— Быстрее, двигайся быстрее! А это что за удар такой особый!? Да ребенок и то лучше дерется! Уклоняйся, чаще уклоняйся и ставь блоки! Ты же понял, что не можешь даже задеть Зеленку, так зачем контратакуешь!? Будущий Крафтер Времени, который не в силах предугадать атаки противника! Ха, смех да и только!

Непрерывные выкрики неординарного профессора знатно сбивали концентрацию подростка — они скорее мешали, чем помогали. Катаясь по земле, словно тряпичная кукла или тренировочный манекен для битья, Кенра чувствовал себя далеко не самым лучшим образом.

«Быстрый гад, а он хорош в рукопашном бою», — думал Кенра, находясь под эффектом странной помеси эмоций — азарта, легкого возбуждения и раздражения.

— А можно немного… снизить планку? — с претензией обратился подросток, вытирая кровь у разбитой губы. — Мне кажется, что Зеленка слегка перебарщивает.

— Я и в половину…

— Да-да-да, дерешься лишь в полсилы, я признаю свою беспомощность, но что это меняет? Единственное, чему я могу научиться с таким настроем — привыкну быть избитым, оставаясь в здравом уме…

Профессор и Новин согласно кивнули, поддерживая выдвинутое заявление.

— …но это не есть хорошо! Я хочу научиться драться, а не получать звиздюлины!

— Одно другому не мешает, — сказал Новин, разрабатывая плечевой сустав.

— Вернее сказать, первое является производным от второго, — дополнил профессор, опираясь на деревянную палку. — Научишься получать удары — научишься наносить их сам. Боль — лучший учитель, ведь ее игнорировать невозможно.

— Так КАК я научусь бить, если мне даже не дают такой возможности!?

— А почему ты постоянно хочешь кого-то ударить? — усмехнулся Хамфулл. — Нет, ты задаешь правильные вопросы… но рассуждаешь не как боец, а как среднестатистический человек. И дело даже не в подходе к обучению или моей извращенной логике, а в самой психологии боя. Наверняка ты слышал такую фразу: «лучшая защита — это нападение», но… какой же все-таки бред, даже произносить тошно, — и стукнул ладонью по лбу, покрутив пальцем у виска. — Лучшая защита — это именно что защита: блок, уклонение, отход, Эфирный щит, техника антиобразования, парирование… короче все, что позволит избежать лишних трат как физической, так и внутренней энергии. Битва Крафтеров в определенной степени завязана на Эфирной выносливости; если ты будешь отвечать на атакующие преобразования своими собственными, то в конечном итоге все сведется к одному — у кого окажется больше резерва, тот и победит. Делать ставку на случайную переменную, параметры которой зависят сугубо от удачи — далеко не лучший ход в смертельной схватке, ты так не считаешь?

— Ну… в общем-то, вы правы, — согласился Кенра, понимая, что с удачей у него все очень плохо, — Но… хотя бы приемы рукопашного боя мне можно преподать, нет? Сейчас мы с Новином только кулаками да ногами машем, не используя Эфир в принципе. Одной защитой сражение не выиграешь.

— Все равно продолжает гнуть свою линию… — тяжко вздохнул Хамфулл.

— Любишь же ты поспорить, — поддержал его Новин. — Так трудно прислушаться к мнению профессионала?

— Да не в этом дело…

— Спрошу еще раз — куда ты так торопишься? — перебил его профессор. — Хочешь научиться всему и сразу, плюс в самые кратчайшие сроки? Понимаю, сцена убийства семьи не дает тебе покоя, постоянно всплывает в памяти, но Конквизитор как минимум Ранга Подмастерья. Чтобы достичь хотя бы Второго Ранга требуется несколько лет. Полностью на нем освоиться… думаю, понадобиться года три-четыре. Прибавь еще пять лет и при должном желании и таланте к преобразованию выйдешь к Подмастерью, а освоиться уже именно на нем… умножь предыдущее число на два. И это самый оптимистичный прогнозируемый вариант.

С каждым сказанным словом глаза Кенры все больше и больше наполнялись пустотой, где едва заметно мелькала красная искра, но, так как подросток склонил голову вниз, этих внешних изменений никто не заметил.

— Итого в сумме надо минимум двадцать лет, дабы суметь хоть как-то противостоять твоему мнимому противнику, а он, замечу, довеском имеет поддержку Бога и держит под своим крылом дюжину не слабых приспешников.

Подросток с силой сжал кулаки.

— Гением в преобразовании ты явно не являешься, внушительным резервом тоже не блещешь… о, так еще и угробил Эфирные Каналы, сократив максимальный объем энергии на две трети.

