Подняв сумку над головой, Гу Няньчжи бросилась бежать к Мэй Сявэню.

Под зонтиком не хватало места для них обоих; они неловко ковыляли под ним, добираясь к автостоянке возле библиотеки.

На протяжении всего пути зонтик оставался наклоненным в сторону Гу Няньчжи. Мэй Сявэнь же к тому времени, когда забрался в машину и сложил зонтик, совершенно промок.

- Сявэнь, у тебя в машине есть какая-нибудь сменная одежда? Тебе стоит снять ветровку и переодеться в сухое, - сказала Гу Няньчжи на тот случай, если он сам не догадается.

Она тоже была лишь человеком из плоти и крови. Как она могла о нем не заботиться?

Мэй Сявэнь прекрасно к ней относился, и она это понимала. Ее так тронула его искренность, что она неосознанно начала обращаться к нему иначе.

Мэй Сявэнь пришел в восторг, услышав, как Гу Няньчжи назвала его по имени. С широкой улыбкой он произнес:

- Не волнуйся. Это водонепроницаемая ветровка.

- Ну тогда все в порядке. Не хотелось бы, чтобы ты простыл, промокнув под дождем. Иначе я бы чувствовала себя по-настоящему плохо.

- О, но я не прочь заболеть. Ты ведь будешь навещать меня, если я заболею?

Личико Гу Няньчжи слегка окрасилось розовым. Она тихонько прочистила горло и перевела тему, сказав:

- Дождь слишком сильный. Давай просто пообедаем в кафетерии.

- Хорошо, - Мэй Сявэнь повернул руль, направив машину в сторону одного из кафетериев университета С, того, что под номером три.

Он собирался забрать Гу Няньчжи и пообедать где-нибудь вне кампуса, но она была права. У них была машина, но из-за дождя пробки на дорогах стали бы хуже, чем обычно.

Они вошли в кафетерий. Внутри, куда ни глянь, были парочки, кормившие друг друга с ложечки и то и дело отрывавшиеся от еды, чтобы обменяться поцелуями. Судя по всему в этот момент парочкам даже в голову не приходило, что их губы могут быть чересчур жирными для поцелуев...

Прежде Гу Няньчжи совершенно безразлично относилась к виду этих парочек. Теперь же они казались ей попросту отвратительными. Отведя взгляд, она решительно устремила его в одну точку перед собой, пока следовала за Мэй Сявэнем. Они нашли себе столик возле окна с двумя незанятыми местами.

Мэй Сявэнь сказал:

- Садись, а я схожу за едой.

Мэй Сявэнь был очень чутким и внимательным человеком.

Гу Няньчжи замечательно провела время, обедая с ним. Это оказалось куда веселей, чем тот дорогущий итальянский ужин, что был у них вчера вечером и который обошелся в 10 000 юаней.

После обеда Мэй Сявэнь отвез ее обратно в библиотеку и остаток дня просидел вместе с ней.

Они оба занялись поисками ссылок на литературу для ее дипломных работ. Всякий раз, уставая и чувствуя, что им нужна передышка, они поднимали глаза и улыбались друг другу. На протяжении дня они медленно, но верно, становились все ближе.

Весь остаток недели Мэй Сявэнь приносил Гу Няньчжи завтрак, обедали и ужинали они тоже вместе.

Даже если был занят, он звонил ей трижды в день, во время еды, и рассказывал по телефону, чем занимался, спрашивая, все ли у нее в порядке. А еще он спросил, не хотела бы она сходить с ним куда-нибудь на выходных.

Гу Няньчжи по-прежнему ожидала звонка от Хо Шао. Настала пятница, а она так и не получила от него никакого ответа. Ей не хотелось снова звонить Чэнь Ле, прося его заняться этим делом, и еще больше стеснялась расспрашивать об этом Инь Шисюна и Чжао Лянцзэ - поэтому всю неделю в трудом таскала ноги. Днем в пятницу, после окончания занятий, она принесла свои извинения Мэй Сявэню, который с таким нетерпением ожидал возможности провести с ней выходные:

- Сявэнь, на эти выходные я не смогу остаться с тобой. Кое-что произошло, и мне нужно вернуться в свою квартиру.

- О? Что случилось? Хочешь, я поеду с тобой? - Мэй Сявэню только-только удалось немного продвинуться в своих отношениях с Гу Няньчжи, и сейчас ему не хотелось с ней расставаться.

Даже если он скоро должен был выпуститься из университета и его дипломная работа была почти что закончена, он был очень занятым человеком: на нем все еще лежали обязанности члена студенческого совета, причем не только их факультета, но и университета вцелом. Он спал всего три-четыре часа в сутки, чтобы выкроить время и провести его с Гу Няньчжи.

И вот наконец наступили долгожданные выходные, когда им бы никто не помешал, а Гу Няньчжи придется уехать из кампуса.

Гу Няньчжи не знала, как ему объяснить.

По настоянию Чэнь Ле она должна была вернуться в квартиру.

Ей следовало пройти еженедельный медицинский осмотр.

Пусть она и не считала, что с ней что-то не так, врачом был Чэнь Ле, а не она. Если он считал, что ей необходимо каждую неделю проходить это обследование, то кто она такая, чтобы с ним спорить?

Нежным и наполненным теплом голосом Гу Няньчжи сказала:

- Это мой опекун. Когда у нас будет время, я позволю тебе встретиться с ним.

Гу Няньчжи сказала, что хочет познакомить его с родителями?

