Цзинь Фэнджу попрощался с Чжао Лунем. Когда он вернулся домой, было уже послеобеденное время. Сначала он зашел в кабинет. Слуги сообщили ему, что у Старой госпожи собрались несколько мадам  и наложниц, поэтому Фэнджу не пошел во внутренний  двор, а решил направиться в сад Юнцуй, где жили когда-то его младшие сестры в ожидании замужества. Сейчас сад пустовал, вычищенный и приведенный в порядок, в ожидании, пока не подрастет поколение следующих невест, чтобы жить тут.

Вдоль сада вилась небольшая дорожка. Подул ветер, и с деревьев сорвались лепестки, как капли красного дождя. Цзинь Фэнджу невольно вздохнул. Сколько времени уже прошло… Он больше не был тем шестнадцатилетним или семнадцатилетним мальчиком. В мгновение ока он стал молодым мужчиной.

Сам того не осознавая, он вышел из сада. В лучах заходящего солнца он увидел уголок зеленой крыши, выступающей среди зеленых деревьев. Под черепичной крышей расцветали нежно-розовые и красно-розовые абрикосовые цветы.

Цзинь Фэнджу внезапно впал в оцепенение. Он вспомнил, что в этом дворе жила его так называемая главная жена. Ее положение, по факту, было хуже даже, чем у  брошенной жены. Из-за вражды между маркизом  Цзиньсян и принцем Чжэньцзяном, которые клялись, что один не может жить, пока дышит другой, эту несчастную женщину бросили в его дом, чтобы опозорить его семью и унизить его самого. В крайнем негодовании Фэнджу поклялся, что выгонит ее из дома, независимо от того, соблюдала ли добродетели. Кого волнует, будет она жить или погибнет после этого?

Однако он никак не ожидал, что после того, как эта женщина вышла за него замуж, она начнет игнорировать его.  Она словно исчезла в этом особняке. На самом деле он  постепенно забыл о ее существовании, что позволяло ей жить в особняке до сих пор.

«Возможно, пора развестись с ней». Внезапно сказал Цзинь Фэнджу, и когда он это сказал, сердце Цзинь Мина задрожало.

«Мастер, эта женщина безвредна. Это большой позор для женщины - быть разведенной. Боюсь, дворец Чжэньцзян может не принять ее», - осторожно сказал Цзинь Мин, даже не осмелившись использовать почтительный титул мадам.

Цзинь Фэнджу слегка кивнул: «Я понимаю, что она просто невинная женщина, которая пострадала из-за политической борьбы. Тем не менее, она является членом дворца принца Чжэньцзяна. Если принц Хун потеряет власть в будущем, хотя я смогу защитить ей, в конце концов, это будет немного хлопотно. Ты знаешь, я не люблю неприятности».

Хотя принц Хун пользовался влиянием, он уже заставил императора опасаться его достижений.  Принц Хун не осознавал опасности в будущем, ослепленный своей удачей и планами.

Цзинь Фэнджу не упоминал об этом в беседе с Чжао Лунем, но в глубине души он знал, что принц Хун был близок к провалу, и единственным человеком, который мог соревноваться с принцем Жуном, был Чжао Ю – принц Ли, герой, имеющий великие военные заслуги.

Цзинь Мин больше не осмеливался говорить. Он понимал, что за человек его хозяин. Причиной, по которой он сказал несколько лишних слов, была тень жалости в его сердце.

«Дверь в ее двор все еще закрыта. Она, правда, думает, что это ее личный рай?» Цзинь Фэнджу поднял голову, усмехнулся и медленно пошел к павильону Ночной Ветерок: «Давай же поглядим».

Это третий раз, когда Цзинь Фэнджу увидит Фу Цюнин. В первый раз – на их свадьбе, во второй раз - когда он узнал, что Цюнин повесилась. Это будет третий и последний раз. Цзинь Мин снова вздохнул о судьбе Фу: говорят, что красивым женщинам не везет, я помню, что внешний вид Фу был самым обычным. Отчего же ее удача тонка, словно бумага?