«Зато есть Благословение, Инородный Эфир и…»

— Думаешь о том, что, не смотря на все факторы, обладаешь Благословением, Демоническим Эфиром и хорошей предрасположенностью к Аспекту Времени? Ха, так ими надо еще надо научиться управлять, прежде чем начать использовать в бою. Время не обгонишь, как ни крути.

«Да, время не обгонишь, но я могу повернуть его вспять…» — продолжал упрямиться Кенра, но лишь исключительно в своих собственных мыслях.

Новин подошел к Кенре и легонько толкнул того в плечо, выведя из задумчивого состояния. Алая искра из глаз тут же исчезла, как и всеобъемлющая серая пустота, обрамлявшая бесцветные радужки; на их месте прорезался стандартный для подростка мертво-рыбный эмоциональный окрас.

— Мы тут не забавы ради, Кенра, — слегка раздраженно сказал Хамфулл, проведя пальцем по усам. — Не считай, будто делаешь что-то бессмысленное. Из рассказов Новина я понял, что ты не боишься смерти… но страшишься ощутить боль. От своих рук, возможно, и нет, но от чужих — однозначно да. И даже не пытайся спорить. Это видно по твоим движениям, по взгляду, выбираемой тактике ведения боя; сейчас мы и пытаемся устранить данный недостаток. Как только привыкнешь к неожиданным ударам, настроишь организм воспринимать болевые сигналы как должное, то мы непременно перейдем к техникам защиты. Все ясно?

Переварив услышанное, Кенра кивнул головой, повернулся к Новину и провокационно спросил:

— Следующий раунд?

В ответ зеленоглазый агент отошел чуть подальше и молчаливо принял боевую стойку, тем самым выражая полную готовность избивать подростка до тех пор, пока тот сам не скажет остановиться… или до окончательного беспамятства.

— Ну вот, другое дело, — удовлетворенно улыбнулся Хамфулл. — Продолжим избие… то есть, спарринг, — и стукнул палкой по земле, дав обоим участникам сигнал к действию.

«Тревожный звоночек, родненький, давай не выпендривайся и работай как положено, иначе твоему пользователю придется ой как не сладко», — в шутливой манере думал Кенра, желая взять под контроль способность предугадывать опасности, которой доселе не уделял достаточно пристального внимания.

Новин не стал терять времени зря и мгновенно сократил дистанцию. Отведя одну ногу чуть в сторону и назад, он сложил руки крест-накрест.

«Держит под напряжением плечевые, тазобедренные и икроножные группы мышц… ударит рукой в грудь? Или сделает подсечку?..»

На размышления ушло всего три секунды, прежде чем агент начал действовать. На счастье подростка, способность все же сработала, послав упредительный сигнал в правую область лицевых нервов. Не колеблясь, он доверился сверхъестественному чувству и отклонился влево, минуя хук Новина, но последний растопырил пальцы и отвесил Кенре пощечину тыльной стороной ладони. Предугадать именно такую подлость, в силу недоработки способности Аспекта Времени, уже не представлялось возможным.

Перепрыгивая на мысочках из стороны в сторону, получив красную отметину на щеке и подавляя нахлынувшую обиду, подросток заметил, как зеленоглазый агент едва заметно давит лыбу.

«Да он еще и кайфует! Садист чертов!»

Вновь накатило тревожное ощущение, возбудив мышцы пресса. На этот раз Кенра не стал уворачиваться, а отбил очередной хук собственным предплечьем, тем самым отведя удар в сторону. Не давая обрадоваться успешному блокированию, Новин приблизился совсем вплотную и ударил Кенру коленом в середину живота, отправив его в полет на несколько метров.

— Ты очень легкий. Я даже не ударил — можно сказать, просто толкнул, — комментировал он, опустив руки.

— Я… заметил, — тяжело дыша ответил подросток, потирая опухшее предплечье.

«Ставить блоки, кажется, тоже надо уметь правильно…»

— Зачем прикрыл глаза, когда я атаковал в лицо и торс?

— Ты меня спрашиваешь?

— А кто еще является владельцем этого некудышного тела?

— Я не боялся получить удара, просто…

— У себя в уме, может, и не боялся, но инстинкты тела считали по-другому, — перебил его профессор, набивая табак в курительную трубку. — Помнится, на тренировке с футбольными мячами я говорил тоже самое.

— Ладно… передышка окончена, давай продолжим, — решительно произнес Кенра. — Нападай.

Новин в удивлении приподнял брови. Казалось, в его глазах мимолетно отразилось уважение.

Подросток наклонился вниз, пропуская в нескольких сантиметрах над затылком размашистый удар ногой с разворота. Только приняв вертикальное положение, он тут же увидел кулак, стремительно двигающийся по направлению к лицу, но реакции на возведение защиты, увы, не хватило.

— Гх!

