Трое женщин потеряли дар речи, смотря, как дети радостно несутся к воротам.

Фу Цюнин хмыкнула  и покачала головой, обращаясь к Юцзе: «Ты только что сказала, что утки предали кормящую их руку? Вот тебе настоящий пример того, как предают руку, которая кормит.  Сколько раз их папаша приходил сюда?  Два или три раза? А они уже стали с ним так близки, позабыв про его пренебрежение и равнодушие в течение предыдущих шести лет. Когда я смотрю на это, то чувствую горечь в моем сердце».

Тетя  Юй мягко сказала: "В конце концов, это их родной отец. Инстинкт…» Тут она оборвала себя, со смущением вспомнив, что Фу Цюнин не была родной матерью этих детей. Коря себя за неловкие слова, Цяо Юй молча склонила голову.

Фу Цюнин, кажется, вообще не приняла ее слова ко вниманию. Все трое вошли через черный ход  и  лицом к лицу столкнулись с Цзинь Фэнджу и детьми.

Фу Цюнин,  Юцзе и тетя Юй немного смутились. Держа в руках корзинки, они не могли должным образом поприветствовать хозяина.

Сегодня у Цзинь Фэнджу в руке был складной веер. Увидев их смущение, он помахал им веером и промолвил, улыбаясь : «Оставьте церемонии. Фэн'эр и Цзяо'эр сказали, что вы вернулись с большим урожаем. Мне стало любопытно, я подошел посмотреть, что вы собрали.  Оказалось, что это листья и травы. Для чего они? Может быть, это полынь для Праздника лодок-драконов? Кажется, полынь выглядит немного иначе».

Хотя величественный Молодой маркиз был прекрасно образован, он был не в состоянии отличить одно растение от другого. Непосредственная Юцзе покраснела от едва сдерживаемого смеха, Фу Цюнин тоже почувствовала себя немного сконфуженной.  Тем не менее, сохраняя на лице полное спокойствие, она показала мужу урожай  объяснила: «Это водяной тростник и ирисы. Они используются для приготовления рисовых пельменей».

Цзинь Фэнджу понимал, что выставил себя дурачком. К счастью, он был достаточно толстокожим. Посмеиваясь, он   повернулся, чтобы пройти обратно в гостиную.  Внезапно дети повисли на нем с обоих боков и закричали: «Папа, мы нашли  яйца, утиные яйца! Сестра Юцзе сказала, что утки предают руку, которая их кормит!  Они ели нашу еду, но откладывали все яйца в пруду».

«Что? Утки…Предают руки ... какие утки?»

Цзинь Фэнджу немного не понял этого и посмотрел на Фу Цюнин: «Что они имеют в виду? У вас есть утки? Откуда появился пруд?»

Фу Цюнин и горничные  покраснели. Разверзнись перед ними земля, они попрыгали бы туда без колебаний. Прямо сейчас Цяо Юй и Юцзе лепетали, заикаясь: «Молоко ... мадам, на кухне молоко ... нам срочно надо на кухню прибраться ...» Они поклонились Фэнджу и мигом слиняли.

Фу Цюнин не смогла убежать, поэтому она беспомощно сказала: «Задний двор широкий, он зарос травой и дикими овощами, поэтому мы завели кур, гусей и уток, чтобы побаловать детей свежими яйцами.  Мы держим птиц, в основном, для развлечения. За задним двором есть заброшенный пруд, поэтому гуси и утки каждое утро ходят к пруду поиграть, и снова возвращаются к  вечеру. Утром мы пошли к пруду, чтобы собрать тростник. Дети играли в воде и случайно нашли четыре утиных яйца. Юцзе пошутила насчет уток, а дети приняли ее слова за чистую монету».

Услышав это, Цзинь Фэнджу кивнул, неторопливо подошел к креслу и опустился в него. Легко хлопая веером по  ладони, он очаровательно улыбнулся: «Неудивительно, что ты не хочешь уезжать отсюда. Хотя твои дни бедны, в них есть своя прелесть.

Белые перья плывут по нефритовой воде,

И красные лопасти  вызывают четкие волны.

Это стих, который я прочитал в момент моего просветления, но до сих пор я видел только ощипанных гусей и никогда не видел, как выглядят живые гуси».

