Ему все было по боку; в крайней степени плевать на происходящее. Иногда он делал вид, что неравнодушен к тому или иному событию, человеку, ситуации, но…

«Это не более чем напускной фарс», — бубнил «он» про себя.

Главное для «третьего» — веселье. А последствия...

«Бессмертный как-никак. Я с легкостью переживу любые невзгоды судьбы, — беспечно отвечал он «себе». — Наверно поэтому этот «я» и сдох так рано, — предположила вторая личность. — Стохастический больной ублюдок. Надо будет как-нибудь расспросить третьего на тему смерти… если Тот, конечно, позволит».

Яркая белая точка осветила мрачный конец тоннеля. Острые пространственные искажения, походившие на клинки, разрывали трехцветные мембранные стены. И только в задней части призмы оставался неизменный элемент; Инородная сущность уже дышала над ухом.

Глубокая зубастая пасть, готовая поглотить беззащитную жертву целиком, застыла в воздухе. Кровавые щупальца касались спины; багровые глаза-бусинки альфа-хищника предвкушали пир, а маленькие пауки навострили жала и хелицеры, надеясь оттяпать от Кенры хотя бы маленький кусочек.

Секунды тянулись как часы.

Но смерть наступит через мгновение…

Четвертый шаг…

Хрустальная дверь пролетела сквозь Кенру и испарилась перед носом монстра. Невидимая призма рассыпалась в прах, оставив после себя тлеющие угольки-частицы Эфира. Преобразование с помощью Артефакта завершилось… но успешно ли?

Веки Кенры раскрылись, однако лишь наполовину, что выражало «его» безразличие к происходящему и лень продолжать бой с пауком-сколопендрой. Но сейчас главным был не «он». Налитые кровью глаза, не имеющие зрачков, прошлись по новым окрестностям. Практически та же крыша, но небоскреб гораздо ближе, да и окружающие постройки другие. Прохладный ветерок развеивал мягкие черные локоны, а сумеречная темнота ласково гладила кожу.

— Обошлось без сюрпризов, — холодно подметил юноша и упал на колено. Из рта стекла алая струйка, а на плечах проявились косые полосы и следы укусов. — Ну, почти без сюрпризов, — чуть веселее добавил «он», утерев кровь с губ.

«Надеюсь, улучшенная регенерация сделает свое дело и я не загнусь от передозировки токсинами, как десятью минутами ранее — до применения Интервала, — думал Кенра. — Н-да уж. Вот будет весело-то, оборжешься просто», — с радостным безумием подытожил «он».

Хрустнув шеей, подросток почесал раны, встал и развернулся.

— Тварь с мелкими жуками таки оставили пару царапин. Сорока циклами ранее Мист тоже успел кинуть мне в спину черную сферу, но в той битве — первой серьезной битве — я еще только-только завершил третий шаг. Не мудрено, что преобразование болтливого культиста долетело до цели… Да, эту боль под лопатками сложно забыть… Сейчас же меня ранили на финальном этапе преобразования — четвертом шаге…

Кенра смотрел в сторону Демонического чудовища. Огромный паук трагедийно голосил в пустоту, раздосадованный побегом жертвы.

«Будто силы Демонического существа завязаны на Аспекте Пространства… Звучит вполне логично. Тогда мне стоит поторопиться. Будет грустно, если тварь способна оказаться рядом в мгновение ока. А еще…»

Парень тихо застонал и приложил руку ко лбу. Разум окатывали сокрушительные волны боли. Нет, не волны — штормовое цунами дрейфовало по сознанию, намереваясь стереть недавние воспоминания. Даже Ярость не могла остановить или хотя бы снизить напор ментальной пытки, хоть и предотвращала наихудший вариант ее развития в лице амнезии.

«А еще… Дверь… Ее в этот раз не было… Почему? Активация Ярости предотвращает материализацию кошмара? Или «он» вмешался в преобразование… Нет, не важно. Надо истребить существо…»

В любом случае итог не поменялся. Что с Яростью, что без нее, подросток обречен на перманентную смену раздумий, где от догадки его отделяет пара-тройка определенных мыслей.

