Когда Назару было шестнадцать, а принцессе пятнадцать, они, по настоянию герцога, отправились в северную столицу. Официальной причиной был смотр, но на самом деле, уезжали отдыхать. Герцог намерено обсуждал с императором усталость принцессы, ведь у него были свои планы.

— В последнее время меня беспокоили твои натянутые отношения с принцессой. Используй этот шанс, чтобы сблизиться с ней.

«Я даже не просил об этом».

Назар почувствовал лёгкое недовольство. Пусть Сэинт-Джен и самый процветающий торговый город своего региона, он не слишком подходит для отдыха. А раз уж они всё равно будут только вдвоём, то не лучше ли отправиться на красивое побережье с чистой водой?

Мрачные виды Сэинт-Джена, мелькающие в окне кареты, только усугубили его недовольство. Принцесса, наоборот, казалась довольной. В конце концов, она всегда молча исполняла свои обязанности, и эта поездка – не исключение. Молодой господин Абриден ощущал тоску.

Однако, стоило им прибыть в центр города, как в глаза ему бросились белые цветы. Здания, улицы, даже люди – всё было покрыто ими, словно не существовало ничего, что могло бы обойтись без них. Назар заметил удивление в глазах выглянувшей наружу Филомелль. Но что за цветы такие?

Узнать об этих дивных растениях удалось только при встрече с губернатором Сэинт-Джена. Он ничем не отличался от тех людей, что трепетали перед господами. Осторожно сомкнув ладони, губернатор озвучил приветствия.

— Боже мой! Какая честь – встретить уважаемую императорскую принцессу и наследника герцогства Абриден!

Ответив ему, Назар вскользь поинтересовался цветами. Собеседник выпятил грудь, точно принимая похвалу.

— Я принял особые меры при подготовке к визиту Её высочества. Разве принцессе не было бы приятнее, если бы окружающие носили частичку её имени?

Так парень и выяснил, что те растения были цветами Филомелль, сделанными из бумаги. Очевидно, не настоящие, губернатор отдал приказ создать искусственные украшения.

Наверное поэтому Назар, видевший живые бутоны Филомелль только на изображениях, не смог сразу их узнать. Цветы, увенчавшие улицы и прохожих, выглядели слишком нетипично. Да и как там могли оказаться живые цветы Филомелль, что произрастали только в далёкой от Сэинт-Джена Ютине?

Губернатор оплошал. Он ведь даже не знал, что на самом деле принцессе не по нраву цветы, делящие с ней одно имя. Но по-настоящему глупым было высокомерие Назара.

Время в северной столице прошло незаметно. Их с принцессой отдых должен был длиться неделю, но пролетел в мгновение ока. Настало время возвращаться. Совместное времяпрепровождение в Сэинт-Джене не оказало ожидаемого эффекта на взаимоотношения с Филомелль. Именно поэтому к обратному пути Назар готовился с некоторым сожалением.

Однако отъезд пришлось отложить из-за внезапного шторма, что начался прямо посреди разговора с кучером. И пусть в Сэинт-Джене всё было не так критично, стихия разбушевалась в регионе, через который пролегал их путь. Дороги размыло, а кое-где даже происходили оползни.

— Всего парочка заклинаний телепортации и мы преспокойно вернёмся в столицу. — Со вздохом отвечал Назар.

Так как предлогом их приезда был именно смотр северной столицы, объезжать остальные территории – совсем необязательно. Именно поэтому юный герцог не придал услышанному никакого значения, но принцесса, по своей наивности, не смогла закрыть глаза на такие мелочи.

𖡹

Уже тогда люди, видевшие Назара лишь мельком, считали, что он примерный дворянин. Лучший жених империи.

— В каком же изумлении они будут, когда узнают, насколько дерзким ты можешь быть. — Часто приговаривал его друг Кенни.

Но юный герцог свято чтивший слова своего отца исчез. Не изменилась лишь его хитрая натура, желающая впечатлить свою невесту.

«Но к чему впадать в такие крайности?» — Часто думал Назар.

Принцесса искренне нравилась ему как личность. Чего уж там, они провели достаточно много времени вместе, естественно, что у парня сформировалась привязанность. Назар был даже благодарен ей по некоторым личным причинам. У него возникало желание быть преданным её высочеству, в конце концов она хорошо справлялась со своими обязанностями.

Однако даже этих причин было недостаточно, чтобы Назар понял, зачем ему скрывать своё истинное лицо. Может стоит уже сдаться? Он и без того уже многое сделал.

Юный герцог вырос, пытаясь достучаться до кого-то по ту сторону двери, что никогда не откроется.

