Цзинь Фэнджу уже давно не смеялся так весело и открыто.  Даже самые смешные анекдоты вызывали у него лишь равнодушную полуулыбку. Но сейчас он хохотал от всего сердца, позабыв про свой холодный и отчужденный аристократический образ. Крепко обняв двоих детей, он повторял: «Ой-ёй! Один не может отличить восток от запада, другой путает лево и право, а третий заблудился! Сколько стихов написано о таких людях, и вот, Бог собрал их троих в одном месте. К счастью, я боялся, что что-то пойдет  не так, поэтому я пришел забрать вас, иначе, я боюсь, вы бродили бы по усадьбе до окончания банкета».

Посмеиваясь, он отпустил детей и подошел  к Фу Цюнин.

«Вы осмеливаетесь сказать это и не хотите думать о том, кто заставил нас это сделать», - в гневе Фу Цюнин забыла притвориться вежливой, она  свирепо посмотрела  на Цзинь Фэнджу, а затем отвернулась, фыркнув, как разъяренная кошка.

Цзинь Фэнджу был на мгновение ошеломлен, и тут же снова рассмеялся, развернул складной веер и начал медленно им обмахиваться, рассматривая лицо своей брошенной супруги. Хотя ее внешность не была выдающейся, она привлекала внимание скрытым очарованием. Цзинь Фэнджу чувствовал, что сердце его порой пропускает удары, когда глаза этой женщины смотрят на него.   Естественно,  на лице Молодого маркиза не проскользнуло и тени испытываемых им эмоций, он нарисовал на физиономии свою обычную улыбочку и заявил: «Если хочешь найти виновного, нужно обратить внимание на того, кто забрал  твои цветы и растения и украл твои заслуги . Я-то тут при чем? Пойдемте, я отведу вас на банкет».

Он повернулся к детям, оглядел их одежду и спросил с ноткой неудовольствия в голосе: «Почему они не надели нефритовые кулоны с драконом и фениксом, который я подарил? Когда же носить их, если не ради этого случая?»

Фу Цюнин спокойно объяснила: «Отчего же  не надели? А что же висит у них на шее? Просто эти  кулоны слишком дороги, они сразу привлекут внимание. Поэтому  я сказала  носить их под одеждой».

«Вы считаете эти вещи привлекающими внимание?» -  Цзинь Фэнджу ухмыльнулся, присел на корточки, снял нефритовые  подвески с Чанфэна и Чанцзяо, а затем привязал их к поясам близнецов.

Взглянув на  Цзинь Мина, стоящего  на некотором расстоянии позади него, Фэнджу распорядился: «Вчера прислали два Замка долголетия, которые я заказал для Фэн’эра и Цзяо’эр. Иди в мой кабинет и принеси их».

После того, как Цзинь Мин принял приказ, он снова обратил свой взгляд  на Фу Цюнин. Разглядывая ее голову, милорд  недовольно проворчал: «Почему Вы не использовали подаренные мною украшения? Ваши аксессуары давно устарели. Не боитесь, что над Вами начнут насмехаться ?»

«Эта скромная женщина хочет остаться незаметной», - равнодушно ответила Фу Цюнин, думая при этом: жаль, что я не откопала чего-нибудь более старого. Если я заявлюсь вся такая разнаряженная, твои женушки точно пожелают порвать меня на клочки.

Цзинь Фэнджу также понял, что она имела в виду, поэтому  просто улыбнулся и замолчал.  Через некоторое время Цзинь Мин принес два Замка долголетия. Это были довольно тяжелые на вид золотые подвески в виде облака, украшенные  изысканными узорами и благоприятными словами, с бубенчиками-лотосами по низу. Вместо цепочки подвески были вставлены в золотые ошейники.  Цзинь Фэнджу лично надел их на  Цзинь Чанфэна и Цзинь Чанцзяо. Встав, он оглядел близнецов с довольной улыбкой  и сказал: «Теперь намного лучше. По крайней мере, они не выглядят так же просто, как раньше».

Взяв детей за руки, он повел всех во Двор Здоровья и долголетия.

***

Когда они прибыли к месту назначения, там были только  жена Второго Мастера Цзинь’ши, Фан’ши  со своей невесткой, Хэ’ши с тремя детьми. Остальные члены семейства еще не прибыли. Увидев приближающуюся  Фу Цюнин, все были поражены, но на их на лицах удивление не отразилось. Фу Цюнин шла с детьми,  приветствуя каждого, и Фан’ши и Хэ’ши также поспешно встали, чтобы проявить ответную любезность. Затем горничная расстелила футон,  Фу Цюнин повела детей, чтобы приветствовать старушку традиционным земным поклоном. Конечно, касаясь земли лбом, Фу Цюнин негодовала на эту злобную феодальную социальную систему, заставляющую ее выполнять эти унизительные ритуалы.