«Моя воля слаба… — удручающе сказал «он». — Пока что слаба, и только его воля», — неоднозначно хихикнул «третий», спровоцировав «второго» на грустный утверждающий кивок.

Кенра вернулся к главной цели, ради которой готов пожертвовать чем угодно.

Демоническое существо, не смотря на внушительные размеры, передвигалось весьма прытко, ловко. Кенра, убедившись, что монстр твердо намерен его преследовать, устремил взор к следующему зданию. Прежде чем повторно уйти в себя — сосредоточиться на новой локации, — он проверил заряд кейса от наушников.

«Семьдесят процентов… Достаточно, чтобы телепортироваться в логово, когда все закончится», — подметила шизофрения — больше для самой «себя», потому что оригинал до сих пор никого не слышал.

Использование Пространственного Артефакта и настолько откровенное поведение монстра (тот вовсю распускал зловещую Ауру) уже не могло остаться незамеченным. Отвлеченный мыслями, Кенра не сразу услышал вой сирен. Эфирные датчики пробуждали район ото сна и уведомляли общественную безопасность о несанкционированном всплеске энергии.

Вдалеке — во тьме утренней зари — блеснули золотые огни. Автомобили с сотрудниками правопорядка неслись к месту преступления. Вдобавок к общественным блюстителям закона двинулись и более квалифицированные люди; прозрачные диски, омываемые голубыми и зелеными каллиграфическими печатями и глифами, взлетели над районом мавронов. На футуристичных аппаратах передвижения стояли Крафтеры, спешившие узнать причину возникновения тревоги.

Инородная сущность мельком глянула в сторону «непонятных сверкающих штук». Окатив их кровожадной Аурой, монстр возобновил преследование обидчика — этой наглой, слишком уж везучей жертвы, что трусливо убегает от предрешенной судьбы. Рано или поздно чудовище достигнет маленького куска мяса, — сладкого, желанного куска. С его помощью оно вознесется над всеми обитателями кровавого мира грез, а Изуверы завопят от ужаса…

Как бы то не было, от ужаса пока что завопили только Крафтеры, дрейфовавшие по небу на овальных дисках. Импульс Демонической энергии приструнил агентов Артелей, заставил их остановиться и проанализировать ситуацию. Некоторых охватила судорожная тряска, другие и вовсе чуть в обморок не упали; два Крафтера, чьи сознания оказались слабее многих, с недобрыми намерениями глянули на сослуживцев. Глаза дуэта загорелись алым пламенем, а губы растянулись в злобных ухмылках...

Концентрация негативных эмоций в Ауре существа зашкаливала. Тяжелые и вместе с тем резкие запахи крови и пепла въелись в атмосферу. Окружающий мир перед глазами Крафтеров окрасился кроваво-красным — покрылся слабой иллюзорной пленкой, — а в разумах пробудились чужеродные желания:

«Пытка... Резня... Истребление...»

Агенты стремились искоренить Демоническое присутствие, но их натуги были подобны муравью, что стремился подвинуть слона. Да, они сопротивлялись, и весьма успешно, однако ничего более делать не могли. Все силы уходили на сдерживание Инородного паразита, стремившегося поглотить воспоминания и выпить жизненную эссенцию. Только самые смелые умы не содрогнулись под леденящим душу астральным давлением.

Группа агентов разношерстны Артелей пришла в хаос.

Первый шаг... Второй... Третий... Четвертый...

Открыв глаза, Кенра обнаружил себя подле небоскреба.

Округлый вертикальный стержень: гротескный, матово-черный, шершавый, без зеркал, без видимых входов и выходов. Только редкие дыры, где лежали балки и арматура, украшали недостроенную высотку, делая ее похожей на флейту. Стены зданий не отражали света, а наоборот, казалось, поглощали любые яркие проблески.

Глянув за спину, парень с наигранной радостью заметил, что Инородная сущность не отстала. Следом хрустнул фаланги пальцев, облизнул разорванные до ушей губы и засунул Пространственный Артефакт в карман.

До места решающей схватки Кенра решил добраться пешком — а вдруг монстр потеряет его из виду и бросит преследование? Такого исхода подросток никак не мог допустить.

«Придется попотеть», — думал «он», стоя на краю парапета. — Будет весело?.. Скорее всего...»