Не взирая на возникшее головокружение, Кенра сделал кувырок назад — сработала способность, известив о возможном ударе по грудной клетке; Новин с разбега провел дропкик, пролетев над скукожившимся подростком. Положение обоих бойцов оказалось таковым, что, приняв полусидячее положение, они почувствовали дыхание друг друга. Прошла неловкая секундная пауза, прежде чем агент блеснул своими зелеными глазами, взял Кенру за края хаори и ударился лбом об его лицо, окончательно доломав орган, отвечающий за обоняние.

Стараясь забыть про боль, подросток отпихнул Новина и резво вскочил на ноги, ожидая новой атаки, но ее не последовало. Агент остался лежать на траве; махая ладонью в свою сторону, он призывал перейти в партер, а иначе — переключиться на борьбу, чем вызвал усмешку у профессора Хамфулла, пускающего клубы табачного дыма совсем неподалеку.

Делать было нечего. Перед, непосредственно, борьбой, Кенра попытался вправить нос, но безуспешно… или нет?

«Да я умирал целых три раза, что мне какая-то сломанная носопырка!?»

Разозлившись на самого себя просто от того факта, что не может вытерпеть столь незначительную вспышку боли, подросток с громким криком, сопровождавшимся хрустом носового хряща, привел обонятельный орган в изначальное положение.

Присев на корточки, Кенра закрыл лицо и жалостно заскулил, мгновенно пожалев о принятом решении.

— Я там долго ждать буду?

— Зараза… да что б тебя продуло на этой траве…

Следующие двадцать минут прошли очень весело… для Новина. Подросток же так не считал, готовый назвать те части тела, по которым его еще не успели ударить или выкрутить в другую сторону, нежели наоборот; профессор, к слову, с каждой минутой спарринга орал все меньше и меньше, пока окончательно не перестал давать бессмысленные, по мнению Кенры, указания. Последний совет был таков:

— Не стоит целиком и полностью полагаться на способность Аспекта Времени, которая была дана тебе с рождения. Настоящий воин должен просчитывать шаги противника, основываясь на его движениях, характере, эмоциональном настрое, манере поведения, направлении взгляда и положении корпуса. И это только малая часть независимых факторов. Короче, нарабатывай опыт.

Каждый раз когда казалось, что атака была успешно заблокирована или отклонена, зеленоглазый агент безжалостно оспаривал данную мысль. Не помогала и способность к предугадыванию; Кенра решил окрестить ее «Интервалом», потому что «тревожный звоночек», как и «перерождение», а сейчас — «цикл», — звучали слишком неброско и неопределенно, а чувство, возникшее при убийстве поддельного агента в подворотне (Душителя) и волка в лесу он обозначил «Яростью». Использовать демоническую способность подросток не хотел… точнее, желание дать отпор Новину иногда проскальзывало, но в реальности не воплощалось. Он просто боялся убить Зеленушку, а как показала практика, для проявления способности нужна окончательная и бесповоротная цель — уничтожить противника.

Интервал, к сожалению, действовал не всегда, что привело к определенным последствиям.

Рассеченные брови и губы, травмированный нос, онемевшие предплечья, покрытые синяками торс и спина…

— Эй, может, хватит? — встревоженно спросил Новин. — Я-то, конечно, не против, но встает вопрос о том, сможешь ли ты завтра пошевелить хотя бы пальцами.

— Все… нормально, — прохрипел Кенра, харкая кровью. — У вас… на базе… есть Артефакты лечения…

«Надо использовать время по максимуму, иначе зачем мне был дан такой шанс? Ну изобьют до инвалидного состояния, что с того? В следующем цикле все равно буду как новенький», — так думал подросток.

— Они, знаешь ли, не вечны в использовании, — нахмурился агент.

— Но один разок… можно? Не будь таким… меркантильным.

Новин перевел взгляд на профессора, а тот, в свою очередь, на Кенру, еле-еле стоявшего на ногах.

— Даю добро. Сам же его так отмутузил, вот и возьми ответственность. Что скажут родители, когда увидят свое ненаглядное чадо в таком состоянии? Но использовать Артефакт разрешаю не более пяти раз в месяц, иначе на вас всех не напасешься.

Хмыкнув, зеленоглазый подошел к Кенре и передал тому золотое кольцо.

— Надень на палец и направь Эфир.

Выполнив указания, подросток ощутил, как по телу прошлась приятная волна охлаждающей энергии. Опухоли и синяки скоропостижно рассосались, мышцы расслабились, кровоточащие раны затянулись, а сломанный нос выправился сам собой.

— Погоди-те ка, — нахмурился Хамфулл. — Зеленка, почему ты не использовал исцеление? Насколько я знаю, ты овладел Аспектом Биоматерии на достаточном уровне, чтобы использовать этот шаблон.

Отведя взгляд в сторону, дабы скрыть нахлынувшее смущение, Новин тихо пролепетал:

— Я забыл…

— Дубина.

