Сохва, оцепенев, рухнула на землю, руки у неё тряслись от страха. Где-то поблизости раздавались голоса мужчин.

— Ха-ха! Прямо в цель!

— Ты лучший стрелок среди всех охотников!

— Ха-ха-ха! Хотя бы с лисицами повезло!

Их громкий смех, казалось, сотрясал гору. Глядя на бездыханное тело Михо, Сохва не могла сдержать слёз.

— Пять красных лисиц. Из их меха можно сшить прекрасные шубы.

Мужчина, похожий на разбойника, незаметно приблизился, срезал проволоку и поднял тело Михо. Он закинул её на плечо, а затем бросил взгляд на Сохву.

— А что вы здесь делаете, девушка? Эта лисица — моя добыча.

Сохва быстро вытерла следы слёз и встала.

— ...Просто проходила мимо и услышала её жалобный вой. Решила помочь.

— Вы шли одна по этой горной тропе без проводника?

Ещё один мужчина прищурился и шагнул вперёд.

— Эта гора необычная. Местность здесь не только опасная, но и полна злых духов. Если идти без проводника, легко заблудиться.

Его товарищ добавил:

— Верно. Видели дом внизу?

Сохва робко подняла голову.

Её чёрные, как смоль, волосы были мокрыми, глаза — огромными и блестящими, словно у оленя, губы — алыми, а шея — длинной и изящной, как у богини луны. Мужчина смотрел на неё с широко распахнутыми глазами, продолжая свою болтовню.

— Там, говорят, живёт девятихвостая лисица. Дворик чистый, кухня тёплая, а хозяев я так и не нашёл! Я хоть и охотник на тигров, но испугался и не стал проверять!

— Девушка, вам лучше вернуться вниз.

Сохва обернулась. Оказалось, что мужчин было с десяток, а то и больше. У каждого на спине висела длинная кремнёвка, и все они были одеты в меховые одежды.

Все они, как и Дохви, были рослыми, выше шести чи, да и телосложение у каждого отличалось мощью. Но грубые бороды и неопрятный вид придавали им суровости, совсем не похожей на утончённые черты Дохви, как у какого-нибудь красавчика из квартала удовольствий. Даже взгляды у них были жёсткими, с убийственным блеском, словно у мясников.

(Прим. пер. Один чи примерно равен 30,3 см. Значит, 6 чи — это около 182 см).

Это были профессиональные охотники на тигров из управы.

— Вы и в самом деле собираетесь охотиться на тигра?

— Да.

Не успев оправиться от смерти Михо, Сохва почувствовала, как сердце сжимается от страха, а по спине катится холодный пот.

Это они! Именно они!

Её руки невольно сжались в кулаки, и в глазах вспыхнул огонь.

— Поговаривают, что на этих склонах горы Ихван завёлся свирепый тигр, пожирающий людей. Именно поэтому нас и прислали.

— Девушка, вы из деревни у подножия?

Сохва медленно кивнула, и один из мужчин, словно что-то поняв, с силой ударил кулаком по ладони.

— Так вот почему вы блуждали по горной тропе! Ну что ж, давайте скорее спустимся. Покажите нам дорогу в деревню.

Мужчины поставили её впереди. Сохва, которая некоторое время стояла в замешательстве, решительно сделала первый шаг, словно приняла какое-то решение.

Она прожила на Ихване больше двадцати лет, но этот путь был ей совершенно незнаком. Со времён того дня...

— Нам нужно успеть спуститься до наступления темноты. Я не хочу оставаться на этой горе ни на минуту дольше, чем необходимо.

— Просто следуйте за мной.

Сохва удивлялась тому, почему эти свирепые охотники на тигров так легко отказались от своей цели, но была благодарна судьбе за это.

Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы они встретились с Дохви!

Если они попадут в цель, Дохви может погибнуть. Как бы он ни был быстр, уворачиваться от пуль десятка охотников невозможно. Даже божественным духам это не под силу.

— Эх, за двадцать лет службы в качестве охотника на тигров я обошёл весь мир, но такую гору вижу впервые.

— ….

Когда они начали болтать о своих охотничьих заслугах, перед глазами Сохвы ярко представилась сцена тигриной охоты.

Огромный тигр мечется из стороны в сторону, но вскоре оказывается окружённым десятком опытных охотников. Гремят выстрелы, и тигр падает. Его кровь пропитывает землю, передние лапы скребут почву, но постепенно их движение замедляется, и наконец животное замирает.

Золотистые глаза, некогда полные силы, теряют свой блеск, и язык безвольно свисает наружу. Охотники радостно смеются, празднуя свою победу и ценную добычу — тигровую шкуру.

Глаза Сохвы наполнились слезами. Видение было слишком живым — словно она вновь стала свидетельницей гибели Михо.

Если Дохви погибнет, я тоже не выживу! Не смогу жить!

Руки, сжатые в кулаки, била мелкая дрожь. Несмотря на все её усилия казаться смелой, прирождённая трусиха Сохва не смогла сдержать тихого всхлипа.

Она и сама не была уверена, что их ждёт в той пещере. Когда она впервые увидела это, страх сковал её так, что лисица не осмелилась туда вернуться.

Пещера была тем местом, куда Сохва никогда не ступала одна. И сейчас она вела охотников к краю утёса, над которым находилось это проклятое место.