На глаз отмерив расстояние до небоскреба, Кенра отошел в противоположный конец крыши и сел на карачки. Одной ногой уперся на колено, а другую вытянул и поставил на носочек. Когда направил в мышцы Инородный Эфир — рванул с места. Кирпичная укладка треснула под силой толчка, что больше походил на прыжок.

Мгновение, еще один толчок, на этот раз с края парапета.

Алые послеобразы, как шарф, следовали за ним во время полета, что вскоре обратился в падение. Вложенной Демонической энергии было недостаточно. Порядком ста метров — слишком уж внушительное расстояние для прыжка. Даже Крафтер пика Первого Ранга, специализирующийся на Аспекте Тела, не в состоянии свершить этот подвиг.

«Упаду или допрыгну? Разобьюсь или выживу? Как... Как интригующе!»

Но Кенра и не думал залететь в настенную дыру, пусть та и была очень широкой. Подлая реальность не позволит случиться такому удачному совпадению.

«А ведь с тех пор, как «я» активировал Ярость, откровенных издевок судьбы не заметил», — комментировал «он».

Подросток вытянул острые длинные когти и вонзился ими в стену (совсем чуть-чуть не долетел до дыры). Неизвестный черный материал, на его счастье, оказался не так уж тверд. Кенра проскаблил вниз с десяток метров, прежде чем остановился. По истечению двадцати одного вздоха успешно доковылял до дыры и плюхнулся на холодный пол.

«Да! Круто! Какой же я молодец!» — феерично рукоплескал «он».

Но расслабляться было рано.

Паук-сколопендра маячил на горизонте. Не успел Кенра моргнуть, как чудовище так же прыгнуло на небоскреб и побежало к нему.

«Перекур окончен, брат», — бросила шизофрения.

Юноша лавировал между бетонными колоннами, держа путь к центру комнаты. На ходу прихватил металлический трос с крюком — обвязал его вокруг пояса.

«Ну же! Иди к папочке! — безостановочно голосил «третий», пока оригинал взбирался вверх по лестнице и считал количество пройденных этажей.

«Хм, здесь нет отдельных комнат, — подхватил «он» волну бессмысленных разговоров. — Сплошные колонны да и только... Одним словом — пустота», — проявила чудеса гениального словообразования вторая шиза.

Когда парень миновал шестьдесят девятый этаж, крики Демонического существа прозвучали в опасной близости. Только Кенра убрал ногу с последней ступеньки, как последняя исчезла в зубастой пасти.

«А паучок серьезен в своих намерени… Да заткнись ты уже! — перебила одна шиза другую. — Так и мертвого доконать можно!»

Юноша ушел кувырком от удара щупальцами и ринулся за колонну, но прислоняться к ней не стал. Это спасло ему жизнь… точнее, продлило цикл еще на несколько дней.

Демоническое паукообразное существо «плюнуло» кровавыми отростками. Те просверлили колонну насквозь и остановились прямо перед носом Кенры. Последний разрубил два затвердевших щупальца и взял их, намереваясь использовать в качестве импровизированного оружия.

«Прелюдия перед концом! Ох! Я готов конч… Захлопнись! Дай насладиться процессом!»

Высунув голову из-за колонны, Кенра сразу завел ее обратно; еще дюжина багровых игл, что выглядели меньше и тоньше прошлых, подрезали длинные черные локоны парня. Тот фыркнул, скрежетнул акульими зубами и ответил тем же: метнул отростки в предполагаемое место расположения чудовища. Мгновением позже послышался гневный вопль. Юноша, улучив возможность для побега, устремился к строительной, а может декоративной, дыре в стене.

«До верхушки осталось совсем немного. Можно обойтись без лестницы… тем более, что ее больше нет как таковой». — За долгое время мелькнула чистая мысль, не связанная с убийством.

Инородное создание, будучи застрявшим в лестничном проеме из-за внушительных габаритов, не сразу последовало за жертвой. Оно трепыхалось, корячилось, визжало, не в состоянии миновать узкий проем, подобный горлышку в бутылке. Крайне эффективный доселе яд оказался бесполезен. Странный материал никак не хотел разъедаться под воздействием токсина; кровавые щупальца хоть и пробивали черный камень насквозь, тот все равно оставался таким же крепким и неприступным.