𖡹

Её высочество покинула гостиницу. Подданные были заняты другими делами, поэтому никто не мог подержать зонт. Назар, а точнее его тело, действовало рефлекторно.

— Ваше высочество, простудитесь же! — Воскликнул он, протягивая дочери императора свой зонтик.

— О, Назар. — Она повернула голову, чтобы взглянуть на него.

В итоге под проливным дождём стал мокнуть уже он, но этот факт нисколько не смущал маленького герцога, ведь тот был уверен в своей выносливости и своём здоровье. У укрытой же от дождя принцессы, наоборот, казалось, задрожали плечи.

— Зайдите обратно, дождь усиливается.

— Минутку, только подниму кое-что. — Сказала Филомелль, протягивая руку к упавшему в лужу бумажному цветку.

Искусственные бутоны Филомелль, пропитавшиеся водой, были разбросаны по всему периметру здания. Мокрые цветы выглядели ещё более жалкими, превращались в простой мусор. Назар не мог понять, зачем же кому-то вроде принцессы лезть под дождь, чтобы достать его?

Подавив своё недовольство маленький герцог спросил:

— Зачем вы подбираете эти бумажные цветы? Есть ли какая-то особая причина?

— Они были сделаны специально, чтобы встретить меня. Поэтому я подумала, что было бы неплохо сохранить их на память.

И даже объяснения не помогли ему понять принцессу.

На память можно было забрать множество куда более стоящих вещей. А если ей так захотелось именно бумажных бутонов, то она должна была выбрать самые изящные и неповреждённые. К тому же, почему именно эти искусственные цветы, дочери императора ведь даже не нравились настоящие Филомелль.

— Они всё равно фальшивые. — Выпалил Назар.

Услышавшая его принцесса замолчала, а спустя пару мгновений взглянула на жениха с едва уловимой улыбкой на губах.

— Жаль, что фальшивые и так портятся под дождём.

Эта улыбка осталась в его сердце, ведь именно в тот момент молодой господин Абриден, Назар, понял, что любит эту девушку. Точные причины он не мог объяснить даже самому себе. Просто внезапно почувствовал...словно принцесса вот-вот исчезнет, прямо у него на глазах. Настолько хрупким и эфемерным казалось её присутствие. Назару хотелось обхватить её плечи и притянуть к себе.

𖡹

Вместе с осознанием чувств к парню пришло и понимание, что изменения в характере и поведении Филомелль его не очень-то радуют. Та словно стала имитацией принцессы. Теперь не статус украшал её, а она его.

Народ восхвалял дочь императора как утончённую и милосердную принцессу, но они не знали, какова она на самом деле. А всё потому, что её высочество тщательно скрывала свою настоящую личность.

Знал ли об этом император? Назар понял, что и он не знал.

Молодой господин Абриден всегда боялся, что принцесса исчезнет. Поэтому он не выносил перемен в её поведении, он хотел узнать настоящую Филомелль, познать её суть.

Назар любил принцессу. Нет, даже не так. Он любил не принцессу, а девушку, что носила этот статус.

«О, моя Филомелль, позволь мне узнать тебя. Не принцессу».

Осознание чувств не привнесло в их взаимоотношения ощутимых изменений. Назар стал более тревожным, ведь он понял почему не должен терять свою невесту, и страх её исчезновения крепко держал его в своих лапах. Парень превратился в труса.

Он хотел узнать свою возлюбленную, но она не хотела являть ему свою настоящую сущность. И что с его желания? Назар, не знавший своих чувств, долгое время отвергал её. Естественно, что Филомелль не сразу приняла новое поведение своего жениха.

«Хочу избавиться от самого себя».

Маленький герцог даже не подозревал, что всё дойдёт до того, что заключённая по инициативе Филль помолвка по её же инициативе и расторгнется. Разрыв союза с самой влиятельной дворянской семьёй в империи – не слишком приятное дело. Но судя по всему, императора это не заботит.

Ранее Назар уже представлял себе ужасы будущего, связанные с их расставанием, даже несмотря на помолвку.

В прошлом, до тех пор, пока они не пересекли черту, существовала высокая вероятность, что Филомелль так или иначе выйдет замуж за Назара. Брак казался довольно чётким решением проблемы.

Принцесса Филомелль должна была выйти за того, кого не любит, ради сохранения преемственности. Необязательно за Назара. Просто более подходящей кандидатуры, казалось, не было, ведь исходя из его внешности, характера, рода, он был самым лучшим.

Назар верил, что если он удержится на этой позиции, то однажды сможет оказаться бок о бок с Филомелль. Им овладевали и слабость, и высокомерие, одновременно.

Назар пожалел о своей глупости, когда Филль исчезла.