Медленно приближаясь ко двору Ночной ветерок, они внезапно услышали слабый звук гуциня. Когда они подошли ко входу во двор, звук гуциня стал четче. Цзинь Фэнджу остановился и внимательно прислушался.

«Судя по звучанию, должно быть, играет не эта женщина Фу. Она имела репутацию талантливой девушки. Игра слишком посредственна для того, кого называют талантом». Цзинь Фэнджу некоторое время размышлял вслух, пока его лицо не озарилось осознанием: «Да, может быть, кто-то из детей играет. Я думаю, им сейчас всего семь или восемь лет? Редко кто может так играть в их возрасте. Кажется, что у Фу действительно есть скрытый талант обучать».

«Тем не менее, звук гуциня кажется немного хуже, чем у Третьей мисс»,  - Цзинь Мин знал, что Цзинь Фэнджу благосклонен к Третьей мисс семьи Цзян, Цзинь Сючжэнь, поэтому он сознательно сказал это, чтобы доставить удовольствие мастеру.

«Сючжэнь просто хвастается своим талантом и любит демонстрировать свою технику. Судя по звучанию, здесь играют от всего сердца. Хотя навыки посредственные, мелодия трогает сердце». Цзинь Фэнджу слегка кивнул, завершая анализ.

Внезапно послышались голоса. Кто-то декламировал: «Конфуций сказал: разве не приятно учиться и применять изученное на практике? Разве не весело, когда друзья приходят издалека? Если человек не раздражается, когда его не понимают, разве он не мудрец ...»

Звук гуциня внезапно изменился, как проливной дождь, изменился и тон чтения, постепенно ускорился ритм. Цзинь Фэнджу осознал, что темп чтения действительно соответствует течению мелодии.

Цзинь Мин был ошеломлен, и застыл, как вкопанный, внимая услышанному. Ускоряющийся поток сменился на нежную и плавную мелодию. И звук чтения стал медленнее и тише.

«Все подходит к концу, независимо от победы или поражения», - внезапно прошептал Цзинь Фэнджу.  Цзинь Мин повернул голову и посмотрел на мастера. Редкая искренняя улыбка на красивом и элегантном лице Цзинь Фэнджу поразила его.

Музыка остановилась, и звук чтения стал неслышным. Цзинь Мин собирался шагнуть вперед, чтобы объявить об их прибытии, но Фэнджу махнул рукой, останавливая его, а затем воскликнул сам:

«Когда сад полон красоты, отчего хозяин прячет ее? Он отказывается открывать дверь, и люди лишены удовольствия лицезреть ее».

Через некоторое время  из-за ворот послышался детский голос: «Это зловещее место скромно,  и может оскорбить взор уважаемых гостей. Прошу посетить другое место. На драгоценной земле маркизата  везде весна».

Похоже, что отвечал мальчик.  Цзинь Мина удивило, что ребенок был очень красноречивым и спокойным.

Улыбка на лице Цзинь Фэнджу стала еще шире, и он громко воскликнул: «Поскольку этот особняк – на земле маркизата, разве это место не маркизат? Поскольку это место – часть маркизата, как можно говорить, что оно зловеще?»

Некоторое время из-за двери молчали, и Цзинь Мин закипая от раздражения, снова дернулся объявить о приходе Молодого маркиза, но Цзинь Фэнджу вновь  остановил его, махнув рукой.  На этот раз он даже посмотрел на стюарда.

Внезапно изнутри раздался голос, говорящий: «Девять сыновей дракона разные, и у вещей в этом мире свои причины. Намерения этого юного добрые, и уважаемым гостям не следует неправильно понимать. Это место находится в отдалении, солнце садится, и подбираются сумерки. Хозяин опасается оскорбить высоких гостей и просит их уйти».

Шокированный Цзинь Мин увидел, как в ответ на это грубое замечание, его мастер весело рассмеялся, шагнул вперед и хлопнул по воротам, ведущим в павильон: «Открой дверь, я твой отец».