«Жрать меньше надо было, — едко выразился третий, как только увидел настолько сюрреалистичную картину. — Хм, интересная деталь: с каждым последующим этажом лестничная площадка становилась все уже. Не удивительно, что эта образина застряла. Может, элитные мавроны — карлики?.. Иногда с номинальным повышением Ранга тело проходит через ряд пертурбаций, — вклинился «он» в монолог. — Внешняя оболочка может измениться вплоть до неузнаваемости… Откуда такая осведомленность? Разве у нас не один мозг на двоих? Что-то ты много темнишь, старик».

Вторая шиза неловко прокашлялась.

«Э-э-э… Профессор Хамфулл как-то обговаривал этот момент. Ты, наверно, просто забыл… Хм… Меня терзают смутные сомнения… Хотя, в общем-то, без разницы. Я просто поинтересовался».

Третья личность хмыкнула и перевела внимание на обстановку в реальном мире.

В конечном итоге чудовищу кое-как удалось принудительно «расширить» узкую дыру. Оно приложило всю доступную ему физическую силу и раскрошило мглистую бетонную плитку в пыль. Демоническое существо настолько сильно преисполнилось гневом, что сносило все попадающиеся на пути колонны.

А Кенра был уже в не поля зрения монстра. Парень выпрыгнул из дыры и двинулся к самому верху небоскреба, вонзая когти в гранитную стену.

«Опять лезть наверх… опять по стене… Ну сколько можно уже, а? Сплошная скука. Так и привычку войти недалеко», — возмущался «третий».

Мышцы забились почти до отказа, хоть юноша почти не ощущал этого из-за Ярости. Раскаленная кровь наполняла вены, что аки сколопендры вились по предплечьям.

«Солнце… Яркий свет… Надо добраться…» — думала оригинальная личность.

Тело раскалилось до немыслимых температур, будто заместо сердца в груди пылал вечный механический преобразователь. Пот не успевал стекать из кожных пор и сразу испарялся. Легкая белая дымка, где едва заметно просвечивались искореженные, преисполненные болью и страданиями лица, преследовала Кенру. Белесая пелена, точно величественный потусторонний венец, несущий абсолютную погибель, казалось, въелась в саму душу подростка.

Инородная сущность карабкалась след-в-след, не уступая парню в скорости и ловкости. Время от времени Демонический паук стрелял красными щупальцами, но Кенра ловко уворачивался от снарядов. Туманные шлейфы немного помогли в этом деле: хватали кровавые отростки на лету и пересылали во врага, из-за чего последний лишился еще дюжины глаз и одной хелицеры, а также съехал вниз на десяток этажей. Иногда туманное марево сгущалось в небольшое облачко. Попадая в него, щупальца буквально растворялись на Эфирные составляющие. Пар впитывал энергию, отчего становился насыщенней, плотнее. Из-за него детеныши альфа-хищника не могли подобраться к юноше, хоть и двигались на порядок быстрее вожака; от мелких представителей ужаса оставалась лишь прозрачная хитиновая оболочка.

«А Ореол использовать так и не додумался… — корил «он» оригинальную личность. — А ведь какое сладкое применение ему можно было бы найти…»

Кенра не осознавал и доли тех возможностей, что предоставляло Инородное Благословение. Он задействовал способности неосознанно, интуитивно, и каждый раз узнавал что-то новое. Даже Ярость — режим непревзойденного, безграничного убийства всего и вся, где мыслительные процессы задействованы только на резню, — не защищает от ошибок в бою… или юноша специально, на подсознательном уровне, не дает Демонической ипостаси проявиться на сто процентов.

«И-и-и… Наконец-то!»

Последнее усилие — и Кенра оказался на округлом маленьком парапете. Яркие лучи утреннего солнца омыли его лик.

Парень взял крюк, привязал к нему трос, размахнулся и ударил по основанию шпиля. Вонзить не получилось, поэтому Кенра решил применить Демонический Эфир.

«Использую совсем немного, буквально чуть-чуть».

