Фу Цюнин убрала свою работу и сложила руки перед собой. Она спросила с мягкой улыбкой:

- Второй мастер теперь является младшим секретарем Министерства юстиции, чиновником третьего ранга, да? В столице есть много дворян, но кто решится сравнить себя с главой герцогства Цзин? Правильно, теперь, когда Вы получили титул Маркиза, Император упомянул, что разрешит Вам построить поместье недалеко от Западного дворца. Разве это практично?

Цзинь Фэнджу кивнул:

- Я уже отправил благодарственное письмо и отклонил предложение. Наше имение всегда было таким. Согласно правилам наших предков, семье не разрешается разделяться, пока мы не наберем 10 000 долей. Тем более теперь, когда мы достигли процветания, это немыслимо. Однако, дети подросли, и в резиденции стало тесновато. Поэтому несколько дней назад отец купил поместье рядом с нами. Раньше оно принадлежало маркизу Сянъяну, чья семья была понижена в должности. Они переехали на юг. Как только ремонт будет завершен, семья дяди сможет переехать туда, и у нас будет больше места.

Фу Цюнин был ошеломлена:

- Еще одно поместье? Не слишком ли это экстравагантно?

Цзинь Фэнджу рассмеялся, наслаждаясь ее удивленным выражением лица. Он потянул Цюнин, усадил рядом и небрежно сказал:

- Строго говоря, дядя съезжает не из-за нехватки места. Однако теперь, когда он стал младшим секретарем Министерства юстиции, у него должно быть собственное имение, - говоря это, он прижался носом к волосам Фу Цюнин и принюхался. - Чем ты мыла волосы? Пахнет очень хорошо. Это не похоже на мыльные бобы.

Фу Цюнин напряглась. Она прекрасно знала, что прямо сейчас проверяются границы дозволенного. Она заставила себя не реагировать, пока Цзинь Фэнджу продолжал зарываться лицом в ее волосы. Просто небрежно объяснила:

- Я не использовала мыльные бобы. Молотая миндальная вода делает волосы более гладкими и блестящими…

Пока она говорила, Фэнджу  нежно прижался губами к волосам, а потом к лицу, что застало ее врасплох.

- Ах…-  Фу Цюнин подпрыгнула, отшатнувшись, но Цзинь Фэнджу уже потерял всякое самообладание.  Одной рукой обхватив Цюнин за талию, молодой мужчина прижал ее к своей груди. В его обычно ясных и холодных глазах читались следы желания. Глядя на жену, Фэнджу сказал хриплым голосом:

- Цюнин, моя хорошая Цюнин, как долго ты собираешься винить меня? Что мне сделать, чтобы ты охотно меня простила? Знаешь, как тяжело мне терпеть? Я близок к своему пределу, однако не смею тебя обидеть, иначе ты действительно будешь игнорировать меня вечно. И все же я еще больше боюсь, что ты меня за это возненавидишь. Цюнин, ты… что ты хочешь, чтобы я сделал?

Его речь была близка к бессвязной. Именно поэтому можно было сказать, что он говорил от всего сердца. Если бы кто-то все еще мог сладко и рационально говорить в муках страсти, Цюнин действительно заподозрила бы его в неискренности.

В это время ее взгляд упал на ласковые глаза Цзинь Фэнджу. С любопытством она протянула руку, чтобы коснуться красивых бровей и уголков длинных ресниц.

Она пробормотала:

- Эти глаза обычно глубоки и непроницаемы. Сейчас они искрятся от эмоций. Неужели господин Фэнджу искренен со мной в этот момент?

- Нет, нет, не только в этот момент, а на всю жизнь. Цюнин, ты когда-нибудь ощущала вкус любови? Только сейчас я понимаю, что значит любить. Настоящая любовь означает любить самого человека. Это не похоже на желание гибельной красоты или принесение себя в жертву на алтарь любви. Даже старость никогда не запятнает настоящую любовь!

Сердце Цзинь Фэнджу билось как барабан. Он не думал, что сегодня вечером ему повезет. Цюнин не оттолкнула его, значит ли это, что она наконец-то готова открыть ему свое сердце?

- Скольким сестрам ты говорил эти слова? - она знала, что Цзинь Фэнджу не был человеком, который мог легко говорить такие вещи. Однако почти каждая женщина склонна задавать подобные вопросы. Фу Цюнин не являлась исключением.

Если я скажу, что никогда ни с кем так не говорил, включая Ваньин, ты мне поверишь? -  Цзинь Фэнджу крепко обнял свою жену. Он ощущал тяжесть и жар, но он все еще не осмеливался действовать слишком поспешно. Он боялся, что если двинется слишком опрометчиво, то оскорбит эту с трудом завоеванную, похожую на сокровище женщину в его объятиях. Он уже видел, насколько решительной и бессердечной может быть Фу Цюнин, когда дело доходит до разрыва отношений.

- Тебе не жаль их? - Фу Цюнин этот ответ совсем не обрадовал. В эту эпоху, когда жены были подобны одежде, которую нужно было выбрасывать, когда она изнашивалась.  Чем искреннее был к ней Цзинь Фэнджу, тем больше ей было жаль Цзян Ваньин и остальных.

- До того, как я влюбился в тебя, я всегда думал, что люблю их. Даже с тобой я ... не могу оставить их в холоде, -  Цзинь Фэнджу глубоко вздохнул. - Цюнин, мне жаль, что я не встретил тебя до нашей свадьбы. Если бы мы знали друг друга раньше, я бы понял, что такое настоящая любовь.  В этой жизни я желаю обладать только тобой и никогда не дразнить других женщин. Так получилось… судьба подтолкнула меня на этот путь. Я не хочу подводить тебя, и я не хочу подводить их. Поэтому… пожалуйста, прости меня.