«Встаньте», - мягко промолвила Старая госпожа  Цзинь . После того как все трое встали, она внимательно осмотрела Фу Цюнин и детей, отмечая про себя скромное, но все же уникальное, марлевое платье Фу Цюнин.  Его дизайн был необычным, но не бросался в глаза  из-за светлого цвета и отсутствия аксессуаров. Сама Фу Цунин выглядела  милой, нежной и тихой. Вела она себя достойно, ни высокомерно, ни угодливо.

Старая госпожа  повысила свою благосклонность на  три пункта. Она поманила молодую женщину к себе: «Я нечасто тебя видела. Подойди, сядь рядом. Дети пусть тоже подойдут. Я стара, мои глаза видят уже не так хорошо. Я не смогу увидеть их ясно на расстоянии...»

Фу Цюнин задавалась вопросом, неужели очки для чтения еще не появились в это время? Судя по ее знаниям, очки были изобретены  где-то  в середине династии Цин. В сериале «Династия Юнчжэн», который она в свое время смотрела с удовольствием, Тонг Говэй получил очки  от императора Канси. Они выглядели довольно изящной вещицей. Скорее всего, в эпохе, в которую занесло бывшую учительницу оперного пения,  очки были редкостью. Фу Цюнин не слышала ничего и о торговле с  зарубежными странами. Значит, даже среди знати этот полезный предмет еще не получил распространения.

Размышляя о том, до какой степени в этом мире дошел прогресс, она не забыла подвести детей к старушке и  молча встала сбоку.

«Этот правнук приветствует прабабушку», - произнесли близнецы, подошли к старушке и опустились  на  колени.

Но Старая мадам Цзинь быстро подняла их за маленькие ручки и, вглядевшись в хорошенькие личики близнецов,  удивленно улыбнулась: «Поразительно! Как же вы похожи на маленького Фэнджу! Разница совсем небольшая!»

Она обратилась к  Цзинь Фэнджу: «Подожди! Когда твоя мать увидит их, она будет  шокирована, верно? Вылитые ты в детстве, словно их отливали из той же формы!»

Цзинь Фэнджу просиял улыбкой: «Это внук собирается пригласить  матушку, поэтому я уйду первым». Затем он подошел к Фу Цюнин и мягко сказал: «Ты останешься здесь. Я приду через некоторое время. Не волнуйся, никто тебя не смутит. Не уклоняйся от людей».

Фу Цюнин задавался вопросом:  какой из твоих глаз видел, как я уклоняюсь? Я скромная, разве не ясно? Это кто тут уклоняется?  Вы зовете себя ученым, но не умеете подобрать правильное определение.

Тем не менее, она ответила муженьку таким же мягким тоном: «Да, эта наложница понимает. Пожалуйста, не стесняйтесь уйти, милорд».

Фан’ши и ее невестка  искоса следили за парой и кивали сами себе. Они думали: эта женщина не выдающаяся, но ее манеры и слова мягче, чем у Второй госпожи. Ее достойное и спокойное поведение больше подходит дочери официальной жены, чем дочери наложницы.

Старая мадам Цзинь тем временем усадила правнуков на сиденье кан и принялась расспрашивать:  какие книги они любят читать? Что им по вкусу из еды? Кто шил их одежду? Кто заботится об их  повседневной жизни?

В это время Цзинь Чанфэн и Цзинь Чанцзяо  потеряли живость, которую они демонстрировали дома.  Как двое воспитанных молодых людей, они отвечали на вопросы старушки без спешки и очень прилично произносили каждое предложение. Их сладкие голоса  развеселили старушку. Хотя Старая госпожа  ничего не сказала, для себя она решила: неудивительно, что Фэнджу  хвалил этих детей за то, что они разумны и хорошо воспитаны. В таком  юном возрасте они обладают спокойным характером. Кроме того, их понимание прочитанного, кажется, очень хорошо.  Похоже, Фу’ши приложила  все усилия, чтобы воспитать этих детей».

Пока они разговаривали,  снаружи послышался приглушенный смех.

Фу Цюнин подумала, что так смех описывался  в романе  «Сон в Красном тереме». Конечно, внутренние дворы  богатых домов похожи. Одни и те же развлечения, одни и те же интриги. Она вспоминала различных книжных персонажей и раздумывала о себе. Ну, а какое место она занимает? Какая роль отведена ей?

Ха, да кем еще я могу быть? Естественно, я могу быть только Фан Чую в прошлой жизни и Фу Цюнин в этой.