Кончик крюка покрылся вязкой, как смола, энергией багряного оттенка. Она не воспроизводила каких-либо эффектов по типу стрекота, щебетания или свиста, как любое другое преобразование Эфира. В воздухе лишь повеяло стойким запахом крови.

С громким лязгом удалось пробить металлический шпиль.

Подросток глянул вниз.

Демоническое существо не решалось зайти в осветленную область. Оно лишь злобно фыркало, наивно думая, что загнало добычу в угол. Теперь дело, по мнению паука, оставалось за малым — ждать, когда облака закроют эту яркую штуку на небе.

«Это не то, что я хотел… Но можно сделать по-другому…»

Уперев ногу в стену, парень обкрутил трос вокруг тела, резко выдохнул и прыгнул спиной. Он совершал заднее сальто, двигаясь по дуге прямо к монстру. Последний был только рад поступку подростка. Паукообразное существо навострило оставшуюся хелицеру, подняло кверху передние лапки и раззявило пасть.

«А ты не учишься на ошибках», — усмехнулись шизофрении — «Он» был солидарен, поэтому внутренние голоса слились в единый.

Немаловажную роль сыграла затаенная на жертву злоба. Охота шла непозволительно долго, чудовищного скорпиона-паука терзало неуемное желание вкусить сладкой плоти.

И он вкусил, а точнее…

«Выкуси!» — заорал «третий».

Кенра вытянул ноги и сосредоточил в них всю доступную Инородную энергию. Алые Эфирные изваяния преобразовались в подобие трехлезвийной стрелы длиной несколько метров. Кроваво-красные шлейфы-послеобразы, безотвязно следующие по пятам, и туманная дымка, укутывающая тело, проявлялись как никогда четко.

Юноша попал прямо в глотку паука. Пройдя через каждое из пяти брюшек, он вылетел с обратной стороны, весь в крови и телесных ошметках. Затем твердо приземлился внутрь небоскреба. Сила удара была настолько велика, что ноги пробили мглистую стену. Туман поймал тело монстра и подтянул его к хозяину Демонической силы.

Выдохнув густое облако пара, Кенра блаженно прикрыл глаза и облизнул губы.

«Наконец-то… Да… Я сделал это…»

Пока юноша предавался экстазу, алые эманации и белый туман медленно перекочевали за спину. Потихоньку два атрибута слились в единое целое.

Аморфное Нечто с множеством ртов, дыр, щупалец и костей уже привычно воспарило над Кенрой. Казалось, Ореол вышел на новую ступень развития и сейчас почти полностью воплотился в реальном мире. При особом желании его можно было бы даже потрогать. Подросток не заметил сей странности, не смог ощутить чего-то парадоксального.

Внешность его значительно изменилась. Кожа сильно побелела, будто ее пудрой посыпали. На скулах, подбородке и шее вырисовались острые черные линии, — не то шрамы, не то Инородные символы. Разрезы по краям губ исцелились, клыки заменили обычные человеческие зубы. Выражение лица переменилось на безэмоциональное, бесчувственное, безразличное абсолютно ко всему. Такое имеет только мертвый человек; эйфорического исступления как не бывало.

Хаотичная Аура резни улетучилась, тяжелое давление испарилось. Только едва заметное присутствие чего-то потустороннего, не принадлежащего этой реальности, растеклось по округе. Оно не стремилось подмять под себя окружающий мир, не клонилось к разрушению или созиданию. Оно просто существовало в отрыве от всего, как сторонний наблюдатель. В то же время появлялось чувство, будто неизвестное присутствие могла уничтожить не то что предмет или явление, а стереть само его понятие из реальности.

Кенра все еще стоял с закрытыми глазами. Невидимая пленка обтянула его лицо, его тело. Эфемерные лица все того же Кенры отразились на иллюзорном покрове. Разные гримасы — экзистенциальный ужас, безумная фанатичность, ликующее отчаяние, отрешенное вожделение, — самые необычные смеси эмоции заменяли друга друга в бесконечном цикле, обреченные на вечные страдания. И все они, в отличие от оригинала, открыли глаза: ярко-алые, преисполненные жаждой расправы над чем-то роковым, знаменательным. Вместе с тем кровавые глазницы наполнены болью и нежеланием идти дальше… ведь дальше будет еще хуже.

