Цзинь Фэнджу махнул рукой, прерывая ее, и усмехнулся: «Это похоже на шутку. Кто хочет, чтобы они заботились о моих вещах? С самого детства Фэн'эр и Цзяо'эр  не получали от меня подарков. Что касается нефритовых кулонов дракона и феникса, разве они не понимают, что произошло? Это нормально, позволить им увидеть  пресс-папье сегодня. Все должны понять, что я буду дарить новые вещи взамен каждой поломанной. Кое-кто должен задуматься о последствиях, если вдруг решит разбить вещи из Императорского Дара». Закончив говорить, он улыбнулся и спросил: «Почему ты беспокоишься об этих вещах? У меня есть свои причины так поступить».

Фу Цюнин кивнула: «Хорошо, если это не доставит Вам хлопот. Хотя Молодой маркиз силен, жалобы и причитания Ваших жен и наложниц все равно будут действовать на нервы». Она не считала себя обязанной перед Цзинь Фэнджу называть этих женщин сестрами, так как не считала себя его женой. Разумеется, на людях она продолжала бы играть свою роль официальной супруги.

Подумав об этом, она продолжила: «Я имею в виду, что Фэн'эр и Цзяо'эр тоже не жадные дети. Вам не нужно давать им драгоценные вещи. Если Ваши намеренья искренни, какое значение имеет  ценность подарков? Это тоже доставило нам неприятности. Вы не видели, какими глазами мои гостьи смотрели на  белых нефритовых львов».

Внезапно почувствовал, что своими словами она может спровоцировать неприятности, Фу Цюнин остановилась и  смущенно улыбнулась: «В любом случае, не давайте в будущем дорогие вещи».

«Я знаю, что делаю. -  Цзинь Фэнджу спокойно отпил немного чаю  и пояснил.- Учитель Линь приедет через несколько дней.  Также я пригласил учительницу, которая преподает гуцинь, шахматы, каллиграфию, чтобы обучать  девочек в клане. Пусть Цзяо'эр тоже пойдет в школу. Обязательно  подготовьтесь  к занятиям. Детям понадобится сопровождение по пути в школу, но я думаю, что будет неудобно, если их станут сопровождать тетя Ю и Юцзе. Они -  Ваши доверенные помощницы, как-никак, да и по возрасту им не сподручны такие поручения. Лучше подыскать мальчика-слугу и маленькую горничную, чтобы составить компанию детям, как Вы думаете?»

Фу Цюнин нахмурилась.  Цзинь Фэнджу сразу понял, что ее тревожит, и сказал с мягкой улыбкой: «Не волнуйтесь, я попрошу Цзинь Мина выбрать умных, честных и невинных детей со стороны. Нет нужды пользоваться прислугой особняка. Вам не стоит беспокоиться, что Вы пустите в свой двор шпионов».

Фу Цюнин слегка покраснела, смущенная тем, что ее было так легко  раскусить. Она тихо поблагодарила: «Спасибо за то, что Вы так внимательны к нам. На самом деле,  я в полном порядке. Однако я ценю этих детей, как собственную жизнь. Я не хочу, чтобы какие-либо ошибки им навредили».

Цзинь Фэнджу глядел на нее теплым взглядом: «Почему ты благодаришь меня? Ты не их родная мать, но искренне о них заботишься. Что же тогда говорить обо мне, как их родном отце? Хорошо, об этом хватит. Сейчас середина осени. Я поручил Цзинь Мину купить немного вещей для  осенне-зимнего периода. Скоро их доставят.

Я думаю, что одежда, которую вы шьете, не хуже, чем у профессиональных портных. Однако, если вы почувствуете усталость, позвольте портным снять с вас мерки и сделать несколько комплектов. Боюсь, Вы должны будете принять участие  в семейном банкете.  Нужно подготовить не менее двух новых комплектов к этому событию».

Фу Цюнин удивленно вскрикнула: «Что? Семейный банкет?»

Фэнджу молча посмотрел на нее своими красивыми продолговатыми глазами, улыбнувшись одним уголком рта. Цюнин почему-то снова смутилась и поспешила исправиться: «Да, я слегка запуталась. Праздник середины осени - это день, когда члены семей воссоединяются. Для таких людей, как мы, невозможно оставить такой праздник без внимания».

Цзинь Фэнджу широко улыбнулся: «Совершенно верно. Думаю, что этот семейный банкет будет скучноватым. Вот празднование  Нового года станет более оживленным. Отец и старший брат вернутся в конце года со своих официальных должностей. В это время в нашем доме соберется много людей».

Увидев, что лицо Фу Цюнин слегка побледнело, он поддался желанию подразнить ее: «Будет не только оживленно, потребуется серьезная подготовка. Мать страдает от болезни,  Сюй и Хо любят хвастаться, но надежды на них особой нет, Юэ Лань и Цуй мягкие по характеру. Такая тяжелая ноша, я боюсь, что Ваньин не сможет вынести ее  в одиночку, я волнуюсь. Но, Цюнин, у тебя стабильный и миролюбивый характер. У меня есть идея:  как было бы хорошо, если бы ты помогла ей немного».

«Не нужно впутывать меня в неприятности», -  Фу Цюнин сердито посмотрела на вальяжно рассевшегося перед нею Цзинь Фэнджу. Перед этим мужчиной ей не нужно было притворяться  добродетельной женой. Она отложила вышивку и сказала: «Я думаю, что Вторая госпожа способна  на многое. Она такой человек, который любит показывать свои таланты. Даже если она жалуется на тяжелую работу, это просто для того, чтобы Вы ее похвалили. Что стоит сказать пару слов похвалы, сделав ее счастливой?

Что вы можете гарантировать? Все устроено правильно, зачем же тащить меня в темную воду? Вы боитесь, что что меня недостаточно ненавидят? Думаю, Вторая госпожа бесится от злости, что не может порвать меня на кусочки. Интересно, кто обещал позволить мне состариться в мире и покое?»

Цзинь Фэнджу отмахнулся со смехом: «Почему Вы называете ее Второй госпожой? Вы выше ее по положению. Это звучит странно».

Фу Цюнин спокойно посмотрела ему в глаза: «Она называет меня своей сестрой, и я, естественно, тоже зову  ее так. Тем не менее, она Ваша  жена, поэтому я могу называть ее госпожой. Это не имеет значения. Просто помните, что не надо ничего менять, и позвольте  нам жить здесь в мире».

Цзинь Фэнджу опустил взор и провел изящными пальцами по ободку чашки. Он решил не настаивать, а идти к своей цели шаг за шагом.  Проявлять нетерпение было бы некрасиво. Существовала и политическая причина сохранять «статус-кво»: принц Хун не окончательно потерял свое влияние. Когда придет время, не Цюнин будет принимать решение.