Услышав слова Ли Чжэндао, на лице Чжоу Бая промелькнуло сомнение.

— Что ты имеешь в виду?

Цзяоцзяо мысленно ему ответила:

«Этот парень на восемьдесят процентов хочет разрушить наши отношения, не слушай его глупости. Можешь ли ты ещё раз использовать свою способность, чтобы выманить его из мира Великого Неба?»

Цзяоцзяо имела ввиду Катастрофу Бедности, которую до этого использовал Чжоу Бай, чтобы вынудить Ли Чжэндао попасть под обстрел Небесных Демонов.

Чжоу Бай ответил через механического зависимого в ухе Цзяоцзяо:

— Нет, эта способность не может быть использована когда угодна и где угодно.

Чжоу Бай уже очень тщательно изучил возможности Катастрофы Бедности, ведь в прошлом он каждый день использовал эту способность на Чжэн Вэньтяне, что дало ему глубокое понимание различных аспектов Катастрофы Бедности.

Подумав об этом, Чжоу Бай про себя вздохнул. Тогда было действительно прекрасное и счастливое время, ему не нужно было ни о чём задумываться, а лишь усердно заниматься культивированием.

«Увы, когда становишься старше, всегда скучаешь по простому прошлому.»

Катастрофа Бедности может действовать на цель только один раз в день. Когда цель «одолжит» что-то, способность не будет действовать на неё в течении двадцати четырёх часов и будет неэффективна, даже если попытаться её использовать.

Это правило Чжоу Бай выяснил уже давно, иначе он бы не ограничивался одним займом в день. Это могло бы повторяться десятки раз на дню.

Более того, после того, как зависимые получили эту способность, она могла подействовать на одну цель только раз в день, в независимости от того, кто её использует.

К тому же, Чжоу Баю не нужно было много думать, чтобы понять, что Ли Чжэндао теперь будет очень осторожен, и будет невозможно снова выманить его, напрямую используя Катастрофу Бедности.

Для Цзяоцзяо Чжоу Бай не стал объяснять все эти тонкости, а просто сказал, что не может использовать сейчас эту способность.

С другой стороны, Ли Чжэндао, находившийся в мире Великого Неба, применил даосскую технику, и все изображения, которые он видел, превратились в простые чернильные рисунки, а все голоса — в спокойные и безвольные, словно механические.

Хотя Ли Чжэндао было не очень удобно наблюдать за происходящим, после такого преображения, но он практически исключил все виды атак на его пять чувств.

Он снова заговорил:

— Чжоу Бай, ты знаешь, что Пустота влияет на материальный мир из-за существования разумной жизни?

Чжоу Бай впервые услышал об этом и, прищурив глаза, необычайно внимательно слушал его.

Ли Чжэндао продолжил:

— Чем больше разумных существ взаимодействует с Пустотой, чем больше они используют её силу, тем активнее становится Пустота, тем больше она реагирует и тем сильнее воздействует на материальный мир, — говоря это, Ли Чжэндао вздохнул. — Угадай, что произойдёт, если в мире не будет никого, кто мог бы взаимодействовать с Пустотой?

Чжоу Бай был слегка ошеломлён, а Ли Сючжу, стоявший рядом, также впервые услышал об этом и не мог не спросить:

— Разве может не быть Пустоты?

Ли Чжэндао с состраданием сказал:

— Если бы никто не взаимодействовал с Пустотой, то Пустота не потревожила бы материальный мир, и Небесное Дао не исказилось бы более ста лет назад, и уж тем более не появилось бы искажений. Так кто же первым вступил в контакт с Пустотой и начал эту катастрофу? Цинъюнь Цзы, основатель секты Трёх Чистых Дао, был первым человеком в истории, который взаимодействовал с Пустотой, источником всех бед. Именно его вмешательство привело к зарождению Пустоты, что спустя бесчисленные годы привело к искажению Небесного Дао и всем вытекающим, — Ли Чжэндао вздохнул. — К сожалению, Небесный Двор понял это слишком поздно. Когда мы заметили это, сила Пустоты достигла такого уровня, что её уже было трудно остановить.

