Выражение лица Хо Шаохэна осталось непроницаемым, только его глаза потемнели, словно мрачное, лишенное солнца море перед бурей. Скрестив на груди руки, он властным взглядом посмотрел на Чэнь Ле:

- Неужели нет другого способа?

- Ну, не совсем, - самодовольно ответил Чэнь Ле. Он вытер платком выступившие на лбу бисеринки пота, а затем снял очки и принялся неторопливо протирать их салфеткой.

- Что ты имеешь в виду?

- Если ты твердо наставаешь на удалении своих воспоминаний, то есть только один способ сделать это - удалить их физически, то есть хирургическим путем. Мы отрежем кусочек твоей лобной доли... - Чэнь Ле осмелился бросить взгляд на Шэнь Чэнфена, но не стал дожидаться реакции на свои слова и тут же продолжил: - Но в таком случае тебя будут ждать серьезные последствия. Босс, ты высокопоставленный офицер, и военные никогда не позволят тебе пойти на подобную операцию. Кроме того, они захотят узнать о причине. И что ты тогда им скажешь? - Чэнь Ле с абсолютной откровенностью выдал ему анализ плюсов и минусов такого решения.

- Дерьмо! - Хо Шаохэн в сердцах ударил кулаком в металлическую дверь, причем с достаточной силой, чтобы оставить на ней вмятину.

Брови Чэнь Ле взлетели вверх. Он рассмеялся и решил малость развлечься за счет Хо Шаохэна:

- В чем дело, босс? К чему так волноваться? С твоей невероятной силой воли и самоконтролем, я уверен, что тебе достаточно сказать себе, что ты хочешь забыть о случившемся, и воспоминания тут же исчезнут, влегкую! Конечно же, нечто столь тривиальное не вызовет у тебя затруднения?

- Конечно, нет, - Хо Шаохэн явно наменно громко хрустнул костяшками пальцев перед Чэнь Ле, при этом выражение его лица было жестким, как камень.

Чэнь Ле снова начал заливаться потом. Если он хочет дожить до завтра, лучше всего было бы сменить тему. Своим чрезмерно взволнованным разумом он тут же вспомнил о Гу Няньчжи и моментально воспользовался ею, чтобы отвести от себя гнев Хо Шаохэна.

- Босс, мне нужно проверить, как там Няньчжи. Маленькая девственница, вроде нее, одному Богу известно, что ты сотворил с ней прошлой ночью...

- Стой, - нахмурившись, остановил его Хо Шаохэн. - Пусть доктор-женщина осмотрит ее.

- Босс, это дискриминация врачей-мужчин! - с невозмутимым лицом возразил Чэнь Ле, но не успел Хо Шаохэн ответить на это, как он уже включил свой пейджер и произнес: - Доктор Е, пожалуйста, пройдите в дом генерала Хо, вы нужны для секретной миссии.

После этого Хо Шаохэн наконец-то позволил ему сорваться с крючка. Опустив кулак, он подошел к окну и, скрестив на груди руки, принялся смотреть через него на улицу:

- Я думаю, ты понимаешь, что некоторые вещи следует сохранить в тайне.

- В тайне! Конечно, не проблема! - Чэнь Ле энергично и почтительно закивал, являя собой образец раскаяния. Ему не хотелось снова стать свидетелем пробуждения жуткой стороны Хо Шаохэна.

Хо Шаохэн лишь холодно взглянул на него, но ничего не сказал.

Вскоре пришла Е Цзытань со своим медицинским чемоданчиком. Она отдала честь, поприветствовав Хо Шаохэна, затем посмотрела уже на Чэнь Ле:

- Доктор Чэнь, что за миссия?

Чэнь Ле указал на дверь в спальню и подвел к ней Е Цзытань, тихим голосом проговорив:

- Вы ведь знаете Гу Няньчжи, я прав? На нее напали, если вы понимаете, что я имею в виду. И нам только что удалось спасти ее. Идите туда и посмотрите, насколько все плохо, а потом подлечите ее раны.

