Уголок «Я понимаю» пустили в эфир почти без монтажа. Всё потому, что в трансляциях spArk редко бывали скучные моменты, а фанаты очень расстраивались, когда такие детали вырезали. Вещи вроде звонков родным или историй с корпоративных ужинов.

Чхве Джехо вызвал Чон Сонбина. Он не из тех, кто копит обиды, так что мне было любопытно, что он скажет.

『Почему в нашем официальном аккаунте нет фотографий Ким Иволя?』

『А?』

『Тех, что я сделал на твоем выпуске.』

Оказалось, он протестовал против того, что его шедевры не выложили в соцсети. Надо же, как смело заговорил после того, как сфотографировал меня так, что я был похож на гребаную ставриду.

『Я понимаю. Я обязательно выложу их сегодня.』

Зачем ты собираешься это выкладывать...

『Сколько фото ты тогда сделал, хён?』

『Три.』

『Тогда мы можем просто добавить еще одну и загрузить. Кто хочет быть на обложке?』

『Не лучше ли будет добавить одно из фото Сонбин-хёна, которые сделал Иволь-хён? Одно из неизданных.』

И вот, невыпущенное фото выпускника Чон Сонбина и фото моей отчаянной борьбы за удачный кадр Сонбина были загружены в официальный аккаунт spArk.

Меня, естественно, поставили в пару с Ли Чонхёном. Глаза парня так и сияли.

『Я и так постоянно ворчу на Чонхёна, так что мне особо нечего сказать.』

『Вот видите, даже ты так думаешь, да?』 — Ли Чонхён уверенно улыбнулся, расправив плечи.

『Но раз уж выпал шанс, я скажу одну вещь.』

『Валяй.』

Парень был сама щедрость. Я заговорил без стеснения.

『Чонхён.』

『Да, хён.』

『Тебе настолько не нравилось прозвище «Милашка-Красавчик-Визуал»?』

Чонхён был страшно удивлен. Некоторое время назад я поймал его на попытке сменить ник в Bubble Pop, но он, вероятно, не думал, что я упомяну об этом отдельно.

『Если не нравилось, надо было сказать. А я-то, не зная этого, пытался закрепить за тобой статус «Милашки-Красавчика-Визуала».』

『Нет, всё не так!』 — Чонхён замахал руками, но было поздно. Я ведь видел это собственными глазами.

И всё же, если бы ему действительно не нравилось, это стало бы проблемой. Sparklers обожали это прозвище годами. Я тут пытаюсь передать его как нематериальное культурное наследие, а ты смеешь его менять?

『Я и не знал, что тебе не по душе это имя, и единственный ходил с таким отображаемым ником. Всё это время переживал.』

『Это не «я понимаю». Это полное недоразумение!』

『Просто скажи «я понимаю». Я подберу тебе другое прозвище.』

『Я понимаю! Ты ошибся, решив, что мне не нравится мой ник! Всё совсем не так!』

『Какое ключевое слово добавить в твой следующий ник?』

『Слов «милый», «хорошенький» и «прекрасный» вполне достаточно!』

『Ну, это и правда охватывает всё сразу, а?』 — вставил Кан Киён, посмеиваясь.

Благодаря стаффу, который не забыл добавить субтитры, все зрители поняли, что Киён подкалывает Чонхёна. Лицо последнего стало пунцовым. Вдоволь наболтавшись, он в конце концов произнес с мученическим выражением:

『Я объяснюсь на лайве.』

Это тебе месть за фанмитинг, паршивец.

Следом шло долгожданное раскрытие секретной игры в Манито.

『Кто мой Манито?』 — как только рубрика началась, Кан Киён вскочил с места. — 『Я так и не смог догадаться.』

『Серьезно...?』 — с широко открытыми глазами спросил Пак Джуву.

『Ага. Когда я просыпался, на моей подушке что-то лежало...』

『Например?』

『Брелок и всякое такое. Я подумал, что это от Манито, поэтому сегодня надел его.』

Киён помахал страпом на куртке. На нем болтался маленький симпатичный черный брелок в форме звезды.

『Есть идеи, кто это?』

『Ли Чонхён? Ему проще всего подложить подарок и не попасться.』

Пока Киён серьезно размышлял, Пак Джуву произнес понурым голосом:

『Это я...』

『Правда?!』

Джуву горько улыбнулся.

『Прости, хён. Я правда не знал. Ты был слишком скрытным.』

『...Я хорошо справился как Манито?』

『Конечно. Так хорошо, что я полностью купился.』

Киён поспешил утешить Джуву. Подумать только, его хён, который лишний раз из общаги не выйдет, втайне ходил покупать брелок, чтобы порадовать младшего. Все, кроме Джехо, понимали, сколько усилий приложил этот крайний интроверт.

『Раз Санты дарили подарки на Рождество, в этот раз я хотел сделать это...』

『Таким способом?』

『Отличная получилась отсылка, хён.』

От похвалы донсэнов лицо Джуву так покраснело, что это было видно даже через экран. Знак искренней радости. Помимо брелока, Киён выудил из сумки еще вещи, как владелец ломбарда, доказывая, как усердно Джуву работал курьером подарков. Киён сказал, что подарки ему очень понравились, и назвал Джуву лучшим Манито.

