— Сейчас не время для плача. Я должна идти к отцу. — Настояла Филомелль, утерев слёзы.

Её убьёт Юстис, а не слуги.

«Что бы они ни говорили, слова не причинят боли».

Принцесса шла медленно шла вперёд, оглядываясь по сторонам. К счастью, у неё ещё нет собственного дворца, а потому, она живёт в императорском дворце, вместе с отцом, так как Филомелль ещё слишком юна. Более того, почему-то во дворце в её услужении находилось очень мало людей.

Юная принцесса прибыла к кабинету, избежав нескольких слуг. Перед дверью не было охраны, ибо Юстис не держал охрану у себя во дворце. Поскольку никого рядом не было, Филомелль осторожно приоткрыла дверь.

— Какой же ты настойчивый, Полан.

Она смогла разглядеть кабинет сквозь образовавшуюся щель. Несмотря на великолепную обстановку атмосфера между императором и графом Поланом была напряжённой. Граф пытался уговорить сидящего за столом господина.

— Но, Ваше величество! Принцесса больна, почему бы вам не навестить её?

А предметом обсуждения стала она, Филомелль. Оно и понятно. Девочка знала, что император думал о ней, даже не встречаясь с ним. Принцесса тихо слушала нахмурившегося Юстиса.

— Почему ты так беспокоишься? Не думаю, что она больна. Мне жаль, но она, в любом случае, вновь симулирует, как всегда.

— Её няня сказала, что на сей раз она действительно больна.

— И?

— Если вы навестите принцессу, то ей будет куда легче побороть хворь.

— Почему ты поднимаешь такую панику из-за какой-то простуды?

Граф Полан на мгновение закрыл рот. Он был преданным слугой Юстиса ещё с тех времён, когда тот был юным принцем. Они были достаточно близки, чтобы без колебаний обсуждать друг с другом самые щепетильные темы.

— Ваше величество, проведайте своё дочь. Разве она — не ваша кровь и плоть?

Сердце Филомелль сжалось.

Сам же император задался вопросом. Почему же он не может привязаться к Филомелль? Ответ шокировал.

— Я никогда не считал её своим ребёнком.

Девочка почувствовала, словно что-то упало её на голову.

— Думаете, леди Изабелла умерла из-за принцессы? Значит....

— Заткнись.

— ... Мне жаль.

Юстис пронзил секретаря холодным взглядом. История смерти его жены, что отошла в мир иной прямо у него на глазах, являлась табу.

— Когда-то я действительно так думал. Я был настолько зол, что хотел убить её своими руками. — Мрачно молвил правитель.

— ...

— Но это в прошлом. Теперь я совсем ничего не чувствую.

— Почему?

— Потому, что у меня совсем нет каких-либо ожиданий. Я не хочу восполнять потерю Изабеллы, я хочу, чтобы она как минимум сыграла роль наследницы. — Ответил Юстис, устало прижав ладонь ко лбу. — Но чего оже она добилась? Не посещает уроки, не получает хороших оценок, а её вчерашнее поведение перед множеством людей было крайне плачевным.

— ...Филомела тоже старается, однако вы зачастую лишь злитесь на неё.

— Если стараниями ты называешь создание проблем, то ты прав.

Юстис рассмеялся, приподняв уголки губ.

— Вы слишком строги к ней. Принцессе всего девять лет, естественно, она ещё незрела.

— В её возрасте я насмерть боролся за трон со своими кровными братьями.

— Всё потому, что вас вынудили так поступать обстоятельства и вы, Ваше величество, всегда во всём преуспевали с раннего возраста...

— Изабелла была такой же.

— Она всё ещё ваша дочь, даже если не похожа на вас.

— Достаточно, убирайся.

Император поднялся с места и подошёл к прекрасно оформленному шкафу на другой стороне комнаты, в котором ютились идеально расставленные бутылки алкоголя.

Он достал бутылку и налил янтарную жидкость в рюмку, показывая, что больше не хочет продолжать этот разговор. Граф понял, что если попытается сказать что-то ещё, то разгневает государя. Юстис снисходителен лишь по отношению к своему секретарю, не более. Прежде чем уйти, граф Полан в последний раз взглянул в спину Юстиса.

— ... Вы действительно ничего не чувствуете по отношению к принцесса?

Филомелль нужно было быстро уйти, прежде чем секретарь императора дойдёт до двери и заметит её, но от услышанного вопроса её ноги отказались двигаться. Она хотела услышать ответ императора. Её удача зависела лишь от него.

Юстис медленно разомкнул уста.

— Да. От неё я хочу лишь одного.

Принцесса испустила глубокий вздох.

— Чтобы она жила тихо, словно мышь. Не искала моего внимания. Чтобы я даже не знал о её существовании.

Ответ был настолько холодным, что, казалось, он никогда не изменится.