Чжоу Бай с удивлением выслушал слова Ли Чжэндао и тут же с помощью механического зависимого спросил у Цзяоцзяо:

— Великая старейшина, то, что он сказал, правда? О свойствах Пустоты и о том, что Цинъюнь Цзы был первым, кто взаимодействовал с Пустотой.

В тоне Цзяоцзяо прозвучал намёк на удивление.

— О том, что Пустота активна из-за взаимодействия и использования…я тоже впервые услышала сегодня.

— Тогда действительно ли Цинъюнь Цзы был первым человеком в истории, который вступил в контакт с Пустотой?

Цзяоцзяо на мгновение замешкалась, но всё же ответила:

— Не знаю, я слишком долго спала после того, как Небесное Дао было искажено. Мой мастер покончил с собой после того, как разбудил меня, и хотя я заняла должность главы…но, честно говоря, многие секреты секты Трёх Чистых Дао, не смогли дойти до меня.

Похоже, Ли Чжэндао знал, о чём думает Чжоу Бай, и продолжил:

— То, что я сказал, также относится и к секретам Небесного Двора, и даже многие Бессмертные Боги не знают об этом. Даже среди секты Трёх Чистых Дао, вероятно, из-за исторических причин, это не смогло передаться через поколения, но всё, что я сказал, истинные и правдивые факты. Цинъюнь Цзы был лишь началом, но мы узнали о нём только позже. Затем появление и использование пяти великих божественных способностей вызвало ответную реакцию Пустоты. С появлением пяти великих божественных способностей, Пустота стала реагировать активнее, поэтому всё больше культиваторов и Бессмертных Богов ощущали существование Пустоты. Бесчисленное множество людей восхищались пятью великими божественными способностями и Пустотой, поэтому они создавали всевозможные даосские искусства, использующие силу Пустоты, что приводило ко всевозможным аномалиям. Появление Пустоты также начало влиять на Небесное Дао, пока сто лет назад не произошло искажение Небесного Дао. Это привело к нынешней трагедии человечества, — Ли Чжэндао вздохнул. — Итак, ты понял? Чжоу Бай, источник всех трагедий — секта Трёх Чистых Дао и пять великих божественных способностей.

Прислушавшись к словам Ли Чжэндао, Чжоу Бай быстро размышлял.

— Так вот как возникла Пустота?

Согласно информации и предположениям Чжоу Бая, Пустота должна была появиться после первой войны между людьми и демонами. Из-за её появления ухудшилась окружающая среда, и только после этого демоны и духовные люди исчезли с Земли, затем появились Homo sapiens, после чего началось восстановление окружающей среды и снова вернулись духовные люди и демоны.

— В словах Ли Чжэндао не было упоминания о первой войне между людьми и демонами, — Чжоу Бай на мгновение задумался и спросил: — Кристина, ты слышала о том, что он сказал?

Кристина покачала головой.

— Не помню ничего подобного. Может, он лжёт, специально пытаясь испортить отношения между нами и сектой Трёх Чистых Дао? Он даже не упомянул о первой войне между людьми и демонами, о появлении Пустоты и о исчезновении Духовной Энергии.

— Он не говорит об этом, потому что, может быть, сам не знает, или знает, но думает, что не знаю я. Возможно, он хочет проверить, узнал ли я об этом от Небесных Демонов.

Кристина почувствовала, что у неё закружилась голова, настолько всё было запутано.

Ни Цзяоцзяо, ни Кристина не владели соответствующей информацией, и Чжоу Бай понимал, что мыслит вслепую. Он неуверенно спросил Ли Чжэндао:

— Ты сказал, что всё это дело рук Цинъюнь Цзы, и всё произошло из-за реакции Пустоты, но есть ли у тебя какие-нибудь доказательства? Откуда мне знать, не обманываешь ли ты меня?

— Доказательства? — Ли Чжэндао, зная, что Чжоу Бай спросит об этом, равнодушно ответил: — Эпоха, в которой жил Цинъюнь Цзы, слишком далека от современности, и после стольких великих катастроф история то и дело забывалась, так что узнать о его деяниях с человеческой продолжительностью жизни действительно сложно. Но в Небесном Дворе есть записи о нём, — Ли Чжэндао протянул руку, и из глубин мира Великого Неба вылетела небольшая тетрадь, затем она пересекла врата, вылетела в материальный мир и медленно подлетела к Цзяоцзяо, находившейся сейчас в облике Чжоу Бая. — Возьми и прочитай. Благодарить меня не нужно, — после этих слов фигура Ли Чжэндао медленно исчезла вместе с закрытием врат, а до ушей Чжоу Бая донеслись его последние слова: — Однажды ты поймёшь, что мы можем быть на одной стороне.