Попрыгав на месте, Кенра приготовился к продолжению самого нестандартного времяпрепровождения в своей жизни, но…

— Поубавь пыл, для первого дня тренировок ты сделал вполне достаточно. Иди на базу, завтра будешь мериться силами с Лексом.

Отбросив палку в сторону, Хамфулл продолжил:

— Мне надо удалиться по делам, так что добавлю кое-что напоследок, — и затянулся табачным дымом в крайний раз. — Запомни данное выражение как следует, Кенра: не разум должен следовать за телом, а тело — за разумом.

«Очередные слова, которые я пойму только через Дьявол знает сколько лет?»

По щелчку пальцев воздух подле профессора наполнился ослепительными оранжевыми искрами и вихрями пламени, предзнаменуя преобразование телепортационного шаблона. Яркая вспышка — и профессор исчез с боевой арены.

— И что дальше? — спросил подросток.

— У меня есть к тебе пара вопросов.

«Дайте-ка угадаю».

— На счет Харума?

— Да, — тихо ответил агент. — Как давно вы знакомы?..

***

Открыв дверь подземной базы, Кенра дошел до стола посреди комнаты, кинул на него изумрудную брошь и плюхнуйлся на стул, откинув голову наверх от изнеможения.

— О, начал пользоваться пространственным Артефактом? — спросил Лекс, не отрывая глаз от документов.

— Ага.

— Новин научил?

— Угу.

— Спарринг выдался познавательным?

— Да.

— А ты немногословен.

— Так точно.

— Я ведь тебя все равно доконаю, — не оставлял Лекс попыток разговорить Кенру. — Что-то произошло во время тренировки?

— …После нее, — сдался подросток, раздраженно посмотрев на мрачного парня. — Коротко говоря, меня чуть снова не избили, причем без основательных причин.

— С чего бы вдруг?

— Кто-то оказался слишком вспыльчив и не никак не хотел верить, что его безобидный, — подчеркнул подросток, — младший брат связан с Культом.

— А Харум правда стал членом Экстерминиуама?

Почесав затылок, Кенра машинально взглянул на наручные часы, будто надеялся найти в них ответ. Из глубин памяти выплыла сцена, как в странной в пещере с вихреобразным телепортом бандитка Круцци без всяких сомнений оторвала пухляшу голову, как только тот завершил ритуал.

— Не знаю, все слишком запутанно, — меланхолично произнес подросток. — Конкретно с Культом — возможно и нет, но вот с Конквизитором — однозначно да.

— А ты уверен, что его не заставили присоединиться?

Лекс отложил документы в сторону, отдав приоритет беседе.

Разум Кенры поминутно воспроизвел злосчастный диалог на цветочной поляне, где Харум просил о помощи; говорил, будто понял, во что ввязался, но было уже слишком поздно.

— Нет, пухляш сам хотел обучиться Аспекту Крови, — отрицал подросток. — Наверное, так удачно совпало, что Конквизитор «проходил мимо» и… предложил себя в качестве учителя, но плата оказалась слишком высока.

— Извини за прямоту, но ты ведь совсем не хочешь разбираться в этом деле, я прав?

— Что?

— «Белый и пушистый» — Новин часто так отзывался о своем брате, — сменил тему Лекс. — Но у каждого человека есть потаенные желания, которые он хранит в своей голове и никому не рассказывает, даже самым близким людям.

— К чему это ты? — прищурился Кенра.

— К тому, что тебе сейчас важнее свои собственные заботы, а не судьба какого-то там малознакомого приятеля, хоть ты и утверждаешь, что приходишься ему близким другом, — пробасил Лекс, смахнув пыль со стола. — Зуб даю, что ты даже не пытался глубоко осмысливать мотивы Харума, потому что тебе просто… наплевать.

Лекса окружил темный, зловещий ореол, показывая всю серьезность его нынешнего состояния. Светильные лампы лихорадочно замигали, а по потолку прошлась гротескная, монстроподобная тень, явившаяся словно из самой Бездны. Беспечность подростка заменили страх и встревоженность, заставив как можно сильнее вжаться в хлипенький деревянный стул. Усталость как рукой сняло.

— Ох, извини, я опять перешел личные границы? — в глуповатой манере спросил Мрак.

Давящая атмосфера ушла так же внезапно, как и появилась. Тень растворилась, ореол вокруг мрачного агента спал, а настенные лампы стали излучать свет как обычно.

«Словно два разных человека. У него раздвоение личности?» — предположил Кенра, но сразу же пришел ответ:

— Ох, извини, забыл предупредить, что страдаю небольшим синдромом перемен настроения, так что могу иногда входить в такое… такое… ну ты понял.

«Все ясно, он шизофреник».