Мысли Сохвы путались, в воображении всё снова и снова возникал умирающий тигр, и потому она не слышала, о чём говорили мужчины за её спиной.

— За двадцать лет охотничьей жизни я никогда раньше не видел такого, — шептал один из охотников, и другие вторили ему, обсуждая необычные следы на деревьях.

Следы когтей высоко на стволах, указывали на то, что тигр поднимался на задние лапы и царапал дерево передними.

— Насколько же он велик, если оставляет такие отметины на вершине дерева?

— Двенадцать чхок, не меньше.

— Вот это да.

(Прим. пер. 12 чхок = примерно 364 см)

Тигры ненавидят, когда кто-то вторгается на их территорию, и все эти метки принадлежали одному-единственному зверю. Если он был в периоде гона, это объясняло его агрессивное поведение — такие тигры особенно опасны.

— Видите храм на вершине? Там молятся, чтобы умилостивить духов. Это не простой тигр, а, возможно, божество.

— Точно. Если потревожить его, беды не миновать. Я обязательно доложу об этом в управу.

— Давайте скорее спустимся. Эта гора даже днём кажется жуткой, словно здесь кишат не только тигры, но и духи.

— Ты что, не видишь? Над нами Будда.

— Но мы идём по верному пути? Разве дорога в деревню не была в противоположной стороне от храма?

Вокруг уже сгущался туман, а кукушка продолжала безутешно перекликаться в глухой тишине, словно сама природа горько рыдала.

«Не могу, не могу… Я не выживу… Я не выдержу»… — эхом отдавались в сознании слова, как будто кто-то тихо и с горечью плакал.

— Куда, по-вашему, эта девушка нас ведёт?

Мужчины бросили подозрительные взгляды на спину Сохвы. Изящная фигура в шёлковом жакете с вышивкой и лиловой юбке, традиционная обувь с цветочным орнаментом — она не выглядела как простолюдинка.

Поговаривали, что в этой деревне нет знатных семей, и это вызывало у них ещё больше вопросов.

— Постойте-ка, а может…

Охотники остановились, как только сомнения захватили их разум, и внезапно Сохва, окутанная туманом, исчезла, словно призрак. Её рука с длинными, острыми когтями мелькнула в воздухе.

Глаза одного из мужчин расширились от ужаса.

— Ку… Кумихо! Это была кумихо!

— Не двигайтесь! Не нападайте первыми!

Мужчины в панике выхватили ружья, встали спиной к спине, образовав круг.

— Мы — охотники на тигров! Думаешь, так легко сдохнем от твоей руки?

Они напряжённо всматривались в лес, но всё было спокойно. Лишь обнажённые ветки деревьев слабо покачивались на ветру.

Один из охотников, который, судя по всему, был главным, медленно двинулся вперёд, держа оружие наготове. Ещё несколько шагов… Он наклонился, наступив на сухие листья, и опустил взгляд.

В тот же миг в тишине раздался яростный рёв, и что-то стремительно бросилось ему в лицо.

— А-а-а-а!

Острые когти вцепились в волосы, заслоняя ему обзор.

Мужчина попытался стряхнуть зверя, размахивая руками и пошатываясь. Бах! Пуля пронзила пустоту — он промахнулся, и охотники в страхе бросились врассыпную. В мгновение ока вокруг воцарился хаос.

— А-а-а-а! — раздались крики.

Несколько человек с воплями полетели вниз, не замечая глубокого ущелья, скрытого под ветвями сосен, растущих на утёсе.

— Спасите!

— Эй, осторожнее!

Другие мужчины бросились к краю обрыва, пытаясь схватить упавших, но их руки не дотянулись. Несчастные покатились вниз по склону. Осталось лишь шестеро охотников.

— Там… там что, река внизу?

Под утёсом, в глубине, находилась огромная пещера. Из неё вытекал тёмный поток воды, исчезающий в тумане, но воды почти не было слышно.

И тогда в воде вспыхнули два горящих глаза.

— А-а-а-а!

Чёрная как смоль пасть открылась навстречу падающим людям. Она, выстрелив красным языком, поглотила их и с невозмутимым видом исчезла среди облаков, будто никогда не существовала.

— Это… что это было?!

Это была не река. Гигантский змей, толще самой реки, обвивался вокруг ущелья. Охотники замерли, точно загипнотизированные — такого зверя они ещё не видели, сколько бы гор не пересекли.

В этот миг на камне мелькнула фигура — это была кумихо, лиса, что сбросила их товарищей. Она стремительно взбежала по ущелью.

Её белоснежное, словно снег, тело отражало лунный свет, лишь уши, лапы и хвост были чёрными. Шерсть блестела, как шёлк, а движения были настолько быстры и ловки, что поражали воображение.

Мужчины, видя эту грациозную красоту, бросились к ружьям.

— Ты что, собираешься убить кумихо?

— Конечно! Это не кумихо, а серебряная лиса!

— Ты только глянь на эту шкуру! Если преподнести её придворной даме, нас ждёт слава!

— Она слишком маленькая, на один воротник только хватит!

Они начали целиться в лису. Никто никогда не видел такого белого зверя, даже среди императорских даров.

— Из хвоста можно будет сделать перчатки.

Один из мужчин прищурился, а затем нажал на курок.