Ореол подлетел к телу Демонического существа, окропляя пол кровавыми слезами. Разинув пасти и навострив щупальца, Нечто прислонилось к пауку. Разнеслось громкое чавкание. Паукообразный, на удивление, еще не умер, оттого по окрестностям разлетелся леденящий жилы агонизирующий вопль. Биоматериальная сущность медленно пожирала добычу, смаковала каждый кусочек, каждую капельку багровой жидкости, стремясь принести врагу как можно больше страданий.

В конечном итоге от чудовищного паука-сколопендры не осталось и следа, и пятнышка крови, даже кости были размолоты и проглочены за милую душу.

Когда Ореол насытился, пространство искривилось. Закрученный в спираль портал преобразовался перед Нечто.

Кровавый мир снов из кошмарного сна Кенры предстал во всей своей красе. Запах, цвет, вкус, звук и другие чувства, недоступные богоугодному человеческому телу, искажаются здесь до неузнаваемости. У кровавого мира и населяющих его существ только одна цель — причинение максимально возможной боли.

Посередине расположилась монументальная, прекрасная в своем ужасе, Демоническая Дверь. Неисчислимое количество глаз разных мастей лениво приоткрылись, как бы вопрошая: по какому поводу и что могло их потревожить?

Нечто очутилось по ту сторону портала, а потом изрыгнуло все, что поглотило. Инородный паук-скорпион, что сейчас представлял собой однообразную жижу, за несколько минут воссоздался — принял изначальную форму. Сотни глаз-бусинок, где некогда плясали ярость и голод, наполнились страхом. Жалкий монстр скукожился в комочек, как беззащитный кролик перед волком.

Глаза на Двери сосредоточились на пауке, но почти сразу обратно закрылись, словно не нашли в существе ничего интересного.

…Однако был дан приказ.

Забурлил бездонный океан крови, что омывал Демоническую Дверь…

Загудели титанические горы, царапающие небо за пределами горизонта…

Заклубились белоснежные облака, где истошно вопили мириады голосов…

Загорелась багровым пламенем серая земля, по которой дрейфовали космогонические смерчи…

Первородные существа колоссальных размеров явили себя, чтобы с почестями встретить нового обитателя их мира… или возвратить то, что было утрачено.

А Нечто вернулось в реальный мир, перелетело за спину хозяина и тихонько рассеялось по воздуху. Спиралевидный портал завихрился, постепенно сжимаясь в маленькую точку, что сверкнула красным перед тем, как исчезнуть.

Кенра резко открыл глаза. Воспоминания нахлынули в сознание, как тайфун. По-новой воспринимая все то, что натворил и о чем думал с активированной Яростью, он мог сказать только одно:

— Это пиз…

Но довершить фразу ему не дала ослепительная вспышка света. Юноша прикрыл глаза, чтобы не ослепнуть. Когда убрал руку — заприметил человека в кожаной униформе с цветастыми нашивками. Его лицо скрывала маска, а кости выпирали из-под одежды, что намекало на нечеловеческое происхождение незнакомца.

«Маврон», — догадался Кенра.

Незнакомец грозным взглядом стрельнул в юношу. Сфокусировав зрение, подросток углядел в зрачках агента Артеля — а это мог быть только он и никто иной — искорку настороженности с уклоном в страх.

«Дьяволо, а ты-то откуда здесь взялся?.. Не тупи, Кенра, — осуждающе цокнул «он». — Ясное дело, что на такой погром сбегутся агенты. Удивительно, что мужик пришел один. Либо слишком самоуверен, либо очень силен, либо другие еще не подоспели. А может все перечисленное», — с заумной интонацией проговорила шиза.

— Не двигайся, парень. — Мужчина в кожаной униформе нацелил бастард на Кенру. — Иначе я за себя не ручаюсь.

— Да я…

— А также советую помолчать, — с угрозой в голосе перебил агент. — По крайней мере до тех пор, пока не подоспеют мои напарники.

Юноша внемлил указаниям мужчины и закрыл рот, но в голове уже строил план побега.

— А теперь медленно, очень медленно иди ко мне и… — Агент прервался на полуслове и глянул по ноги. — Что за?..