Увидев столь неоднозначное проявление характера, Кенра наблюдал за Лексом добрых десять секунд. В конечном счете, подросток вернул себе старую-добрую невозмутимость… но был снова ошарашен следующим высказыванием Мрака:

— Ха-ха-ха, а знаешь, мне тоже как-то без разницы, даже если убьют вас всех поголовно.

«Я не хочу завтра идти с ним на спарринг…»

— Меня волнует только моя сестра, только она… лишь только она… кстати, а куда ушел Новин?

— …После детальных объяснений разговора с Харумом Зеленушка вручил мне пространственный Артефакт, показал как им пользоваться, и улетел, но обещал вернуться.

— О, вот как, понятненько… но я ведь прав, да?

— На счет чего?

— Харума, конечно же, — хитро улыбнулся Лекс.

Ответ был очевиден, но Кенра не хотел сообщать об этом прямо — не позволяли остатки совести.

— Молчание — знак согласия. Как будешь готов обучиться преобразованию «хорошего сна» — дай знать.

Поправив челку, Мрак сел за стол и продолжил читать документы.

«Зачем я пошел к поместью Лакханико? — рефлексировал подросток. — Точно ли я хотел помочь Харуму? Или, скорее, мной двигало какое-то другое желание? Зачем вообще Лекс задел эту тему!?»

Чем больше Кенра вдавался в детали в своего поведения, тем больше убеждался, что спасение толстого приятеля — надуманное оправдание, подкрепленное чувством вины; настоящая цель крылась на поверхности.

«Я хотел узнать больше информации о преступниках… чтобы… убить их».

Простое, приземленное желание, но совершенно ненормальное для такого человека, как Кенра.

«Дьяволо… да что ж это со мной творится?»

Не сбежать с семьей в далекий город, не известить органы правопорядка, а самому убить тех, кто представляет угрозу.

И, кажется, подросток мог назвать причину, которая инициировала изменения в характере и мировоззрении.

«Моя самая первая смерть… раньше я не был уверен наверняка и довольствовался иллюзорными предположениями, но сейчас могу сказать абсолютно точно — произошла какая-то дьявольщина. Вещь или явление, что изменило мой разум, мое сознание, интересы, мотивы…причем совершенно незаметно, будто так было всегда, — сделал вывод Кенра. — Я никогда не относился к смерти с такой беспечностью, никогда не хотел кого-то убивать, никогда не был таким самонадеянным. Дьяволо, почему, ПОЧЕМУ я вообще не помню ничего после того взрыва!?»

Подросток отчаянно пытался разобраться в собственных чувствах; от психоза он даже ударился головой о стол.

— Эй, с тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил Лекс.

«Все из-за тебя! Нет, хватит, надо успокоиться. Циркуляция Эфира, она определенно должна помочь».

Перебравшись на пол, Кенра сел в позу лотоса и закрыл глаза, сосредоточившись на представлении геометрических фигур разных цветов и размеров.

— Эй, не принимай мои слова так близко к сердцу, — засуетился Мрак. — Нет ничего зазорного в безразличии к смерти.

«Заткнись, просто заткнись! Так, фигуры, думай о фигурах. Разноцветных, волшебных кубиках и пирамидках…»

Лекс и дальше продолжать что-то говорить, но подросток его уже не слышал, отдав всего себя миру иллюзий. Когда мысли пришли в порядок, а подступивший психоз стал сбавлять обороты, сознание Кенры вернулось в реальный мир. Глаза сразу же вперились в наручные часы.

«Восемь часов вечера… ладно, оставлю эту тему на потом. Еще будет время порассуждать об изменениях в организме и сознании. Сейчас на горизонте стоят более важные вопросы, а именно — Эфирное и физическое развитие, — рассудил он. — Кажется, что теперь придется следить не только за окружающими людьми, но и за самим собой. Если паранойи самого себя не существует, то я буду ее первым обладателем».

Решив переключиться на другое дело, Кенра встал с пола, отряхнул штаны и подошел к Лексу.

— Успокоился? — поинтересовался Мрак, делая записи в блокноте.

— Более-менее.

— Тоже мучают перепадки настроения?

— Не так контрастно как у тебя, но да.

— Сочувствую.

— Это… я готов.

— К чему?

— К занятию.

— Но оно будет только завтра, разве учитель не сказал тебе?

«И правда намеки не понимает».

— Нет, я имею в виду преобразование, которое ты использовал для хорошего сна сегодня днем.

— Аааа, — понимающе протянул Лекс, положив блокнот во внутренний карман пиджака. — Ну тогда давай начинать.

Вытянув руку перед собой, он преобразовал угольно-черную сферу, с которой, словно пыль, слетали смолянистые частички Эфира, но, вопреки гравитации, двигались они не вниз, а вверх.

