- Мадам… Мадам…

Голос Цзянь Фэн вторгся в мысли Фу Цюнин. Увидев, что ее госпожа моргнула, служанка осторожно спросила:

- О чем думает госпожа? Почему Вы настолько рассеянная?

- Ни о чем, — пожала плечами Фу Цюнин. - Просто вспомнила кое-что. Завтрак скоро будет готов, да? Я разбужу Господина.

Затем она повернулась и ушла.

Цзинь Фэнджу все еще крепко спал. Фу Цюнин дважды окликнула его, но мужчина даже не шевельнулся. Тогда Цюнин подошла и потрясла его за плечо. Фэнджу издал неясный звук, перевернулся, но не открыл глаза. Цюнин хихикнула. Столько дней отдыхал дома, что отвык рано вставать.

Она толкнула мужа сильнее:

- Вставай, мой господин, солнце уже поднялось!

- Дай мне поспать еще немного, Цюнин, — пробормотал он с закрытыми глазами. - Если моя жена хочет, чтобы я согрел ее, ей придется подождать, пока я не высплюсь и не наберусь сил. Иначе все закончится рано.

Лицо Фу Цюнин покраснело, и она ущипнула Цзинь Фэнджу за плечо, сердито сказав:

- У тебя есть время болтать непристойности. Тебе не нужно вставать. Если ты опоздаешь в суд, не вини меня.

Цзинь Фэнджу внезапно подскочил в кровати. Он огляделся вокруг в оцепенении, бормоча:

- Суд? Да, утренний суд. У меня сегодня утренний суд.

Он начал метаться по комнате:

- Быстрее, где моя одежда? Боже мой, ах. У меня утренний суд. Я все еще недостаточно отдохнул, ах!

Видя, как он встревожен, Фу Цюнин рассмеялась. Она бросил взгляд на тщательно разложенный официальный костюм Фэнджу и неторопливо сказала:

- Если ты скажешь это перед Императором, тебе, вероятно, больше не придется ходить ко двору. Ты сможешь просто наслаждаться богатством, проводя время в праздности.

Цзинь Фэнджу скривил губы и возразил:

- Если это так, то это было бы здорово. Что плохого в том, чтобы быть богатым и праздным человеком? Но я не могу этого сделать. Если я действительно скажу это Императору, боюсь, меня отправят сторожить границу. Все остальное прекрасно, но как я вынесу, если не смогу увидеть тебя?

- Ой, у тебя штаны задом наперед. Просто сосредоточься на том, чтобы одеться, а не болтать попусту, - Фу Цюнин выхватила штаны из рук Цзинь Фэнджу, перевернула их и протянул ему.

Завтрак был быстро принесён служанками, и Фу Цюнин наблюдала, как Цзинь Фэнджу набивает свой рот двумя рисовыми клецками, миской каши и жареным ютяо. Ну что ж, похоже, у кого-то либо очень хорошая голова для выпивки, либо та отрезвляющая таблетка, на применении которой настояла Юцзе, была сродни чудодейственному лекарству.

Она должна была подивиться тому, сколько он ел. Сколько же денег нужно было, чтобы вырастить этого человека...?

Цзинь Мин предусмотрительно попросил принести паланкин для своего господина. После того, как Цюнин помогла ему надеть шляпу, Цзинь Фэнджу в своей официальной одежде выбежал во двор и устроился в кресле, наконец-то сумев отдышаться, пока остальные бегали вместо него.

Позволив вчера забрать этот официальный костюм в Элегантный Особняк, Цзян Ваньин не стала поднимать шум или плакать. Подобное смирение было не в ее характере. Цзинь Мин даже задавался вопросом, когда это Вторая Госпожа стала такой щедрой. Цзинь Фэнджу вообще не думал об этом вопросе.

Как только он пересек ворота Элегантного Особняка, он столкнулся с двумя сестрами Фэн и наложницей Мэй. Хотя он и беспокоился из-за опоздания, но дал знак остановиться и, высунувшись из паланкина, улыбнулся и поинтересовался:

- Почему молодые леди и госпожа-наложница пришли так рано сегодня?

Фэн Чжэньчжу и Фэн Минчжу бросили на него взгляд и опустили головы. Красавицы робко стояли рядом, выглядя нежно и очаровательно. Так и хотелось защитить их... Однако Цзинь Фэнджу слишком беспокоился о том, чтобы успеть на работу вовремя, и проигнорировал девушек. Он только удивился: что они здесь делают так рано? Обычно ни Цюнин, ни я в это время еще не просыпаемся.

Наложница Мэй улыбнулась:

- Ничего особенного. Мы вчера рано легли спать и рано проснулись. Нам нечем было себя занять, поэтому мы с юными леди решили немного прогуляться по саду. Мы увидели вдалеке поднимающийся из кухни дым и вспомнили, что Господин сегодня отправится ко двору. Мы подумали, что Госпожа в это время уже не будет спать, поэтому решили навестить ее.

Цзинь Фэнджу кивнул:

- Значит, это так. Цюнин действительно уже встала. Госпожа-наложница и молодые леди могут войти. Я уйду первым.

- Разумеется, у Молодого Маркиза есть бесчисленное множество дел, которые нужно решить. Император лично прибыл в поместье, чтобы вызвать Вас ко двору. Какая огромная милость! Это говорит о том, как высоко Император должен ценить Молодого Маркиза, - глаза наложницы Мэй изогнулись от веселья и радости, когда она продолжала хвалить Цзинь Фэнджу, прежде чем наконец отпустить его.