С другой стороны, был один парень, который угадал своего Манито абсолютно точно. Это был Ли Чонхён.

『Что Сонбин сделал для тебя?』

『Поскольку я был слишком занят композицией и подготовкой челленджа, хён отдельно напоминал мне о делах. Обычно это прерогатива Киёна.』

『И ты только по этому понял, что Сонбин — твой Манито?』

Чонхён не из тех, кого так просто убедить. И, конечно же, у него были другие улики.

『Помнишь, я спрашивал, не мой ли ты Манито?』

『Ага.』

『О? Ты и Иволь-хёна спрашивал?』

Этот парень закинул наживку всем мемберам и наблюдал за реакцией.

『Честно, я думал на Иволь-хёна или Сонбин-хёна. Но на всякий случай проверял всех.』

『И это обычно дает ответ?』 — скептически пробормотал Чхве Джехо.

『Вы же слышали раньше? На кого Иволь-хён ворчит больше всего? На меня!』

『Это правда.』

『Вот я и подумал, что он может быть моим Манито. Потому что есть разница между счастьем, которое хён представляет для меня, и моим реальным счастьем.』

『Справедливо,』 — согласился Кан Киён.

『Я аккуратно прощупал хёна в перерыве, и он сказал, что думает на Джуву-хёна. Услышав это, я понял, что это не он.』

『Почему ты был так уверен?』

『Странно, что он указывает именно на Джуву-хёна, когда Сонбин-хён — тот, кто заботится о нем больше всех, верно? Тот факт, что он исключил очевидного кандидата Сонбина из списка, доказывает, что он сам — Манито Сонбин-хёна. Будь он чьим-то другим Манито, он бы соврал, что его подопечный — Сонбин, просто чтобы запутать следы. Тогда бы все купились.』

『Ты и впрямь нечто,』 — похвалил его Чхве Джехо. Даже хвалил он в своем стиле — рожден быть центром.

『Остальные вели себя как обычно. Единственный, кто делал что-то из ряда вон — это Сонбин-хён. Это отвечает на твой вопрос?』

Ли Чонхён гордо улыбнулся. В награду за разоблачение Манито он получил корону.

Следующим был Чон Сонбин, оказавшийся в центре полемики. Хотя Чонхён уже сбросил бомбу, Сонбин выглядел растерянным.

『Э-э... на самом деле, я не думал, что Иволь-хён — мой Манито.』

『Почему?』

Мое ошарашенное лицо поймали крупным планом. Лицо Сонбина выражало то же самое.

『Я был добр к тебе.』

『Я не заметил, но не мог бы ты рассказать, какие именно благодеяния ты на меня излил...?』

Я пытался нормально спать. Съедал все порции. Ходил в зал без прогулов. Всё ради того, чтобы Сонбину не пришлось снова меня клеймить. Но если вдуматься, это было полезно для моего здоровья, а не для Чон Сонбина. Утверждать, что он должен быть счастлив, потому что я избавил его от лишних забот — не слишком ли это эгоцентрично?

『...Если подумать, кажется, я не был к тебе добр.』

『Нет, ну конечно, ты всегда добр ко мне, хён.』

『Нет. Я буду стараться лучше.』

『Я принимаю твой обет.』

『Ты даже не отказываешься, я смотрю.』

Мы с Сонбином обнялись. Это было наше второе примирительное объятие.

Излишне говорить, что Чхве Джехо своего Манито не угадал. Выяснилось, что его Манито был Ли Чонхён.

『Это жестоко, хён! Я сделал столько твоих фото!』

『...Разве?』

『Я ходил за тобой с утра до ночи и фотографировал! Неужели ты не был рад видеть свои идеальные кадры?!』

『Они для меня все на одно лицо, что я могу поделать?』

Такими темпами никто, кроме Чонхёна, не угадал бы своего Манито.

『...Я знаю, кто мой Манито.』

Пак Джуву сбросил еще одну бомбу.

『Правда?』

『Да.』

『Кто?』

『...Киён.』

У Кан Киёна отвисла челюсть.

『Вы двое были Манито друг для друга? Невероятно.』

『Как ты узнал?』 — спросил Киён, проигнорировав комментарий Чонхёна. Судя по его изумлению, он тоже думал, что хорошо скрывался.

『Некоторое время назад Киён сказал, что у него есть лишняя Bluetooth-колонку, и отдал её мне, сказав, что она совместима с моей гарнитурой.』

『Всё так. Я даже все наклейки содрал.』

『От вещи пахло новизной.』

『Я неделю выветривал этот запах, и ты говоришь, что всё равно пахло новым?!』

Макнэ подготовился основательно, но обмануть «Мистера Носа» Пака Джуву не вышло.

『Но всё равно большое спасибо... я с удовольствием пользуюсь.』

『Рад, что пользуешься. Надеюсь, запах скоро уйдет.』

Последовало трогательное третье объятие. Корону вручили Джуву. Экран заполнился сценой, полной дружбы — как и подобает контенту на годовщину.

『Все, что осталось — это Иволь-хён...』 — произнес Чон Сонбин, переводя взгляд с меня на Джехо.

Верно, раз все остальные узнали своих Манито, то оставшийся должен быть моим.

Я это понимаю, но...

『Я — Манито Ким Иволя.』

...Почему мой Манито — ты, Чхве Джехо?