𖡹

Принцесса пришла в себя, лишь вернувшись в комнату. Вскоре после того, как Юстис договорил предложение, Филомелль удалось незаметно уйти, так как граф Полан оставался в кабинете, чтобы услышать ответ императора. Она повалилась на кровать, словно падая в колодец.

— Что мне теперь делать?

Её отец... нет, император совсем не воспринимал Филомелль в качестве своей дочери. У него не было и капли привязанности к ней. Если в будущем появится Элленсия, то государь поймёт, что Филомелль не его дочь, а фальшивка, и никогда не простит её.

Почему бы не зажить хорошей жизнью вместо того, чтобы повторять судьбу “Филомелль” из романа?

— Вероятно, это спасёт мне жизнь.

Книга ещё не значит, что у неё совсем нет шансов.

В романе раскрытие её фальшивости не сразу привело Филомелль к смерти. Всё благодаря Элленсии, что умоляла отца пощадить её. Но порочная фальшивая принцесса завидовала Элленсии и встретила смерть, отплатив ей за доброту местью.

— Если я осознаю своё место и буду вести себя соответствующе, то смогу избежать смерти вопреки книге....

Но...

— Этого мало.

Филомелль не хотела рисковать жизнью ради маленькой надежды. Она жила очень опасной жизнью, в которой император мог убить её за любой переполох. Девочка вспомнила разговор слуг, подслушанный ранее. Они действительно её ненавидели. Что если они поймут, что Филомелль — фальшивая принцесса? В таком случае они не оставят её в покое. Но самое страшное, что принцессу ненавидели не только её собственные слуги, но и народ империи. Если по стране пойдут плохие слухи, то её план немедленно провалится.

— Как я могу гарантировать своё выживание?

Это плохо. Филомелль хотелось получить шанс на хорошую жизнь. Она не хотела умирать.

В этот момент в её разуме возникла догадка.

«Побег».

Сейчас слишком рано, до появления настоящей принцессы ещё много времени.

Таковыми были планы на жизнь у фальшивой принцессы.

𖡹

Перед тем как лечь спать, Филомелль была занята проработкой плана побега из дворца, до которого она додумалась днём. Она легла рано, но не могла заснуть допоздна из-за множества мыслей в голове.

Так как было уже очень поздно, она не заметила как кто-то вошёл в комнату.

— Миледи, Его величество...

Юстис жестом приказал няне не будить спящее дитя.

— Что я делаю? — Спросил император, глядя на круглое белокожее лицо Филомелль.

Он самоиронично улыбнулся. Граф Полан не прекращал дёргать его из-за принцессы, поэтому император больше не мог это игнорировать. У него не было выбора, кроме того, как пойти к дочери и удостовериться в её состоянии хотя бы раз.

От того ли, что её большие жёлтые глаза, глядящие прямо на него под проливным дождём, казалось, были мрачны и полны отчаяния? Конечно, возможно, это всего лишь иллюзия. Что может лучше, чем расти единственной дочерью императора?

Однако, оказалось, что слова графа Полана были правдивы. Ребёнок действительно был болен.

—...тец....

Внезапно с уст девочки сорвался некий возглас.

— ...Отец...

На мгновение подумал, что Филомелль проснулась, но она перевернулась с закрытыми глазами. Принцесса говорила во сне.

— ...Я...я...буду хорошей девочкой. Поэтому...не убивайте меня...не убивай...

Мягкое и тихое изречение в одночасье оборвалось.

Девочка бормотала что-то ещё, но Юстис не мог разобрать слов, так как они произносились шёпотом. Затем она заплакала. Что могло заставить её заплакать во сне? Император по какой-то причине не мог оторвать глаз от лица Филомелль. К нему попыталось вернуться смутное воспоминание. Удивившись этому, он вскоре принял его. Такое далёкое воспоминание.

Воспоминание о ребёнке, что не мог спать каждую ночь из-за страха смерти.Это был он. Юстис внезапно почувствовал, что дочь разделяет его детский страх. Впервые с момента её рождения он заметил схожесть между ними.

Чтобы выжить, правитель империи запачкал руки в крови и грехах и, в к конце концов, достиг цели. Юстис забыл, что было время, когда он и сам дрожал от страха, сидя в собственной комнате.

Импульсивно вытянув руку, мужчина стёр слезу со щеки дочери кончиками пальцев. К нему медленно вернулись воспоминания и эмоции, которые он пережил в то время. Тогда ему очень хотелось, чтобы на его стороне был кто-то, кто смог бы его переубедить. Юстис осторожно коснулся щеки Филомелль.

— ...

Маленькая пухлая ладошка сжала кончики его пальцев. Это была сонная реакция, но Юстис удивился. После смерти жены он никогда не вступал в физический контакт с кем либо. Такое новшество было странным, но не доставляло неприязни. Рука девочки была меньше и теплее, чем он ожидал.

Ощутив сильное тепло своего дитя, он ушёл.