- Что вы хотите этим сказать? Вспомните о том, чем мы зарабатываем на жизнь. Если даже вы заметите нас, то нас можно сразу же увольнять, - брат Ли добродушно рассмеялся и протянул ей черный пластиковый пакет. - Здесь опасно, поэтому надень бронежилет. Мне нужно выяснить масштаб происходящего, чтобы вывести тебя отсюда. Я как можно раньше постараюсь тебя забрать.

- Что происходит? - Гу Няньчжи взяла бронежилет, и ее сердце заныло от плохого предчувствия. - Зачем нам уходить?

Брат Ли спокойно ей объяснил:

- Помнишь черный внедорожник? Тот самый, что приехал сюда вчера вечером? Он следовал за вашим туристическим автобусом.

- Думаю, что видела его, но что с ним не так?

- Перед приходом сюда я проверил вышку сотовой связи, которая находится на горе, и обнаружил, что кто-то ее разгромил: все, что можно, разрушено, провода перекручены. Такие повреждения быстро не починить. Возвращаясь, я увидел, как некто с чехлом для снайперской винтовки вылез из внедорожника и пошел по тропинке, ведущей туда, - указав в сторону двора Минъюэ, брат Ли с досадой добавил: - Ребята, за вами все это время пристально следили, а я заметил это только сейчас!

Гу Няньчжи невольно содрогнулась:

- Следили за нами? Но что они планируют сделать? И почему? Ты не знаешь, брат Ли?

- Всех подробностей я пока не знаю, но могу догадаться, - Брат Ли замолчал, увидев, как несчастна Гу Няньчжи, и тут же с кривой улыбкой развеял все ее опасения. - Ты точно не является целью. Скорей всего, вас просто зацепило перекрестным огнем. Не переживай. Я сейчас все проверю и как только смогу поймать сигнал сотовой связи, свяжусь с базой. Эти ничтожества ничего не стоят против наших бойцов.

Вот только на самом деле ситуация была гораздо серьезней, чем описал ей брат Ли. Хотя он и не считал, что преступники нацелились на Гу Няньчжи, по их снаряжению он догадался, что те жаждут крови и никого не оставят в живых. Этот горный курорт не только лишился сигнала сотовой связи и интернета, даже стационарный телефон и тот оказался отключен. Он превратился в изолированный островок, лишенный всякой связи с внешним миром. У преступников имелись снайперы, которые сейчас, скорее всего, засели на тропинке, ведущей к вилле, приготовившись убить любого, кто попытается отсюда сбежать. Он не мог безрассудно взять с собой Гу Няньчжи и уйти, поскольку для начала ему нужно было устранить этих снайперов.

- Я пока пойду осмотрюсь, а когда путь будет свободен, мы найдем машину и уедем отсюда, - брат Ли указал на черный пластиковый пакет и, понизив голос, сказал: - Не забудь надеть бронежилет. Скорей всего, этой ночью он пригодится.

Крепко сжав пальцами пластиковый пакет, Гу Няньчжи с тревогой спросила:

- А как же брат Ли? У тебя тоже есть бронежилет?

Если там и правда засели снайперы, то брату Ли просто жизненно необходим бронежилет. Посмотрев на Гу Няньчжи, брат Ли заколебался. Он вытащил из кармана рубашки письмо и протянул его ей:

- Если я не вернусь, пожалуйста, передай это Большому Сюну.

- Что это за письмо? - не поняла Гу Няньчжи. - Ты что, не можешь просто отослать его по электронной почте? - люди уже почти перестали пользоваться электронной почтой для отправки писем, ведь в соцсетях сообщения отправлялись мгновенно. Написание и отправка обычных писем еще более устарели.

Брат Ли с горькой улыбкой покачал головой, беспокоясь о том, что Гу Няньчжи не осознает всей серьезности ситуации. Но он все-таки сказал правду:

- Это мое завещание. Если не вернусь, пожалуйста, отдай его Большому Сюну, он передаст его моей семье; если же смогу вернуться - вернешь мне.

- Завещание? - улыбка Гу Няньчжи застыла, она настолько крепко сжала письмо, что костяшки ее пальцев побелели.

- Не переживай, это обычай Сил Специальных Операций. Перед крупной операцией каждый из нас должен написать свое завещание, а затем отдать его на хранение начальнику. На этот раз я подумал, что отправляюсь в отпуск, поскольку должен был охранять тебя здесь, на курорте. Но теперь мне придется попросить тебя о помощи, - посмотрев на Гу Няньчжи, брат Ли снова криво ей улыбнулся и похлопал ее по плечу. - Ты обязана выжить. Найди способ выжить. Тебе придется самой защищать себя, пока наши люди не доберутся сюда.

Глаза Гу Няньчжи наполнились слезами, когда она поняла, что брат Ли отдал ей собственный бронежилет. Она торпливо вернула ему черный пластиковый пакет.

- Брат Ли, надень его сам. Мне он ни к чему.