— Прежде чем перейти к заучиванию шаблона, придется ознакомиться с основными принципами Аспекта Тьмы…

***

Наступил следующий день.

Он прошел практически так же, как и прошлый — в сплошных тренировках и лекциях, правда основной упор в этот раз делался не на теоретической части, а на практической. Как только резерв Кенры опускался до нуля, он занимался спаррингом с Лексом, который, в отличие от Новина, работал куда более профессиональней и давал действительно полезные указания во время боя; резерв подростка восстанавливался — он шел на край арены и занимался преобразованием Эфира с профессором Хамфуллом, но к целенаправленному познанию Аспектов они пока не приступили. Профессор считал, что нужно сначала наработать общую преобразовательную базу — овладеть как минимум сотней простых шаблонов. К несчастью Кенры, слово «овладеть» в понимании Хамфулла подразумевало полный энергетический контроль над каждой составляющей преобразования — от создания формы шаблона, его идеального перемещения в разных плоскостях и изменения цвета, до созидания сразу нескольких шаблонов разных форм, размеров, плотности, а довеском — со всеми возможными стихийными элементами. И все только для того, чтобы можно было начать изучение Аспектов Биоматерии и Времени.

Попрактиковался Кенра и в преобразовании чистой энергии. В силу своего комлекса, подросток никогда не уделял достаточно времени на тренировки с Демоническим Эфиром, поэтому пришлось постигать азы чистого преобразования фактически с нуля, а оно в корне отличалось от смешанного. Даже на простое изменение формы или уплотнение энергии уходило много времени и сил, о формировании шаблонов Кенра даже не заикался. Хотя, внутри сознания время от времени что-то зудило; оно просилось выйти наружу, откликаясь в алой сфере, но подросток сдерживал это чувство, боясь непредсказуемых последствий. Возможно, он делал только хуже и вредил своему развитию, но, зная природу Демонического Эфира, ни к чему хорошему чрезмерное высвобождение убийственной энергии привести не может.

Так, во время небольшого отдыха, когда Хамфулл не стоял над душой, Кенра размышлял о поставленном вопросе:

«Что случится, когда я выпущу наружу весь Демонический Эфир? По-хорошему, надо бы сначала научиться качественному контролю, чтобы в случае чего суметь антиобразовать Демоничский Эфир до того, как он примет форму и проявит Аспект. Не хочется соглашаться с Хамом, но в каком-то смысле он прав. Мне действительно не хватает базы. Хотя… точно! Можно провести эксперимент прямо во время боя! Правда, надо поставить условие — действовать только в том случае, если смерть будет неизбежна. Вот для врагов будет сюрприз… — опомнившись, он хлопнул себя по лбу. — Дьяволо, я опять думаю о том, как бы кого-нибудь грохнуть…»

— Развлекаешься? — прозвучал знакомый голос за спиной.

Обдуваемый потоками ветра, Новин спустился с высоких корней и начал идти в сторону Кенры.

— Отдыхаю.

— Отдохнешь в гробу.

— Слушай, что ты пристал ко мне? — холодно спросил Кенра. — Тебе делать нечего? Вернулся с задания — так иди на следующее.

— Через пять минут буду ждать на базе, — фыркнул агент. — Хамфулл поручил мне поработать с тобой по Аспекту Биоматерии.

— Стоп, а не слишком ли рано? — удивился подросток. — По его же словам, мне необходимо минимум несколько месяцев сидеть на попе ровно и сосредоточиться на простых…

— Ничего не знаю. Я делаю лишь то, что было приказано, а спорить с профессором — себе дороже. Хотя нет, я передумал. Сейчас же заканчивай с этими играми и следуй за мной, идиот.

«Неужели он так сильно обиделся на меня за вчерашнее? Хоть Зеленушка и бывает иногда груб, но сейчас он явно переходит границу, — думал подросток, смотря на Новина.

— Приветствую, зеленоглазый коллега, — подбежал к ним Мрак. — Прошу прощения, что вмешиваюсь, но что-то не так?

Новин окатил Лекса недоброжелательным взглядом.

— Не твое дело.

— Да ладно тебе, не стоит так расстраиваться из-за какого-то…

— Я сказал, что это не твое дело, — злобно повторил он, сдвинув брови.

— Ну… как знаешь.

Переводя взгляд то на одного, то на другого агента, голову подростка посетила необычная мысль:

«Мне кажется, или Зеленка был ниже? Раньше Лекс был на полторы головы выше Новина, а сейчас от силы на одну голову, — протерев глаза, он еще сравнил рост двух участников Артеля, но теперь не находил никаких странностей. — Показалось… Дьяволо, пора признать, что я становлюсь параноиком».

— Шевелись, подобие человека, — продолжал грубить Новин.

Кенра в долгу не остался:

— Мудак.

— Что?

— Я сказал, что ты мудак. Проблемы со слухом?