Видя исчезновение Ли Чжэндао, все ещё не решались расслабиться, потому что этот Праведный Бог оказывал на них слишком сильное давление.

Даже Чжоу Баю было нелегко, ведь Ли Чжэндао, будучи высшим существом среди четырёх министерств Небесного Двора, своей силой полностью мог подавлять смертных культиваторов.

Если бы он не полагался на способности девяти бедствий Небес и Человека, не использовал всевозможные способности и не планировал наперёд, а напрямую бы сразился с ним лоб в лоб, он был бы побеждён Ли Чжэндао уже через пару минут.

И хотя окружающим казалось, что Чжоу Бай с лёгкостью подавил Ли Чжэндао, сам он понимал, что уже достиг своего предела и не сможет остановить Ли Чжэндао, если тот захочет уйти.

— Всё ещё недостаточно силён, — Чжоу Бай тихо сказал: — В этот раз механические зависимые сильно пострадали, и их нужно будет отремонтировать, когда вернусь. Однако в этой битве были реализованы многие тактические приёмы, о которых я думал раньше, и теперь я смогу подумать над тем, как их улучшить, а также есть много мест, где можно улучшить механических зависимых.

Только когда все направились в город Дунхуа и убедились, что Ли Чжэндао действительно ушёл, все немного расслабились, но всё же не решались полностью ослабить бдительность, чтобы не позволить противнику внезапно вернуться и убить их всех.

Цзяоцзяо сказала:

— Проблем быть не должно, ведь он уже проиграл. Ли Чжэндао не дурак. Думаю, он сейчас спешит вернуться в Центральный Город, чтобы залечить раны и восстановить уровень культивации.

Чжоу Бай посмотрел на полученный урожай и сказал:

— Кроме тетради, которую Ли Чжэндао дал в конце, мы также получили труп дракона. Его чешуя может быть использована для улучшения Доспеха Апокалипсиса. Также мы захватили Чжу Яня, великого демона, которого я пока не знаю, как использовать. А ещё есть…

Чжоу Бай посмотрел на Цзяоцзяо. В этой битве больше всего выиграла Цзяоцзяо, которой теперь больше не нужно было беспокоиться об искажении.

— Пять великих божественных способностей, — Чжоу Бай посмотрел на Цзяоцзяо и почувствовал, что у него вот-вот потекут слюни.

Когда Цзяоцзяо объединила все пять великих божественных способностей, Чжоу Бай почувствовал, словно у него открылись глаза.

Это способность, которая может по-настоящему подавить противника в лобовом столкновении. Она даже Ли Чжэндао заставила спрятаться в мире Великого Неба.

Чжоу Бай использовал пятую звёздную точку Диаграммы Безумия, «неразумный: жертвоприношение». С помощью неё он мог извлекать знания из зависимых и превращать их в свои собственные за Энергию Лени.

До этого Чжоу Бай использовал эту способность, чтобы извлечь знания из механических зависимых и получить технологии Небесных Демонов. Сейчас же он хотел проверить, сможет ли он с её помощью изучить пять великих божественных способностей.

Чжоу Бай активировал способность и среди плотного списка различных даосских искусств и боевых искусств быстро нашёл всё, связанное с пятью великими божественными способностями.

[Для извлечения «Блеска Замороженной Ледяной Души» требуется 1 000 000 единиц Энергии Лени.]

[Для извлечения «Источника Дыхания Бога Грома» требуется 1 500 000 единиц Энергии Лени.]

[Для извлечения «Формации Великого Огненного Дракона Чёрного Пламени» требуется 1 200 000 единиц Энергии Лени.]

[Для извлечения «Слияния пяти великих божественных способностей» требуется 5 000 000 единиц Энергии Лени.]

— То есть, в общей сложности мне потребуется почти девять миллионов единиц Энергии Лени? Боюсь, мне придётся поднапрячься.

