Хо Шаохэн искоса взглянул на них, засовывая телефон обратно в карман брюк:

- Испытание? И как вы хотите его провести?

- Э, как же еще? Конечно же, встречаясь с известными японскими порнозвездами! - Чжао Лянцзэ и Инь Шисюн, потирая руки, многозначительно заиграли бровями. - Если мы не проведем этот "тест" с японскими порнозвездами, как еще нам узнать, что тренировки по сопротивлению соблазнению на самом деле работают? В любом случае мы только "протестируем" и не будем ничего делать "по-настоящему".

Хо Шаохэн был совершенно уверен, что эти парни просто хотели увидеть, как японские порнозвезды выступают для них вживую.

Он проигнорировал эту парочку и, подойдя к окну с чашкой чая в руке, посмотрел на ночной вид, что расстилался за ним.

Вид на ночной Токио был прекрасен. Огни высотных зданий мерцали и искрились, как бриллианты; они словно смешивались со звездами в темно-синем ночном небе, где царили тишина и спокойствие.

Чжао Лянцзэ и Инь Шисюн поняли, что Хо Шаохэн не удостоит их ответом. Испытывая разочарование, они отступили.

Оба секретаря с тяжелыми вздохами плюхнулись на диван и, потягивая из чашек свой кофе, приглушенным шепотом завели разговор.

- Большой Сюн (прозвище Инь Шисюна), ты когда-нибудь раньше уже делал это с женщиной?

- У меня даже девушки не было, что уж говорить о том, чтобы переспать с женщиной, - фырнул Инь Шисюн. - А ты? Ты же пытался приударить за той женщиной-офицером из Третьего Округа, верно? Напомни-ка, как ее звали?

- Фу, лучше не напоминай. Мне не удалось произвести на нее впечатление, а в процессе меня еще и чуть не избили, - Чжао Лянцзэ печально покачал головой. - У нее уже целая очередь из поклонников. Держу пари, ее хватит, чтобы протянуть от Третьего Округа до Четвертого. Какие у меня были шансы?

- Серьезно? Совершенно не понимаю, из-за чего такой шум, по-моему, в ней нет ничего особенного, - Инь Шисюн провел рукой по затылку и безутешным тоном сказал: - Интересно, каково это, заниматься этим с женщиной? Что если мы настолько привыкнем сопротивляться своим сексуальным желаниям, что, в конце концов, у нас даже вставать перестанет? И как мы тогда детей заведем? Моя семья насчитывает пять поколений, и они полагаются на меня, единственного сына, чтобы продолжить наш род!

Услышав это, Хо Шаохэн обернулся. Отойдя от окна, он поставил чашку с чаем и равнодушно сказал:

- Ты слишком себя накручиваешь.

- Слишком?! Сэр, вы прекрасно знаете, что такое тренировка по сопротивлению соблазнению, так как испытали ее на себе. Вы действительно не беспокоитесь, что у вас может не встать?! Вы не боитесь, что можете стать скорострелом?

Хо Шаохэн опустил голову и закурил. Затянувшись, он продолжил свои упреки:

- Не веди себя так жалко. Быть одержимым женщинами двадцать четыре на семь - слишком печально. Уже поздно. Ложись спать, завтра нам рано вставать.

- Сэр, вы сами не знаете, о чем говорите, - дерзко сказал Чжао Лянцзэ. Он собрал в кулак все свое мужество и теперь ревностно отстаивал право на репродуктивную активность между мужчинами и женщинами. - Вы сами никогда не пробовали, так откуда вам знать, что не будет проблем? И кто это здесь одержим женщинами? Мы в Японии, и я просто сказал, что мы могли бы попробовать!

- Откуда ты знаешь, что я не пробовал? - Хо Шаохэн склонил голову набок, стряхнул пепел с сигареты и отвернулся, собираясь вернуться в свою комнату. Его обычно бесстрастное лицо, казалось, на самом деле слегка покраснело.

Глаза Чжао Лянцзэ и Инь Шисюна едва не вывалились из орбит. Они закричали в его удаляющуюся спину:

- Когда вы потеряли девственность, сэр?! И почему мы об этом не знали?!

Они были личными секретарями генерал-майора Хо и следовали за ним, словно тени: как они могли не заметить столь знаменательную веху в его личной истории? Они не выполнили свой долг! Полный провал!

***

Хо Шаохэн проигнорировал исступленные крики своих личнных секретарей и спокойно вернулся в свою комнату. Он достал телефон и, прежде чем понял, что делает, уже набрал номер.

- Да? Кто это? - раздался в трубке нежный, очаровательный голос Гу Няньчжи.

Хо Шаохэн не ожидал, что Гу Няньчжи и правда проснется. Взяв себя в руки, он спросил:

- Чем занимаешься?