— О, мне кажется, что ты забываешься, недоросток, — угрожающе произнес зеленоглазый агент, преобразуя в ладони воздушную сферу.

— Если и да, что ты мне сделаешь? — беззаботно спросил Кенра, засунув руки в карманы.

— А хочешь узнать?

— Продемонстрируй.

— Эй-эй-эй! — вклинился Лекс, когда понял, что обычной ссорой дело не закончится. — Да что это с вами, ребята?

По округе пронесся сильный ветер, который чуть не повалил Кенру наземь, но, тем не менее, не смог отбросить челку Мрака и раскрыть его лицо.

— Повторяю в третий и последний раз, мрачный ублю…

Не успел Новин обнародовать свои угрозы, как на его плечо легла костлявая ладонь. Температура воздуха понизилась на несколько десятков градусов, а зрение подростка помутнело, словно полуденное солнце утратило свою яркость. Тень Лекса неестественно исказилась, став представлять собой устрашающего монстра с множеством глаз и клыков; за его спиной появился черный ореол, извергающий в атмосферу мглистые снежинки, стремящиеся к небу.

— Единственный, кто здесь забывается, так это ты, — нечеловеческим голосом сказал Мрак, легонько сжав плечо Новина. — В моем присутствии никаких конфликтов. Я понятно объясняю?

Его слова пробрали до костей не только Новина, но и стоящего в сторонке Кенру. Давление ауры было настолько сильным, что у подростка подкосились ноги.

— Д-да, прости, — заикался провинившийся агент, подняв руки в примирительном жесте. — Я п-п-переборщил н-немного.

— Надеюсь, что больше такого не повторится?

Давление усилилось, заставив Новина упасть колени.

— Об-б-бещ-щаю.

— Ну вот и хорошо, — убрав руку с его плеча, Лекс отошел чуть назад. — Конфликты среди соратников непростительны, ведь моральное состояние напрямую влияет на исход командных сражений. Идите, занимайтесь своей работой, но чтобы без драки, понятно?

В ответ было немое молчание. Новин дрожал как осиновый лист, а Кенра еще не полностью отошел от шока.

«Какая… ужасающая аура…»

— Через час приду и проверю, как продвигается ваше занятие. Новин, если ты вздумаешь использовать Аспект Разума на Кенре…

Даже сквозь челку можно было увидеть эти бездонные, словно сама Бездна, чернильно-черные глаза.

— Пусть ты и мой напарник, но пощады не жди. Это все, что я хотел сказать, засим я откланяюсь.

Развернувшись, он пошел к середину поля и продолжил персональную тренировку. Только спустя целую минуту всепоглощающая атмосфера страха и безнадежности спала с арены, хотя маленький осадочек все же остался — травянистая поверхность диаметром двадцать метров, где стоял Лекс, полностью завяла. Шагнув на серую траву, Кенра чихнул от взлетевших в воздух осадков; растительность буквально крошилась на тысячи мелких кусочков, открывая вид на сырую землю.

— Пойдем?

— Д-да, — продолжал заикаться зеленоглазый агент. — Ты это… прости меня…

— Прощаю. А теперь пошли. Не хочу находиться с этой жутью и лишней секунды.

Используя Аспект Ветра, Новин собирался влететь на вершину древесного корня.

— Ты куда это?

— На базу, куда ж еще.

— А использовать пространственный Артефакт никак?

— …Я забыл его на стеллаже.

— А как ты тогда сюда пришел?

«Подозрительно».

— Ты что, подозреваешь меня? — возмутился агент. — То есть, по твоему, демонстрации моих личных способностей недостаточно?

— А что ты оправдываешься?

— Похоже, что я вчера обошелся с тобой черезчур мягко…

«Хотя, Зеленушка есть Зеленушка. Вроде все нормально».

— Тогда воспользуемся моим, — предложил Кенра.

— Но твой Артефакт может перенести всего одного человека, — заметил Новин.

— Дьяволо…

«Остается только один вариант».

— Иди и проси Артефакт у Вендиго.

— Вендиго?

— Лекса, тупень, кого же еще.

— Но…

— Ты накосячил, ты и иди, — настаивал подросток.

Посмотрев в бездушные глаза Кенры, не отражавшие и намека на жалость, Новин опустил голову, хлопнул себя по щекам и сказал:

— Была не была…

***

— Ну вот, а ты боялся.

— Да пошел ты.

Переместившись на базу, Кенра и Новин сели за стол и приступили к занятию. Только вот…

— Так мы будем начинать? Или ты собираешься и дальше рассматривать документы?

— Нет… прости, немного отвлекся.

«О, а сейчас он стал очень вежлив. Тоже страдает шизофренией?»

Прошло полчаса.