Чжоу Бай культивировал на базе Небесных Демонов в течение последнего времени, и хотя он быстро зарабатывал Энергию Лени, он также быстро её тратил на зажжения звёздных точек Диаграммы Безумия. В данный момент на панели системы отображалось всего несколько сотен тысяч единиц Энергии Лени.

«Если я снова начну продавать ткани Небесных Демонов, то очень скоро смогу накопить необходимую сумму Энергии Лени. Вот только не знаю, останется ли великая старейшина к тому времени моим апостолом или нет.»

Подумав об этом, Чжоу Бай беспомощно покачал головой.

«Великая старейшина, в конце концов, не Сюань Ню. Учитывая кровную вражду между ней и Небесными Демонами, ничего не поделаешь, если со временем она так или иначе перестанет мне доверять.»

Чжоу Бай понимал, что требования к зависимости от лжи слишком суровые, и такие отношения, когда двое доверяют друг другу на сто процентов и верят каждому слову, ненормальные.

Поэтому он был готов к тому, что Цзяоцзяо в любой момент выйдет из состояния зависимости от лжи, а вместе с ним и из состояния апостола, освобождая единственное место.

В тот момент, когда Чжоу Бай подсчитывал доходы и потери от этой битвы, Цзяоцзяо сжала в руке тетрадь. Её взгляд был сложным. Она хотела открыть её, но не решалась, боясь увидеть тёмную историю секты Трёх Чистых Дао.

Глядя на медленно рассеивающееся Небесное Бедствие в небе, Цзяоцзяо мысленно сказала:

— Давай посмотрим содержание вместе, когда вернёмся. Теперь…Чжоу Бай, что ты собираешься делать дальше?

Чжоу Бай усмехнулся.

— Просто сначала возложи всю вину на меня. Скажи всем, что я контролировал тебя, чтобы ты напала на Бессмертного Бога и всё это не имеет ничего общего с городом Дунхуа и сектой Трёх Чистых Дао.

Цзяоцзяо вздохнула.

— Это так несправедливо по отношению к тебе.

— Справедливости в этом мире не существует, и в любом случае, в глазах всего мира я уже перешёл на сторону Небесных Демонов. По сравнению с этим, боюсь, то, что произошло сегодня, для большинства людей — сущий пустяк. Наоборот, это хотя бы отсрочит отправку войск Небесного Двора в город Дунхуа на несколько месяцев.

В этот момент Цзяоцзяо наконец не удержалась и спросила:

— Чжоу Бай…когда ты планируешь вернуться? Я не знаю, какой способ ты использовал, чтобы заставить Небесных Демонов выполнять твои приказы и сотрудничать с тобой, но они и мы в конечном итоге непримиримые враги.

Чжоу Бай беспомощно улыбнулся.

— Не волнуйтесь, великая старейшина, у меня есть чувство меры.

Ли Сючжу в стороне не мог слышать мысленный разговор между Чжоу Баем и Цзяоцзяо, и в тот момент, когда битва временно закончилась, у него наконец-то появилась возможность спросить о своих сомнениях.

— Чжоу Бай, находится ли Цзяоцзяо под твоим контролем сейчас? Есть ли у неё ещё собственное сознание?

Глядя на Ли Сючжу, Чжоу Бай почувствовал себя немного беспомощным. В этот раз, чтобы повернуть время вспять, он забрал всю энергию из его гексаграмм.

Если бы его гексаграммы вдруг не перестали работать, он бы не пострадал так сильно от Ли Чжэндао.

Цзяоцзяо сказала:

— Ответь ему. Ли Сючжу пока можно доверять.

Чжоу Бай на мгновение задумался и первым делом передал свой голос Сюань Ню, которая стояла в стороне:

— Возвращайся ко мне. Мне нужна твоя сила.

Сюань Ню кивнула и, взяв Меч Императора Людей и Доспех Апокалипсиса, взмыла в небо и полетела в сторону города Дунхуа.

Почувствовав, что Сюань Ню лучше не знать о последующем разговоре, Чжоу Бай отослал её и сказал:

— У Цзяоцзяо осталось собственное сознание. Сейчас мы объединили свои силы.

Цзяоцзяо кивнула, подтверждая слова Чжоу Бая.