После того, как он ушел, она повернулась к Фэн Чжэньчжу и Фэн Минчжу и вздохнула:

- Подумайте только, Вторая Госпожа Нин действительно благословенна. Такого великого и талантливого человека, как Молодой Маркиз, трудно найти во всем этом мире, и все же ей удалось выйти за него замуж.

Фэн Чжэньчжу и Фэн Минчжу скромно потупили глаза, залившись румянцем. Наложница Мэй посмотрела на них, и мысль вошла в ее сердце.

Справедливости ради, она понимала, что для нее и для дам семьи Фэн было бы неразумно продолжать жить в поместье герцога Цзина, учитывая их личности. Хотя им не говорят ничего в лицо, понятно, что обсуждается за их спинами. С другой стороны, если бы одна из девушек могла стать наложницей или даже второй женой Молодого Маркиза, все изменится.

В конце концов, это лишь вопрос времени, когда такой выдающийся человек, как Молодой Маркиз, выберет новую женщину для своего гарема. Так почему бы не выбрать одну из девушек Фэн? Помимо возраста, все три были красавицами. Если чего-то и не хватало Второй Мадам Нин, так это красивой внешности. Более того, поскольку власть в доме все еще находилась под властью Второй Мадам Ин, ее полномочия высказываться и принимать решения были явно ограничены.

Также у законной жены не было собственных детей, чтобы обеспечить ее положение во внутреннем дворе.

Думая таким образом, она почувствовала облегчение. Она не считала, что предает Фу Цюнин, а скорее, что она помогает ей.

В конце концов, вместо того, чтобы иметь какую-то дикую женщину извне, или служанку, или родственницу Цзян Ваньин, для Цюнин было бы благом, чтобы одна из девушек Фэн вышла замуж за Молодого Маркиза в качестве наложницы и оказала бы ей поддержку в будущем.

Фу Цюнин была немного удивлена, принимая этих ранних утренних гостей. Тем не менее, она пригласила их войти и взяла на себя инициативу подать им завтрак. Для обслуживания людей в саду Юн Цуй была оборудована небольшая кухня, но маловероятно, что они удосужились подать завтрак так рано утром.

Причина, по которой в Элегантном Особняке в это время была еда, заключалась в том, чтобы накормить Цзинь Фэнджу. Как хозяйка, Фу Цюнин настояла, чтобы наложница Мэй и дамы остались на завтрак, и троих быстро убедили остаться.

Согретые настойчивым приглашением Фу Цюнин, дамы больше не колебались и чувствовали себя с Фу Цюнин такими же близкими, как сестры. Посмотрите, как она была удивительно дружелюбна и приветлива! Очевидно, эта женщина хочет сохранить с ними хорошие отношения на случай любого будущего конфликта.

После завтрака Фу Цюнин проследила, как Цзинь Чанфэн и Цзинь Чжэньи повели своих младших сестер в школу. Она лично проводила их до ворот и занудно напомнила:

- Будьте осторожны на своем пути и не споткнитесь о камни. Чжэньи, ты должен следить за своим темпераментом и прикладывать больше усилий к учебе, а не слишком много играть.

Цзинь Чжэньи поджал губы. Эта женщина придиралась к ним каждое утро, она была даже более придирчивой, чем его собственная мать. Он понятия не имел, как Цзинь Чанфэн и Цзинь Чанцзяо могли ее выносить. Но у него было очень странное чувство в сердце: в его понимании только матери могли делать такие вещи. Фу Цюнин наверняка просто притворялась перед другими. Но она делала это так естественно. Даже наедине с детьми она заботилась о брате и сестре, словно делала это от сердца, а не просто производила на людей впечатление добродетельной мачехи.

Зачем она так поступала? Неужели она так отчаянно хотела иметь собственных детей, что приняла бы в свой дом кого угодно?

Это чувство заставляло Цзинь Чжэньи чувствовать себя неуютно. Шестилетний мальчик был полностью сбит с толку противоречиями в своем сердце. Поэтому он мог только притворяться все более и более презрительным на поверхности, чтобы другие не видели, что на самом деле у него были какие-то теплые чувства близости к мачехе, которая причинила вред его матери.

Когда дети ушли, наложница Мэй улыбнулась и сказала:

- Хотя говорят, что наложница Сюй навлекла на себя несчастье и заслужила изгнание в деревню, мне жаль этих двоих детей. Хотя у них есть недостатки, они чисты и невинны. Учитывая их возраст, что дети могут знать? Они просто усваивают то, чему их научили взрослые. Теперь, когда их матери больше нет рядом, я не могу представить, каким будет их будущее.

В конце концов, оставив их с вами, Молодой Маркиз оказался самым внимательным из отцов. Да, я как раз на днях говорила с нашими молодыми мисс. Мы боялись, что Вас будут беспокоить дети, которых внезапно навязали Вам. Однако я вижу, что Вторая Госпожа относится к ним очень хорошо. Этот Чжэньи, я слышала рассказы о том, каким диким он может быть, но он кажется вполне послушным под Вашей опекой. Амитабха, это действительно удача для детей, пришедших к Вам во двор.

Фу Цюнин натянуто улыбнулась:

- Пожалуйста, не говорите так, госпожа-наложница, я просто делаю то, что должна делать для детей.