Цветочек хотел быстро прочитать то, что я написал, но, увидев текст, застыл в недоумении. Кажется, он не ожидал такого моего ответа. Обернувшись к присутствующим, он спросил: "Третий господин спрашивает, знает ли кто-нибудь из вас, где сейчас четвертый господин Чэнь Пи?"

Люди растерянно переглянулись и кто-то прошептал: "Его давно не было видно." Я написал еще одну строку и Цветочек, усмехнувшись, прочитал: "Вы знаете, почему его нет?"

На этот вопрос никто не ответил. И Цветочек озвучил мой ответ: "Третий господин говорит, что вы никогда больше не увидите четвертого господина Чэнь Пи. Он знает, что для некоторых из вас он был хорошим партнером, но, к сожалению, четвертый старейшина не вернется."

Несколько человек заметно побледнели, услышав это. Я усмехнулся про себя: думаю, немногие люди могут знать о настоящей причине исчезновения Чэнь Пи. Но я точно знаю, что после несчастья с третьим дядей, он пытался отжать его бизнес. И, говоря так,

я пытался донести до присутствующих, что Чэнь Пи был убит мной.(1)

"Каждый из нас ведет свои дела по-разному. Метод третьего господина — сделать раз и навсегда, чтобы в будущем не возникали снова проблемы. Вы же знаете, все, за что берется третий господин, он доводит до конца, — сказал Цветочек. — Этот ответ достойный? На тот момент третий господин знал, что ему предстоит операция, и предполагал, что четвертый старейшина воспользуется этой возможностью, чтобы занять его место. Понимая риски, связанные с хирургическим вмешательством, на всякий случай третий господин составил план действий. Он давно собирался разобраться с этим. Но вам ничего не сказал, потому что не все из вас умеют держать рты на замке. Это печально, что мы потеряли нескольких братьев, но оно того стоит. В будущем, раз четвертый старейшина отсутствует, вы, братья, знаете, что делать с его бизнесом."

Среди присутствующих начался переполох. "Залысина на макушке" заявил: "Третий господин, это значит, мы можем поделить бизнес четвертого старейшины..."

"Это не по понятиям. Третий господин, идея хорошая, но если вы так поступите, многие не одобрят," — возразил кто-то из четверых сидящих напротив.

Я написал еще строчку, Цветочек прочитал ее: "Всегда найдутся несогласные. Но четвертый старейшина уже не вернется. Если третий господин не возьмет себе его дело, то найдутся другие желающие. Нельзя допускать на нашу территорию людей из других провинций, верно? Разве вам не известен крутой характер третьего господина? Он предлагает вам сделать это, он все рассчитал и подготовил давным давно. Просто воспользуйтесь плодами его трудов."

"Спасибо! Спасибо! Спасибо!(2) — засмеялся "залысина на макушке". — Этот ебучий старик столько лет грабил меня, и вот, наконец, настал этот день. Чандэ(3) — мой, любой, кто положит на него глаз, получит его только через мой труп!"

"Эй!(4) — три человека сразу набросились на него. — Сейчас не твоя очередь выбирать. Думаешь, если самый горластый, то можешь прибрать к рукам лучшее место?"

"Дело не в моем красноречии, я — самый верный из вас. Конечно, третий господин даст мне лучшее место. А вы еще со своими счетами не разобрались, так что можете подождать или вообще валите прочь.".

"Счета..." Возмущавшиеся замялись, один из них тут же сказал: "Нет, несмотря ни на что Чандэ не могут отдать тебе, мы... Давайте послушаем третьего господина, как он поделит, так и будет. Он поступит по справедливости." И все обернулись ко мне.

Я едва сдержал улыбку. Такого эффекта я не ожидал, все получилось даже лучше, чем я планировал.

Думая о том, как бы поскорее послать их подальше, я заметил ухмылку на лице "торговца рыбой".

Услышав его хихиканье, все обернулись к нему, и он сказал: "Третий господин, вы слишком жестоки. Это и вправду хорошо, что вы играючи избавили нас от четвертого старейшины. Но нельзя же было использовать для этого наших братьев, как щит. Вы должны были защищать нас! Вы, ламы, используете нас, как скот для убоя. Это мы мотаем срок, это нас расстреливают по статье и убивают подельники. Наши жизни ничего не стоят? Вы наживаетесь на нас, а наши люди гибнут!"

Я в упор посмотрел на него, а он внимательно оглядывал всех присутствующих, закончив свой монолог. Но в этот раз все молчали, даже женщина средних лет не сказала ни слова.