— Чжоу Бай говорит правду, именно он сейчас помогает мне.

Услышав эти слова, Цянь Вансунь вдалеке облегчённо вздохнул и подумал про себя:

«К счастью, с великой старейшиной всё в порядке.»

Ли Сючжу серьёзно сказал:

— Цзяоцзяо, Чжоу Бай, сможете ли вы поддержать секту Перевёрнутого Неба? Небесный Двор послал десять Бессмертных Богов напасть на секту Перевёрнутого Неба, а наши исследования искажённого оружия достигли критического момента, и ваша сила срочно нужна нам.

Изначально Ли Сючжу прибыл в город Дунхуа, чтобы устроить засаду на Ли Чжэндао, а затем превратить Цзяоцзяо в искажённое оружие, чтобы изменить ситуацию в секте Перевёрнутого Неба.

К сожалению, всё пошло не так, как он планировал. Хотя в итоге всё же удалось спасти город Дунхуа и победить Ли Чжэндао, однако Цзяоцзяо явно больше не захочет становиться искажённым оружием, так что можно сказать, что эта победа не сильно облегчила положение секты Перевёрнутого Неба.

Но в этой битве и Цзяоцзяо, и Чжоу Бай проявили недюжинную силу, поэтому Ли Сючжу с надеждой смотрел на них, надеясь, что они поддержат секту Перевёрнутого Неба.

Однако Цзяоцзяо покачала головой и беспомощно ответила:

— Я не могу отдалиться от города Дунхуа слишком далеко и тем более надолго, иначе та искажённая плоть и кровь, которую я выпустила, создаст проблемы.

Чжоу Бай же спросил:

— Как обстоят дела в секте Перевёрнутого Неба? Вы уже преуспели в исследовании искажённого оружия?

Ли Сючжу, подумав, решил, что скрывать ничего не стоит, и на глазах у всех поднял Божественный Меч Крови.

— Это Божественный Меч Крови, который мы забрали у Истинного Владыки Янь в прошлом. Мы уже можем использовать его, и следующая наша цель — создание нового искажённого оружия. Просто полагаясь на силу Бессмертного Дао или силу демонической родословной, мы не сможем бороться с Небесным Двором. Только овладев искажённым оружием и получив более мощное искажённое оружие, мы сможем получить больше права голоса.

* * *

Пока Цзяоцзяо, Чжоу Бай и Ли Сючжу обсуждали происходящее, на орбите в сотне километров от них спутники постоянно проводили различные измерения в направлении Чжоу Бая и остальных, собирая всевозможную информацию о нескольких культиваторах-людях.

В коммуникационную сеть Небесных Демонов поступало большое количество данных с окрестностей поля боя, и все они передавались в базы данных Королей Небесных Демонов.

— Это действительно сила Пустоты.

— Императрица права, существование Чжоу Бая особенное.

— Поищите любую информацию о Цинъюнь Цзы. Информация о нём может быть очень ценной.

— Давайте проанализируем способности Чжоу Бая и посмотрим, сможем ли мы выявить какие-либо закономерности.

Тем временем на Марсе пылевая буря, продолжавшаяся несколько месяцев, бушевала над построенной из металла базой.

Плотно расположенная техника и металл покрывали тысячи квадратных километров, образуя сложную структуру, подобную густому лесу.

В центре этих металлических джунглей, более чем в трёхстах метрах под землёй, на земле сидела девушка, на девяносто девять процентов похожая на Сюань Ню. Она не двигалась, лишь иногда её губы слегка подрагивали, как будто она что-то говорила.

— Хрупкое тело. Неэффективная структура мозга. Есть также различные сигналы, которые продолжают влиять на моё рациональное мышление. Человеческое тело, в конце концов, слишком ограничено.

Как раз в тот момент, когда девушка сетовала на то, что её тело так плохо, возникла вспышка света, и перед девушкой появилась голова старика.

Если бы Чжоу Бай был здесь, он бы сразу понял, что на голографическом экране появился не кто иной, как один из двух столпов Небесного Двора, хозяин Острова Десяти Тысяч Бессмертных, Верховный Небесный Отец.

— Бо Сюнь, ты уже всё обдумала? Что ты думаешь насчёт моего предложения?