Мэй Сявэнь очень обрадовался, услышав эти слова; он быстро закивал, говоря:

- Тогда позвони мне, если что-то пойдет не так, - затем спросил: - У тебя хватит денег? Какой у тебя счет на Alipay? Я немного переведу.

- Что? Эм... У меня нет аккаунта на Alipay, - запинаясь, проговорила Гу Няньчжи. Сказав это, она опустила голову, чувствуя вину и неловкость.

На самом деле счет у нее имелся, но он находился под присмотром и полным контролем Чжао Лянцзэ. Если туда поступит какой-нибудь перевод, его сразу же об этом оповестят.

Именно поэтому Гу Няньчжи не захотела давать Мэй Сявэню номер своего счета на Alipay.

Если бы он узнал его и перевел ей деньги, об этом сообщили бы Хо Шао. Она просто не знала, что Хо Шао мог подумать о ней...

Что касается Мэй Сявэня, после слов Гу Няньчжи он почувствовал еще большее сочувствие по отношению к девушке.

Как мог ее опекун не зарегистрировать для нее аккаунт на Alipay? Это было попросту неприемлемо.

Стыд и позор!

Последовало долгое молчание, пока Мэй Сявэнь возился со своим телефоном. С помощью собственной банковской карты он зарегистрировал для нее на Alipay новый аккаунт, после чего отправил ей номер счета и пароль от него, сказав:

- Возможно, на этих выходных меня тоже не будет в городе. Вот, используй этот аккаунт. Теперь тебе не придется ни о чем беспокоиться.

Гу Няньчжи:

- ...

Вернувшись в свою комнату в общежитии, она по-прежнему сжимала в руке телефон. Ей нужно было собрать свои вещи и подготовиться к отъезду в свою квартиру в районе Фэнъя. Зеленый Чай Фан заметила, что Гу Няньчжи ушла в себя, поэтому обняла ее за плечи и спросила:

- Что-то не так? Тебя что-нибудь беспокоит?

Гу Няньчжи посмотрела на Зеленый Чай Фан. Она знала, что эта девушка была мудрой и проницательной, когда дело доходило до отношений. Она показала Зеленый Чай Фан свой телефон.

- ...Вот что не дает мне покоя. Мэй Сявэнь зарегистрировал мне аккаунт на Alipay. И я не знаю, что с этим делать.

Зеленый Чай Фан наклонилась и посмотрела на ее телефон, а затем рассмеялась и похлопала ее по спине:

- Неплохо, очень даже неплохо. Похоже, наш староста группы может быть властным генеральным директором - малейшее разногласие, и он запросто создает тебе аккаунт на Alipay! Сестренка, сохрани этот аккаунт, а потом не забудь прикупить на эти деньги что-нибудь на память своим старшим сестрам.

Услышавшая это Гу Няньчжи не знала, смеяться ей или плакать. Покачав головой, она проговорила:

- Ну, вообще-то я не собираюсь его использовать. Если захотите воспользоваться, то предупредите Мэй Сявэня заранее. У меня же определенно нет никакого права на это.

- Моя дорогая, как это честно и благородно с твоей стороны! - Зеленый Чай Фан ткнула пальчиком ей в лоб, после чего развернулась и подхватила свой рюкзак. - Что ж, я ухожу. Увидимся на следующей неделе!

Все ее соседки по комнате уже разъехались. Гу Няньчжи уходила оттуда последней.

Она вызвала такси и, навернув круг по городу, прибыла к своей двухэтажной квартире, расположенной на самом верху 28-миэтажного многоквартирного дома в блоке С района Фэнъя. К этому времени уже почти что стемнело.

Чэнь Ле уже ожидал ее там. Увидев, что она вошла, он тут же помахал ей рукой и спросил:

- Почему ты так долго? Пойдем, сделаем тебе пару анализов.

Гу Няньчжи очень удивилась, увидев его.

- Брат Чэнь, почему ты приехал сегодня? Сейчас только пятница. Я думала, ты придешь завтра.

Чэнь Ле всю эту неделю провел в крайнем волнении.

С использованием данных, предоставленных ему Хо Шаохэном, он смог заново изобрести способ производства вируса. Вот только не мог гарантировать, что созданный реверсивным методом препарат будет действовать так же, как и оригинал.

В конце концов, не мог же он последовать примеру Ода Масао и проводить испытания на живых и дышащих женщинах, своих собственных соотеченственницах...

Сравнивая два набора данных, он обнаружил кое-что очень интересное. Образец крови, взятой у Гу Няньчжи, похоже, оказывал на вирус ингибирующее воздействие.

Если он хоть что-нибудь в этом понимал, то все признаки указывали на то, что иммунная система Гу Няньчжи самостоятельно уничтожила вирус.

Иначе говоря, если она останется здоровой на протяжении следующего месяца, то можно будет с уверенностью сказать, что ее организм выработал антитела.

Создание антител было важным этапом защиты от синтетического биологического оружия, вроде созданных человеком вирусов.

Для человеческого организма было вполне нормально вырабатывать антитела против природных вирусов, вот только к синтетическому биологическому оружию это не относилось. Особенно к H3aB7, который создавался, нацеленным на определенных людей. У этих людей-мишеней просто не было возможности выработать к нему антитела.

Если бы мишени оказались способны вырабатывать антитела, то вирус стал бы полным провалом в роли биологического оружия.

Вирус Ода Масао уже находился на стадии доработки, одной из заключительных стадий производства. Это означало, что вирус уже доказал свою эффективность в качестве биологического оружия: ни один человеческий организм оказался не способен выработать к нему антитела.

Однако кровь Гу Няньчжи смогла создать нечто, подавившее вирус, и это очень походило на антитела!