Наш бизнес должен быть практичным, но у многих кланов и группировок нет таких финансовых ресурсов, как у Ванба Цю. Они не станут оскорблять тех, у кого в руках власть и деньги, тех четверых, кто сейчас сидел в креслах передо мной. Женщина хорошо это понимала, в отличие от "торговца рыбой".

Заметив отсутствие поддержки, "торговец рыбой" растерялся: "Вы, шайка никчемных людишек, хотите всю жизнь оставаться пушечным мясом для других. Я ухожу первым!" Сказав это, он встал и действительно собрался уходить.

Это меня немного удивило, я не ожидал, что этот "торговец рыбой" поведет себя, как крутой авторитет. Поначалу я надеялся, что он дождется хотя бы проверки первой учетной книги, но не думал, что он свалит, как только поймет, что ситуация не в его пользу.

Да он же просто пытается сбежать! Он понял, что никак не может повлиять на ситуацию, и пытается покинуть поле боя, не потеряв лицо?

Вспомнив, что еще утром Ванба Цю замышлял против меня недоброе, я сообразил, что такое поведение его друга вполне логично. Посмотрев на присутствующих, я заметил, как встрепенулась женщина, словно собиралась остановить уходящего.

Если позволить ему сейчас уйти, ситуация очень осложнится. Цветочек привел с собой не так много людей, под моим началом вообще никого нет. Если Ванба Цю явится сюда и приведет всех своих подручных в полном составе, шансов на победу у нас не будет.

Я задумался, не зная, как его остановить, ведь даже сказать вслух ничего не могу, но если не поспешу — случится беда. Цветочек, как и я, понимал всю глубину проблемы, и крикнул: "Старина Лю, сначала ты должен предъявить свою учетную книгу. Без этого ты не можешь уйти!"

Но "торговец рыбой" казалось, не слышал и направлялся к выходу.

В тот момент, когда его рука потянулась к занавеске, встал с кресла Паньцзы.

Мне довелось наблюдать удивительную сцену: все присутствующие отступили на шаг назад, и примолкли. В комнате повисла пугающая тишина. Заметив это, "торговец рыбой" остановился и оглянулся на Паньцзы.

Происходящее меня взволновало. Не в силах сдержать эмоции, я сделал глоток чая, прикрывая чашкой лицо, и сделал глубокий вдох, пытаясь совладать с чувствами.

Когда я снова поднял глаза, Паньцзы, не обращая внимания на стоящих рядом, сердито засопел, наклонил голову и направился к "торговцу рыбой".

Все застыли, словно статуи, настороженно следя за происходящим, "торговец рыбой" внезапно робким голосом спросил: "Тебя зовут Пань? Что ты хочешь сделать? Братья наблюдают за нами. Если ты причинишь мне вред, тебя на клочья порвут. Смотри, не пожалей об этом, сукин сын!"

Взгляд Паньцзы выражал крайнюю степень презрения, он словно не слышал сказанного, и "торговец рыбой" позвал: "А Лань, А Бан(5), остано..."

Договорить он не успел, Паньцзы оказался рядом, схватил за руку, тянущуюся к занавеске и вывернул ее, согнув противника пополам.

"Торговец рыбой" закричал от боли, я услышал шум снаружи, видимо, сюда направлялись его люди. Но Паньцзы не обратил на это никакого внимания, достал из заднего кармана брюк учетную книгу и показал ее нам.

Цветочек подошел, забрал ее, пролистал и сказал: "Говоришь, с пустыми руками пришел? Ой, старина Лю, ты слишком не дисциплинированный."

"Это я... ой!" "Торговец рыбой" хотел что-то ответить, но Паньцзы вывернул его руку еще сильнее, и он снова закричал от боли. Затем Паньцзы посмотрел на человека, стоявшего рядом и с удивлением взиравшего на происходящее.

"Чего уставился? Хочешь, чтобы я повторил это с тобой, или сам все отдашь?" Одного взгляда Паньцзы было достаточно, чтобы мужчина тут же засуетился и передал свою учетную книгу Цветочку со словами: "Господин Хуаэр, последние записи за май, там есть все." Вслед за ним и остальные засуетились, доставая свои учетные книги и вручая из Цветочку.

Только тогда Паньцзы отпустил хнычущего "торговца рыбой". К этому времени в комнату, наконец, ворвались его подручные и, увидев состояние хозяина, хотели броситься в драку, но он остановил их, молча потирая поврежденную руку, а лицо его покрылось красными и белыми пятнами.