Е Цзытань была медицинским офицером, служившим под началом Чэнь Ле. Услышав его слова, она была просто потрясена и тут же спросила:

- Что? Кто это сделал? Вы арестовали преступника?

Взгляд Чэнь Ле устремился на Хо Шаохэна, который молча отвернулся от них и теперь снова смотрел в окно. Уголок рта Чэнь Ле дернулся. Тихонько кашлянув, он возмущенно сказал:

- Неужели вы всерьез решили, что генерал Хо так просто отпустит напавшего? Да будет вам известно, что он уже разорвал его на кусочки и прах по ветру развеял. А теперь запомните, вы должны сохранить все случившееся в строжайшем секрете. К тому времени, как вы закончите, генерал Хо подготовит вам на подпись военный приказ. Я уверен, с такими мерами предосторожности вы понимаете, насколько это серьезно.

Е Цзытань торжественно кивнула:

- Все ясно. Я понимаю, что все должно быть строго конфиденциально, - сказав это, она вошла в спальню вместе со своим чемоданчиком.

В комнате было темно, поэтому первое, что сделала Е Цзытань, - это включила свет. Она надела тонкие перчатки и только после этого подняла тонкое одеяло, укрывавшее Гу Няньчжи.

От увиденного у нее перехватило дыхание.

- Боже мой! Животные! Дикари! Как можно было так поступить с юной леди?! - на Гу Няньчжи были самые разнообразные синяки, от одного вида которых Е Цзытань покраснела. Стоя в спальне, она от души выругалась, объявив, что сделавшему это ублюдку суждено гореть в аду.

В то же время у стовшего в дверях Чэнь Ле скривилось лицо. Он изо всех сил старался не рассмеяться, но понимал, что если продолжит терпеть и дальше, то у него начнется внутреннее кровотечение.

Хо Шаохэн все еще стоял у окна. Уголки его губ несколько раз дрогнули. Но когда он отвернулся от окна, на его лице было прежнее каменное выражение. Он небрежно удалился через парадную дверь.

Он уже по привычке надел беспроводную гарнитуру и засунул руки в карманы камуфляжных штанов. Спустившись с третьего этажа, он понял, что еще рано, поэтому решил отправиться на утреннюю пробежку. Десятикилометровая полоса препятствий как раз могла бы помочь ему высвободить накопленную энергию.

Он только начал свой забег, когда в наушниках раздался звонок. Звонил оператор, дежуривший на военной базе.

- Господин Хо, кто-то оставил вам сообщение на вашей гражданской телефонной линии. Речь идет о мисс Гу. Вы хотите его прослушать?

Хотя Хо Шаохэн и был опекуном Гу Няньчжи, он никогда не объявлял об этом публично.

Номер, который он дал Гу Няньчжи был гражданским, а сам он при этом скрывался под личиной низкооплачивамого работника. Поэтому одноклассники и друзья Гу Няньчжи считали, что она была сиротой, находящейся под опекой дяди, который был не особо богат.

- Продолжай.

- Речь идет о последнем собеседовании мисс Гу для поступления в аспирантуру. Университет все утро пытался до нее дозвониться. Они сказали, что набирали ее номер, по меньшей мере, раз десять, но никто не ответил. В конце концов, они сдались и позвонили вам.

"Последнее собеседование для поступления в аспирантуру?"

Хо Шаохэн нахмурился. Он вдруг вспомнил, как Гу Няньчжи говорила ему, что после выпускного собирается сдавать вступительные экзамены. Неужели она уже сдала все экзамены? И теперь осталось лишь собеседование?

Хо Шаохэн остановился. он позвонил Чэнь Ле и бесстрастным тоном спросил:

- Чэнь Ле, Гу Няньчжи сдавала вступительные экзамены после окончания обучения?

