Для Чон Сонбина Ким Иволь был, без сомнения, самым надежным участником команды. С ним Сонбин чувствовал, что может поделиться проблемами, о которых трудно говорить даже с друзьями или младшими мемберами. Иволь был компетентным, талантливым и невероятно инициативным. Несмотря на то, что он начал тренироваться позже остальных и не обладал природным даром к танцам, его прогресс был очевиден — он пахал так, что не оставлял места для сомнений.

Сонбин никогда не беспокоился об Иволе. Кроме одного: его здоровья.

Выносливость Ким Иволя казалась сверхчеловеческой. Когда все остальные валились с ног после многочасовых репетиций, Иволь оставался невозмутимым. Более того, пока мемберы расползались по кроватям, едва вернувшись в общагу, Иволь часто садился за ноутбук еще до того, как его мокрые после душа волосы успевали высохнуть.

Он не пропускал ни одной тренировки в зале. Его тренер иногда поражался тому, насколько неизменным и методичным был его режим. Однажды Кан Киён, идя с Сонбином в школу и дожевывая поджаренный Иволем хлеб, даже спросил…

«Хён, а Иволь-хён точно не киборг?»

…даже он это сказал. Вот насколько последовательным был Ким Ивол.

Несмотря на тёмные круги под глазами, Ким Иволь всегда был спокоен. От недосыпа его темные круги становились глубже, но он не терял самообладания. Он не выглядел усталым и не становился раздражительным из-за диет. Лишь однажды он ушел пораньше во время совместного мониторинга, сославшись на усталость. Всем было ясно: дело не в самочувствии. У него наверняка были свои причины, и никто не стал давить.

К тому же Иволь не из тех, кто легко принимает чужую заботу. Обычно он отделывался фразами:

«Я сам разберусь. Не волнуйся.»

«Пока всё в норме. Идите вперед.»

«Я закончу это, как только появится время.»

Сонбин знал, что Иволь проводит четкую черту, когда дело касается работы и графиков. Поэтому лидеру оставалось лишь изредка напоминать ему о здоровье или ворчать по поводу сна, иногда используя макнэ Чонхёна как весомый аргумент.

Именно поэтому, когда у Иволя посреди репетиции пошла кровь носом, Сонбин, хоть и удивился, не мог избавиться от мысли, что это было неизбежно. Все были в шоке, но сам Иволь даже не дрогнул. Спокойно зажав нос салфеткой, он заявил: «Я просто заткну его и продолжу».

Даже когда кровь просачивалась сквозь пальцы, он оставался невозмутимым. Кровотечение было таким сильным, будто он что-то повредил. Иволь не слушал уговоров вернуться в общагу. Прошло десять минут, кровь не останавливалась, но он стоял на своем, пока Киён — который редко повышал голос на хёнов — не собрал его вещи и практически силой не выставил из зала.

Только убедившись, что Иволь лег в кровать, все вздохнули с облегчением.

Утром обязательно свяжусь с менеджером, — подумал так Сонбин и заснул. Пока кто-то его не разбудил.

Чья-то рука осторожно потрясла его за плечо. Тихий голос позвал:

«Сонбин, Сонбин...»

Это был Пак Джуву, его друг и сосед по комнате. Сонбин с трудом разлепил веки. В темноте силуэт Джуву едва угадывался.

«М-м... Что случилось?»

«Прости, что разбудил. Но... Куда делся Иволь-хён?»

«Что?»

Сонбин мгновенно проснулся, словно получил удар по затылку.

«В смысле? Он же в своей комнате?»

Сонбин резко сел. Привыкшие к темноте глаза увидели встревоженное лицо Джуву.

«Я проснулся и решил проверить, не пошла ли у него снова кровь... Его кровать пуста. Я думал, может, он тебе что-то сказал перед уходом.»

Сонбин ничего не слышал. Он тут же откинул одеяло и бросился в комнату макнэ. Как и сказал Джуву — одна из кроватей была пуста. Кто-то скажет: ну, взрослый парень вышел ночью прогуляться, бывает. Но Ким Иволь, которого знал Сонбин, никогда не нарушал правил. Если он ушел молча — значит, на то была серьезная причина.

Сонбин бросился в гостиную и схватил телефон. Он набрал менеджера. Если Иволь поехал в больницу среди ночи, менеджер должен быть с ним. Однако ожидания не оправдались — в трубке раздался заспанный голос:

«Алло?..

«Э-э, хён...»

«Сонбин? Ты чего звонишь в такой час?»

Услышав сонный голос, Сонбин растерялся. Он постарался взять себя в руки, извинился и наплел что-то о том, что забыл расписание на завтра, после чего повесил трубку.

Джуву, наблюдавший за ним, спросил:

«Менеджер тоже не знает?»

«Нет. Похоже, хён ушел один.»

Сонбин нервно закусил губу, пытаясь скрыть нарастающую тревогу. Перед глазами стояло бледное лицо Иволя и кровь, бегущая по рукам.

Джуву предложил:

«Я пробегусь по району... Может, он в аптеку за лекарством пошел.»

«А? Нет, я пойду. Тебе нужно отдыхать.»

«Сонбин, тебе завтра в школу. А я могу поспать перед практикой.»

Джуву направился к двери. Сонбин вдруг вспомнил случай, когда Джуву сильно болел, и Иволь, не раздумывая, бросился на улицу среди ночи за лекарствами. Видимо, Джуву чувствовал, что теперь его очередь действовать. В то же время Сонбин вспомнил правило, которое Иволь сам же и ввел:

«Давайте ходить хотя бы парами, пока мы в компании».