Паньцзы посмотрел на него, указал на свою спину и холодно сказал: "Меня сегодня порезали, и спина сильно болит, поэтому я не буду многословен, — он закашлялся. — Сегодня отсюда никому не разрешено уходить, пока не позволит третий господин. У меня нет сил разбираться, кто есть кто. Но те, кто посмеют уйти без разрешения, будут убиты на месте."

"Торговец рыбой", выслушав это, хотел что-то возразить, но Паньцзы не дал ему сказать ни слова: "Не спорь, иначе умрешь первым."

"Торговец рыбой" словно подавился несказанными словами, и стоял растерянно, не смея ни ответить, ни уйти. Видя, как Цветочек с пачкой учетных книг подошел к моему столу, он явно был в бешенстве, но ничего поделать не мог.

В это время женщина средних лет, переглянувшись со стоявшими рядом, тоже передала свою учетную книгу, и выглядела она при этом совершенно беспомощной.

Паньцзы, не глядя на присутствующих, слегка пошатываясь, вернулся на свое место, сел и закурил.

Я взглянул на него, но Паньцзы отвел взгляд и опустил голову. Сейчас даже я испытывал перед ним благоговейный трепет.

Этот человек поступал так не впервые. С тех пор, как последовал за третьим дядей, он всегда действовал подобным образом.

За последние пару десятков лет, возможно, было много людей, которые не поверили его словам "Не спорь со мной, иначе умрешь!" А затем, скорее всего, Паньцзы реальным делом доказал, что лучше было бы поверить. Я не знаю, сколько раз такое случалось, но судя по смущению "торговца рыбой", понял, что теперь немного лучше знаю Паньцзы.

Это — злобный пес, совладать с которым может только его хозяин. Сам третий господин не всех мог напугать. Но у него был сумасшедший подчиненный, который умирать не собирается, но и смерти не боится и слушается только третьего господина. Потому хозяина задевать никто не решался.

Я понял, что многие люди давно убедились в способностях Паньцзы.

Я вдруг вспомнил тот день, когда впервые встретил Паньцзы. Он тогда казался беззаботным простаком, совсем не таким, как сейчас. Он беспрекословно слушался третьего дядю, но мне казался забавным и добродушным, правда, недолюбливал Толстяка, постоянно прерираясь с ним. Я и предположить не мог, каким он становится наедине со своим хозяином. Но теперь понимал, почему Паньцзы был так важен для третьего дяди.

Но какой Паньцзы настоящий? Тот, что постоянно собачился с Толстяком и шутил на привалах у костра? Или этот бандит, напоминающий могучего асура(6)?

Я надеюсь, что настоящий — тот, которого я знал раньше. Мне говорили, что, надев эту маску, я увижу множество вещей, которые никогда не хотел бы видеть. Но я продолжаю верить: все, что было со мной до этого — тоже реально.

Хватит думать об этом! Со вздохом, я решил не обращать внимания на тот бардак, что творился вокруг, и заняться учетными книгами. Заодно размял запястья, готовясь выполнить излюбленный трюк дяди со швырянием этих книг.

Примечания переводчика

(1) Вообще-то попытки отжать бизнес третьего дяди Чэнь Пи начал еще при его активной деятельности, об этом упоминается в "Небесном дворце". А вот про причины исчезновения не говорилось до сих пор ничего внятного. Возможно, У Се сейчас блефует, полагая, что такой опасный человек, как Чэнь Пи, не может просто так уйти в тень. Кстати, несмотря на разногласия с Чэнь Пи, У Се от имени своего дяди вежливо называет его четвертый агун四 阿公 . Я перевела, как "четвертый старейшина", но в точном переводе это звучит "четвертый дедушка": агун — это уважительное формальное обращение к старшему, в русском языке "старейшина" — самый точный аналог.

(2) 得, де. Так и хотелось перевести по-русски "Да!Да!Да!" - и звучит похоже. Но по-китайски это междометие выражает ограничительную степень удовлетворения и благодарности, "спасибо" с дополнительным значением "этого достаточно".

(3) Чандэ (常德) — городской округ в провинции Хунань, расположен в 150 км от Чанша. Возможно, территория Чандэ была вотчиной Чэнь Пи. Или же распределение территорий было иным, например, часть бизнеса в Чандэ принадлежала "залысине на макушке", но Чэнь Пи крышевал весь город.

(4) 哎 (ай), тоже междометие, обычно выражающее недоумение и испуг, но в данном случае это предостережение на грани угрозы.

(5) 阿烂，阿邦 - я не уверена, что это имена, но значения иероглифов неоднозначны, кроме того, написано, что старина Лю "позвал" (叫 — громко звать).

(6) 修罗, асуры — в мифологии буддизма и индуизма титаны, существа с демонической природой, враждебные божествам.