— …преобразование поддельной кожи с помощью Аспекта Биоматерии такое же простое, как и преобразование ножа с помощью Аспекта Металла. Правда, начальный шаблон имитации кожи надо осваивать немного дольше, потому что стихийный элементы, такие как огонь, вода, воздух, земля и металл, чуть проще в управлении, нежели концептуальные.

— Что означает «концептуальные»? Не подумай, что я какой-то неуч и не читал об этом понятии. Просто, как я понял из вчерашнего, книжным пособиям доверять не стоит.

— Тьма, разложение, звук, свет, ткань, жизнь, смерть, электричество, — преобразование этих Аспектов затрагивает совершенно иные грани реальности, отличные от изначальной природы. Они основываются на концептах, несущие инновационный, оригинальный преобразовательный смысл, которые придумали Разрушители и Созидатели. Поэтому создать нож с Аспектом Металла как нефиг делать — реальность помогает тебе еще больше, потому что сама, в большинстве своем, состоит из упомянутых мной ранее природных атрибутов.

— А что насчет регенерации? Я помню, ты преобразовал странный белый кубик в лесу, когда мы были тяжело ранены волками. Это тоже шаблон Аспекта Биоматерии?

Внезапно Новин замялся, будто совсем не ожидал такого вопроса.

— Эээ… с кубиком регенерации уже все гораздо сложнее, потому что он предполагает знания в области строения клеток, нервной системы, хромосом и человеческой крови. Примени я этот шаблон к какому-нибудь животному, то исцеление бы не подействовало.

«Дьяволо, почему мне кажется, что здесь что-то не так?» — беспокойно думал подросток, не в силах унять ноющее чувство.

— Новин.

— Да?

— Ко скольки часам завтра планируешь приходить?

— Куда? — озадачился агент.

— В гости, разумеется, — усмехнулся Кенра. — Или не помнишь уже? Топпи все ждет не дождется, когда явится «тот самый красавчик».

— Не держи меня за идиота. Уж что-что, но склерозом я не страдаю.

«Ладно, все же я стал параноиком…»

— Рано утром я буду на задании. Оно обещает быть чрезвычайно опасным, но, раз уж дал обещание… постараюсь его выполнить.

«Что?»

Кенру охватил озноб. Мысли на мгновение пришли в хаос. Он даже сначала не поверил в то, что только что услышал.

— Так, на чем мы остановились? Хотя на сегодня, думаю, будет достаточно. Я и так потратил слишком много времени на такого оборванца, как ты.

Стараясь сохранить безразличие, кое уже давалось с большим трудом, Кенра осторожно, чтобы не вызывать подозрения, очень тщательно осмотрел внешний вид зеленоглазого агента, пропуская мимо ушей его слова.

«Нет, не может быть. Этого просто не может быть!»

— …хоть Хамфулл и против, но я считаю, что пора посвятить тебя в более глубокие детали деятельности Культа Экстерминиуса. Давай рассмотрим эти документы…

«Он ни разу за сегодняшний день не называл его Хамом или усатым. Это не Зеленушка!»

— Слушай… Новин, тут такое дело…

— Не тяни кота за хвост. Че надо?

— Я тут вспомнил, что хотел спросить кое-что у Лекса, так что…

— А он знает то, чего не знаю я? — с обидой в голосе спросил «Новин». — И ты не боишься к нему подходить после недавнего инцидента?

— Мне нужна пара советов по рукопашному бою…

— Далеко ходить не надо, я могу дать нужную информацию. Что ты хочешь узнать?

— Стоит ли… эээ… так сильно акцентировать внимание на физической защите? — сходу придумал отговорку подросток. — Все равно она не будет играть особой роли на высоких Рангах.

— Ты прав, но в то же время и нет. На физических уклонениях, блоках и тому подобном сосредотачиваются до Ранга Подмастерья. Дальше идет защита совсем другого уровня. Короче, новички должны выработать быстроту реакции, уметь предопределять следующие действия противника, а также…

«Что делать, что же, Дьяволо, делать?! Думай, Кенра, думай!»

— …а вообще, можешь мне еще раз показать свой Демонический Эфир?

— Зачем?

— Я нашел некоторое количество информации по Инородным Эфирам, а точнее — как их развивать. Но сначала мне нужно убедиться, что твой Эфир — «тот самый». Грех от такого отказываться.

«Черт, теперь он точно не даст мне уйти. Я как в клетке…»

— Чего задумался?

—Я… сосредотачиваюсь на преобразовании, не мешай.

— Хорошо, я жду.

«Лекс на площадке, Сэйра в Фатуме, сам Новин, скорее всего, уже мертв, а профессор… профессор на втором этаже! Если я произведу большой шум, то смогу обратить на себя внимание! Но… тогда и он все поймет».

Тяжело сглотнув, Кенра начал преобразовывать алую сферу.