Гу Няньчжи тренировалась на беговой дорожке в тренажерном зале. Она слушала песню в наушниках, когда раздался звонок, и сразу же приняла его, не посмотрев, кто звонит. Как только она услышала глубокий голос Хо Шаохэна, как ее сердце тут же взорвалось радостным трепетом. Наполненным смехом голосом она ответила:

- Я тренируюсь! - а потом продолжила с легкой долей кокетства: - Я опять растолстела. Мне нужно сбросить вес!

Хо Шаохэн помахал сигаретой в руке и рассеянно проговорил:

- Ты не толстая. Лучше иметь больше изгибов. Их приятней держать в руках.

После этих слов на них обоих опустилось неловкое молчание.

Хо Шаохэн смог первым прийти в себя. Затянувшись сигаретой, он выдохнул протяжное облачко белого дыма и небрежно спросил:

- Милая, это ты?

Гу Няньчжи мысленно сплюнула от отвращения. Она очень медленно, подчеркивая каждое слово произнесла:

- Хо Шао, это Няньчжи. Гу Няньчжи. Ты принял меня за кого-то другого?

Она знала Хо Шаохэна уже целых шесть лет и никогда не слышала, чтобы он называл кого-то таким интимным прозвищем, как "милая".

Хо Шаохэн хмыкнул и затушил в пепельнице сигарету. Его голос был низким и равнодушным:

- Ошибся номером, не засиживайся допоздна, - сказав это, он сбросил звонок.

Гу Няньчжи продолжала бежать по беговой дорожке, но ее разум был наполнен вопросами: - "У Хо Шао появилась девушка? Может, стоит попытаться расспросить об этом Чэнь Ле?"

С другой стороны, Хо Шаохэн почувствовал, что ему стало жарковато после этого телефонного звонка. Переодевшись в спортивный костюм, он направился в спортзал гостиницы.

Тренажерный зал гостиницы Чиба этим поздним вечером был особенно полон.

Несколько в японцев в облегающих рубашках столпились вместе. Они находились в середине оживленной дискуссии.

Они переговаривались очень быстро, с преувеличенными выражениями на лицах.

Увидев вошедшего Хо Шаохэна, они машинально решили, что он не говорит на их языке. Они даже не потрудились приглушить голоса, продолжая то, что считали частной ббеседой.

- Этот мужской лифчик, который они только что разработали, так удобен!

- Ты понимаешь, верно? Я надеваю его каждый день, выходя из дома. И чувствую себя смешным без него!

Знание японского Хо Шаохэна находилось в зачаточном состоянии, но его блютуз-гарнитура обладала функцией автоматического перевода. Так что он слышал и понимал каждое слово в этом страстном обсуждении мужских бюстгалтеров.

Тема их разговора его потрясла. Он встал на беговую дорожку, не позволяя своему лицу выдать его веселье. Выбрав самую высокую скорость, он побежал.

Длинноногий, широкоплечий Хо Шаохэн походил на гладкого, мощного гепарда на беговой дорожке. Это была вызывающая благоговейный трепет демонстрация силы и мужественности. Его грубая энергия словно излучалась наружу, окутывая всю эту комнату.

Несколько японских женщин, только что вошедших в зал, невольно принялись пялиться на него.

- О, Боже! Он такой фантастический!

Женоподобные японцы, только что говорившие о мужских лифчиках, услышав женщин, мигом преисполнились зависти и негодования. Они начали презрительно насмехаться над ним по-японски, с кислыми, словно виноград, лицами.

- Если так быстро бегаешь, почему не участвуешь в Олимпийских Играх?

- Ага! Показушник!

Хо Шаохэн закончил пробежку. Он сошел с беговой дорожки и ухватил одного из японцев, что стояли неподалеку, затем поставил его на беговую дорожку. Привязав руку мужчины к рукоятке дорожки, он врубил самую высокую скорость и, похлопав его по плечу, тихо сказал по-японски:

- Удачи!

Беговая дорожка пришла в движение. Быстро.

Японец был вынужден бежать, вопя во все горло и стараясь не отставать. Беговая дорожка двигалась для него слишком быстро; вскоре он захрипел, но не мог передохнуть, так как его рука была накрепко привязана к рукоятке дорожки. Он оказался в ловушке и завизжал, как свинья под ножом мясника:

- Помогите! Кто-нибудь, спасите меня!!!

Стоявшие возле дверей охранники спортзала ворвались внутрь, услышав его призыв о помощи. После кратковременного замешательства они "спасли" японца от беговой дорожки, но к тому времени он уже потерял сознание.

К этому моменту Хо Шаохэн уже давно покинул спортзал и вернулся в свою комнату.

Как только он закончил принимать душ, зазвонил телефон. Увидев, что это входящий звонок от Чэнь Ле, он принял его.