- О, ты об этом. Да, было дело. Она даже заняла первое место. А что не так? - ответил Чэнь Ле.

Хо Шаохэн закурил, а затем снова спросил:

- Когда она сможет подняться с постели? Ты знаешь, что сегодня у нее последнее собеседование?

- Собеседование? Забудь об этом. Даже если она сегодня проснется, встать не сможет. По моим прикидкам, она будет прикована к постели неделю, - постукивая костяшками пальцев по столу, сказал Чэнь Ле.

Хо Шаохэн сделал длинную, совершенно несчастную затяжку, после чего выдохнул полные легкие дыма. И только затем спокойно сказал:

- Ладно. Составь для нее медицинское заключение, самое худшее, что сможешь придумать, и выбей ей справку об отпуске по болезни. Я попрошу кого-нибудь отвезти ее в университет Гу Няньчжи, посмотрим, сможем ли мы заставить их отложить собеседование.

Чэнь Ле не возражал. Он знал, что Гу Няньчжи твердо решила поступать на юридический. Все еще возясь в спальне с аппаратурой для гемодиализа, он проговорил в телефон:

- Нет проблем. Маленькое предложение: тебе нучше отправить туда человека с подвешенным языком. Я к тому, что у нас могут возникнуть проблемы, если главный в ее университете окажется крутым парнем, уверенным, что нужно играть по правилам.

- Я попрошу Инь Шисюна заняться этим, - сказал Хо Шаохэн. Он тут же сбросил звонок и набрал номер Инь Шисюна.

Инь Шисюн был одним из личных секретарей Хо Шаохэна. Обычно он отвечал за все внешние дела своего командира. Он был верен и прекрасно ладил с людьми. А его сила убеждения была такова, что он мог уговорить даже скворца слететь с дерева.

Инь Шисюн выслушал Хо Шаохэна и сразу же согласился сделать все, что от него требовалось. Он приехал и, взяв справку о медицинском отпуске и медицинское заключение, лично направился в университет Гу Няньчжи, чтобы попросить о предоставлении ей отпуска по болезни.

До собеседования оставалось всего 15 минут.

Фэн Иси в юбочном светло-сером костюме с достоинством ожидала, сидя в конференц-зале. Профессор Хэ Чжичу из города Б сегодня лично проводил собеседование с кандидатами.

"Гу Няньчжи до сих пор не явилась. Скорей всего, она не придет".

Фэн Иси склонила голову, скрывая ухмылку, что исказила ее лицо.

За дверью соседнего кабинета находился человек в белом костюме; это был Хэ Чжичу, профессор права из университета Б, расположенного в городе Б.. Он стоял спиной к двери.

- Если она не может прийти вовремя даже на собеледование, - нетерпеливо проговорил он, - то пусть лучше забудет об этом. Больничный? Кого она хочет им обмануть?

- Профессор Хэ, мисс Гу на самом деле больна. И это произошло очень внезапно и неожиданно. У меня при себе ее справка о медицинском отпуске, выданная полностью квалифицированным врачом. Еще вы можете взглянуть на ее медицинское заключение, - игра Инь Шисюна была безупречной. Он сразу же прдъявил медицинское заключение, которое получил от Чэнь Ле.

Само собой, это заключение целиком было липовым. Но правда должна была остаться в секрете.

Хэ Чжичу отвернулся от окна. Он просмотрел справку и заключение, переданные ему Инь Шисюном.

Втайне удивленный Инь Шисюн спокойно смотрел на Хэ Чжичу. Он совершенно не ожидал, что профессор права из университета Б окажется настолько юн!

Этот профессор был высок и хорошо сложен. Сшитый на заказ белый костюм сидел на нем идеально, дополняя его обходительные манеры и исключительно красивое лицо.

У Хэ Чжичу были вытянутые узкие глаза, слегка скошенные к вискам. Он был известен всем именно благодаря этим чарующим, блестящим, миндалевидным глазам.