Сонбин вскочил. Они вышли из общежития вместе. Друзья довольно долго бегали по округе. Они проверили все круглосуточные аптеки и даже заглянули в приемный покой ближайшей больницы. На вопрос о высоком парне по имени Ким Иволь везде отвечали: «Нет, такого не было».

«Он ушел не за лекарствами?..»

Пробормотал Джуву. Было уже за полночь.

И тут в голове Сонбина что-то щелкнуло. Он вспомнил вопрос, который Иволь задал ему недавно:

«Допустим, если ты будешь упорно тренироваться неделю, результат гарантирован. Ты пойдешь за мной?»

«Гарантирован?»

«Да, абсолютно».

Одна неделя. С того момента Иволь следил, чтобы мемберы тренировались по пять часов подряд. А сам Ким Иволь пахал почти по 15 часов в сутки.

«Джуву.»

«А?»

«Кажется, я знаю, где он.»

Сонбин припустил бегом. На расспросы друга он лишь бросил: «В репетиционный зал». Джуву удивился, но последовал за ним. Прибавляя шаг, Сонбин втайне надеялся, что этого одержимого практикой хёна там не окажется.

Он молился, чтобы всё это не было лишь следствием «откровения предков», ради которого Иволь готов убиваться до конца.

Однако в подвале здания UA их встретил яркий свет, льющийся из зала, где освещение точно должно было быть выключено. Когда Сонбин распахнул дверь, он увидел Ким Иволя. Тот стоял посреди зала, весь в поту, но с таким видом, будто заново родился.

Я перевел взгляд с Сонбина на настенные часы.

— Вы чего тут в такой час? Вы что, одни пришли?

Стоило мне договорить, как из-за плеча Сонбина высунулась голова Джуву. Значит, два несовершеннолетних парня шатаются ночью по улице. Этим детям явно не хватает хорошей взбучки.

Пока я решал, отчитать ли их за самовольный уход или похвалить за то, что держатся вместе, Сонбин заговорил — и голос его был ледяным.

— Хён, ты серьезно думаешь, что это сейчас важно?

На его лице застыла редкая гримаса гнева.

— Ты хоть понимаешь, как мы испугались, обнаружив, что тебя нет? И почему ты в зале в такое время, когда тебе плохо?

Только тут до меня дошло, что ребята примчались сюда из-за меня. Жаль, что попался, но раз я уже закрыл норму часов, я ничего не терял, возвращаясь назад. Я закрутил крышку на бутылке с водой.

— Простите. Я думал, вы спите. Я как раз собирался уходить...

— Нет, я не хочу слышать извинений! — Голос Сонбина эхом разнесся по залу. Он выкрикнул это в отчаянии. — У тебя кровь хлестала, а ты твердил, что всё в порядке! Ты не слушал, когда тебе говорили ехать в больницу! А если это что-то серьезное?!

— Сонбин, это просто носовое кровотечение...

— У нормальных людей кровь из носа не течет так, что одежда промокает насквозь и они шатаются при ходьбе!

Сонбин не отступал ни на шаг. Видимо, зрелище моей окровавленной футболки действительно нанесло ему травму. Но мне правда не нужно было в больницу. Кровь — это не болезнь, это штраф от Системы. К тому же за девять лет медосмотров у меня ни разу не находили патологий. С чего бы им появиться сейчас?

Я не знал, как это объяснить. Оставалось лишь радоваться, что Джуву пытался — хоть и неуклюже — утихомирить Сонбина. Но лидера было не остановить.

— Мы пришли сюда вместе, потому что ты сам сказал ходить парами. Мы отработали все часы и сделали всё, что ты просил. Так почему ты сам не соблюдаешь единственное правило — говорить нам, если что-то не так?!

— Я не сказал, потому что я на самом деле не болен. Кто вообще ждет, что пойдет кровь?

— Если бы на твоем месте были Чонхён или Киён, ты бы сказал то же самое? Что «это просто кровь, ерунда, продолжайте пахать»?

Сонбин был настроен решительнее, чем когда в меня швырнул тапок Ю Хансу. Я тихо вздохнул. Не хотелось спорить с ребенком.

— Сонбин, ты бы на моем месте поступил так же.

— ...Что?

— Я про практику. Ты сам сказал, что будешь вкалывать, даже если результат не гарантирован.

Когда я спрашивал его об этом, он ответил именно так. И, как и ожидалось, Сонбин, обладавший отличной памятью, мгновенно вспомнил тот разговор. Я не упустил момент:

— Я делаю это, потому что уверен в результате. Я хочу подготовиться к камбэку как можно лучше. В этом же нет ничего плохого?

— Но ты не говорил, что это потребует такого износа.

— Это просто вопрос распределения сил. Разве сейчас в группе есть хоть кто-то, кто не тренируется на пределе?

— Почему этот «предел» так суров только к тебе? Да, мы все стараемся, но никто из нас не пашет столько и не спит так мало, как ты — потому что ты приглядываешь за всеми нами! Но почему только хён...

— Сонбин, ты ведь не серьезно это спрашиваешь?

Я пожал плечами и отрезал:

— Я делаю это, потому что я по уровню навыков плетусь в самом хвосте за вами всеми.

с первым апреля! у вас спина белая