- Слушайся меня! Это приказ! - лицо брата Ли словно обратилось в камень, когда он отодвинул от себя пакет. - Ты что, забыла все, чему тебя обучил господин Хо?

Вот только Гу Няньчжи подчинялась исключительно Хо Шаохэну и не видела ни единой причины повиноваться кому-то еще.

- Брат Ли, именно из-за Хо Шао я и возвращаю тебе этот бронежилет. Разве что у тебя нет запасного, - сдержав слезы, Гу Няньчжи вымученно улыбнулась и вернула пакет брату Ли. - Тебе придется проверять местность, поэтому ты наверняка станешь мишенью этих людей. С бронежилетом твои шансы на успех возрастут. Если у тебя все получится, я окажусь в большей безопасности.

Брат Ли понял, что ему не победить в этом споре Гу Няньчжи. Ее слова звучали вполне разумно. Он встревоженно сжал губы и открыл было рот, чтобы снова ей возразить, но Гу Няньчжи остановила его:

- Больше ничего не говори. Тебе лучше поторопиться. Дождь слишком сильный, перемещаться будет нелегко.

Брат Ли знал, что положение дел сейчас просто ужасное и у него не было времени, чтобы тратить его понапрасну. Смирившись, он забрал пластиковый пакет и снова предупредил ее:

- Никуда не уходи и оставайся в саду Цинфэн. Жди моего возвращения. Если не вернусь, ныряй в Маленькое Зеркальное озеро. Мне известно, что ты отличный пловец. Озеро большое, и это будет самое безопасное место здесь.

- Хорошо. Брат Ли, ты тоже будь осторожен. Я буду ждать тебя, чтобы вернуть тебе это письмо, - Гу Няньчжи прижимала к сердцу завещание брата Ли, глядя вслед его удаляющейся фигуре. Увидев, как он растворился в ночи, она решила вернуться в свою комнату. Завернув за угол, она увидела Мэй Сявэня, который стоял напротив двери в свою комнату, он курил с одной рукой, засунутой в карман брюк. Он многозначительно посмотрел на нее, словно ждал ее здесь.

- Сявэнь? - осторожно спросила она. - Все уже вернулись?

- Двадцать из двадцати четырех уже здесь. Остальные четверо еще во дворе Минъюэ, - сухо отозвался Мэй Сявэнь. Он указал подбородком в сторону того места, где только что находился брат Ли. - Кто это был? Ты знаешь его?

- Нет, он просто ошибся. Тот пакет уронила не я, - Гу Няньчжи не стала вдаваться в дальнейшие объяснения. - Я устала и собираюсь пойти к себе, чтобы чуток отдохнуть.

Мэй Сявэнь посмотрел на дымящийся кончик сигареты, которую сжимал между пальцев. Он уныло спросил:

- Няньчжи, в чем дело? Тебе здесь не весело? Я выбрал это место специально ради тебя.

Поездка, которую он так старательно планировал, вопреки его ожиданиям, не вызвала у его девушки ни счастья, ни благодарности. Мэй Сявэнь почувствовал себя обессилевшим.

Гу Няньчжи огорчилась, увидев своего парня в таком состоянии. Но в данный момент она не знала, как утешить его; все ее мысли были захвачены неминуемой опасностью, грозящей им на этом курорте. Она тихо остановилась возле двери, водя пальцем по колонне, затем тихо произнесла:

- Сявэнь, это замечательное место, и я правда ценю все, что ты для меня делаешь... но с этим местом что-то не так.

Он только с сарказмом фыркнул в ответ.

- И что же не так? Не ловит сигнал мобильного? Нет интернета? Нет доступа к телефону? - Мэй Сявэнь снял очки и сжал двумя пальцами переносицу. - Няньчжи, я считал, что, по сравнению с другими девушками, ты из тех людей, кто гораздо меньше внимания обращает на подобные мелочи.

Гу Няньчжи не знала, смеяться ей или плакать. Лишь потому, что она сирота, она должна была вытерпеть больше лишений, чем те, у кого живы оба родителя? Хо Шао никогда не допускал, чтобы она пострадала от недостатка каких-либо необходимых вещей лишь потому, что "жизнь жестока" к бедной сиротке, он не ожидал, что она будет более сговорчивой и покладистой или станет держать свою боль и тревогу в себе, лишь потому, что быть сиротой означало вырасти более "стойкой". Он позволил ей быть самой собой и относился к ней как к равной, независимо от ее статуса или происхождения.

Гу Няньчжи не рассердилась на Мэй Сявэня. Годы, проведенные под твердым руководством Хо Шаохэна, закалили ее характер. Ее сердце не было сделано из стекла и не разбилось бы от грубых слов и наполненных ненавистью замечаний.

- Сявэнь, я не шучу, - Гу Няньчжи взглянула на него краешком глаза, а затем устремила взгляд в небо. - Сявэнь, дождь усиливается, поэтому не позволяй остальным выходить на улицу. И пусть закроют свои двери.