- Не желая подвести меня, не могу подвести их…- Фу Цюнин вздохнула.

Глаза Фу Цюнин  влажно заблестели. «Посмотри на себя, идеальный пример «Счастливчика из Ци», и все же ты здесь, показываешь несчастное лицо. Как может быть такой глупый человек, который не умеет наслаждаться счастьем? Что ж, человек перед ней должен считаться лучшим в эту эпоху? Довольно сомнений. Пусть его любовь в будущем ослабнет, но, по крайней мере, в этот момент он искренен. За две жизни она имеет право на такой трогательный момент любви. Это не зря, не так ли?»

- Цюнин, о чем ты думаешь? - бедный Маркиз все еще не осмеливался двигаться беспорядочно. Хотя его руки жаждали сорвать с Фу Цюнин тонкую одежду, он все же не осмеливался действовать без явного разрешения.

- Цюнин, если ты не хочешь…

С яркой улыбкой она сказала:

- Эта скромная женщина думала: хочет ли мой господин-муж, чтобы я его раздевала?

Цзинь Фэнджу не подозревал, что его холодная жена может показывать такую ​​очаровательную и милую улыбку. Все сомнения исчезли, он схватил Фу Цюнин, прижал к себе и наклонился, чтобы поцеловать.

***

Первый проблеск света только достиг комнаты, когда  Цзинь Фэнджу открыл глаза. Он оглянулся и увидел, что Фу Цюнин спит рядом с ним с легкой улыбкой, придающей ее лицу умиротворяющее выражение.

Цзинь Фэнджу тоже улыбнулся. В данный момент он наслаждался ощущением полного счастья и наполненности жизни. Он наклонился, чтобы осторожно чмокнуть Фу Цюнин в щеку, давление было не больше, чем прикосновение крыла стрекозы.

Затем он осторожно поднялся с кровати и уже собирался умыться, когда услышал томный голос:

- Почему ты встал так рано?

Цзинь Фэнджу тут же повернулся и сел на кровать. С улыбкой он сказал:

- Мне нужно присутствовать в суде.

Увидев сонные глаза жены, ошеломленно смотрящие на него, он осторожно потер собственное лицо:

- Что такое? Ты забыла своего мужа?

- Цзинь Фэнджу, тебе действительно повезло с красивой внешностью, -  она вздохнула и откатилась прочь, собираясь вставать.

- Тебе не нужно вставать, прошлой ночью ты немного устала, -  Цзинь Фэнджу счастливо улыбнулся и мягко остановил движения Фу Цюнин. -  Поспи еще немного.

Лицо Фу Цюнина вспыхнуло, как огненное облако:

- Да неужели? А кто был таким жадным, что заставил меня потерять силы?

На самом деле, это было больше, чем недостаток сил, она чуть не упала

в обморок от истощения. Уже достаточно хорошо, что она не выпихнула его из постели с утра пораньше. Может ли она терпеть эту улыбочку, довольную, как у лиса, который только что съел курицу на глазах у хозяина?

- Да, да, извини, вчера вечером я был немного своенравным. Я действительно ничего не мог с собой поделать.

Цзинь Фэнцзюй не удержался и снова чмокнул Цюнин в лицо. С легким смехом он сказал:

- Ну, поскольку это твой первый раз, ты неизбежно почувствуешь себя некомфортно. Верно, когда ты планируешь переехать в Элегантный особняк? Как насчет завтра? Сегодня мне нужно сопроводить Вдовствующую императрицу в храм Ганьлу, чтобы предложить благовония. Боюсь, сегодня вечером я бы не вернулся, но завтра…

Внезапное фырканье прервало его.

- Кто переезжает в Элегантный особняк? Вчера ты ничего не сказал об этом. Разве ты не обещал, что позволишь мне остаться здесь на несколько лет? Не прошло и года, а ты уже хочешь меня выгнать. Я еще раз спрашиваю Молодого Маркиза, помните ли вы вообще какие-нибудь свои обещания?

Цзинь Фэнджу был потрясен. Он растерянно почесал голову. Количество раз, когда он когда-либо был по-настоящему сбит с толку, было редким. Поэтому он мог только смущенно сказать:

- Раньше мы были только мужем и женой по имени, но после прошлой ночи… Цюнин стала моей настоящей женой, поэтому, естественно…

Цюнин рассерженно хмыкнула. Она села и посмотрела ему в глаза:

- Правда? Получается, мне придется переехать в тот момент, когда я стану твоей настоящей женой? Если это так, то я предпочитаю оставаться женой по имени.

Внезапно забеспокоившись, Цзинь Фэнджу воскликнул:

- Как такое возможно? Цюнин, моя дорогая госпожа, сейчас не время проявлять своеволие. Вчера вечером ты явно отдала себя мне. Неужели прошлая ночь действительно может быть стерта только потому, что ты передумала?

Улыбка Фу Цюнин была холодной:

- Вы правы, факты невозможно изменить. Тот факт, что Вы мне обещали, тоже не изменился. Я никогда не говорила, что перееду в Элегантный особняк после ночи с Вами. Если Вы ненавидите павильон Ночной Бриз за то, что он слишком далеко, разве у вас нет других женщин поближе? Вместо этого смело посетите их. Я не ревнивая жена.

По мнению Цзинь Фэнджу, хотя Цюнин и сказала, что она не ревнивая жена, она явно ревновала, ах. Благодарный за то, что Фу Цюнин немного смягчилась, он радостно закивал головой:

- Да, да, да, все зависит от тебя. Раз тебе здесь нравится, останься еще немного. Я приду к тебе завтра. Правильно, пусть тетя Юй и Юцзе приготовят что-нибудь питательное для твоего тела.