«Ощипанных гусей?» -  Фу Цюнин была немного озадачена. Кто осмелится попросить Молодого маркиза ощипать гуся на кухне?

Внезапно Цзинь Фэнджу засмеялся и пояснил: «Жареный гусь часто подается  на банкетах.  Вы его не видели?»

«О, я видела это, я видела ...» -  Фу Цюнин закатила глаза в своем сердце, думая: так он имел в виду жареного гуся, обычного жареного гуся.  Нельзя было сразу так сказать! Умничает тут, да?  Приплел каких-то ощипанных гусей, а я тут голову ломаю.

Однако брат с сестрой заинтересованно спросили: «Папа, что такое жареный гусь? Разве гуся не нужно потушить? Или приготовить из него  пельмени на китайский Новый год?»

Цзинь Фэнджу посмотрел в любопытные глаза двух детей и  почувствовал боль в сердце. Он все больше  негодовал и  презирал себя,   юного и легкомысленного. Фэнджу похлопал двоих детей по головке и тихо рассмеялся: «Ничего страшного, я угощу  вас через несколько дней. Жареный гусь восхитительный, он имеет другой вкус, чем тушеный гусь и гусиные пельмени».

Договорив, он поднял голову и обратился к  Фу Цюнин: «Через несколько дней будет Праздник лодок-драконов. В это время года все  члены семьи соберутся во Дворе здоровья и долголетия. Старая мадам попросила Вас привести с собой детей. Подумайте о том, чтобы сшить им новый комплект одежды.  У вас все еще есть атласные ткани? Если закончились, я прикажу Цзинь Миню тщательно выбрать несколько, чтобы отправить вам».

Фу Цюнин оторопела, и Цзинь Фэнджу не удивился ее реакции. Прожив шесть лет в одиночестве, она неожиданно оказалась приглашена  на вечеринку для всей семьи. Неудивительно, что она застыла, словно пораженная молнией.  Трудно принять спокойно столь ошеломительную новость. Фэнджу сделал глоток чая и глубоко вздохнул.

«Милорд, Вы ... обратились не по адресу? Это нужно передать второй госпоже, верно?» -  неуверенно спросила Фу Цюнин.

Старая госпожа -  это самый влиятельный пожилой человек в этой семье, как могло случиться так, чтобы она пригласила ее и детей на праздник?  Что такого он наболтал старушке? Кроме того, Цзинь Фэнджу не нужно возвышать ее таким образом, верно?  Ему не стыдно приводить на семейное собрание брошенную жену?

«Не шути так!  Зачем мне приглашать Вторую госпожу? Она и так занимается праздником». Цзинь Фэн развернул  веер и принял изящную позу. Махнув веером пару раз, он заметил, как сын и дочь смотрят на него. Фэнджу   сразу же улыбнулся и протянул веер Чанфэну, сказав: «Возьми его, чтобы поиграть с сестрой. Когда ты научишься  рисовать, ты также нарисуешь веер для папы».

Цзинь Чанфэн получил отцовский веер и с радостью потащил  сестру поиграть.  Фу Цюнин, наконец, взяла себя в руки, и, смотря на Цзинь Фэнджу исподлобья, начала отнекиваться: «Эта скромная  не понимает, что имеет в виду милорд. Эта скромная женщина не подходит для подобных мероприятий.  Если Старая госпожа хочет взглянуть на детей, милорд  может взять их с собой, а мне лучше не показываться».

Цзинь Фэнджу лукаво улыбнулся и возразил: «Это не вопрос, подходите  Вы или нет. Несколько дней назад я пошел бабушке и увидел у нее цветы и растения, взятые у Вас. Я сказал, что Вы вырастили растения, а еще хорошо выучили детей. Тогда Старая мадам пожелала увидеть Фэн'эра и Цзяо'эр. Ничего страшного.  Пусть  в тот день будет много людей, Вы просто поприветствуете Старую госпожу и покажете ей детей. В противном случае, Вы ведь не хотите, чтобы кто-нибудь начал их обижать? Я бы хотел  сопровождать их, но не смогу. Я должен буду  развлекать гостей мужского пола».