Вдруг раздался протяжной скрип. Тело подростка накренилось, голову орошило пылью, словно…

«Небоскреб падает!» — мысленно выкрикнул Кенра.

Те колонны, что снес Демонический паук, напомнили о себе в злостном ключе. Реальность просто не могла не ухватиться за эту возможность, как и ринувшийся к лестнице юноша.

— Черт! Да что б тебя!

За спиной слышались гневные выкрики, однако маврон не последовал за нарушителем порядка, позволив тому спрыгнуть на несколько этажей вниз.

«Так, спокойно… — успокаивал себя Кенра, держась за голову. — Что делать дальше?.. Ну-у-у-у, даже не знаю, — в глупой манере протянул «он». — Может, телепортироваться в логово? Это же крайне сложное умозаключение… Да понял я, понял! Просто еще не остыл после сражения! Мысли в полном хаосе!»

Перекинувшись колкими фразочками с шизой, парень достал Пространственный Артефакт и закрыл глаза.

Первый шаг…

— Он падает! Падает! — вопил стоящий на летальном диске Крафтер.

— Нет, блин, стоит! — с сарказмом возразил другой агент.

— Хватит препираться! — влез третий сотрудник Артеля. — Начальник передал по мысле-связи, что почти все колонны на семидесятом этаже разрушены! Надо помочь ему восстановить опоры!..

Неожиданно агент почувствовал острую боль в груди, а следом захаркал кровью. Он недоумевающе посмотрел вниз. Из солнечного сплетения торчала покрытая камнем рука.

— Джумель, что ты делаешь?! — вопрошал один из агентов, складывая руки в мудре.

Тот, кого звали Джумелем, вынул окровавленную руку из спины уже мертвого напарника и облизнул краешки пальцев. Кровожадно ухмыльнувшись, обезумевший Крафтер без лишних слов напал на группу агентов, более не в силах сдерживать убийственное намерение. Налитые кровью глаза утопали в желании устроить резню.

Следом контроль над разумом потерял еще один Крафтер, что усугубило и без того хаотичную ситуацию.

Агенты претерпевали внутренний раскол, а величественная конструкция неумолимо клонилась к земле. Большие и маленькие обломки бетона падали на близлежащие постройки. Бывало под удар попадали невезучие граждане.

Оглушительный рокот гулким эхом разносился на многие километры, как при землетрясении.

Четвертый шаг…

Пройдя через хрустальную дверь, Кенра очутился в небольшой темной комнатке. Сразу же его встретил отец. Весь встревоженный, с растрепанными волосами, без одного глаза и левой руки.

— Почему ты весь в крови? — Первое, на что он обратил внимание. — Прямо… с ног до головы. Как себя чувствуешь? И…

Клефтис сделал небольшую паузу. Сев на колени перед сыном и приложив лечебный Артефакт к его груди, он поинтересовался:

— Что за грохот там снаружи?

Юноша взглянул на отца и понял, что ему тоже пришлось несладко.

«Ну, претензия о странном исчезновении Клефтиса официально не действительна», — радостно проинформировал «он».

Кенра набрал полную грудь воздуха, готовый поведать о своих невероятных приключениях, но в итоге, криво улыбнувшись, устало произнес всего несколько слов:

— Я разрушил небоскреб.

А следом вырубился от переутомления.

***

Когда пыль улеглась, рядом с обломками высотного здания прошелся человек в белом халате. Его черные волосы были прилизаны назад, а гладкая ухоженная борода опоясывала лицо. За человеком в халате следовали две высокие, укутанные в черные рясы, фигуры — гораздо выше самого незнакомца. Внимательным взглядом тот осмотрел место крушения, приложил руку подбородку и несколько раз кивнул. Легкая улыбка появилась на его лице, а фиолетовые глаза, в коих проглядывалось аж по пять зрачков, осветились красным.

— Думаю, эксперимент можно считать успешным. Пророк будет доволен результатом. Пора приступать к более серьезным испытаниям.

— А что послужило триггером? — сухо полюбопытствовал один из последователей.

Человек в белом халате поправил очки и ответил:

— Это неважно. Главное установить связь, а с катализирующими элементами разберемся по ходу пьесы.